Тише чем за сценой

Три дня спустя. Новый город. Утро без снега. Полина просыпается от того, что Варя уже не спит. Она стоит у окна в одной футболке, смотрит на серое небо. В руке — сигарета. Пепельница на подоконнике переполнена. — Ты куришь с утра? — сонно спрашивает Полина. — Ты же не куришь с утра. — Сегодня курю, — не оборачивается Варя. Полина садится. Трёт глаза. Что-то не так. Она чувствует это по спине Вари — напряжённой, замкнутой. — Что случилось? — Ничего. — Варь. Молчание. Долгое. — Я посмотрела твой бюджет, — наконец говорит Варя. — На ноутбуке. Ты оставила его открытым. Полина замирает. — Это… — Ты работаешь за копейки, — Варя поворачивается. Глаза красные — не от слёз, от недосыпа. — Ты снимаешь нас почти бесплатно. Лия платит тебе меньше, чем осветителю. А ты говорила, что у тебя есть деньги. — Я не говорила, что у меня много, — тихо отвечает Полина. — Я сказала, что хватит. — На что хватит? На еду? На квартиру? На жизнь? — Варя бросает сигарету в пепельницу. — Полина, ты не можешь позволить себе даже новый объектив. Ты мне врала. — Я не врала. Я просто не говорила. — Это одно и то же! Голос Вари срывается. Полина встаёт, подходит к ней, но Варя отступает. — Не надо. — Варя поднимает руку. — Дай мне договорить. Полина останавливается. — Я семь лет жила с человеком, который не говорил мне правду, — тихо говорит Варя. — Она молчала, когда было больно. Молчала, когда уходила. А потом ушла совсем. И я осталась одна с вопросами, на которые никто не ответил. — Я не Лера. — Я знаю, что не Лера! — Варя почти кричит, и в голосе — не злость, страх. — Но ты тоже молчишь! Ты молчишь, что не хватает денег. Ты молчишь, что устала. Ты молчишь, что боишься, что я уйду, как она. Полина молчит. Потому что это правда. Варя смотрит на неё — и видит. Всё. — Ты боишься, — говорит она уже тише. — Да? — Да, — шепчет Полина. — Боюсь. Каждый день. Что ты проснёшься и поймёшь: я не та. Что я слишком обычная, слишком простая, слишком… не музыка. Что ты захочешь кого-то, кто дышит сценой так же, как ты. — Дура, — выдыхает Варя. — Ты думаешь, я люблю тебя за деньги? За камеру? За то, что ты умеешь снимать? — А за что? Варя подходит. Не отступает теперь. Берёт Полинино лицо в ладони. — За то, что ты пришла. За то, что осталась. За то, что сняла мой первый аккорд и не убежала. За то, что ты врёшь о бюджете, потому что не хочешь, чтобы я беспокоилась. — Голос срывается. — За то, что ты человек. Настоящий. Полина закрывает глаза. Слёзы текут — тихо, без звука. — Прости, — шепчет она. — Я не хотела врать. Я просто думала… если ты узнаешь, что я не справляюсь, ты решишь, что я слабая. — Слабая — это та, кто боится просить о помощи, — говорит Варя. — Ты не слабая. Ты просто привыкла быть одна. — И ты тоже. — Была. — Варя убирает слёзы с её лица большим пальцем. — Теперь нет. Они стоят у окна. Серое небо, холодный город, нет снега. Но внутри — тепло. — Я попрошу Лию поднять тебе ставку, — говорит Варя. — Не надо. — Я попрошу. Не для тебя. Для меня. Чтобы я знала, что ты можешь купить новый объектив и не думать о деньгах. — А если она откажет? — Тогда я доплачу из своих. — Варя пожимает плечами. — Я солистка группы. У меня есть деньги. — Я не хочу твоих денег. — А я хочу, чтобы ты была счастлива. — Варя целует её в лоб. — Это мои условия. Или ты уходишь. — Куда я уйду? — всхлипывает Полина. — Ты моя жизнь. — Тогда давай договариваться. Они садятся на пол. Прямо у окна. Полина берёт Варину руку. — Что ты хочешь? — спрашивает Варя. — Я хочу, чтобы ты знала: я могу спросить о помощи. Если будет трудно. — Хорошо. А что я хочу? — Чтобы ты сказала, если я молчу. — Хорошо. — Варя сжимает её руку. — Мы будем учиться. Вместе. Как на гитаре. — Ты была плохим учителем. — Поэтому у нас есть время. Они сидят на полу. Без энергетика, без сигарет — просто держатся за руки. За окном — серое небо. Снег всё ещё не идёт. Но Полине кажется, что он уже на подходе. Как и всё хорошее, что будет после этой ссоры. — Варь, — говорит она. — Мм? — Я всё равно не буду просить у тебя денег. — Знаю. — Варя улыбается. — Поэтому я куплю тебе объектив. В подарок. Без спроса. — Это не честно. — Я нечестная. — Варя пожимает плечами. — Я солистка рок-группы. Мы такие. Полина смеётся. И Варя смеётся. И где-то в коридоре Лера проходит мимо их двери, слышит смех и качает головой. — Идиоты, — говорит она себе под нос. — Счастливые идиоты. И идёт дальше — к себе, к новой синей банке, к сообщению от Жени, которая пишет: «Когда ты вернёшься на заправку?» Мир продолжается. И они — в нём.