Влечение.

Их сложные отношения начались еще с первого взгляда. С первого приветствия блондина, назвавшегося Дио, с первого неприятного инцидента и с первых, однако не последних, слез потери Джонатана.  Янтарные глаза парня кричали о ненависти, зависти и высокомерии, но где-то в глубине, они шептали о бесконечном одиночестве и желании быть понятым и принятым.  Однако Джонатан, за своей злостью и обидой на Дио, совершенно не слышал этого шепота, пока его отец ему не поведал:  — Не злись на Дио, он рос по другому и всю жизнь был одинок. Я закрываю глаза на его поступки потому что он делает это не понимая, какого тебе, ДжоДжо. — он строго заглядывал заплаканному сыну в глаза. Еще секунду назад он плакал навзрыд и жаловался на сводного брата.  — Мне все равно, я не хочу чтоб это касалось меня, — обиженно буркнул Джостар младший.  — Так получилось что брат Дио именно ты. Он хочет чтоб ты понимал его, чтоб ты чувствовал себя так же одиноко как и он. — объясняет Джостар своему сыну, — Просто постарайся не злится на него, иначе он будет еще озлобленнее. Попробуй дать ему понять что он не один, и что ты его принимаешь. Он исправится, я тебе обещаю.  И с того серьезного разговора изменилось многое. Юный ДжоДжо стал по-другому смотреть на сводного брата и ужасные действия того становились понятными, однако от этого их суть не менялась и горечь осталась. 

*** 

Май, 1885 год.  Солнце печет иссиня-черную макушку парня, а ветер ласкает прохладой его влажную кожу. Он бежал по полю с мячом и лазурь его глаз металась по полю в поисках своего брата. Увидев стройного блондина, Джонатан подал ему пас, и когда мяч оказывается у Дио, тот ловко ведет его к цели и через несколько метров кидает в ворота.  Выигравшие парни гудят, хвалят братьев, несмотря на то что это была всего лишь любительская игра на поляне. Очередная тренировка перед большой победой в будущем.  Ситуация сильно отличается от той, что была несколько назад, когда Дио только появился в семье Джостаров. Сейчас же, между сводными братьями существует хрупкий «союз», который легко нарушится при первой же ссоре. Однако ссорится пока не из за чего, они оба молодые семнадцатилетние подростки которым море по колено. Сейчас они думают совершенно о других вещах.  Но  это никак не лучше чем их вражда, ведь с новым этапом взросления появляется новое, странное чувство.  Влечение.  И ладно если бы это было влечение только к прекрасному полу. Юный Джостар испытывал что то двоякое, противоречивое. Это чувство было липким как страх, но приятным как предвкушение. От него было не скрыться когда блондинистая голова сводного брата оказывалась слишком близко.  Поведение Дио тоже изменилось. Он словно читал мысли Джонатана, догадывался что тот ощущает и подливал масло в огонь. ДжоДжо не знает, намеренно или нет блондин так себя ведет, но он не мог отрицать - это было вызывающе.  Дио мог уронить вилку под стол, после чего опускал голову прямо на напряженное бедро Джонатана, прижимаясь к нему щекой пока не нащупает вилку. Он мог прижаться к брату всем телом, пока достает книгу прямо у того над головой, легко шептал ему на ухо вкрадчивым голосом, когда мог сказать в лицо и это было не всем странным что заметил за ним Джостар младший.  Но его провокации работали.  Когда Дио ел, Джонатан робко поднимал взгляд на тонкие,  длинные пальцы, державшие вилку и поднимал взгляд на чувственные губы, зажимающие эту вилку между ними. Он громко и нервно сглатывал, а его возраст и фантазия играли с ним злую шутку. Стоило представить какие эти пальцы нежные, а губы — мягкие, как сердце билось словно в клетке, а брюки становились тесными.   

***

Поздними вечерами, такими как сейчас, он часто сидел  на кровати облокотившись на ее основание и подпирал спину подушкой думая об этом «влечении». У него было отличное оправдание если в его комнату вдруг зайдет отец. Он держал в руках книгу о географии их местности и мог легко соврать что читал ее. Врать было не хорошо, но правду говорить еще хуже.  Джонатану неспокойно на душе. Он пытался анализировать это чувство, и все что он пока знал об этом — это то что ему не страшно и не противно. Скорее непонятно. Ведь о таком не пишут в книгах и не рассказывают друзья, однако если речь идет о влечении к девушкам, то таких книг было миллионы, а парни только об этом и разговаривали.    Однако почему же? Почему проходя сзади сидящего Брандо он всегда заглядывался на его бархатную кожу на шее, совсем отличавшуюся от его собственной, почему смотрел на тонкую талию парня в рубашках и свитерах, на узкие бедра под облегающей тканью брюк?  Он пытался сопоставить этот интерес с обычным, но ничего не сходилось: девушки в его городе, как к примеру бывшая подруга Эрина, были нежными и мягкими, с добрыми глазами. Но он уже не интересовался этими взглядами. Те окружали его теплом, в то время как взгляд Дио был горящим огнем, но отстраненным как ледяная глыба. Не должен он испытывать интерес к стервозному блондину, пока все млеют от милых дам. Его не должно тянуть к тому, с кем он только чувствовал напряжение, сравнимое с электрическим.  Проклятый Дио. Проклятый не потому что заставил быть Джонатана одиноким в своих переживаниях, а потому что он просто был собой. И именно это заставляло задумываться по ночам и глупить по утрам.  Вдруг в дверь быстро постучали два раза.  Это не было похоже на папу или пожилую прислугу, поэтому ДжоДжо напрягся. В следующую же секунду в проеме показалась светлая голова, стремительно приближающаяся к кровати Джонатана.  Дио подошел в плотную к чужой постели, из-за чего лампа на тумбе, стоящая позади него не освещала его лица. Его выражение было нечитаемым. Он грациозно сел рядом с братом и опустил голову на его плече. Широкое плечо Джонатана стало напряженным, как и все его тело, а взгляд нахмуренным. Джостар младший медленно опускает взгляд на лицо блондина и смотрит на густые ресницы.  — ДжоДжо, мне не спится. — жалуется Брандо, наигранно капризничая. — И как я могу тебе помочь? Я, между прочим, занят. — стараясь выглядеть отрешенно, говорит брюнет.  И недовольный ответом, Дио поднимает хмурый взгляд и встречается с синевой глаз ДжоДжо, пристально смотревшего на него. Он ни на секунду не смущается, а лишь вырывает книгу из больших ладоней брюнета. Тот и бровью не повел. Внешне конечно. — «География Великобритании»? Серьезно? — скучающе-брезгливо читает блондин после чего коротко смеется. — Я думал ты закрываешься поздно в комнате  для более интересных дел, чем чтение географии.  — И чем же я могу еще заняться если мне не спится? — озадачился Джонатан заглядывая в янтарные глаза. Он догадывался о каких «интересных» вещах говорил Дио, но хотел услышать это из его уст.  Брандо хитро улыбнулся, положил книгу на тумбу позади себя и сказал:  — Почему ты меня спрашиваешь? — раздается приятный смешок, — Если бы я знал, тут бы не сидел.  Услышав такой ответ, Джонатан немного разочаровался. Однако он быстро переключился на все еще слегка улыбающегося парня сидящего прямо перед ним. Прямо на его кровати, прижимающегося своим бедром к его. И синие глаза ненароком опустились прямо на место соприкосновения. Хмурость ушла с лица и сменилась на какое то другое, новое выражение лица.  Дио тут же заметил перемену настроения и немного растерялся, но усердно скрыл это снова возмутившись: — Ты засыпаешь чтоли?  — Нет, сна ни в одном глазу. — почти прошептал Джонатан медленно поднимая глаза к лицу Брандо.  Дио недоумевающе скривил брови, но когда брюнет взглянул в его глаза, цепко зацепился за синеву напротив.