Когда риск оправдывает себя

По вискам Миши стекал ледяной пот, в воздухе витал резкий запах пороха и какой-то едкой гари. Сердце колотилось так бешено, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Звуки борьбы и крики звучали приглушённо, словно сквозь толщу воды. Всё вокруг потеряло значение - остался лишь один ориентир: точка, где он оказался бы, если бы не... Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился Юра - знакомый до боли, но сейчас словно незнакомец. В его руке поблёскивал наградной пистолет, тот самый, что обычно лежал запертым в сейфе. Миша увидел на лице друга решимость, почти ярость, но в глубине глаз уловил едва заметное беспокойство. - Юра, какого чёрта?! - успел выкрикнуть Миша, прежде чем почувствовал, как его оттаскивают в сторону. Следующим, что увидел Миша, был Юра - он хладнокровно отстреливался от наступавших противников. Грохот выстрелов и крики заполнили пространство. В сознании Миши не укладывалось: это же полковник Брагин - тот самый, кто неизменно повторял, что истинное оружие следователя - не пистолет, а бумага с карандашом. Звуки борьбы затихли, и в наступившей тишине Миша ощутио, как слабеют ноги. В голове не укладывалось: он жив. Ещё недавно он был уверен, что это конец, - и вот теперь стоит здесь, дыша полной грудью. Перед Мишей возник Юра. Следователь дышал тяжело, волосы растрепались, но взгляд был полон облегчения. Медленно приближаясь, Юра незаметно спрятал пистолет за спину, будто хотел смягчить впечатление от только что произошедшего. Не найдя слов, Миша без сил упал в объятия Юры. Он глубоко вдохнул - запах кожи, пота и адреналина, к которому примешивалось что-то родное, - и прижался изо всех сил. Дрожь в руках не унималась, но в этих объятиях она казалась не такой пугающей. - Живой, - прошептал Юра, его голос был хриплым. - Благодаря тебе, - выдохнул Миша, не отрываясь от плеча Юры. Он на мгновение замолчал, затем добавил с дрожью в голосе: - Ты опять рисковал. Чёрт возьми, Юра, ты опять поставил себя под удар! Юра обнял Мишу ещё крепче, слегка похлопал по спине. - Миш, ну давай без нравоучений сейчас, ладно? Да, рисковал. Но посмотри - ты цел, мы оба живы. Оно того стоило, поверь. Опер поднял голову и встретился взглядом с Юрой. В его глазах он увидел не только облегчение, но и что-то ещё - то, что заставило сердце биться быстрее, уже не от страха. - Ты мог погибнуть... - голос Миши дрожал, он говорил тихо, почти шёпотом. - И ты всегда так делаешь. Рискуешь без оглядки. - Но я не погиб, - ответил Юра, нежно коснувшись щеки Миши ладонью. - И ты тоже. Миша не отрывал взгляда - смотрел на губы Юры, в его глаза. И вдруг осознал: все прежние упрёки, вся тревога из-за его безрассудства теперь казались такими мелкими, незначительными. На их месте расцвело что-то новое: тепло объятий, чувство полной безопасности и невыносимо острая благодарность, заполнившая всё внутри. - Я ненавижу, когда ты так делаешь, - прошептал Миша, но в его голосе не было ненависти, только дрожь. Юра улыбнулся, и улыбка вышла такой искренней, такой обезоруживающей, что Миша невольно расслабился - внутри что-то дрогнуло и начало таять, смывая остатки напряжения. - Я знаю, - мягко сказал Юра. - Но в этот раз, Миша, ты ведь не против? Миша покачал головой, прижимаясь к Юре ещё крепче. - Нет. В этот раз я не против. И тогда Юра наклонился. Медленно, словно давая Мише время отстраниться, если он захочет. Но Миша не хотел. Опер закрыл глаза, чувствуя, как губы следователя касаются его. Сначала нежно, почти невесомо, потом с нарастающей страстью, с жадностью, которая отражала всё то, что они пережили. Это был поцелуй, наполненный облегчением и благодарностью, поцелуй, который выражал невысказанные чувства, страх утраты и осознание того, что оба находились на грани. Миша отвечал с равной интенсивностью, его руки зарылись в волосы Брагина, притягивая его ещё ближе. Когда они отстранились друг от друга, оба тяжело дышали. Глаза Юры были тёмными, полными желания, и Миша знал, что его собственные глаза отражают то же самое. - Пошли отсюда, - торопливо и хрипло прошептал Юра, оглядываясь по сторонам. - Вместе с отрядом спецназа приехал Ухватов. И поверь, последнее, чего мне сейчас хочется, - это столкнуться с ним и выслушивать очередную порцию его недовольства. Миша кивнул, не в силах произнести ни слова. Ему тоже не хотелось видеть Ухватова. Осмотрев помещение, он заметил три трупа - тех, в кого стрелял Юра. Сегодня Миша по-новому взглянул на своего следователя: оказывается, Юра отлично стреляет и умеет отбрасывать эмоции, когда дело касается безопасности Миши Шибанова. Они вышли из здания, оставив позади следы борьбы, но унося с собой что-то новое - хрупкое и ценное. Миша ощутил, как сердце наполняется теплом, прогоняющим остатки страха. - Юра, - тихо позвал Миша. -М? - Спасибо. Юра остановился, повернулся к нему и снова улыбнулся. В улыбке было столько тепла и любви, что Миша ощутил, как в груди становится ещё теплее. Он надолго запомнит этот день - не из-за угрозы смерти, а из-за того, что Юра спас его и открылся с новой стороны.