"Прошлое феликса"

Обычно можно спокойно продолжить исследовать прошлое Феликса Диего, как он выживал, сражаясь одновременно за свободу Португалии и за самого себя. Но Рита предупреждала: в Анимусе долго не сидят. А это значит, что иногда полезно отдохнуть от истории и скажем так, немного раскрыть саму школу. В Школе волшебников учились все виды магических существ. Эльфы, друиды, големы и прочие маги осваивали свои дисциплины. Программы были разными. Индивидуальные для каждого вида: эльфы зубрили медитацию и стрельбу из лука, големы учились сдерживать злобу и в основном ходили на физкультуру. Были и объединённые курсы. Джон, когда поступал, выбрал микс: иностранные языки и превращения. Помимо добрых зверей он научился превращаться в разных мутантов, для спаррингов, конечно. Кира объединила аэродинамику с химией и математикой, а гуманитарные предметы взяла для души. Феликс-вампир сделал ставку на изобразительное искусство и полёты художественные, с элементами акробатики.Рисовать и парить, что может быть лучше? Директор тогда ушёл на пенсию. На его место пришёл человек, который в своё время был заместителем магистров экзорцистов. Этот человек, как выяснилось, убивал демонов и разную нечисть. Джон ненавидел его поговаривали, что тот однажды устранил оборотня. В его взгляде сверкали строгость и жестокость, за спиной всегда висел клинок. «С ним шутки плохи», — подумали ученики. Но как оказалось, даже за воином, за плечами которого были убийства демонов и хладнокровность, скрывалась доброта и понимание. Он стал директором. Да, иногда он поддерживал школу, развивал её и решал проблемы не только клинком. Случалось, что лезвие прикладывалось к горлу, но детей он никогда не мог вспороть. Жестокость жестокостью, но цели убивать у него не было. Припугнуть — можно. Но убийство? Даже если в школу поступал детёныш нечисти, директор старался решить всё мирным способом. И только если тот начинал буянить… но и тогда он искал выход без крови. — Как думаешь, — начал Джон, жуя шаурму на перемене, — если бы я был в Чернобыле, смог бы сразиться с кровососом один на один? В форме Мерсера, с его когтями? — Тебе напомнить прошлый раз? — Феликс откусил свой кусок и поморщился. — Когда ты поглотил мутанта? Ты чуть нас всех не истерзал. Так что кровосос — ну… не знаю. Вот если бы Химера или Контролер — я бы посмотрел. Разговор прервался. Перед ними стоял человек в плаще. С клинком на поясе. Чёрная полоса через глаза и фиолетовые кресты в зрачках. Тот самый экзорцист. Тот, кто пожертвовал зрением ради силы. — Ребята — сказал он безэмоционально. — У-у-у, я сваливаю — Джон испарился мгновенно. Экзорцист повернулся к Феликсу. — Странный ученик. Ты Феликс, если я правильно понял. — Да — кивнул вампир, стараясь не смотреть на клинок. — А это был мой друг Джон. Он вас немного ненавидит. Из-за того, что вы убили оборотня. Секундное молчание. — Когда молодёжь перестанет верить слухам, тогда, возможно, я подобрею к ним — экзорцист покачал головой. — Он, наверное, путает свой вид с Призраком. — Призраком? — Демон. Работает по принципу кордицепса. Поселяется в человеке, управляет им. На глазах появляются разметки, а потом человек мутирует. Я пытался убить его тогда… — он прервался, словно наступил на старую боль. — С покойницей, ведьмой и моим потомком. Сколько демонов я перебил, господи… и не сосчитать. Я уверен, школа защищена. И не надо меня бояться,ребёнка я не трону. Но знай: со мной даже не думай шутить. Помимо клинка у меня магия. Самая опасная. — Ого — только и выдохнул Феликс. — Ладно. Рад, что мы познакомились. Можешь прийти в актовый зал, кое-что обсудим на тему стенгазеты. Они распрощались. Феликс уже собрался уходить, но заметил в холле знакомую фигуру. В холле сидела Мида. Шестёрка Милании, как её любил называть Джон,хотя потом он ответит за свои слова. Молчаливая медуза горгона, чувствовавшая себя изгоем. Она рисовала людей, путешествующих по Чернобыльской зоне: комбинезоны, противогазы, в руках — голова мутанта. Феликс подошёл. — Привет, Мид. Медуза сжалась, закрылась блокнотом. Он заметил рисунки: реактор, заброшенные здания. Потом взял наушники, послушал. В мелодии пелось о битве в Халгин-голе. Кто-то нелегально переносил музыку,да и не только ее из реального мира в потусторонний. Феликс оценил, показав палец вверх. — Дай глянуть. Он взял блокнот и принялся внимательно изучать, без всякой цели порвать чужой труд. На страницах были нарисованы наёмники: в комбинезонах, противогазах, вооружённые западными винтовками. Их объединяло одно: все в чёрном, отряд назывался «Медуза». А ниже Мида аккуратным почерком вывела: «Это отдельный отряд наёмников, состоящий из профессионалов и бойцов со всего мира, работавших в горячих точках: в Афгане, на Ближнем Востоке и войной в Югославии. Отличаются жестокостью ко всем группировкам. При обнаружении вольных сталкеров заставляют отдавать всё снаряжение и отправляют в рабство,это если хотят сохранить жизнь или в случае отказа расстрел на месте. Воюют с самыми сильными группировками, включая «Монолит»,где на счету их 5 бойцов и военных. С такими группировками, как «Долг» или «Свобода», не церемонятся — открывают огонь. Медузу ненавидят даже наемники и отстреливают, устраивают на них рейды.Но пока среди их отрядов,нету двухсотых. Охотиться за Дегтярёвым и Стрелком.В зоне их цель,полностью очистить от группировок и мутантов и полностью закрыть доступ» Прочитав это, у вампира застыла кровь. Сердце ушло в пятки. Похоже, ребята серьёзные,лучше бы ему и не пересекаться с ними. — Я не знал, что ты обожаешь постапокалипсис — мягко сказал вампир. — Я вот сейчас читаю «Портрет Дориана Грея». А ты хочешь путешествовать по заброшенным местам в Чернобыль,к примеру. Похоже, у нас много общего. Мида не ответила. Но когда Феликс ушёл, торопясь на аэродинамику, она… улыбнулась. Хоть кто-то не считает её расходным материалом. Счастье длилось недолго, как донат стримеру: стример отреагировал, а через пятнадцать секунд забыл о человеке. — ОПЯТЬ, ЭТА МРАЗЬ! — из ниоткуда появилась Милания. С новой прической,это были дреды сине-зеленые,вместо кос, но с прежней злобой. Она двинулась к Миде, словно раскрыла преступление века. — Как же меня этот Крис Чан достал! — выпалила она. — Вечно он лезет в жизнь школы, его паблик процветает, а мой вечно страйкают! Про причёску молчу. Я за новую две тысячи отдала! — Она выплеснула пар, перевела взгляд на застывшую Миду и на её наброски. — А-а-а, я поняла, дорогуша. Ты ему глазки строила? Что рисовала? Дай сюда! Ярость Милании нельзя было описать словами. Она ревновала? Или просто наслаждалась властью? Шестёрка, главная прислуга, начала засматриваться на кого-то другого? Напоминало 1984. Рисунки наёмников, возможно, созданных для мода по этой вселенной, самых страшных врагов Чернобыля, бесстрашных, способных убить мутантов и целые группировки, превратились в кучку рваной бумаги. Мерзко. — Но ничего — прошипела Милания. — Я этому художнику, испанцу с его куклой и их рыжей устрою незабываемое приключение. А ты, дорогая, поможешь. Она перевела взгляд на Феликса, который обсуждал с директором стенгазету. Затем резко повернулась к Миде, прижалась лицом к лицу и улыбнулась улыбкой маньяка. После уроков они проследили, как Кира ушла гулять и забыла запереть дверь. Роковая ошибка и ключ в хаосу,два в одном. Войдя, Милания долго изучала комнату, пока не наткнулась на Анимус под тряпкой. — Мида, ложись. Этому массажёру — кирдык — в её фразе звучала диктаторская нотка. Она долго изучала прибор, нажимала кнопки. И не заметила узел, который воткнула в руку Миды. Наследница медузы закричала, забилась, её тело пронзили судороги. Кошкодевочка услышала крики и хрипы. Тот самый нервный узел. Рита предупреждала: не подключать ко всем подряд. Этот узел мог стереть все данные. К тому же привести к смерти человека. Но Рита, словно предвидя это, давно скопировала данные на флешку. «Португалец» был в безопасности. Анимус включился. Синхронизация: HJHOFHEFO Объект: Неизвестно Годы жизни: Неизвестно Страна: Неизвестно Статус: Неофициальное проникновение в аппарат. Готова к погружению в прошлое. 1572 год. Эль-Аламо, Мадрид. Пласа-Майор — королевская площадь, где пахнет жареным миндалём и кровью. Здесь проводили празднества, торжественные церемонии, публичные казни, рыцарские турниры и корриду. Сегодня особый день: местные богачи решили порадовать желудки и заодно познакомиться с нужными людьми. Тамплиеры со всех стран собрались под одной крышей. Пышные дамы в платьях с кринолинами, мужчины в бархатных камзолах, звон бокалов, приглушённый смех. Обсуждали будущее Испании и то, как лучше поглотить Португалию. Но на этом празднике жизни затесалась одна особа.В бело-красном плаще, почти как у тамплиеров, но с едва уловимым отличием. Светлые волосы, за спиной меч. Мария де ла Вита. Кто-то принимал её за свою. Но даже у великой фракции иногда сбивается прицел. Мария была ассасином. Она надела маску самого весёлого человека на свете: смеялась, поддерживала разговоры, чокалась. А потом, извинившись по делам, выскользнула в тёмный переулок. Сбросила маскировочный плащ, оделась в бело-чёрное и направилась к голубиной почте. В её руках было письмо королю Португалии — всё, что удалось разузнать: от планов тамплиеров до имён их шпионов. — Ну что, Себастьян, я кое-что узнала новенькое. — сказала себе Мария, писала письмо и отпустила птицу. Она смотрела на улетающего голубя и вдруг почуяла неладное. Присутствие чужих. Сзади появились два тамплиера. Мария не обернулась, только показала клинок. Тамплиер напал на девушку. В попытке защититься она сломала клинок и получила удар в грудь. Законы физики подключились её опрокинуло на стену, от удара образовалась трещина. Обернулась, снова удар. Её собственный клинок был уже в руках врага, но удары продолжали бить нежное тело. Две минуты она пыталась сражаться, еле стоя на ногах. Море крови, синяки на лице. Она решила бежать: кинула дымовую шашку через площадь, побежала, прихрамывая, разбрасывая людей, выплёскивая кровь по пути. Заметила человека в черно-синем плаще и кинула ему бумагу. Тот схватил и убежал. А она скрылась в переулке. Казалось, всё можно спрятать раны, бежать из Испании и не входить туда лет сорок. Войдя в тень, прихрапывая, она получила удар по голове: тяжёлый, сбивающий с ног. На время потемнело, затем немного искозилось. Мария упала без сознания, слыша только одну фразу: «Вот это подарочек будет Алану». Она очнулась подвешенной на потолке в каком-то тёмном помещении. Вся в цепях, висящая над стеклянным кубом. Вокруг — тамплиеры. Некоторые держали вёдра. — Признаемся, честно, здорово ты нас дурила пять лет под видом своей — похвалил один из рыцарей. Но его доброта мгновенно сменилась жестокостью. — Но, честно, мы не любим таких крыс. Мария обычно всё воспринимала в штыки. И только смеялась. — Ты чего смеёшься? — Просто смотрю на великий орден, существовавший несколько веков, который может кому угодно угрожать и воевать — с сарказмом ответила ассасинка. — И он не смог протереть глаза и узнать, есть среди них крыса или нет? Цепи оборвались. Она упала в куб. — Знакомое место — пробормотала Мария. — В первый раз выбралась. — Во второй не выберешься, — раздался голос из тени. Из темноты вышел Алан. Повзрослевший. Жестокий. Теперь он командовал армией тамплиеров. Глаза горели безумием. — Я знал, что ты придёшь — усмехнулся он. — Будешь глазки строить, чтобы я снова стал твоим парнем. Мария молча точила ломаный клинок о цепи. — Да не старайся. Цепи недавно отлитые. И не кричи, в этом помещении никто не услышит — Алан цедил слова, как яд. — Помаши ручкой для портрета — сказал художник-тамплиер с кисточкой. — Только помахать? — огрызнулась Мария. — Один жест средним пальцем покажу, хочешь? — Ха-ха… Ты, когда была моей женой, очень брезговала шутками. А теперь, за такое предательство — ответишь — Алан ударил кулаком по стеклу куба, дразня её. — Ты лучше ответь нам: кому ты отдала бумаги? — спросил тамплиер, показывая портрет какого-то конюха. — У меня подозрения пали на того конюха, он вечно к ассасинам тянется. Может, скажешь? — Маме твоей дала. Ой, извините за грубость. Или твоей бабушке покойной, — огрызнулась Мария. — Мы начнём заливать куб? — спросил тамплиер с ведром. — Залейте по колено — приказал Алан. Чёрная жидкость начала разливаться внутри куба, сначала до колена. — Ты сейчас, дорогая, не в каких-то чернилах или краске, — объяснил Алан. — Это воспламеняющаяся жидкость. — А как насчёт него? — спросил другой тамплиер, ткнув в портрет моряка. — Он точно помешан на этой секте. — Лучше не геройствуй и просто знай: любая искра может спалить весь город. Я уже молчу про потери людей, — продолжал свою лекцию Алан. Жидкость поднялась до груди. — Ты общалась с ней. Ей передала? — спросил тамплиер, показывая портрет толстой дамы. Мария, не прекращая, точила цепи о лезвие. Слышался хруст металла. — Делайте что хотите, но я никому ничего не отдавала. Вы лишь тратите время — она держала голову над большим озером этой жидкости. — Может быть, вот этот? — спросил тамплиер, показывая портрет человека в черно-синем плаще. Алан вырвал из его рук портрет.Он узнал это лицо — Она передала ему — тихо сказал он. — НЕТ! — крикнула Мария, но было поздно. — Мне жаль, что наши отношения не сложились — Алан отошёл к окну, глядя на залитый солнцем Мадрид. — Но я уже приметил новую.Наш план остаётся в силе — найдём этого человека.Кончайте. Тамплиер взял кремень. Один удар, искра. Куб вспыхнул. Мария закричала не от боли даже, от понимания, что она проиграла. Пламя охватило её с головы до ног, спёкло светлые волосы, обуглило кожу. Алан смотрел на это с улыбкой. — Какое зрелище — сказал он. Синхронизация завершена. *** Милания смотрела на трясущееся тело Миды. Как её вытащить? Она услышала шаги и выпрыгнула в окно. — ТВОЮ Ж ТАНКОВУЮ ДИВИЗИЮ, МИДА! — закричал Феликс, увидев умирающую подругу. Друзья ворвались в комнату Киры. — Кто включил Анимус и подключил к ней нервный узел? — с паникой начала осматривать подключение Рита. — Чёртова Милания! Как она меня достала. ¡Ella follada! — прорычал Джон. Его руки трансформировались, появились мутантские когти. Он посмотрел на открытое окно. — Я попробую её найти, а вы приведите Миду в порядок. Джон выпрыгнул в окно. — Фел, отключи нервный узел!-крикнула Рита Феликс дёрнул разъём. Мида обмякла, без сознания и упала на пол. Рита обнаружила неизвестную синхронизацию, попыталась настроить Анимус, хорошо, что быстро починила, но вскоре он снова сломался. Она подошла к девочке. Потрогала руку. Пульса не было. Рита отшатнулась. — Мы убили Миду? — сказала Кира. А потом нервы сдали, и она начала неистово смеяться. — Класс… Мы убили Миду. Это конец. Нас отчислят. А директор уж точно нас убьёт. — Кир, не надо нагнетать атмосферу — Рита сама была на пределе. Феликс вспомнил. Если что-то идёт не так — шприц. Пока Рита пыталась делать массаж сердца, он взял остатки раствора с прошлого раза. — Феликс, положи шприц! — закричала Рита. — Мы не знаем, может ли он вообще перезапустить сердце. Нас посадят! — Другого выхода нет. Отойди — твёрдо сказал он и вколол остатки в грудь Миды. В это время вернулся Джон. — Удрала, тварь — сказал он, вернув руки в нормальное состояние. И увидел бездыханное тело Миды. — Да уж… многое я пропустил. Шприц не помог. Феликс просто взял руку Медузы. — Мид, услышь меня. Я знаю, ты жива. Где-то в глубине души, — он сжал её руку. Слёзы полились ручьём. — Пожалуйста… Ребята смотрели на это и понимали одно: им конец.Даже у Джона не было слов Но вскоре Мида кашлянула. Тихонько. Приоткрыла глаза. Увидела компанию и плачущего вампира. — Где я? Что со мной… было? — Мида впервые заговорила с ними первой. И неожиданно обняла Феликса. Спустя час. Троица чинила сгоревший Анимус. Феликс и Мида сидели на диване. — Я… а что это за аппарат? — спросила она. — Анимус — ответила Рита, не отрываясь от пайки. — У Феликса есть предок. Мы изучаем его жизнь. Но сейчас я видела другую синхронизацию. Какую-то Марию. Похоже, Милания подключила тебя нервным узлом. Его нельзя использовать на ком попало. Феликс молча протянул Миде её восстановленные рисунки: наёмники, артефакты, детали. Она взяла их дрожащими руками. — Моя Медуза… Ты всё-таки смог — голос Миды дрогнул. — Спасибо, Феликс. Я просто делаю «Закон медузы». Они мне очень нужны. — Хмм… — Рита задумалась. — Эта синхронизация никак не сочетается с Феликсом, но удалять её, вряд ли стоит. Там он упомянут. Нужно расшифровать. — А помнишь Маркуса, моего кореша? — вспомнила Кира, вытирая лоб. — Он и программист, и в истории разбирается. Может, отправишь ему? Она открыла телефон. Вместо профиля была надпись: «Страница удалена». — Интересно, и как я ему отправлю? В Фэнбуке он профиль удалил. — Подожди — вставила Кира. — Он много раз мне говорил, что ненавидит Фэнбук. Предпочитает Now, ну как у вас Instagram, только это другая соцсеть в потустороннем мире. Для блога или для поиска работы. Вот он там сидит. Она установила приложение подруге. — Слушай, Мид, а с чего ты вообще стала шес... — хотел спросить Джон, но осекся — просто зависимой от этой дуры? Мида глубоко вдохнула. — Всё началось, когда мне было четырнадцать. Мы с Миланией были лучшими подругами. У нас был общий интерес — постапокалипсис. Только мне нравилась радиация и авария на Чернобыле или Москва после ядерной войны, а ей пустошь и всякие отряды. Но когда мне понравился один мальчик — демон-гитарист, я хотела признаться. Однако Милания начала втихаря публиковать наши общие работы за свои, не упоминая меня. А потом она стала встречаться с этим парнем и поставила ультиматум: или я делаю всё, что она скажет, или она попросит его сжечь меня. По началу я просто лайкала её фотки и писала слишком пикантные комментарии. Меня травили. Говорили, что я интересуюсь женскими штучками… какими они на вкус. Я молчала. А теперь… я побывала в Анимусе и открыла второе дыхание. — Прости, что называл тебя шестёркой. И сочувствую. Серьёзно.—Джон подошёл ближе. Мида лишь улыбнулась и кивнула — Кстати, Филюшка, поздравляю с четырьмястами пятьюдесятью подписчиками в твоём паблике, — сказала Мида с хитринкой. Недоумение отразилось на лице Феликса. Он полез в телефон, открыл Фэнбук — там светилось уведомление: «На вас подписалась @Mida_Stalkersha».На аватарке была она в комбинезоне и делала половину сердечко пальцами.И счётчик показывал 450. — Спасибо— сказал он, взглянув на Миду. — Кажется, я знаю этого парня — ехидно улыбнулась Кира. Джон приподнял бровь. Измена? — Его зовут Рон — сказала Кира. — Господи, нет! — Джон всплеснул руками. — У тебя новый появился? Класс! Зачем мне тогда наши отношения? — Ладно — Рита закрыла ноутбук. — Мы с Феликсом отправимся к Рону. Остаётесь Кира, Джон и Мида. Ты знаешь, где этот Рон обитает? — Скину координаты в Фэнбуке — сказала Кира. Они собрались и ушли. — Класс — проворчал Джон, глядя на разобранный Анимус. — И как это чинить? И ещё у Киры новый появился… — Я могу помочь — тихо сказала Мида. Она подошла к столу и начала подсказывать,куда какой провод, какая микросхема за что отвечает. Оказывается, за годы молчания она успела выучить не только рисунки, но и схемы. Джон удивлённо присвистнул. — Ты, Мид — золото, а не шестёрка. Тем временем Рита и Феликс доехали до места, которое скинула Кира. Здание было ветхим, вывеска — в виде языка пламени. Это был рок-бар. Назывался «Демон с вэй»,похоже, закон про всё русское уже и сюда добрался. — Вы к кому? — спросил охранник-мутант, окинув их тяжёлым взглядом. — Детям сюда запрещено. — Нас друг позвал… по поводу вечеринки — выдал первое, что пришло в голову, Феликс. — Поверю на слово.Отожгите по полной Они вошли внутрь. Картина открылась такая: нечисть тусовалась здесь всякая: черти, мутанты, зомби. Плясали и слушали гитаристов, которые играли песню про атаку мертвецов. Стены украшали постеры известных групп, плакаты с альбомами. Идеальное место для отдыха; для нечисти — убежище и повод начать новую жизнь. Чистилище, если хотите. Детей или подростков сюда не пускали, но охранник вечно попадался на какие-то отмазки. Вот только вопрос: кто такой Рон? И что за нечисть он? — А тут ничего себе — сказала Рита, подходя к барной стойке. — Ты не знаешь, кто здесь Рон? Бармен взъерошился. Будто к нему обратились не на «вы». — ДЕВЧОНКА И ОБРАЩАЕТСЯ НА «ТЫ»?! — заорал он, привлекая внимание всей нечисти. — РАЗБЕРИТЕСЬ С НЕЙ! Вся нечисть сомкнула круг, пасти звенели и щёлкали. Даже тюремные шуточки полетели. Иногда, когда смотришь рейтинг заведения, лучше не игнорировать правила. — Твою ж танковую дивизию, Рит — прошептал Феликс, оглядываясь. — И что будем делать? И тут он вспомнил. Ту песню про Халхин-Гол из наушников Миды. Он запомнил слова. Подошёл к сцене, взял микрофон, схватил Риту за руку и начал петь. — В бескрайних просторах монгольских степей, Сдвигая границы имперских земель, Квантунская армия пересекла Халхин-Гол… Вокал был неуверенным, но нечисть остановилась. Похоже, музыка была неким сдерживающим фактором. — Рит — он сунул ей листок с текстом, — пой! — Ты дурак? Я кроме «Короля и Шута» ничего не знаю. Я по попсе! Правда, такое не стоило говорить нечисти. Рычание усилилось. Но Рита всё же начала: — Под призрачным светом небесных плеяд, Монгольский цирик и советский солдат, Плечом к плечу встали под гнёт атакующих волн… После этой строчки группа узнала песню. Гитары, барабаны, клавиши подхватили. Нечисти понравилась новинка,уже на втором куплете в зале летали поднятые руки с тремя пальцами, гитаристы выдавали жёсткое соло. Этот припев подпевали все. А под конец из-за кулис вышел человек в кожанке. — Я чую вампира… и человека — он провёл пальцами по лицу, принюхался. — Хмм… знакомое лицо. Это же… Минута молчания. А потом он преобразился: огненный демон с чёрными глазами, череп пылал, на губах играла улыбка. — Сам Феликс из паблика «Заметки юного вампира»! — закричал демон. — Ликуйте, народ, у нас люди деятельные! Нечисть заторжествовала. Демон крепко пожал руку Феликсу. — Я Рон, заведующий этим баром. Тут отжигает вся нечисть со всего потустороннего мира. И напитки чудесные. — Он перевёл взгляд на Риту. — А ты кого с собой привёз? — Это Рита — сказал Феликс. — Она у нас технарь. Очень любит «Ведьмака» и «Игру престолов». — И она твоя девушка? — спросил Рон. — Нет, я с ним дружу — отрезала Рита. — Романтика не мой конёк. В реальном мире я пыталась с одним пацаном завязать… Ну, у него были странные фантазии насчёт меня. Долгая история. — Дружба, тоже ничего, — кивнул Рон. — Кстати, вы, наверное, устали с дороги. Может, выпьем? — Я не пью, хоть пытайте — ответил Феликс. — Максимум — пепси. — Ха-ха-ха! Вампир и пьёт пепси! — заржал мутант за соседним столиком, стуча по столу. Рон обернулся, и его лицо помрачнело. — Извини, братан, нервы. — Мне просто фреш — добавила Рита. — Услышал, родные. — Рон махнул бармену. — Наливай им. И мне как обычно. Ребята, сбацайте «Счастье»! Спустя пять минут они сидели с напитками. Рон отхлебнул кровавую Мэри и продолжил: — Прекрасное начало дня. Ко мне зашёл художник, у которого скоро полкосаря будет в Фэнбуке и рисует просто божественно. — Он достал телефон и показал аватарку. — Более того, Рита, эту аватарку лайкнул и прокомментировал сам Джонни Блейз, мать вашу, Призрачный Гонщик! Ребята смотрели, слушали истории Рона, пока на фоне играла песня про счастье и где его найти. Рон рассказал, что учился в той же школе, где ребята сейчас учатся и дошел до одиннадцатого класса, но он разочаровался,когда окончил. Решил не продолжать учёбу, а построить бар для нечисти. Раньше у него была школьная рок-группа. А комментарий Джонни Блейза был таким: «А у тебя неплохой художник. Может, и мне что-нибудь нарисует?» При том, что Рон — демон, сам он никого не убивал. Родители научили: будь собой, агрессию направляй в мирное русло. — А слушай, дружище — обратилась Рита к бармену. — Ты неплохо делаешь фреш. Бармен только кивнул и проигнорировал комплимент. — Расти всегда молчаливый — пояснил Рон. — Не общается ни с кем. А при слове «друг» взъерошивается и такой кавардак начинает, что мне потом расхлёбывать. Ладно, вы, наверное, по делу пришли. — Да, нас Кира послала. Сказала, надо помочь, — объяснил Феликс. — Кира? Моя сестрёнка! — Рон просиял. — Давно её не слышал. Как у неё жизнь? — Стоп… Она твоя сестра? — удивилась Рита. — Двоюродная. Горгульи и демоны — родственники. Ох, сколько мы всего делали… Помню, как-то раз перцовую дымовую шашку на физре сделали. Весело было. — Погрузился в воспоминания демон. — Как она? — Встречается с парнем — сказал Феликс. — Правда, он ревнует к тебе. — Пипец. Что бы я с родным делал подобное? — Рон покачал головой. — Ей шестнадцать, а мне скоро двадцать один. Перебор. Ближе к делу. — В общем, Кира сказала, что ты можешь помочь с Миланией. Она опять к нам пристаёт — чуть на тот свет Миду не отправила, — пояснила Рита. Демон посмотрел на них без эмоций. Стакан у него в руке треснул, напиток потек по куртке. — ДА Я ВСТРЕЧАЛСЯ С ЭТОЙ ВЫДРОЙ! — закричал Рон, лицо исказилось, голова вспыхнула. А потом он взял себя в руки. Вместо демонических ревов снова заиграла музыка про счастье. Феликс испуганно залпом выпил и свою пепси и Ритин фреш. — Извините, в последнее время не могу контролировать гнев. Все эти курсы,психологи помогают кое как… — Он тяжело вздохнул, заказал ещё одну кровавую Мэри. — Да, было дело, встречались два года. Потом меркантильность,откровенные вещи. Также узнал, что она вербовщица. Мне это надоело. Даже немного с Кирой поссорился из-за этого. Неловкое молчание повисло в воздухе. Рон залпом допил свой бокал. — Ладно, помогу её проучить. Мне нужно время на один подарок. А пока можете поплясать или познакомиться с народом. — Он подошёл к сцене. — Эй, народ, давайте что-нибудь сбацаем для новичков в нашем баре! Зажгите! Потом повернулся к ребятам: — Что поставить? — «Фантома» можно? — сказал Феликс, не обращая внимания на возмущение Риты. — Отличный выбор! — Рон подмигнул. — Ребята, давайте с третьего куплета! Он скрылся в кабинете. Музыка заиграла, черти запели. — Меня это смущает — пробормотала Рита про себя. — Я — вроде поп-фанатка, и тут я… Когда же Рон вернётся? Феликс взял её за руку и закружил в рок-балладе. Сначала ей было неловко. Но со строк,где 2 русских пилота обсуждали стратегию она уже плясала так, что Феликс слегка покраснел. Под конец они держались за руки, их губы медленно сближались. Песня про Фантома и Вьетнам… и вот вот поцелуй будет,до чего же русский рок удивителен. Момент подпортил Рон, выйдя из кабинета. — Опа! Рита, а ты говорила, не твой конёк, — усмехнулся он. — А сами лезете целоваться. Феликс, танцевал ты неплохо,настоящий Ас — У неё просто пылинка в глазу была — буркнул вампир. — Ладно, проехали. — Рон протянул небольшой свёрток. — Сделал. Внутри оказался бисквитный кусочек… торта? — А ты уверен, что это месть? — спросила Рита. — Кажется, ты её хочешь вернуть. — А ты попробуй, Фел. Феликс надкусил. Во рту стало жгуче, будто он проглотил перец чили. Он запил остатками фреша — изжога отступила. — В этом тортике дофига перца — прохрипел он. — Плюс… — Рон достал пакетик с чернилами. — Если кинуть её туда… Впрочем, сами узнаете. — Ладно… Спасибо, Рон, что помог и рад знакомству — Феликс крепко пожал демону руку. — Пустяки.Жду вас всегда здесь.Кире скажите, пусть напишет. И директору привет от меня. Они распрощались. Вернувшись в комнату Киры, ребята увидели: Анимус уже починили. Мида писала «Закон медузы». Кира смотрела в окно. Джон читал книгу «Как писать книги»,была еще стопка книг Стивена Кинга. — О, Рита, Феликс, me alegro de veros! — радостно воскликнул Джон, откладывая чтение. — Мида просто золото — починила Анимус за десять минут. Мида помахала рукой. — Клёво — сказала Рита. — А мы от Рона. Он подарок для Милании сделал. — О-о-о, Я знала,что он хороший парень — поддержала Кира. Джон только фыркнул. — На этот раз — продолжение прошлого Феликса Диего, — объявила Рита. — Мида, хочешь посмотреть? Медуза кивнула. Феликс лёг в кресло, датчики засветились. Рита нажала кнопку. Экран ожил. 1568 год, Лиссабон. После смерти родителей Феликс Диего прожил целый год в одиночестве и альтруизме. Он не убил ни одного человека. Даже комара и того не тронул. Всё это время он создавал аллею Диего — место памяти. Засаживал её деревьями и пионами, которые так любила мать. Каждый день приходил, поливал, ухаживал, говорил с невидимыми тенями. Аллея располагалась рядом с библиотекой — единственным наследством отца, где хранились древние свитки, карты и дневники ассасинов. После очередной рабочей смены,высадка новых кустов, подрезка веток, Феликс решил прогуляться по набережной. В голове крутились одни и те же мысли: как бы вернуть родителей? Как бы повернуть время вспять туда, где он получил большую шишку на голове, а мать осталась жива? На его лице не было ни улыбки, ни злости. Только пустота. Глубокая, как океан у причала. Тишину нарушил пьяный француз с бутылкой шампанского. — Quelle belle soirée… — бормотал он себе под нос. — Пойдём, поговорим? — С чего ты решил, что я с тобой буду разговаривать? — холодно ответил Феликс. — Ты лучше скажи… Но тип с бутылкой не отвечал. Он свернул в переулок и вдруг, словно сбросив кожу, стянул маскировку. Под ней оказался чёрно-белый плащ ассасина. Феликс прищурился. — Эй, я тебя знаю. Ты… в Эворе мне помог? — Да — кивнул незнакомец. — И вот решил проверить, есть ли в этой столице ассасины. Меня зовут Мигель. Капитан небольшого отряда. — Феликс Диего — представился тот, пожимая руку. — Сын Эцио Аудиторе. По маминой линии. — Слышал об этом человеке. Хороший был ассасин — Мигель говорил быстро, оглядываясь по сторонам. — Я работаю на короля Себастьяна I. Он руководит нашим логовом. — Я в Лиссабоне работал на отца, — тихо сказал Феликс,едва сдерживал слёзы. — Он хранил знания об ассасинах и Яблоке Эдема. Родители учили меня с рождения. Только они уже… — он запнулся, сглатывая ком в горле. — Отец отошёл в мир иной. Как и мать. — Это всё трогательно, но, кажется, за нами хвост — прервал его Мигель, заметив двух тамплиеров, которые хулиганили на набережной, как нашкодившие дети. — Бежим. Тамплиеры заметили, что их раскрыли.Мигель схватил Феликса за руку. Они побежали. Рынок, крики, опрокинутые телеги. Из конюшни без спроса угнали лошадь и понеслись по узким улочкам, сбивая всё на своём пути. — Что забыли тамплиеры в Португалии? — крикнул Феликс, оглядываясь. — Мы отбили их в 1511 году! — Отбили — отбили — ответил Мигель, уворачиваясь от чьей-то телеги. — Но они становятся сильнее. Новый испанский король жаждет захватить Португалию, а на своё население ему плевать. Из переулков вылетели два всадника с саблями. Мигель выхватил арбалет и кинул Феликсу. — У тебя как с меткостью? — Ничего… сойдёт — ответил Феликс, хотя в душе сомневался. Он учился стрелять из лука в детстве, но не всегда попадал в цель. Однако сейчас, трясясь на спине лошади, под градом стрел — он выстрелил. И сбил одного всадника. Второго — тоже. — Неплохо! — крикнул Мигель. Но их собственная лошадь рухнула, пронзённая болтом. Ассасины покатились по земле, но быстро вскочили. Вокруг смыкалось кольцо тамплиеров. Мигель обнажил два меча. Феликс выдвинул скрытый клинок. — Интересная у тебя тактика — заметил Мигель, косясь на его левую руку. Бой начался. Мигель действовал классически: один клинок для защиты, второй — для парирования и контратак. Феликс же… резал. Без жалости, без разбора. Он не думал о последствиях. Может, он так мстил за смерть родителей? Может, аллея Диего не принесла покоя, а только разбередила старые раны? Решайте сами. Бой был коротким, но враги подкрепляли свои ряды. Ассасины отступали, перепрыгивая с крыши на крышу, пока не выбрались к реке. Из моста появился маленький плот. И ассасинша на нём. — Ты вовремя, Луиза! — крикнул Мигель. — Торопилась, как могла — ответила она Феликс успел заметить её лицо и на миг в его глазах промелькнула искра счастья. Он не один. В этой стране ещё есть ассасины. Но болты тамплиерских арбалетов застучали по плитке, задели парус, и плот замедлился. Феликсу это надоело. Он развернулся, схватил ближайшего врага за горло и одним движением перерезал ему глотку. Труп полетел в воду. — Мальчики, прыгайте! — крикнула Луиза, видя, что парус вот-вот сломается окончательно. — Сейчас или никогда! Они разбежались — и прыгнули. Плот отчалил, унося их с проклятой площади. — Если бы не ты, Луиза, нас бы уже отправили в преисподнюю — выдохнул Мигель. — А мне с кротом не хочется видеться. — Он перевёл взгляд на Феликса. — Кстати, я нашёл сына дочери Эцио Аудиторе. Вместо радости лицо Луизы исказился...страх? Она смотрела на плащ Феликса, залитый кровью, на его перепачканное лицо, на жестокость, которая ещё не успела остыть. — Если коротко, я строю плоты — холодно сказала она. — В отрядах не участвую. — Куда держим путь? — спросил Феликс, не обращая внимания на её тон. — К Себастьяну — ответил Мигель. — Это местный король Португалии. Через полчаса они добрались до резиденции. Дворец был великолепен:образец стиля мануэлино, синтез готики, ренессанса и морских мотивов. Последовательные монархи расширяли его, добавляя элементы маньеризма и барокко. Стены украшали шедевры Тициана и Рубенса. Здесь располагалась королевская семья, заседал парламент, и работала Каса-да-Индия — управление колониальными делами. Дворец привлекал ведущих художников, писателей и учёных. Луиза ушла в порт, строить новый плот. А Мигель повёл Феликса к лидеру ассасинов. — Идём, — сказал он. — Тебя ждут и ты готов служить королю? — спросил он, когда они поднимались по мраморным ступеням. Феликс посмотрел на свои руки. На них всё ещё была кровь тамплиера. — Я готов служить Португалии, — ответил он. — И кредо. Убрав скрытый клинок под плащом и шагнул в тень дворца. Войдя во дворец, ассасин увидел портреты художников, дорогие вазы, реликвии. В тронном зале, где правил подросток, был король? С пузом, из-под которого выпирала рубашка, и он жадно кушал виноград. Это точно португалец правил страной, по рассказам историков? — Ваше величество, я смог найти сына Эцио Аудиторе. Феликса Диего зовут. Он нам поможет укрепить Кредо, — торжествовал Мигель. — Этот? Поможет? Выглядит как бродяга с разлитым вином, — в ответ король только хрюкнул. — Вы и не лучше, — вырвалось у Феликса. — Что? Как ты смеешь? Ты хоть знаешь, кто я? Я Себастьян Первый! Щенок, я правлю этой страной! — король глотал слова и виноград. — А вы сами посудите. Вы едите дорогие продукты, вам плевать на всё население. Вы бы хотя бы кузницы улучшили. А сами твердите: «Испания не пройдёт». Тогда почему, когда я служил у родителей, ни одного тамплиера не было, я их убивал, — продолжал стоять на своём Феликс. — ВОН! НАГЛЕЦ!!! Спорить с ним было бесполезно. Феликс вышел. — Ну, ты конечно задал. Хотя в твоих словах есть доля правды, — Мигель выбежал на площадь. — Тот Себастьян, которого я знал, что-то не похож. — И что предлагаешь? — Я думаю разобраться с ними. Ты поможешь? — предложил Мигель. — Ради Кредо — на всё готов, — тот пожал руку. И они пошли на другую площадь. Там были манекены, мишени и тренирующиеся ассасины. Только клинки, на которых сражались, были деревянными, а настоящие мечи — ржавыми. Лишь у Мигеля два меча были сделаны на заказ. Феликс понял: может, для того чтобы король увидел, кто он, и передумал? Хотя когда толстяк правит, чего угодно жди. А так Мигель решил провести аудиенцию — четыре испытания, чтобы показать, кто он. Первое испытание: стрельба — Первое испытание: я хочу, чтобы ты показал, как ты стреляешь. В прошлый раз тебе помогла спешка лошади. Но умение стрелять из арбалета — это не только на лошади. Нужно научиться стрелять из него в любых позах, — пояснил Мигель и показал три полигона. — На первый раз ты должен стрелять в полной тишине. Я завяжу глаза тебе. Опирайся только на слух и представь, что ты ослеплён ядом. Подстрели пять манекенов. У тебя только восемь болтов. Мигель завязал глаза. Феликс погрузился в темноту. Стараясь выстрелить, он потерял три болта. Мигель повторял: «Опирайся на слух». В итоге он отстрелял всех и снял повязку, увидев поверженных манекенов. — Хорошо. Теперь стрельба из ближнего боя, — Мигель показал: своим клинком вырвал оружие, отодвинул его и выстрелил в голову. Затем кинул арбалет Феликсу. — Давай, три манекена. Погнал! Сначала не получалось, но из-за жестокости он просто ранил манекены. — Быть жестоким в бою обязательно, но не до степени «крушить всё подряд». Но на первый раз сойдёт, — похвалил Мигель и отправил на третий полигон. — Стрелять бесшумно — тоже умение. С этим испытанием Феликс справился. — Меткость у тебя самая лучшая. Второе испытание: скрытность — Теперь второе испытание. Скрытность — главный друг ассасина. Пройди до метки, используя укрытия и убив манекенов, но не попадаясь на виду. Контрольная точка была в виде фонаря. Испытание началось: шаг за шагом, манекен за манекеном. Со скрытностью он прошёл на ура. Вот только Анимус дал сбой, и появилась надпись «Десинхронизация», хотя испытание было пройдено. Похоже, Милания серьёзно повредила аппарат. На экране появились чёрные и красные фигуры. — Что, Феликс опять умрёт? Он,итак, весь шприц на Миду истратил! — заволновался Джон. — Нет, его характеристики стабильны. Такое бывает. Феликс нас слышит. Сейчас, похоже, будем проходить испытание заново, — пояснила Рита. Так и случилось. Феликс прошёл второе испытание ещё раз. — Ну, тут каждый может пройти это. Теперь третье испытание, — обнажив меч и кинув его Феликсу в руки, Мигель сказал: — Посмотрим, как ты дерёшься. Ранить нельзя, если что. — Мне и со скрытым клинком хорошо, — Феликс обнажил клинок. Дуэль началась. Только Феликса, похоже, овладела жестокость и жажда клинка. Феликс падал, пытаясь ударить, правда, не мог отразить удар. Мигель говорил снова и снова: «Не позволяй жестокости овладеть тобою». И скоро он смог отражать удары и клинком, и мечом, так что даже положил Мигеля и приставил нож к горлу. — Молодец, — было только это слово. — Четвёртое испытание. Если будешь очень сильно хулиганить, про тебя могут узнать. Нужно как-то скрыться: срывая плакаты, подкупая глашатаев или убивая чиновников, — после этих слов Мигель кинул мешок с деньгами. — Действуй. На площади Феликс первым делом нашёл плакат о розыске. Сорвав его, он нашёл глашатая, который твердил про ассасинов, что они гадкие. Правда, за 500 эскудо он говорил другое. Чиновников не было — только плакаты. Затем он вернулся к Мигелю. — Всё-таки Флавия и Карл тебя обучили. Можешь на эти площадки идти тренироваться. Как будет время, загляни к Луизе — она тебя обучит с плотами. Если что, зови. И если вдруг будут новости по поводу этого короля, свистни, — он сделал прыжок веры и пошёл на здание. Мигель сделал прыжок веры и пошёл на здание. На следующий день Феликс отправился в порт. Луиза тренировалась вязать морские узлы и чинила парус. Подойдя к ней, он заметил, что она отвернулась. Ассасин влюбился в морячку? — Я знаю, ты боишься меня, но можешь не переживать — тебя я не трону, — сказал Феликс. — Я не боюсь тебя. Просто я не общительная, — отрезала Луиза. — Мигель сказал, чтоб я тебя научила на плоте? — Интересно, зачем ассасинам плоты? — Незаметно передвигаться по реке, перетаскивать раненых членов нашей команды или сокращать путь, — объяснила она. — И я тебя должна научить. Так и решили. Феликс учился всей науке плотов: парус настраивать, плавать незаметно, подслушивать, стрелять с плота. В итоге он уже смог проплыть по Тежу и даже увидел поместье. Ещё Феликс научился биться с мечами на плоту. — Отлично дерёшься, как морской волк, — похвалила Луиза. — Ты тоже сражалась как воин, — это было признание без любви. — Может, примкнешь к нам? — Я подумаю. Спустя два дня ассасины решили собраться и заняться вопросом о короле. В маленьком домике они обсуждали: связан ли он с тамплиерами? И пока решили не нападать, а всего лишь проследить. План был такой: Феликс следит за ним, не подходя близко, просто наблюдает из переулков, притворяется, что сидит на лавке и ничего не делает. Тридцать минут он не узнал ничего нового. Всё следил и следил. Однако в один момент «король» снял свою маскировку — убрал накладной живот и тряпки, и взору Феликса предстал стройный человек в одежде советника тамплиеров. — Так я и знал, что ассасины легко купятся и не узнают, кто настоящий король, — радовался тамплиер. — А тот мальчишка пусть гниёт в подвале. — Альберто, ты гений, — ответил второй тамплиер. — Жалко, Крота нет с нами. Он пал воином с храбрым сердцем. Хотя по поводу пушечного мяса он перегибал. Мигель не врал. Это была лишь маскировка — тот, кто притворялся королём, дурил, что он «за ассасинов», а на самом деле был пустышкой. Феликс заметил плот и, прыгнув в него незаметно, поплыл по течению, стараясь не выдать себя. Он услышал, что тамплиеры хотят натравить ассасинов на столицу, якобы там засели враги, чтобы убивать народ, а заодно урезать финансирование кузниц. Типичный злодей взял маску артиста и показал себя. Но в этот раз маска дала сбой. Феликс побежал к Мигелю, тот, как обычно, притворялся пьяницей с вином. Передав информацию. — Пусть займутся этим советником, — сказал Мигель. — Возьмём его в плен и вытрясем всю информацию. Затем отправился к кузнецам. Он объяснил, что все эти налоги — выдумка лже-короля, и велел тем, кто работал на ассасинов, ковать новую сталь. Теперь пора было покончить с парадом лжи. — Куйте, пока я разбираюсь с этим фарсом, — сказал Феликс. Спустя два часа Альберто снова надел маску тщеславия. Он сидел на троне и приказал шуту плясать. Тем временем Феликс держался руками за оконный карниз комнаты — и ворвался без приглашения. — Всё кончено, Альберто. Твоим лживым обещаниям пришёл конец, — он обнажил клинок и медленно подошёл к лже-королю. — ТАМПЛИЕРЫ, ЗАЩИЩАЙТЕ КОРОЛЯ! — закричал Альберто жалким голосом, привлекая внимание. Однако, выбежав на площадь, он увидел ассасинов: Мигеля и Луизу с отрядом. — Мы стоим выше тебя, тамплиер, — сказал Мигель. — Сдайся по-хорошему. Феликс ничего не сказал. Он просто вспорол Альберто живот. И снова появился голубой фон, как с Кротом в Эворе. Время застыло. — Врать у тамплиеров получается лучше, чем защищать Испанию, — сказал Феликс, глядя на поверженного врага. — Мы не врём, — прохрипел Альберто. — Просто вами хорошо манипулировать. Вы, как и мы, — секта. Одержимые. — Одержимость — это когда ты полностью подчиняешься кому-то, — ответил Феликс. — А я подчиняюсь, помимо Португалии, только самому себе. — Наивный глупец… Убив меня, ты подпускаешь врагов, у которых тебе не хватит духу… Даже самые мощные ассасины боялись А… Он не договорил имя. Глаза закатились. Тамплиер умер. Вместо вопросов и уважения к павшему Феликс произнёс безэмоционально: — Увидимся в аду. Голубой фон мигнул и исчез. Всё вернулось в реальность. — Ты спас меня, друг мой, — раздался голос Феликс вынул клинок, думая, что это враг. — Не бойся. Я — Себастьян Первый, — сказал подросток, выходя из тени. Бледный, худой, но с живыми глазами. — Я клянусь Кредо. Я хочу развивать Португалию. Этот человек тогда кинул меня в подвал. Однако Мигель и Луиза помогли мне. Теперь Португалия будет под защитой. Как тебя зовут? — Феликс Диего. Сын Эцио Аудиторе. — У меня к тебе вопрос, Феликс, — король протянул ему меч. — Примкнешь к нам? — С удовольствием, — ответил ассасин, принимая оружие-и можно Луиза будет служить ассасинам не только в порте? — Приемлимо Синхронизация завершена. Вы получили достижение: «Травить крыс иногда приятно». *** Феликс очнулся. На удивление, боли не было. — Слушай, а у тебя предок неплохой — с уважением сказала Мида. — Бесстрашный, кого угодно на место поставит. А можно я с вами… проучу Миланию? — Да, конечно — согласился Феликс. — Только какой у нас план? Все пристально уставились на Джона. План родился из ниоткуда, прямо в его глазах. — Чего вы на меня так смотрите? — возмутился оборотень. Мида и Кира мастерили гранату из чернил, полученных от Рона. Феликс стоял на шухере в кабинете и наблюдал. Джон… Джон был приманкой. — Вы дебилы? — прошипел он в рацию. — Меня сделали приманкой, чтобы я соблазнил её булки? Я вас mataré y arrancaré la lengua! — Джон, я всё равно не понимаю по-испански,так что можешь ругаться сколько хочешь на нем — отозвался Феликс. — Ты идеальный кандидат, ты знаешь, как с девушками общаться. Так что готовься. Конец связи. Немного тишины. Потом эфир взорвался: — ¡MARICONES! — закричал Джон. Он единственный в компании позволял себе грязные испанские ругательства. Благо, кроме его девушки, никто не понимал, остальные думали, что это крутые фразочки. Наивные. — Джон, а где твоя кукла? — Милания выплыла из-за угла. — Крис Чан и эта… рыжая? — Бросили меня — Джон изобразил трагедию. — Заставили писать эротику, оргии, постельные сцены. Сказали, что я отвратительный писатель. Ранили моё сердце и эго. А Феликс как обиженка сравнил меня с Стивеном Кингом. Кира — отвратительная девушка… Он говорил так будто-это реально произошло, но из глаз вот-вот должны были брызнуть слёзы. Друзья по рации тихонько умирали от смеха. — Как он играет… — прошептала Кира. — В общем, Мила — Джон вдруг опустился на одно колено, — выходи за меня замуж! И поднёс к ней тортик, который она лучше бы не пробовала. — Ой, Джон, я даже не знаю… — Милания засмущалась. — Я недавно с парнем рассталась.А тут ты... Но от тортика не откажусь,особенно если он с кремом и без коржа. Она откусила. Бисквит сделал своё дело. — Граната готова? — спросил Феликс. — Да — ответила Мида. — А можно… я кину? Ребята согласились, выжидая момент. Рот Милании начал покрываться мелкими красными точками. Началось. — Давай! Мида зубами выдернула чеку и метнула снаряд прямо в Миланию. Чернила обрызгали дреды и лицо, на этот раз лицо стало чёрным. А потом чернила вспыхнули. Пламя охватило голову. Милания заорала, материлась, бежала по коридору, сбивая всех на пути и обжигаясь. Люди шарахались. Кто-то пытался потушить, но пламя только сильнее разгоралось. — Выкладываем в Фэнбук! — крикнула Кира, снимая видео. Джон уже публиковал ролик с подписью: «Призрачная бегунщица». В коридор вышел директор. — Что здесь происходит? — раздался ледяной голос. Джон мгновенно перешёл в режим жертвы: — Посмотрите на неё! Облилась бензином, подожгла себе башку, бежит, матерится. И ещё разбила мне сердце. Я ей предложение сделал, между прочим. Директор потушил пламя. Вместо дред на голове Милании красовалась лысина с ожогами. Она потрогала и закричала. — Это правда? — спросил директор, не обращая внимания на истерику. Ребята дружно закивали. Даже Мида. — Ах ты, МРАЗЬ! — Милания рванулась к ним, но путь ей преградил клинок у горла. — Милания, — голос директора не терпел возражений. — Через две минуты чтобы была в моём кабинете. И не думай огрызаться. Ребята, вы свободны. Кошкодевочка пошла следом, лишь злобно сверкнув глазами. Она не ожидала, что её сдаст собственная «шестёрка». *** Компания заняла привычный столик. Джон и Феликс — шаурма и пепси. Кира и Мида — милкшейк с кексиками. — Народ — поднял стакан Феликс, — бахнем за победу над этой выдрой! Все чокнулись. После угощения парочка ушла гулять, а Мида и Феликс остались. — Слушай — предложил вампир. — Может, после уроков зарубимся в Mortal Kombat? — Я… не умею в это играть — растерялась Мида. — Я научу. После уроков, словно предсказания богов было выполнено. Они играли в Mortal Kombat. Феликс всё время проигрывал и получал Фаталити от девчонки,пацаны бы не оценили,а Мида выбрала Саб-Зиро и быстро освоилась. Потом переключились на шутеры, потом на Just Dance. Рисовали наёмников. Смеялись. А вечером они забрались на крышу общаги. Луна висела низко, подсвечивая старые черепицы. — Феликс — тихо сказала Мида. — Ты — самый лучший. Спасибо, что открыл мне глаза. — Я могу быть всегда рядом — ответил он. — И рисовать твоих мутантов. — Кстати… — Мида достала из тайника гитару. — Я тут одну мелодию разучила. Она начала играть. Феликс узнал — это была тема из «Метро», та самая, что играет в хорошей концовке. Спокойная, немного печальная. Она словно рассказывала о человеке, который долго прятался за маской и наконец решился показать настоящее лицо. — Это титры из «Метро» — закончив, объяснила Мида. — Успокаивает. Помогает сосредоточиться. Она убрала гитару. А Феликс вдруг взял её за талию, притянул ближе. В их глазах засветились искры. Они медленно потянулись друг к другу, закрывая глаза… И в этот момент заиграл рингтон: — За тебя калым отдам, душу дьяволу продам, и как будто бы с небес всё к тебе толкает бес… — Ой, это мой! — Мида выхватила трубку. — Алло? Да, пап, я задержусь… Уроки...сам знаешь тут долгие. Ага, давай. Она сбросила вызов и виновато улыбнулась. — Папа очень любит эту мелодию. Феликс усмехнулся. Достал телефон, показал свой рингтон: — Клинки хаоса в руках, адским пламенем горят… Вплоть до горды! Да, войною он распят, да, о нём все говорят — Призрак Спарты! — Ты фанат «Олимпийских шашней»? — Мида округлила глаза. — Может… как‑нибудь сходим в кино на них? Феликс кивнул. Они распрощались. Уже на подходе к двери Феликса окликнул Джон: — Всё‑таки глаз положил на Миду… Блин, почему не на Риту? Ладно, иди сюда. Пора в Португалию. Предка надо изучать, любовь любовью, но и про португальского ассасина забывать нельзя.