Недосказанность

      В понедельник утром Кайл предупредил всех учителей, что задержится из-за необходимости доехать до врача, поэтому в восемь утра, когда все уже ушли из дома, а мама поехала отвозить Айка в школу, Брофловски сел в свою машину. Он был вынужден ехать ко врачу один, и его это даже устраивало. Маму Кайл любил, но всё же её присутствие в вопросах его лечения так или иначе создавало некий дискомфорт.       Кайл включил музыку и выехал с подъездной дорожки, направляясь в сторону больницы. Нужно было рассказать доктору о том, что его организм восстановился, и теперь он уже очень даже конкретно реагирует на всех окружающих. Но если в прошлое посещение он просто мог различать запахи, то теперь примерно определял омег и альф. Это осознание пугало самого Брофловски, ведь если так может и он, то, очевидно, и все окружающие. Возможно, одноклассники не замечают ложь лишь потому, что привыкли к его роли альфы. Но Картман наверняка сомневается, судя по тому, что произошло во время кемпинга. Да и девочек к нему скорее тянет из-за чувства безопасности, ведь рядом не альфа. Какой ужас...       В больнице пахло как и обычно, но теперь Брофловски мог различать присутствующих и делить их на омег и альф, чем и развлекал себя до приёма. Стэн уже написал ему, что Милли без него скучает и прислал пару фотографий происходящего вокруг. На одной из них он широко улыбался, пока на фоне Кенни с Крейгом и Баттерсом пытались разнять детей из драки. Кайл невольно расплылся в улыбке, рассматривая Марша. И почему он раньше не замечал, что Стэн такой красивый? Это влияние феромонов такое? И случилось бы это раньше, знай он о том, что является омегой сразу? Так много вопросов, которые попросту некому задать. — Брофловски, проходите, — сказал врач, выглянув из кабинета. Кайл тут же поднялся с лавочки, оглядываясь на мужчину. — Вы сегодня без мамы? — Да, она занята, — ответил Кайл, заходя в просторный кабинет.       В этот раз он чувствовал себя в разы увереннее, подробно рассказывая обо всех изменениях в своём теле и восприятии мира. Врач записывал что-то в компьютере со слов Кайла, пока тот начинал постепенно подходить к самым тревожным моментам его изменений. Когда он собрался было начать, то вдруг учуял мягкий аромат феромонов, замешкавшись. Врач довольно быстро это заметил, взглянув на пациента исподлобья, и коротко улыбнулся. — В чём дело? — Извините, это... Ваши... Ф-феромоны? Я просто... Научился различать омег и альф по ним. Не уверен, что это работает правильно, просто Ваши... — Кайл неуверенно отвёл взгляд в сторону. — Мне просто показалось... — Всё правильно, я тоже омега, — спокойно ответил врач, сложив руки в замок. — Это совершенно нормально. Ваше лечение проходит очень хорошо, даже не пришлось долго подбирать лекарства много раз. Я думаю, пора уменьшать дозировку восстанавливающих препаратов, а те, что контролируют феромоны оставляем. — Хорошо, спасибо, — ответил Кайл, встав со стула, но, уже коснувшись дверной ручки, остановился. Пару мгновений он колебался, не уверенный, стоит ли озвучивать свой вопрос, но всё же рискнул. — Доктор, скажите, а это нормально, если тело реагирует не просто на всех альф, а на конкретного? — Мм? — врач поднял взгляд на Кайла и вновь улыбнулся. — Ого, как любопытно. Я так понимаю, Вас привлекают его феромоны больше остальных? — Я бы сказал иначе, — ответил Брофловски, взявшись рукой за локоть. — Я не воспринимаю вообще всех, кроме него одного. — Это тоже нормальная реакция организма. Прошу прощения за вопрос, но... Вы неравнодушны к этому альфе? Это может быть напрямую связано. — То есть, он мне может начать нравиться из-за привлекательности его феромонов?! — Кайл искренне удивился. Он, конечно, предполагал нечто такое, но услышать из уст врача — совершенное другое. — Нет, не так, — отозвался доктор, покачав головой. — Оба этих фактора зависят друг от друга напрямую. Он бы Вас не привлекал, если феромоны отталкивали. И также феромоны привлекают потому, что он Вам уже нравится. Так работает влечение на уровне физиологии. — Ох... Спасибо. До свидания, — Кайл вышел из кабинета и, когда сел в машину, мрачно вздохнул. Так что же произошло первым? Брофловски взялся за голову, нервно потирая лоб пальцами. Как же вдруг стало сложно жить!       Кайл приехал в школу прямо к ланчу, оставляя машину на парковке, и сразу затем помчался в кафетерий. Как раз в это время всех детей рассаживали за столы. Стэн первый заметил появившегося Кайла, стоя возле Саманты, которая что-то активно ему рассказывала. Он хотел было подойти к Брофловски и всё расспросить, но Марша опередила Милли. Девушка подлетела к Кайлу и крепко вцепилась в его руку, почти повиснув, чем вызвала лёгкую дрожь. Всё же, Брофловски не очень любил внезапные прикосновения. — Кайл! Господи, слава Богу ты пришёл! Дети меня вообще не слушаются, когда тебя рядом нет! Помоги мне с ними, — она уволокла Кайла за собой. Брофловски мельком оглянулся на Марша и виновато пожал плечами, неловко заглянув в растерянные синие глаза. Стэн нахмурился. Милли, да и другие омеги постоянно нарушают личное пространство Кайла, хватают его за руки и виснут на нём, а он совсем не сопротивляется! Жутко бесит, аж зубы сводит. — Стэ-эн! — протянула Сэм, капризно хватая его за руку. Марш тут же оглянулся на неё. — Поиграешь со мной после ланча?! — А? Да, конечно, Сэм, — улыбнулся он, вновь мельком оборачиваясь на Кайла. Девочка мрачно посмотрела в ту же сторону, надувшись. — Опять ты только на него смотришь, — пробурчала она, отпустив Стэна и приступая к обеду. Марш на это только улыбнулся и погладил девочку по волосам, выпрямляясь. Ладно, может, он просто себе надумывает лишнего? Кайл ведь очень вежливый, не отказывает омегам в помощи. В конце концов, он вообще не обязан постоянно быть рядом со Стэном?!       После обеда детей собрали, и все старшеклассники разделились на небольшие группы. Детям на выбор было предложено заняться изучением науки в компании Стэна, Кайла и Крейга с их омегами. Кенни, Картман и Клайд со своими омегами были с детьми, кто хотел заняться чем-то спортивным, а остальные занимались творчеством. Брофловски обрадовался, что не оказался с Эриком вместе, поэтому с удовольствием рассказывал детям на пару с Венди основы физики. В руках у них обоих была призма, и на солнечном свете со стаканом воды они показывали то, как из белого света проявлялся весь спектр. Все остальные помогали детям с их призмами и водой, чтобы у каждого получилось. — Видите, у всех получается создать из обычного света целый радужный спектр, — проговорила Венди, оглядывая увлечённых детей. Если у Кайла был дар успокоить детей, то у Тестабургер — увлечь. — Как думаете, почему такое может происходить?       Дети наперебой стали выдвигать предположения, и Венди с Кайлом по очереди спрашивали каждого. Некоторые теории были совсем смешные или даже безумные, вызывая бурный смех у остальных, но Брофловски быстро призывал всех к порядку в мягком тоне. — Как Венди уже показала, свет, проходя через стекло, немного изменяет своё направление. То есть, когда мы смотрим на его лучи просто так, то видим лишь белое свечение. Однако, — Кайл вновь поднёс под лучи призму, чтобы продемонстрировать наглядно. — стекло создаёт некий барьер, не позволяя свету распределяться так же равномерно. И мы видим много разных оттенков. Как думаете, почему их несколько? — Потому что стекло кривое? — спросил один из детей, и Кайл улыбнулся. — Ещё какие есть предположения?       Около минуты дети делились идеями, задумчиво рассматривая свои призмы и гадая настоящие причины. — На самом деле всё намного проще, — продолжила говорить Венди. — Дело в том, что каждый из этих оттенков меняет направление по-разному. Где ещё мы можем видеть такое явление? — Радуга! — в один голос затараторили дети, и старшеклассники стали их хвалить. Стэн улыбчиво рассматривал выступающих Венди с Кайлом, которые всегда прекрасно работали в команде. Они никогда друг друга не перебивали, всегда говорили последовательно и будто бы знали заранее наперёд всё, что скажет каждый из них. Удивительно, как судьба иногда издевается: бывшая девушка прекрасно работает в паре с нынешним объектом вожделения. Будет совсем не смешно, если эти двое сойдутся, и тогда Стэн сойдёт с ума.       Убравшись после детей, пока их забирали родители, Кайл потянулся, осматриваясь по сторонам. За весь день ему так и не удалось пообщаться с друзьями из-за большой загруженности, и теперь он мог расслабиться. Зато успела позвонить мама и уточнить, как прошла встреча с врачом. Кайл был рад, что дозировку таблеток уменьшили, как и Шейла, так что теперь будет будто бы меньше нагрузки на организм. Во всяком случае, так сказал Айк, когда Кайл рассказал ему про успехи. Кажется, младший брат стал слишком присматриваться к нему и даже принюхиваться, что не могло не настораживать. Безусловно хотелось рассказать обо всём честно, но Кайл слишком боялся этой правды. По крайней мере, ему совершенно не хотелось разрушать образ старшего брата альфы. Ведь тогда может всё измениться, а к этому он был не готов. — Ну, как там у врача? — тихо спросил Кенни, появившись будто из ниоткуда. Кайл вздрогнул, ведь не учуял его заранее, и оглянулся по сторонам: Стэн пытался отделаться от Саманты, а остальные заканчивали уборку. Кенни заметил это, вздыхая. — Не парься, никто нас не слышит. Ну? — Мне снизили дозировку лекарств, — ответил Кайл, улыбнувшись краем губ. — Врач сказал, что восстановление проходит хорошо, поэтому дальше организм научится справляться сам. — Хотел сказать, что твои феромоны стали немного меняться, — прошептал Кенни, чтобы быть наверняка не услышанным. Кайл насторожился. — Если по началу они были какие-то нейтральные, непонятные, то теперь всё больше напоминают омежьи. — И что ты хочешь этим сказать? — строго спросил Кайл, заглядывая в глаза Кенни. Паника нарастала, отчего даже вспотели ладони. МакКормик вздохнул. — Я, конечно, не заставляю, но ты подумай сам, умная голова. Как долго у тебя выйдет скрывать правду, когда твои феромоны начнут вопить об этом? — Буду пить таблетки, значит, чтобы скрыть феромоны, — буркнул Кайл, замечая скептицизм на лице Кенни. Он сложил руки возле груди и покачал головой, глядя на бледное лицо Брофловски. — Ладно, твои дела. Только потом не удивляйся, если вокруг тебя начнут крутиться альфы ещё больше, но уже с внутренним осознанием, кто ты. Ты же помнишь, как было у Баттерса?       Кайл судорожно выдохнул, приподняв напряжённые плечи. Только сейчас до него дошло, какую угрозу может нести это всё для омег. Раньше Брофловски не задумывался о том, как часто омег домогаются другие альфы, и даже имел наглость успокаивать их с фразой "не все альфы такие". Когда это впервые услышала Венди, то провела аналогию с яблоками в корзине. Кайл тогда помнил, как удивился странному примеру, и её слова вдруг всплыли в голове вновь: "Представь, что тебе дают корзину с яблоками, на пара из них отравлена. Ты не знаешь, какие именно. Будешь ли ты рисковать и есть эти яблоки?". Кайл тогда не понял, что за глупое сравнение, но теперь, оглядываясь назад и находясь уже в совершенно иной шкуре, вдруг всё осознал. Понял, каково было Баттерсу, к которому мерзко приставали все альфы, и приходилось его защищать. И почему другие омеги так агрессивно реагируют на поведение альф. Зачем вообще борются за свои права, в конце концов. Ведь ты никогда не знаешь, как поведёт себя альфа, получив отказ. Кайл мог только наблюдать со стороны за этим, но не теперь. И наезд Картмана неделю назад буквально доказал, как омеги теряются при воздействии тяжёлых и подавляющих феромонов.       Кенни заметил эту панику и судорожные размышления, хватая Кайла за руку и осматриваясь. — Эй, расслабься! Ладно тебе, с тобой точно такого не будет. Ты за себя постоять можешь, а Стэн вообще разорвёт за тебя. Да и я тоже. — Скорее ты, — севшим голосом сказал Кайл, оглядываясь на Марша. — Стэн ведёт себя немного иначе в конфликтах, если ты не заметил. И в драку точно не бросится. — Да, он не такой вспыльчивый, как я. Но я бы сказал, что его поведение в разы страшнее, — ответил Кенни, также оборачиваясь на улыбающегося Стэна. — Намного проще и понятнее, когда альфы взрывные. Ты знаешь, что от них ожидать, когда они могут напасть и ударить, но со Стэном это трудно считывается. Когда пару недель назад вы приехали, пока я ругался с отцом, я впервые увидел, какой он сильный на самом деле. — В каком смысле? — удивился Кайл. МакКормик поджал губы и отвёл взгляд в сторону. — Когда альфа в конфликте с тобой говорит ледяным тоном, не лезет на рожон и буквально давит на тебя просто феромонами, от этого мороз по коже. Вы уехали, и так всё было. Отец даже отошёл от него назад, я тогда и сам струсил, честно говоря. И потом раз — отец уже на полу, а Стэн держит его за горло. Я более, чем уверен, что если тронут уже его самых близких, он разорвёт на куски, и даже глазом не успеешь моргнуть. — Он... Не похоже, что он в самом деле так может, — удивился Брофловски, вновь глядя на доброго и спокойного Стэна. Кенни кивнул и угукнул. — Да уж. Но ты всё равно подумай над моими словами. Я понимаю, тебе самому наверное это всё дико. Принять правду нужно сначала тебе самому.       К ним вдруг подошёл Баттерс, улыбчиво осматривая обоих по очереди и принюхиваясь к напряжённым феромонам. Он мгновенно считал эмоции обоих, и улыбка превратилась в натянутую. — О чём болтаете, пацаны? — Ничего такого, Лео, — Кенни положил ладонь на его плечо, мгновенно меняясь в настроении. — Кайл просто говорил, как ко врачу сходил. — Всё хорошо? Мы даже парой слов перекинуться сегодня не успели, — отозвался Стотч, заглядывая в растерянные зелёные глаза. Кайл, глядя на него, вдруг вспомнил его слёзы и ужас, когда впервые до Баттерса домогались, и тяжело вздохнул. Неужели его теперь тоже ждёт борьба за собственную честь? — Д-да, у меня улучшения. Постепенно отменят лекарства, и всё наладится. — Я рад! — воскликнул Баттерс. — За здоровьем нужно следить, ты правильно делаешь, что всё проверяешь и контролируешь. — Ага, — кивнул Кайл. Взгляд сам собой нашёл Стэна, который как раз отдал Саманту в руки её матери, и сразу же подошёл к своей компании. Он быстро понял, что Кайл с Кенни странно напряжены, но решил не расспрашивать. И всё же, его беспокоило, что между ними могут быть какие-то личные секреты. Ведь Кайл — его лучший друг, не Кенни!       Вечером Стэн сидел в гостиной на нижнем этаже с Кенни. Все разъехались по домам после целого дня в школе. Кайл сказал, что устал, а к Баттерсу приехали родственники, поэтому посидеть вместе не получилось. Парни валялись на диване и залипали в телевизор, лениво жуя чипсы. Было скучно, но будто бы сил и даже желания погулять не было. Даже играть в приставку лень. Стэн перевёл взгляд на Кенни, рассматривая его. Из головы так и не выходило, что между ними с Кайлом есть свои секреты, и это давило морально. Он осознавал, что ненормально ревновать лучшего друга ко всем, кто оказывается с ним рядом, но ничего с собой поделать не мог. Ведь любая омега имеет больше прав находиться рядом, а он, как его друг и такой же альфа, ничем не отличается от других таких же. В том числе и Кенни. Кайл сам выбирает, с кем и как общаться, и пока что его выборы, осознанные или же нет, ранили Стэна глубже любого ножа. Как хочется нарушить все границы и барьеры, взять Кайла за руку и обнять, оказаться ближе любого другого человека, любой омеги. Иметь право на искренность без страха осуждения, без страха потери лучшего друга. Но пока что это слишком страшно. — Слушай, у вас с Кайлом какие-то секретики появились? — спросил Стэн, разрывая тишину. Кенни удивлённо оглянулся на него, вскинув одну бровь. — Мм? С чего ты взял? — Не знаю, — засомневался Марш, отворачиваясь. — Просто показалось. Вы частенько шушукаетесь вдвоём в стороне от всех. — У тебя паранойя, — уверенно и небрежно ответил МакКормик, создавая полное впечатление правдивости. — Это твой лучший друг, не мой. Лучше бы уж ты с ним шушукался, ей Богу. — О чём нам шушукаться?! — смущение невозможно было скрыть, и Стэн нахмурился. Кенни с ухмылкой осмотрел друга, затем чуть сощурился. — Откуда же мне знать? Это вы постоянно ночуете и проводите время вдвоём. Хер знает, чем вы там ещё можете заниматься. — О, Господи, иди нахуй, — шикнул Марш. Кенни на это лишь улыбнулся, покачав головой. — Что такого может быть между мной и Кайлом? Чушь какая-то. Не неси херню. — А я, вообще-то, без подтекста говорил, — отозвался Кенни, пережёвывая чипсину. — Всё остальное додумал ты сам.       Стэн замолчал, поджав губы. Это сейчас был газлайт, или всё же Марш на самом деле сходит с ума? Он уже и сам не понимал, мрачно отвернувшись в сторону. Может, он в самом деле слишком себя накрутил, и теперь попросту несёт чушь? Нужно немного расслабиться. Его зацикленность на Кайле может оказаться слишком очевидной, а раскрытия Стэн совершенно точно не хотел.