Труба, которая не греет.

Чанбин был тем типом криминального авторитета, который любил делать вид, что он — легальный бизнесмен. Только вот легальные бизнесмены обычно не держат в кармане выкидной нож и не смотрят на своих людей так, будто прикидывают, сколько с них можно снять кожи для нового кошелька. Джисон начал с малого — развозил конверты. Никогда не знал, что внутри. И никогда не спрашивал. Главное правило в этом мире: не суй нос туда, куда тебя не звали. Особенно если за этим носом стоят твои яйца. Чанбин относился к нему как к собаке. Не как к любимому псу, который спит на кровати, а как к дворняге, которую прикормили на случай, если понадобится кого-то укусить. Или кого-то подставить. — Ты пухлый, — сказал ему Чанбин при первой встрече. — Это хорошо. Тебя никто не запомнит. Ты как мебель — все видели, но никто не опишет. Джисон тогда хмыкнул про себя. Мебель, значит. Ну хоть не табуретка. Но Чанбин был хитрый мудак. Он быстро понял, что Джисон не тупой. Что он замечает детали, запоминает лица, номера машин, маршруты. И начал давать ему задания посложнее. Иногда — просто сидеть в машине и смотреть, кто выходит из определенного подъезда. Иногда — стоять на стреме, пока какие-то люди в черных куртках грузят коробки в фургон. Джисон не знал, что в коробках. Не хотел знать. В его голове был четкий план: отработать долг брата, исчезнуть, забыть эту грязную хуйню, как страшный сон. План был говно. Потому что в этом мире просто так не исчезают.