TOUCH

Апатия не отпускала Джемина и на следующий день после сессии с Куном. Желание снова пропустить пары было очень сильным, но Джемин знал: дай он себе слабину прямо сейчас и он сам сделает первый неосторожный шаг в сторону расхлябанной и тухлой поверхности болота из неуверенности и страха. И, если ему повезёт, он лишь по колено окажется в этой холодной массе. Если же его страхи возьмут верх — придётся в этом болоте тонуть.  «Доброе утро, Джемин~а. Как спалось?) Мы не виделись всего день, а я уже сильно соскучился~» «Сегодня пасмурно, поэтому не забудь с собой зонт ☂️» Сообщения от Сынджина сегодня особенно наводили тоску. Кун-хён озвучил вопросы, которые Джемин до этого не и осмеливался крутить в своей голове. Сейчас он осознавал, что Сынджин весь и целиком наводил на него тоску: Джемина не радовали ни его внимание, ни подарки, ни милые слова. Его подпитывал лишь азарт, игра с самим собой. «А что ещё я могу сделать из того, от чего раньше отказывался?» — вот мысли, которые его двигали. Джемина интересовала только проверка своих собственных возможностей и теперь, когда он уверенно это признаёт, он чувствует себя худшим из людей. Но в то же время, порывать с Сынджином сейчас для него означало сдаться и дать своей гаптофобии снова взять над ним вверх. Это всё равно, что разглядеть на горизонте финишную линию, но споткнуться о хвост собственной неуверенности. Может, следует хоть раз в жизни побыть эгоистом, воспользоваться тем, что может и только потом мирно расстаться с этим альфой? Этот замкнутый круг мыслей провоцировал спазмы в голове Джемина и он пытался спастись привычными утренними ритуалами, чтобы успокоить внутренний шум и настроиться на коммуникацию с этим миром.  — Хай, Нааана, как прошло твоё вчера? Твой зрелый-красивый-секси терапевт всё ещё без омеги? — Верный своему делу генератор неожиданных тем для разговора и сегодня работал безупречно.  — Мы не обсуждаем с ним его личную жизнь, Хёк. И с чего ты взял, что он одинок? — Иногда омеги просто чувствуют, Нана. Я вот чувствую, что Кун — мужчина с огромной сексуальной энергией, но разделить эту энергию ему не с кем. А такое не уходит от моих наблюдательных глаз! Любой другой альфа, услышав подобные слова от своей пары, испытал бы что-то вроде ревности (это мягко говоря), но не Марк. Они вдвоём были слишком уверены друг в друге, чтобы цапаться по таким мелочам. Но Марк пустил небольшой смешок про себя после слов Хёка: как же так выходит, что его глаза не видят того, что происходит с друзьями прямо перед его носом? С каждой минутой поездки тучи сгущались сильнее, забирая у солнца права на его законное сияние и пропуская все его попытки через свой тёмно-серый фильтр. Но не погода омрачала настроение Джемина прямо сейчас. Неожиданно для него самого именно пустое место рядом с ним горько кололо по груди. За прошедшую неделю он чуть больше привык к молчаливой компании Джено. Он стал частью утренней уютной рутины Джемина: все вчетвером они или вместе завтракали, или просто брали кофе с собой, обсуждали планы на день или последние новости. Брюнет иногда хихикал над шутками брата в дороге или тихо обсуждал с Марком предстоящую дипломную работу. И всё это так стремительно стало привычным (и даже родным?), что теперь сидеть в салоне автомобиля и не чувствовать рядом его горьковато-пряный запах грейпфрута было немного более разочаровывающим, чем Джемин мог предположить.  Мрачный небесный купол пустил свои первые слёзы, когда Марк уже парковал машину перед университетом. Ребятам удалось добежать до входа и не сильно промокнуть. На их удачу тогда ливень только начинал набирать обороты, но дальше он не прекращался несколько часов. Лишь иногда этот небесный плач убавлял свою интенсивность, чтобы вселить студентам ложную надежду на то, что к вечеру всё утихнет.  Капли дождя разбивались о поверхность окон с характерным звуком, который оказывал успокаивающий эффект на Джемина. Тихие шёпоты студентов и немного занудный голос преподавателя слились вместе в белый шум и Джемин так и задремал бы за партой посреди потоковой лекции. Жаль, что у Донхёка были совсем другие планы.  — Ты его избегаешь. — Донхёк ещё в машине заметил то, как Нана не реагирует на уведомления в телефоне. — И это не вопрос, это утверждение, так что колись. У вас что-то произошло? — Я не избегаю его Хёк, просто случай не представился увидеться. — Джемин старался сохранить равнодушное лицо.  — Я даже имени его не назвал, а ты понял о ком речь, так что ты совершенно точно его избегаешь. — Донхёк был абсолютно прав и знал это. — Обычно Сынджин ловит тебя перед первой парой, чтобы пожелать хорошего дня, но сегодня ты затащил меня в туалет под предлогом того, что тебе надо подправить прическу, и мы проторчали там до самого звонка.  Джемин наивно полагал, что его усилия останутся незамеченными. Зря.  Смысла врать Донхёку не было: — Хёк, я просто… — Джемин смотрел на сложенные перед собой ладони, — …просто понял, что совсем к нему ничего не чувствую. — Шёпотом, но после этих слов весь шум вокруг будто затих. Вакуум длился несколько секунд.  — Нана, посмотри на меня. — Хёк подсел ещё ближе, чтобы поймать взгляд друга. — Не заставляй себя быть с ним, если тебе этого не хочется на самом деле. Я знаю, что это я настоял на вашем общении. — Медовый тихий шёпот Донхёка был слегка приправлен виной. — Но не перешагивай через себя, если не чувствуешь, что он твой человек.  Джемин не стал ничего говорить, он просто скрепил их с Донхёком мизинцы и боднул своим лбом его висок.  — Я хочу сбежать после этой пары с Марком, чтобы накупить родственникам подарков на семейный ужин. Ты с нами?  Погодка мягко говоря была так себе и это значило, что в торговом центре людей будет в разы меньше, но Джемин всё равно не хотел испытывать себя в пространстве с несколькими сотнями людей, которых он не выбирал. К тому же, Нана не хотел портить романтику без пяти минут супругам Донхёку и Марку.   — Не сегодня, Хёки.  Донхёк претерпел ещё пару неудачных попыток зацепить Джемина с собой. Шатен в плоть до своего выхода из университета пытался уговорить Нану на совместный шоппинг. Марк тоже был не против, но Джемин чувствовал себя слишком истощенным для такой активности. Донхёк сдался лишь спустя несколько минут, взяв с Джемина обещание о том, что в следующий раз они пойдут вместе.  Джемин уже спешил на следующую пару, когда почувствовал чужую ладонь на своей талии.  — Джемин~а, привет! — Сынджин быстро убрал свою руку и шёл вровень с Джемином. Нана зачем-то по инерции напялил маску приветливости.  — Привет, как твой день? — Хотел пригласить тебя пообедать после пар, но мне надо встретиться со своим научным руководителем. Клянусь, этот диплом уже выжал все соки. — Джин казался бодрее, чем обычно. И будто намеренно не замечал очевидный игнор со стороны Джемина.  — Сдача ведь через месяц. Мучаться осталось недолго. — Джемин вспомнил разговоры Марка и Джено и сознание решило зацепиться именно за образ Джено. Не странно ли это: разговаривать со своим парнем, но думать о другом альфе?  Звонок на пару прозвенел ещё минуту назад и поток студентов в коридоре стремительно уменьшался. Сынджин, как любой хороший кавалер, решил проводить Джемина почти до двери в аудиторию, поэтому в коридоре остались только они вдвоём.  — Мне пора спешить, Джемин~а. Я напишу тебе вечером.  Фигура Сынджина вдруг оказалась ближе, чем была вообще когда либо до этого. Расстояние между ним и Джемином продолжало сокращаться и Нана застыл в непонимании, чего от него хочет Джин. Блондин положил свою массивную ладонь на плечо Джемина и оставил осторожный поцелуй прямо на его щеке. Нане, видимо, удалось выдавить из себя что-то вроде достаточно убедительной улыбки. Сынджин не увидел на его лице никаких сигналов о дискомфорте и поспешил на своё занятие, напоследок проведя ладонью по месту поцелуя.  Джемин сделал громкий рванный вдох лишь тогда, когда шаги Сынджина совсем затихли за его спиной.