До конца строки

Слова Фьюри «Вы были один» — прозвучали как последний аккорд в его старой жизни. Стив стоял на Таймс-сквер, окруженный миллионами огней, машин и кричащих реклам, и чувствовал себя самым одиноким человеком на планете. Мир, который он знал, исчез. Люди, которых он любил, ушли. Баки, Пегги, Брук — их имена были как холодные камни в его сердце. Он помнил последний взгляд Брук, её решимость, когда они направляли «Валькирию» в лёд. Он помнил её рядом. И теперь ему говорили, что её не было. Только он. Один. Следующие дни были для Стива адом. Он жил в предоставленной Щ.И.Т.ом квартире, но чувствовал себя запертым в чужом музее. Каждый предмет, каждый звук — всё было незнакомым. Он пытался вникнуть в историю: десятки войн, новые технологии, забытые имена. Он читал книги по современной истории, смотрел старые записи, но мир ускользал от него. Он был здесь, но не принадлежал этому времени. Единственным местом, где он чувствовал себя хоть сколько-нибудь живым, был зал. Он приходил туда в любое время суток, избивая боксёрские груши до изнеможения. Это был его способ нагнать упущенное, выпустить ярость, скорбь, боль. Груша, пропитанная его потом и гневом, рвалась под ударами. Он бил, представляя себе не врагов, а своё бессилие. Он видел лицо Баки, смеющегося на крыше. Он видел Пегги и обещанный танец, который никогда не состоится. И он видел Брук — её острый ум, решимость в глазах, когда она смотрела на него, ища поддержки. Образы смешивались в его голове, и каждый удар был попыткой вернуть хоть что-то из того, что он потерял. — Не спал? — иногда спрашивал Ник Фьюри. — Просто много думаю, — отвечал Стив, вытирая пот. Он думал о том, почему он выжил, а они нет. Почему он один. Внезапно мир Стива, полный личной боли, был взорван новым, глобальным кризисом. Появился Локи, пришелец из другого мира, угрожающий Земле. Авианосец Щ.И.Т.а, новые лица — Тор, Железный Человек, Чёрная Вдова, Халк, Соколиный Глаз. Он оказался в команде, но чувствовал себя всё так же одиноко. Локи был силён, коварен, его планом было прорвать межпространственный портал и призвать армию Читаури. Стив боролся, потому что это было его предназначение, его долг. Он снова был Капитаном Америкой, но его сердце болело по прошлому, которого больше не было. Их объединение было сложным. Герои сошлись, но каждый принёс с собой свои шрамы, свои амбиции. Стив пытался быть лидером, но его методы были из другого века. Он видел, как Старк насмехается, как Брюс Бэннер боится себя, как Наташа прячет свои тайны. Они были сильны, но расколоты. А затем разверзлись небеса над Нью-Йорком. Портал открылся, и армада Читаури хлынула на улицы. Это был ад на земле: взрывы, крики, рушащиеся здания, инопланетные корабли, прошивающие небо. Мстители сражались отчаянно, плечом к плечу. В этот же самый момент, когда Нью-Йорк горел, а Мстители боролись с Читаури, две тени двигались по нижним уровням города. Они были отправлены на одну и ту же миссию, как это часто бывало в последнее время. Их цели — научные материалы, скрытые глубоко под городом, в секретных лабораториях, оставшихся ещё со времён Холодной войны. Их кураторы знали, что даже во время хаоса можно извлечь выгоду. Агент Немезида двигалась бесшумно по тоннелям метро, запах сырости и пыли щекотал ноздри. Цель — забрать прототипы энергетического оружия, которые, по данным её организации, были забыты Щ.И.Т.ом. В руках — тонкие сканеры, в глазах — холодная решимость. Никаких эмоций, только задача. Другой же, пробивался сквозь завалы. Мужчина двигался, как танк, сметая препятствия, его глаза выхватывали каждую деталь. Они столкнулись в полуразрушенной лаборатории, где мерцали аварийные лампы, а на столах лежали давно забытые, но опасные приборы. В воздухе витал запах озона и горелой проводки. — Цель здесь, — тихо прошипела Немезида в свой микрофон, увидев папку на столе. В этот момент, из тени, выскочил Зимний Солдат. Они не произнесли ни слова. Их тела сработали на автомате. Мужчина рванулся к папке, Агент метнулась, чтобы перехватить его. Драка была быстрой и жестокой. Металлическая рука Зимнего Солдата встретила её удар. Ножи сверкнули в тусклом свете. Удары были точными, смертельными. Солдат повалил её на стол, прижав к холодным приборам. Его металлическая рука сжала её горло, но в этот момент он замешкался — всего на секунду, его глаза за маской расширились. В глубине его сознания что-то попыталось пробиться, какой-то смутный образ. Девушка, хоть и задыхалась, использовала его заминку. Она ударила его ногой, вывернулась из захвата и нанесла удар ножом по его металлической руке, оставив царапину. — Ты ничто против меня, — прошипел мужчина, его голос был глухим. Он схватил папку с документами и резко отшвырнул её к стене. Ударившись головой, она на секунду потеряла ориентацию. Когда Немезида очнулась, он уже исчез. Лаборатория была пуста. Она поднялась, потирая висок. Голова гудела, а в груди горел не только гнев от проваленной миссии, но и странная, необъяснимая боль. Тот, кто только что назвал её ничтожеством, вызвал в ней чувство, которое она не могла идентифицировать. Её миссия провалена. Где-то над головой грохотал Нью-Йорк, Мстители сражались с Читаури. А внизу, в темноте, две сломленные машины сражались друг с другом, не зная, кто они.