Машынки

Адин рас Гардан Фримин прешол к дактару Кляйнеру. Кляйнер седел и чинел сваю машыну. Ана силна шумела и пачти дымелась. — О Гардан, харашо што ты прешол. Я хачу паменять машыну в енваре, ато ета уже старая, — скасал Кляйнер. Но Гардан ничево ни сказол. Он дастал бумашку и паказал ево Кляйнеру. Там была напесана «Карпаративный запрет на смены машыны в енваре». — Чево? Какой ещо запрет? — скасал Кляйнер. В етот мамент прешол Барни. — Превет. А я хател двегатель на джипе паменять. Гардан сразу паказал иму бумашку. — Блин, точна. Енварь жи, — скасал Барни. — Нильзя. — Пачему нильзя? — спрасил Кляйнер. — Низнаю. Так напесано. Патом из телепорта вылис Ламар и уранил гаечный клють. — Даже Ламар знаит пра запрет, — скасал Барни. Кляйнер пачисал галаву. — Кто ваще ето придумаол? И вдрук на стале паевилась ищо адна бумашка. Нихто ни видел аткуда ана взелась. Там была напесана «Низадавайте лишних вапросав. Ждите фивраля». Барни испугалса и пралил кофе. — Мне ета всо ни нравитса. Гардан кивнул. А гдето далико Джи Ман улыбалса. Наверна ета был он. Или ни он. Етава нихто ни знал.