Маленький хоббит для дракона

Темные тучи сгущались над одинокой горой, грозясь обрушить на земли, окутанные непроходимыми тернистыми зарослями, дождь. Где-то в глубине цитадели в украшенных богато покоях сидел маленький пленник этого места, что печально взглядывался в окно, тихо вздыхая, вспоминая вчерашний вечер. Ужин в малой столовой, освещённый факелами на стенах и множеством свечей, начинался очень даже хорошо, хозяин Эребора восседал во главе стола, так и не притронулся к еде, что была у него на тарелке, у короля не было особо аппетита, всё внимание, пронзительный синий глаз, было направлено на сидевшего по левую руку от него маленького жителя Шира, что уже как месяцев пять жил в цитадели. Добровольно ли – вопрос оставался открытым. Бильбо, юный даже по меркам своего народа, привычно зачерпнул ложкой суп, ведя беседу, словно ничего не произошло. — После этого я больше не пытался научиться плавать, – закончив свой рассказ, бросая передчаски взгляды на Торина. Хоббит замечал, как внимательно тот слушает или же, скорее, пялится, совершенно не вникая в слова дитя Шира. Положив ложку, Бильбо потянулся к бокалу с вином. — Мило, — пророкотал хрипловатый голосом Торин, — боишься, что сом твою задницу утащит? – с лукавым блеском в глазах, усмехаясь, спросил правитель Эребора. Он щурился, мысленно представляя, как маленького Бильбо до полусмерти напугала какая-то рыбешка. Бильбо вздрогнул от столь возмутительного вопроса, застывая с бокалом у губ. Хоббит знал, что хозяин этих проклятых земель любит поддразнивать своего пленика, и часто это было единственным способом разрядить напряженную атмосферу, что возникала между ними, вот только чаще всего именно из-за этого они и ссорились, в начале их знакомства Бильбо не понимал, что чудовище перед ним просто привыкло вести так разговор, дразня и подтрунивая над собеседником, житель зелёных лугов воспринимал это близко к сердцу, из-за чего часто дулся, но спустя время, не без помощи Бильбо смог воспринимать сказанное Торином не так близко к сердцу. — Я глубины боюсь, идиот, — буркнул Бильбо делая глоток крепкого вина, тут же ставя бокал на стол с характерным стуком, демонстративно отворачивая голову. — Глубины? — в голосе послышались нотки веселья. Торина абсолютно не волновало, что его только что оркарбили, это была малая часть того, что себе позволял маленький пленик, что за эти месяца что только не вытворял, наклонив голову слегка на бок, он поддался вперед, пытаясь разглядеть лицо полурослика. — А что, если я научу тебя плавать? Я хорошо умею плавать, и на дворе как раз лето, а не так далеко, как ты знаешь, есть озера, оно неглубокое, утонуть ты не сможешь, даже если захочешь. — Ага, чтобы меня под воду уже дракон утащил, — фыркнув, опуская глаза в тарелку, недовольно заявил Бильбо, дуясь. — Нет уж, спасибо, обойдусь. — Дракон, значит? – усмехнулся Торин, откидываясь на спинку стула. — Уверяю вас, мой милый мальчик, если уж я вас утащу под, то топить не буду, и вы будете более чем довольны, — облизнув пересохшие губы, в глазах Торина засверкали тёмные огни. Ничего не понимающий Бильбо приподнял бровь. В каком смысле ему такое может понравиться-то? Но затем, присмотревшись к глазам чудовища, сидевшего рядом, Бильбо смог понять, что за они танцуют в глубоких, как моря, очах, бурно покраснев до кончиков ушей, хоббит нахмурился, беря салфетку со стола, сжимая её в руке, тут же кидая в короля: — Избавь меня от своих ужасных мыслей, Торин! Торин рассмеялся весело, впервые за много лет искренне, подняв руку, чтобы поймать брошенную салфетку. Хозяин этих земель не мог отвести взгляда от этого маленького, но какого смелого хоббита. — Не сердись, мой маленький. — пророкотал он, унимая смех. — Я всего лишь предложил тебе хорошо провести время, признай, ты был бы не против этого. Задохнувшись от накатившего смущения вперемешку с чем-то еще, Бильбо тут же уставился недобро на чудовище, которого боялось все Средиземье, и с которым с такой лёгкостью спорил он. — Да я лучше умру, чем разделю с тобой ложе... — не скрывая злости, заявил уверенно пленик. — Умрёшь, значит, — протянул Торин. — Если только от удовольствия, и никогда не говорили никогда. — Его голос стал ниже, с легким, дразнящим оттенком. Резко встав, стул, на котором он сидел, с грохотом упал. Бильбо недовольно задыхался от нахальства этого неотёсанного идиота. — Да мне даже мысль об этом противна, как и сидеть с таким мерзким существом, как ты! — выпрямившись, хоббит дрожал от нахлынувшего гнева. — Сначала запер меня тут, принуждая к своей компании, а теперь уже в хочешь меня обесчестить. Да мне даже противно и мерзко сидеть с таким мерзким чудовищем, как ты за одним столом, что говорить о том, чтобы есть или переспать, ты мне противен, животное! И я обязательно сбегу из этого ужасного места! В Шире, где меня ждёт любовь всей моей жизни!! Что ж...За этим столом он правда не будет есть уже никогда, ни с королем Эребора, ни без него, ведь Торин, блеснув темно-синими глазами после слов своего дражайшего поленика, одним взмахом руки кинул накрытый различными явствами в угоду порадовать хоть чуть-чуть жителя зелёных холмов, в стену. Грохот стоял ужасный: разбросанная по большой столовой еда, осколки посуды, разлетевшийся на щепки стол, и что самое страшное — это пришедший в дичайшую ярость хозяин одинокой горы. От неожиданности и шума маленький хоббит застыл на месте, съёжившись, но в следующую минуту, нахмурившись, Бильбо, сделал шаг в перед начиная на осколки разбитой посуды — что не нравится ?! Так правда всегда глаза режет мерзкое ты чудовище! Кто в здравом уме решил быть с тобой по доброй воле ?! — собираясь еще что-то сказать Бильбо набрал в лёгкие воздух когда в столовую на грохот ворвался кто-то, быстро схватив Бильбо за руку увидя малыша под пристальный взгляд синих глаз, тяжелое дыхание с вырывавшимся наружу дымом исходит от Торина, только в коридоре пленик осознал, что вывел его не кто иной, как Балин, старый гном был бледен, как его седые волосы — Мистер Бэггинс... — выдохнув гном отправил руку хоббита — Вам лучше уйти в свои покои... Король сейчас не в духе... И вот, сойдя со вчерашнего вечера в покоях, хоббит так ничего и не ел, а ведь всё было так хорошо, они с Торином только-только нашли общий язык, но... Ссора всё испортила, и вот они вернулись к тому, что и было месяцев два назад, упав на кровать спиной, Бильбо закрыл глаза, хмурясь от вспыльчивости и характера этого упрямца, что даже свою вину признать не мог, как же Бильбо злился на высокомерного короля Эребора, что запер его в этой цитадели, откуда нет спасения, да даже попав на улицу, стены из плотных шипов, что подчинялись воле короля, не выпускали и не пропускали никого, стоя плотной высокой стеной, защищая Эребор от чужих и самих путников, от существа, что обитало в его стенах, как только ему посчастливилось, оказался здесь... Гэндальф... Старый плут. Закрыв глаза, хоббит постарался расслабиться, когда в дверь как-то нерешительно постучался, слабый нерешительный стук несколько раз по двери, открыв глаза, Бильбо приподнялся на локти, взглянув на дверь. —Кто там? А в ответ тишина. Бильбо замер, нахмурившись. Неужели послышалось? Он уже собрался снова закрыть глаза, когда стук раздался вновь, ещё более робкий, почти неслышный. — Кто там? – повторил он, уже с большей настойчивостью. И снова – тишина. Но на этот раз Бильбо был уверен – кто-то есть, ему не могло послышать. Медленно опуская босые ножки на холодный ковер, чувствуя, как ноют мышцы от голода и долгого сидения. Осторожно подойдя к двери, Бильбо потянул за тяжёлый резную ручку. — Я открываю! – крикнул хоббит, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. Дверь со скрипом отворилась, выпуская внутрь прохладный, влажный воздух, принесший с собой запах пепла, железа и хвои. На пороге никого не было. Лишь пустой коридор, освещенный тусклым светом факилов. Бильбо разочарованно вздохнул, собираясь закрыть дверь. Но в тот момент, когда он уже повернулся, чья-то большая рука коснулась его запястья, потянув резко за себя с такой силой, что маленький полурослик, тут же потеряв равновесие, оказался в крепких объятиях, от которых так и пыхало жаром. — Ты все еще намерен на меня злиться, малыш? – пророкотал голос, и когтистая лапа легла на кудрявую светлую макушку совсем юного хоббита, Бильбо не надо поднимать голову, чтобы понять, кто же его прижимает к себе, Торин... Хозяин этого проклятого места.