Следующий принц

       В туманной дымке витал аромат роз… Сцена, сначала размытая, постепенно становилась яснее, открывая пространство, которое Чаран хорошо знал: цветущий сад виллы Пхитатева. Это была стеклянная купольная оранжерея, специально предназначенная для выращивания роз, и красота цветов свидетельствовала о том, что кто-то заботился о них… Чаран знал, что находится во сне, потому что с тех пор, как умерла его мать, он больше не ступал туда; возможно, его разум был недостаточно сильным... Сильный аромат роз смешивался с запахом черного чая – ароматом, который Чаран хорошо помнил. Чем глубже он вдыхал, тем больше вспоминал давно утраченные моменты… – Сегодня есть черничные сконы, которые ты так любишь... Подойди, я дам тебе один. – Женщина улыбалась нежно, а её мягкий голос наполнял сердце маленького Чарана радостью. Под солнечным светом, пробивающимся через плетения роз на крыше, мальчик улыбнулся и открыл рот, как птенец, ожидающий еду от матери. Это был день, полный счастья, настолько огромного, что он оказался не готов к тому, что должно было произойти позже… Его длинные ноги шагнули в сон, и он позволил себе приблизиться к сцене. Видя себя маленьким рядом с женщиной, которой больше не было, его сердце начало биться сильнее. Его взгляд, обычно твёрдый, начал трепетать, пока он смотрел на женщину, по которой ужасно скучал. Горечь заполнила его душу, и он позволил боли взять верх. Он знал, что женщина, играющая с ребёнком, не осознает его присутствия. – Ты можешь остаться со мной ещё немного, мама? – спросил маленький Чаран, пока мать с нежностью гладила его черные волосы. – Я бы очень этого хотела, но у нас у всех есть свои обязанности. Ты должен учиться и заводить друзей, а я должна работать. – Но из-за твоей работы я не могу тебя видеть столько, сколько хочу! Ты можешь бросить работу и остаться дома со мной? – спросил он грустно, вспоминая свои детские чувства. Он чувствовал себя таким одиноким каждый раз, когда его мать уходила на работу. Он считал дни до её отпуска, но каждый день почему-то казался длиннее предыдущего. – Я не могу, дорогой. У всех нас есть обязанности, – повторила она мягким голосом; ее нежная рука, гладящая его голову, согревала его до самого сердца. – Но, у моих друзей мамы не работают ночью… вдали… – Милый, это потому, что твоя мама – королевский страж! Независимо от того, спят ли правители или бодрствуют, я должна быть там, чтобы защищать их. – А они не могут защитить себя сами? Женщина на мгновение остановилась, затем тихо рассмеялась и посадила сына к себе на колени: – Они могут, но защищать их – моя обязанность. – Почему же мы должны их защищать? Чем больше он спрашивал, тем сильнее росло его любопытство. Мальчик нахмурил брови в замешательстве, не понимая, почему его мать должна жертвовать их временем вместе ради защиты других. – Если кто-то причинит вред Ассавадеватинам, пострадаем и мы, и другие граждане. – Почему так? – Потому что Ассавадеватин управляет страной, и если с ним что-то случится, наше государство и все жители Эммали окажутся в опасности, – сказала она серьезно. Чаран не видел тревоги в её глазах, не понимал глубокий смысл слов; возможно, он был ещё слишком мал. В конце концов, она решила не объяснять ему ничего слишком сложного. – Я не понимаю, – сказал молодой Чаран, всё ещё сидя у неё на коленях, в то время как взрослый Чаран медленно присел, чтобы встретиться глазами с матерью. Все, что он видел, было воспоминанием, но оно ярко запечатлелось в его сознании. Его мать молчала несколько минут, прежде чем снова заговорить. – Видишь ту пчелу, дорогой? Она указала на маленькое создание, которое жужжало среди цветов неподалеку. – Да. – Ты знаешь, что у пчел есть своя иерархия? В улье есть три главных роли. Рабочие пчелы – они самые маленькие, но самые многочисленные, усердно трудятся, собирают пищу и иногда охраняют улей. Затем есть трутни, их задача – размножение; они крупнее рабочих пчел, питаются, но являются ключевыми для всей популяции улья. И, наконец, есть матка. Она одна, самая большая. Она тоже делает немного, но её главная задача – обеспечить выживание улья и произвести следующее поколение. Рабочие пчелы защищают матку, потому что, если она погибнет преждевременно, улей погрузится в хаос. Мальчик моргнул, представляя эту ситуацию так же, как тогда, когда мать читала ему сказки на ночь. Он лишь знал, что существуют разные виды пчел и их роли. – Моя работа похожа на защиту матки. Убедиться, что она в безопасности, потому что если с ней что-то случится, это коснется и меня, и тебя. – Значит, ты рабочая пчела, мама? – Точно! Я – рабочая пчела, пчела-солдат улья. - Она нежно погладила его щеку, и её улыбка в тот момент запечатлелась в душе мальчика. – Ты замечательная, мама! – Теперь ты понимаешь, почему я должна уделять столько времени своей работе? Да, теперь он понимал лучше. Хотя ему было грустно каждый раз, когда он оставался без нее, он был достаточно силен, чтобы не доставлять ей беспокойств, поэтому редко вел себя по-детски, как тогда. – Скоро ты поймешь ещё лучше, потому что ты – следующий лидер семьи Пхитатева. Мы не можем избежать своих обязанностей: защищать, заботиться и быть верными и преданными Ассавадеватину. Именно это поклялись делать когда-то наши предки. Запомни это хорошо, Чаран... Это были последние слова, которые она сказала ему, и последний раз, когда они виделись, пока его мать была ещё жива… Он ругал себя за то, что не удержал её немного дольше. Винил за то, что недостаточно понимал мир, чтобы знать, что рабочие пчелы, защищая матку, должны жертвовать собой, ужалив агрессора. Если бы он знал это, он бы не позволил событиям развиваться таким образом!.. Сон медленно рассеялся, словно утренняя дымка... Кто-то однажды сказал, что чем счастливее воспоминание, тем больше оно доставляет боли, когда некто, важный для тебя, уходит. Нынешний Чаран был на сто процентов согласен с тем, что это правда… Тепло и беспокойные движения человека, с которым он делил постель, внезапно разбудили Кханина посреди ночи. Он сел, включил лампу на прикроватной тумбочке и широко раскрыл глаза, когда свет озарил бледное лицо Чарана. – Эй... Эй... Ты в порядке? Ты... – он не успел закончить фразу, так как прикоснулся к его руке и почувствовал, что температура была необычно высокой. Кханин нахмурился с тревогой и начал нервничать, размышляя, почему у Чарана жар, но затем его взгляд остановился на бинте на руке, и он сразу вспомнил! Рана заражена?! – Эй, тебе плохо? – пробормотал юноша, зная, что это бесполезно. Чаран казался потерянным в своем сне, он не отвечал и даже не открывал глаза. Холодный пот на лице и прерывистое дыхание указывали на то, что он страдает. Кханин поспешно включил весь свет в комнате и вернулся к своему соседу. Он тихо выругался при виде его бледных губ. Осторожно коснулся его лба, но прежде чем успел убрать руку, Чаран остановил его. – Не… – Он схватил его тонкое запястье, его голос, обычно сильный и уверенный, теперь был сухим, слабым и обеспокоенным. – Что ты сказал? – парень не был уверен, в сознании ли он или бредит от жара. Он попытался отстраниться, но Чаран явно не собирался отпускать его руку. – Не уходи… Эта просьба встревожила его ещё больше. Он осмотрел тело Чарана, который находился в бреду, затем покачал головой. – Ты горишь, мне нужно снизить твою температуру. Я пойду за полотенцем, – пробормотал Кханин, пытаясь освободиться, но другой только сильнее сжал его запястье. – Не уходи, – снова прошептал Чаран. Его веки медленно приподнялись, открыв глаза, наполненные слезами. Его дыхание было горячим и быстрым, словно внутри него бушевал пожар. – Но… – Ты можешь остаться? – Что… – Пожалуйста, я хочу, чтобы ты был рядом со мной… Чаран притянул его руку к своей щеке и вновь закрыл глаза, пока его дыхание не стало медленным и ровным. Кханин застыл на месте, словно электрический разряд пробежал по кончикам его пальцев. Он не знал, что делать, поэтому остался на месте, продолжая держать руку на щеке Чарана, убеждая себя, что его поведение вызвано жаром. В конце концов, кто может быть сильным каждую секунду своей жизни? Ему было всё равно, если даже придется оставаться в одной позе до боли в спине; Чаран всегда был рядом с ним, утешал его, когда никто другой этого не делал, поэтому следить за его состоянием – это самое малое, что он мог сделать. Юноша ждал, пока не убедился, что тот снова заснул, и медленно освободился от его хватки. Он потянулся, чтобы размять мышцы, затем принялся за дело. Нужно было срочно снизить температуру тела у Чарана!        Он использовал фруктовницу вместо таза, наполнил её водой, погрузил туда чистое полотенце и тщательно отжал его. – Эй, подвинься немного, – обратился он к Чарану, но тот не пошевелился: должно быть, он крепко спал. – Ну, извини. Можно я подниму футболку…? Кханин не получил никакого ответа, но всё равно приподнял её. Первое, что он увидел, – это подтянутый живот Чарана и мурашки на его коже, появившиеся от внезапного контакта с прохладным воздухом… Юноша закрыл глаза и, чувствуя себя немного неловко, провёл влажным полотенцем по его телу, стараясь сделать это быстро, ведь Чаран начал двигаться от холода, а если бы он проснулся в этот момент, ситуация стала бы ещё более неудобной. «Мне нужно протереть и там?.. Если я это сделаю, мне придётся снять с него… Снять? Нет-нет, лучше оставить всё как есть…» Кханин несколько секунд спорил сам с собой и, в конце концов, решил проигнорировать нижнюю часть тела Чарана. Он поправил футболку и вздохнул, пока тот продолжал беспокойно двигаться... Когда Нин болел, он всегда хотел, чтобы отец был рядом, чтобы чувствовать себя в безопасности, особенно когда находился в тяжёлом состоянии. Он представил, что Чаран скорее всего испытывает то же самое, иначе он не стал бы удерживать незнакомца рядом с собой. – Мм… – тихий стон заставил парня протянуть руку и осторожно коснуться его. Чаран тут же схватил её и прижался щекой. Кханин прикусил губу: – Спи. Я здесь, никуда не уйду. Завтра, когда ты проснёшься, мы снова начнём с тобой спорить. Чаран, казалось, понял слова юноши: его дыхание замедлилось, возвращаясь к нормальному ритму. Юноша почувствовал облегчение. Это было своего рода равнозначный обмен. Всё же Чаран получил травму, защищая его. Быть рядом с ним до утра – это не так уж сложно, верно?..              ***** Кханин спустился на нижний этаж здания меньше чем за двадцать минут. Он сделал всё как можно быстрее, потому что не хотел быть невежливым и заставлять себя ждать завтрака. Когда он пришёл, обеденный стол всё ещё был пуст, а Итт, друг Чарана и владелец клуба, находился за кухонным островом, исполняя роль японского шеф-повара. – Как раз вовремя. Садись, – спокойно сказал Итт, ловко нарезая рыбу острым ножом; за этим было почти приятно наблюдать. – Извините за опоздание, – вежливо произнёс Кханин. Итт покачал головой и улыбнулся ему: – Не переживай, ещё не готово. К тому же, Чаран сказал мне, что ты заботился о нём прошлой ночью, так что ты, должно быть, устал. Юноша посмотрел на самого Чарана, занятого сервировкой стола; тот, казалось, не проявлял интереса к их разговору. – Он сказал вам? – Да. Кханин был немного удивлен. Он снова взглянул на своего охранника, который, заметив это, быстро отвел взгляд; Кханин сделал то же самое. – Ты действительно мастерски обращаешься с ножом, – сказал он, наблюдая, как Итт разделывает рыбу на три абсолютно одинаковые части. – Я часто готовлю японскую кухню, поэтому у меня всегда есть все ингредиенты и инструменты под рукой… На самом деле я когда-то хотел стать шеф-поваром, но мне было жаль бросать семейный бизнес. Кулинарные способности Итта заставили Кханина на мгновение забыть, что тот владелец ночного клуба. Он кивнул – действительно, Итт выглядел как настоящий шеф. – Комплименты твоим навыкам работы с ножами! – Не только с ножами. Он ещё хорош со шпагой, – добавил Чаран в разговор. Его слова вызвали улыбку у друга, который немного тосковал по своим прошлым умениям. – Ты преувеличиваешь. – Ты действительно в этом эксперт. Повторяющиеся похвалы дали понять Кханину, что Итт действительно мастерски владеет шпагой, раз Чаран так открыто его хвалит. – Ваши комплименты ничего не изменят. Я уже много лет не брал шпагу в руки… Сейчас работаю только кухонными ножами. Идите за стол, я принесу еду, – сказал он с легкой улыбкой. – Я помогу... А ты иди садись, – предложил Чаран, кивнув парню. Кханин подчинился, и через пять минут ему подали завтрак в японском стиле. – Ешьте. – Ты всё это сам приготовил? – спросил он, находясь под впечатлением. Хотя он видел собственными глазами способности Итта, ему все равно хотелось уточнить. На столе были жареная рыба, рис, мисо-суп, маринованные овощи, блюдо из тофу и, наконец, тамагояки. – Да, я люблю готовить японскую кухню. – Ты невероятно талантлив! – искренне похвалил юноша, вызвав у Итта улыбку. – Кханин, если тебе нравится... – Можешь звать меня Нин. – Тогда ты можешь звать меня Пи Итт. – Хорошо, Пи Итт. Чаран задумчиво посмотрел на друга… Не слишком ли быстро они сближаются?.. – Тебе нравится японская кухня, Нин? – Да, я люблю сашими. – Если будет возможность, я приготовлю их для тебя. Итт был чрезвычайно добр, а Кханин – вежлив и дружелюбен. Совсем не так он вёл себя наедине с Чараном… – Спасибо. – Не за что… Обычно я готовлю только для себя. Поэтому, всегда приятно, когда есть кто-то, с кем можно разделить трапезу. – Судя только по внешнему виду, я бы уже поставил максимальный балл! Думаю, ты мог бы открыть ресторан, – высказал он свое мнение. Чаран подумал, что это звучит очень дружелюбно, но недоумевал, почему такие манеры никогда не проявлялись по отношению к нему. – Это интересная идея. – Итт?.. – привлёк к себе внимание Чаран. – Да? – он перевел взгляд на друга. Чаран помолчал немного, пытаясь быстро найти повод для обращения. – Ты ведь чай готовил? – Точно! Ешьте, я сейчас вернусь. Он поднялся и оставил их наедине. – Сначала съешь тофу, это закуска. Совет был проигнорирован. Кханин покачал головой и потянулся к жареной рыбе – главному блюду. – Мне не нравится тофу. – Не будь привередой, тофу полезен. – Ты ведешь себя, как родитель – пробормотал достаточно громко, чтобы его услышали. – Тофу сделан из сои, и при равном количестве он содержит в два раза больше белков, чем некоторые виды мяса. Также он содержит лецитин, который помогает уменьшить уровень жиров, улучшает работу нервной системы, связанной с памятью, и предотвращает образование тромбов. Тофу полезен... – Я знаю!.. - Кханин закатил глаза. «Невероятно, он читает мне лекцию только потому, что я не хочу есть тофу???..» – Если знаешь, тогда ешь. – Мне не нравится! Возьми сам… Вот... Ешь, это полезно! Тонкая рука взяла сервировочную ложку, положила холодный тофу с соусом с подноса на тарелку Чарана. – Ешь побольше, не забудь о пользе… - Молодой человек весело улыбнулся. Чаран, понимая намерения юноши, пришёл к выводу, что тот был хитрым и озорным мальчишкой. Тем временем Итт, который только что вернулся к столу с чайником, посмотрел на них, как на двух людей, заботящихся друг о друге. – Вы мило смотритесь вместе. Этот комментарий заставил Кханина и Чарана резко обернуться к говорящему. Юноша поднял бровь, а его друг выглядел озадаченным: – Что?.. Что здесь милого? – Вы двое. Когда ты сказал, что приедешь в Таиланд, я думал, что ты хочешь отдохнуть или найти кого-то особенного. Но, похоже, ты уже привёз с собой своего особенного человека. – Итт хитро улыбнулся, налил в чашку горячий чай и с удовольствием сделал глоток, в отличие от друга, который всё ещё выглядел растерянным. – Что?.. – Ты сказал, что приедешь со своим Нонгом. Сколько лет я твой друг, Чаран? Я знаю, что ты единственный ребёнок в семье... Могу сказать, что он определённо важен для тебя. Кажется, Итт сделал свои расчёты и пришёл к определённому заключению... Чаран почувствовал необходимость найти убедительное объяснение: – Вообще-то, под Нонгом я подразумевал кого-то младше себя и только... – Да ладно! Я же вижу, что дело не только в этом. Кханин судорожно сглотнул от такого явного намёка. Чаран беспокоился, что Итт мог догадаться об истинной природе его отношений с юношей, но следующая фраза прояснила его восприятие: – Очевидно, что вы вместе. Перестань отрицать. Кханин был ошеломлён. Он перевёл взгляд на Чарана, который выглядел потрясённым, если не сказать шокированным. Он проанализировал ситуацию, прежде чем решить, что согласиться – будет лучшим вариантом: – Вот так, нас раскрыли!.. Мы хорошая пара, правда? Молодой человек воспользовался моментом, рассмеялся и положил голову на широкое плечо Чарана, который был ошеломлён. «Странно… Этот парень ведёт себя так, будто никогда никого не касался раньше…» - подумал Нин. – Да, вы такие… Кстати, где вы познакомились? – В Англии – быстро нашёлся Кханин. – Ничего себе, пересечь океаны ради любви! Ваши чувства должны быть действительно сильными. Нин, ты знал, что во время учёбы Чаран никогда никого не приводил знакомиться со своими друзьями? Он всегда всё скрывал, – рассказал Итт. Чаран, казалось, полностью выключился из этого разговора. Он молчал, сидя неподвижно и напряжённо… Кханин захотел поддразнить его ещё немного: – Но я ведь симпатичный, правда? – и, повернув голову к Чарану, добавил: - Вот почему ты хотел познакомить меня с Иттом? Неудивительно, что ты так настаивал на том, чтобы я пришёл. – Ага… Пока один флиртовал, другой кивал, не в силах найти что возразить. Чаран понимал, что его друг станет ещё более подозрительным, если он скажет, что Кханин ему не парень. В конце концов, у него не оставалось выбора, кроме как подыграть. – Мой Ан-Ан* (дядя на итальянском) такой милый, правда?.. Прозвище застало обоих врасплох. Чаран посмотрел на Кханина с недоверием, а Итт переспросил: – Ан-Ан???..       – Это прозвище. У пар есть особенные прозвища друг для друга, – объяснил парень с очаровательной улыбкой, но для Чарана он был настоящим маленьким дьяволёнком. – Но… почему именно «Ан-Ан»? – Потому что ему нравится жаловаться и дразнить меня, будто он совсем старый. Разве это не мило? Объяснение, которое могло показаться правдоподобным посторонним, не обмануло Чарана. Кханин тонко подшутил над ним, а Итт даже не заметил этого. Ему явно было весело, в то время как Чаран мысленно поклялся отомстить… – Значит, он зовёт тебя «Ан-Ан»? А как ты его называешь? – спросил Итт, смеясь до слёз. Он вытер их тыльной стороной ладони. Чаран сначала промолчал, а потом повернулся к молодому человеку; игривый и вызывающий взгляд, которым тот на него смотрел, подсказал ему слово: – Ды-Ды! – Что?!! – Это отреагировал во̀все не Итт, а самый молодой из сидящих за столом. Чаран улыбнулся: – Я называю его «Ды-Ды, потому что он упрямый, постоянно спорит и любит делать всё наоборот! Мальчик подшутил над ним, и теперь настала его очередь получить ответ! Чаран ухмыльнулся, зная, что Кханин внутри кипит от злости. Молодой человек бросил на него яростный взгляд, готовый ответить. – Что… - попытался что-то сказать Нин. – Но, он такой милый, – быстро перебил его Чаран, завершив так, чтобы это выглядело просто, как спор между влюблёнными. – Он действительно милый. Где ты его нашёл? – Я сам задаюсь этим вопросом. Кханин прикусил губу, натянуто улыбаясь, чтобы продолжить игру перед Иттом, но внутри он уже придумывал способы отомстить. – Нин, если тебе понадобится помощь, дай мне знать. Парень Чарана – мой друг, так что не стесняйся обращаться. – Спасибо… – В своей роли милого бойфренда он сладко улыбнулся, а затем снова сосредоточился на еде перед ним, мысленно разрабатывая план мести Чарану! Они обменялись взглядами, ведя молчаливую битву, пока следующие слова Итта не заставили одного подавиться тофу, а другого – супом. – Я тут подумал… «Дядя» и «Сорванец» плохо рифмуются. Мне кажется, они не очень подходят вам… – … – Почему бы тебе не назвать его «Спиногрыз»? Разве это не звучит лучше в сочетании с «Дядей»?..