Четвертое крыло: Второе пламя

Глава 13:

Битва отрядов важнее, чем признаются командиры крыльев.

Им нравится шутить, что это все игра, что это только ради похвальбы командиров отрядов и отряда-победителя, но нет. Все наблюдают. Комендант, профессора, старшие офицеры – все ждут, кто станет первым.

И всем не терпится увидеть, кто падет.

Книга Бреннана, с. 77

Лира: — Сдавайся! — кричала Рианнон, пока всадник Второго крыла пытался ползти, растопырив руки и впиваясь в мат ногтями, а Лиам удерживал его ноги в захвате, выгибая хребет в невозможную дугу. Моё сердце колотилось как бешеное от лихорадочного возбуждения, ставшего главным спутником сегодняшних соревнований. Шёл последний бой этого этапа Битвы отрядов — и толпа напирала на нас сзади, из-за чего приходилось прилагать все усилия, чтобы не вывалиться на мат. После двух мероприятий мы заняли седьмую строчку из двадцати четырёх, но если победит Лиам, то перескочим на третью. Микаэль вскрикнул от боли — резко, душераздирающе. — Блин, похоже, это больно, — пробормотала я под ликование первогодков. — Да, чувак долго не сможет ходить, — согласился Ридок, поморщившись, когда показалось, что дуга из спины Микаэля вот-вот грозит стать переломленным позвоночником. С очередным воплем Микаэль три раза ударил ладонью по мату — и толпа заревела. — Да! Вперёд, Лиам! — закричал позади меня Сойер, и тот отпустил Микаэля, распластавшегося без сил на мате. — Мы победили! — Лиам бросился к нам, и меня смело сплетение объятий, воплей и торжествующих сослуживцев. Я кинулась к нему вместе со всеми, хлопая его по спине так сильно, что он, наверное, потом ещё пожалеет об этой победе. — Наш победитель! — воскликнул профессор Эметтерио, и его голос разнёсся по залу, приглушив бушующую энергию, пока Лиам выбирался из сокрушительных объятий. — Лиам Майри из второго отряда секции Пламени Четвёртого крыла! Лиам вскинул обе руки в знак победы и развернулся по кругу, и от радостных криков зазвенело в ушах — но в самом хорошем смысле. Я оглянулась, ища Даина — он бы такое не пропустил, ни за что — но не нашла его в толпе. Странно. Очень странно. На мат вышел комендант Панчек, и Лиам вернулся к нашему отряду, обливаясь потом. — Я знаю, вы все ждали, что последняя часть Битвы отрядов пройдёт завтра, но у нас с инструкторами для вас сюрприз. Теперь он завладел вниманием всех всадников до единого. — Вместо того чтобы сказать, каким будет ваше финальное, неизвестное задание, и дать ночь на подготовку, мы начинаем его сей же час! — он ухмыльнулся, вскинув руки и победно обернувшись, прямо как Лиам. — Сегодня? — прошептал Ридок рядом со мной. Моё сердце ушло в пятки. — Где Даин? — пробормотала я, оглядывая толпу. — И Сианна? — Ох, дерьмо, — выдохнула Имоджен рядом, тоже озираясь. — Как вы могли заметить, командиров ваших отрядов и их офицеров… скажем так, отстранили от действия вместе с командирами отделений и крыльев — и нет, пока кто-нибудь не сострил, ваша задача не найти их, — Панчек ходил по небольшому кругу, обращаясь ко всем кадетам по сторонам мата. — Вы разобьётесь на отряды и выполните сегодня вечером уникальную миссию без руководства и приказов старших. — А зачем нам вообще тогда старшие? — спросил кто-то с другой стороны мата. — Задача старшего — создать сплочённый отряд, способный закончить задание и после его гибели. Считайте своих лидеров… погибшими, — Панчек пожал плечами с беззаботной улыбкой. — Вы сами по себе всадники. А ваша миссия проста: найти и заполучить любыми средствами то, что принесёт наибольшее преимущество вашему врагу на войне. Руководители выступят непредвзятыми судьями, а отряд-победитель получит шестьдесят очков. — Этого хватит, чтобы мы стали первыми! — прошептала Рианнон, взяв Вайолет под руку. — Мы можем удостоиться чести быть отправленными на фронт! — А в каких пределах искать? — спросил кто-то справа. — Где угодно в стенах Басгиата, — ответил Панчек. — И даже не смейте приволочь сюда драконов. Они спалят вас от раздражения за такую самодеятельность. Отряд слева от нас разочарованно зароптал. — У вас… — Панчек достал карманные часы, — три часа, после чего мы ждём ваши похищенные сокровища в зале инструктажа. Мы все молча уставились на него. Каким я только не представляла третье и последнее задание… но не угадала и близко. — Ну, чего мы ждём? — Панчек помахал на нас руками. — Пошли! И началась свистопляска. Вот что бывает, если лишить отряд командира. Мы превратились в стадо — и я почувствовала, как внутри что-то подскочило от паники, потому что без Даина и Сианны кто-то должен был взять это на себя. И судя по тому, как Имоджен уже вскинула руку, она пришла к тому же выводу секундой раньше меня. — Второй отряд! — закричала она. — За мной! Я тут же оказалась рядом с ней — без всякого обсуждения, просто потому что кто-то должен был помочь координировать, а Имоджен явно не собиралась спрашивать разрешения ни у кого. — Сойер, Хитон, проверьте, чтобы никто не отбился! — крикнула я, и мы все вместе ринулись за Имоджен из спортзала в тренажёрку, а Вайолет и остальные первокурсники держались плотной группой позади нас, явно не до конца понимая, что происходит, но достаточно сообразительные, чтобы просто бежать вперёд. — Ты молодец, — сказала я Лиаму, ещё переводившему дыхание. — Было эпично. — Ридок протянул ему флягу с водой, которую Лиам быстро осушил. — Пошли-пошли, — поторапливала Имоджен, глядя в проход. Быстро пересчитала нас по головам и закрыла дверь, заперев чарами. Я устроилась на скамье, с Рианнон и Лиамом по бокам. — Первый вопрос. Кто хочет быть главным? — спросила Имоджен, оглядев нашу десятку. Ридок вскинул руку. Рианнон прижала её обратно. — Нет, — покачала она головой. — У тебя всё закончится дурацким розыгрышем. — Тоже верно, — пожал он плечами. — Лиам? — спросила Квинн, подняв брови. — Не, — он покачал головой, но тут же невольно глянул в сторону Вайолет, выдавая истинную причину. — Сегодня меня никто убивать не станет, — возразила она. Он повернулся обратно к Имоджен и снова покачал головой. Естественно, она кивнула. Чего ещё ждать от группы поддержки Ксейдена. — Ты и командуй, — предложила Рианнон, глядя на Имоджен. — Сюда же ты нас довела. Все согласно заголосили. — Эмери? Хитон? — предложила Имоджен. — Вы третьекурсники, это ваше право. — Нет уж, спасибо. — Хитон привалился спиной к стене. — Нет. Мы не просто так не хотели в главные, — добавил Эмери, сидя рядом с Надин. — А ты, Надин, не против пару часов слушаться Имоджен? Все повернулись к первокурснице, никогда не скрывавшей свою ненависть к меченым. Она заметно сглотнула, нервно оббежав нас взглядом. — Не против. — Ну и хорошо. — Имоджен сложила руки на груди — из-под рукава проглядывала её метка восстания. — У нас уже меньше трёх часов. Какие будут предложения? — Может, оружие? — сказал Ридок. — Баллиста в руках врага будет смертельна для любого нашего дракона. — Великовата, — решительно отрезала Квинн. — У нас есть только одна, в музее, да и, если честно, смертелен не снаряд, а сама пусковая система. — Дальше? — Имоджен по очереди смотрела на каждого. — Можно стырить панчековские трусе… — начал Ридок, но Рианнон зажала ему рот. — Вот почему мы не взяли тебя главным, — подняла она бровь. — Ну давайте, ребят! Думаем! Что полезнее всего для врага? — Лоб Имоджен наморщился, бледно-зелёные глаза полыхнули. — Знания, — ответил Лиам и взглянул на Вайолет. — Может, украдём новостные сводки из библиотеки? Которые с фронта? Она покачала головой: — Время сейчас после семи. Библиотека заперта, и её не вскрыть даже магией. Там всё наглухо запечатано на случай пожара. — Проклятье, — вздохнула Имоджен. — Славный был вариант. — А что насчёт документов командования? — вставила я, подавшись вперёд. — Не библиотечных. Тех, что хранятся у командиров крыльев или у самих генералов. Туда же стекается всё самое важное — расположение отрядов, маршруты снабжения, всё. — И как ты это себе представляешь? — фыркнул Хитон. — Вломиться к коменданту? — Я не сказала, что план готов, — отозвалась я. — Я говорю, что библиотека — не единственное место, где хранятся знания. Вайолет посмотрела на меня — медленно, с прищуром, который я слишком хорошо знала. Так она смотрела, когда у неё в голове только-только начинала складываться идея. — Лира, ты гений, — сказала она. — Я знаю. Но что именно я сейчас сказала гениальное? Весь зал заговорил разом, один голос перекрывал другой, набрасывая предложения — кто-то про арсенал, кто-то про карты, Ридок снова про панчековское нижнее бельё, за что снова получил по рукам от Рианнон. — Что надумала, Сорренгейл? — спросила Имоджен — и ребята затихли. — Я же слышу, как у тебя в голове скрипят шестерёнки. — Да ерунда, наверное, — Вайолет глянула на остальных. — Давай вперёд, рассказывай! — приказала Имоджен. — Серьёзно, это безумие. Типа того — невозможное безумие. Нас всех отправят на гауптвахту, если поймают, — она прикусила язык раньше, чем сказала больше. Но было поздно — глаза Имоджен уже сверкали от любопытства. — Давай. Признавайся. Рассказывай, — отчеканила она, чтобы Вайолет поняла — это не просьба. — Мы же можем пользоваться силой, да? — Она встала, приглаживая одежду и поправляя ножны шести кинжалов. — Любыми средствами, — с кивком повторил Хитон. — Ну и вот, — она покачивалась на пятках, собирая в голове план. — Я знаю, что Ридок управляет льдом, Рианнон может получать вещи, Сойер — манипулировать металлом, Имоджен — стирать недавние воспоминания… — И я быстрая, — добавила та. — А я заклинательница бурь, — вставила я. — Могу затемнить небо, устроить грохот или отвлечь внимание грозой, если понадобится прикрытие снаружи. Вайолет одарила меня коротким взглядом — что-то между «спасибо, что напомнила» и «я уже думаю, как это использовать» — и кивнула, явно добавляя меня в свой план. — Хитон, а ты? — спросила она. — Под водой дышу. Она моргнула: — Шикарно, хотя это нам вряд ли здесь поможет. Эмери? — Я контролирую ветер, — он усмехнулся. — Много ветра. Так, это бы пригодилось для обороны, но всё же не совсем то, что искала Вайолет. Её сапоги скрипнули, когда она развернулась к следующей собеседнице. — Квинн? — Астральная проекция. Тело остаётся в одном месте, а я разгуливаю в другом. У неё отвалилась челюсть, как и у половины отряда. — Знаю-знаю, довольно круто. — Та подмигнула, собирая волосы в пучок. — Вот оно. Это точно поможет, — Вайолет кивала, продумывая самый простой способ всё провернуть. — Что ты там придумываешь, Сорренгейл? — поторопила Имоджен, заправляя короткий локон с необритой стороны головы за ухо. — Вы сейчас скажете, что я свихнулась, но если у нас получится, то мы сто процентов победим. — И? — Мы вломимся в кабинет моей матери.

***

— Какая ты, блин, стрёмная, — поёжился Ридок через два часа, отстраняясь от Квинн — вернее, астральной формы Квинн. Её тело сейчас находилось под охраной Хитона в тренажёрке. Все остальные крались по коридорам мимо квадранта целителей. Мы уже наткнулись на отряд из Второго и другой — из Третьего, но времени на расспросы или стычки ни у кого не нашлось. Теперь для нас было состояние пан или пропал — последние два часа мы дожидались, пока наступит ночь, чтобы получить хотя бы малейший шанс. — Никогда не заходил дальше, — сказал Эмери у последней двери в квадранте целителей. — Никогда не был даже в библиотеке? — спросила Имоджен. — Бегу от этих дежурств как от чумы, — ответил Эмери. — Писцы меня пугают. Молчаливые, все знают, ходят с таким видом, будто могут тебе всю жизнь сломать, только что-то настрочив. Я ухмыльнулась. Большинство и не подозревает, насколько он прав. — Пехота все еще в лагере, — Рианнон показала в окно на десятки костров, озаряющих поле под нами. — Неплохо им, наверное, отдыхается, — заметила Надин, но я не услышала уже привычного заносчивого тона — только ту же усталость, которую, наверное, чувствовали мы все. — Мы тоже поедем домой, — возразила Имоджен. — После выпуска, — сказала Рианнон. — И на сколько? На пару дней? Мы дошли до развилки, на которой могли либо свернуть в туннель вниз, к библиотеке, либо подняться в крепость военной академии. — Теперь пути назад нет, — сказала Вайолет всем, глядя на винтовую лестницу. — Веди! — приказала Квинн — и мы подскочили от неожиданности. — Тссс! — прошипела Имоджен. — Кое-кого из нас могут и поймать. — Точно. Простите, — пристыжённо поморщилась Квинн. — Только помните план, — прошептала Вайолет. — Никому от него не отклоняться. Никому. Все кивнули — и мы приступили к бесшумному подъёму по тёмной лестнице, а потом в тенях пересекли каменный плац Басгиата. Я держалась чуть позади, чувствуя, как след на спине предательски тлеет — почти так же, как у Вайолет, разве что моя сила хотя бы откликалась, хотя манифестировать её я тоже до сих пор не могла. Просто крошечный неконтролируемый отголосок небес где-то под кожей. — Шесть пролётов наверх, — прошептала Вайолет у следующей лестницы, и мы поспешили насколько могли, не поднимая шума. Наконец мы поднялись наверх, и Лиам выглянул, чтобы проверить коридор. — Магические огни на стенах, — прошептал он. — И ты была права. Только один охранник у двери. — А свет под дверью? — тихо спросила Вайолет. — Нет, — он повернулся к Квинн. — Охранник под семь футов ростом и спортивного вида. Другая лестница — дальше по коридору слева, а значит, ты должна привлечь его внимание, а потом валить. Квинн кивнула: — Без проблем. — Все знают, что делать? — спросила Вайолет. Восемь кивков. — Тогда вперёд. Квинн, ты первая. Остальные, затаитесь. Мы отступили, а Квинн понеслась по ступенькам. Мы ясно слышали грохот шагов охранника, промчавшегося мимо лестницы. — Назад! Сюда нельзя! — Сейчас! — приказала Имоджен. Мы сорвались с места, оставив Рианнон и Эмери на лестнице. Сойер рванул к противоположной лестнице, захлопнув дверь и сплетая металлические засовы своей силой, а мы уже бежали по коридору. Лиам встал там, где раньше был охранник, и поднял подбородок, скопировав позу того. Имоджен пришла на помощь Надин, которая старалась распутать защитные чары на двери. — Если услышите свист… — начал Лиам с тревогой на лице. — В окно выпрыгнем, — успокоила Вайолет, тем временем Ридок и Сойер уже заскочили внутрь. — Спокойно. Я задержалась у входа, оглядывая коридор. Что-то в груди подсказывало, что всё это закончится не так гладко, как мы надеялись. — Есть! — шёпотом объявила Надин, толкая дверь. Оставив Лиама на карауле, мы присоединились к остальным в мамином кабинете. — Не трогайте магические огни, а то она поймёт, — предупредила Вайолет. — Делайте свои. Она сделала пасс, скрутив свою силу в ярко-синее пламя и подкинув над собой. — А неплохо тут, да? — Ридок шлёпнулся на красный диван. — У нас нет времени, чтобы ты тут был собой, — выговорил ему Сойер, подходя к книжному шкафу. — Помоги найти что-нибудь ценное. — Берём на себя стол для совещаний. — Имоджен и Надин начали перебирать бумажки на широком столе. — А мне тогда остаётся рабочий, — пробормотала Вайолет, обходя внушительный стол. Я встала у окна, на всякий случай выглядывая во двор и пытаясь нащупать в себе хоть что-то, что могло бы пригодиться, если всё пойдёт не так.Я заставила себя выдохнуть и мысленно потянулась к своей комнате, которой меня учил управлять Ксейден. Облака за окном начали редеть. Тем временем Вайолет нашла карту. — Эй, второй отряд. Я знаю, что украсть. За считаные минуты мы сняли карту и вырезали из рамы, затем свернули и стянули кожаными шнурками из сумки Имоджен. Лиам свистнул — и у меня подскочило сердце. — Вот дерьмо! — Ридок метнулся к двери и приоткрыл её. — Что там? — Он выбивает дверь! Она долго не выдержит. Надо валить сейчас, — то ли шептал, то ли кричал Лиам, придерживая дверь, пока мы вываливались в коридор. Карта оказалась великовата для одного человека, поэтому её с трудом тащили Сойер и Имоджен. И тут охранник наконец вышиб дверь. — Нам хана, — объявила Надин. — Вы какого тут вытворяете? — заорал охранник, бросаясь на нас. — Мы трупы, если попадёмся с картой, — Ридок пританцовывал на носках. — Ранить его нельзя, — предупредила Вайолет. Охранник проскочил мимо первой лестницы — и Рианнон встала посреди коридора, вытянув руки. — Пожалуйста, пусть получится, пожалуйста, пусть получится, — твердила Имоджен. Карта исчезла из её рук и появилась дальше по коридору — у Рианнон. Но на скорость охранника это не повлияло. Ещё на шаг ближе — и он увидит лицо Вайолет. — Это уже не по плану, — подскочил к ней Лиам. — Импровизируем! Эмери! — прошипела Имоджен, и перед нашим отрядом вышел третьекурсник. — Прости, мужик! — Он выставил руки вперёд и словно толкнул воздух. По коридору пронёсся ветер, срывая гобелены и отправив охранника в полёт до каменной стены. — Бежим! Я почувствовала, как от резкого выброса чужой силы что-то во мне дёрнулось в ответ — будто моя собственная сила хотела отозваться на чужую, — и на секунду коридор озарила слабая вспышка статического электричества у моих пальцев. Никто не заметил. Слава богам. Мы сорвались по коридору навстречу обмякшему охраннику. — Туда его, — прошипела я, распахнув следующую дверь. Лиам и Ридок затащили бедолагу внутрь, а я на всякий случай приложила пальцы к его шее. — Пульс в норме. Мы его просто вырубили. Откройте ему рот. Я выхватила флягу, спрятанную в кармане брони, откупорила и влила жидкость в рот охранника. — Проспит до конца ночи. — Ты прям пугаешь, — выдохнул Лиам, глядя на меня широко раскрытыми глазами. — Спасибо, — улыбнулась я, и мы убрались оттуда со всех ног. Через пятнадцать минут, всё ещё пытаясь отдышаться, мы ввалились в зал инструктажа. До конца отведённого времени оставалось несколько минут. Мы пришли последними, и подрагивающий подбородок Даина, сидевшего в верхнем ряду с остальными командирами, намекал, что мы ещё наслушаемся комментариев для тех, кто прибывает под дедлайн. Я отвела от него взгляд, и мы начали устраиваться на своих местах, пока отряды по очереди прибытия вели свои доклады, подарив нам время прийти в себя после пробежки. Отряд из Первого крыла украл рукописное руководство Каори о привычках и недостатках всех действующих драконов. Сильно. Отряд из Второго крыла вызвал одобрительный гул, показав форму одного из профессоров пехоты — с жетоном с именем. Лучшим вариантом Третьего крыла стал писец, выкраденный прямо из постели, чья печать отнимала дар речи. Когда подошла наша очередь занять сцену, Сойер и Лиам, двое самых высоких в нашем отряде, взяли карту за верхние углы, чтобы её видели все. Я встала рядом с Рианнон и нашла глазами Ксейдена. Он прислонился к стене рядом с другими командирами, глядя на Вайолет с головокружительным сочетанием любопытства и ожидания. — Это твоя идея, — шепнула Имоджен, толкая Вайолет вперёд. — Ты и рассказывай. Глаза Маркема стали круглыми, как блюдца, и он вскочил. Вайолет прочистила горло и широким жестом показала на карту. — Мы принесли главное оружие, каким могут воспользоваться наши враги. Актуальная карта всех нынешних форпостов наваррских крыльев с указанием численности войск. — Она ткнула в форты вдоль границы Сигнисена. — А также с указанием всех схваток за последние тридцать дней. Включая вчерашнюю ночь. По квадранту пронёсся ропот. — А откуда нам знать, что карта действительно актуальная? — спросил Каори, держа возвращённый ему блокнот под мышкой. — Потому что мы её выкрали из кабинета генерала Сорренгейл. Поднялось настоящее безумие — к сцене ломанулись всадники, через них пробивались профессора. Я наблюдала, как Ксейден чуть улыбнулся и коснулся пальцем полей воображаемой шляпы, глядя прямо на меня, будто говоря «неплохо, Аэтос», и тут же отвернулся, как ни в чём не бывало. И почему-то от этого простого жеста по венам разлилось предательское тепло.       

Нет связи сильнее, чем между парой драконов. Это глубже человеческой любви или восхищения – это первобытная и непобедимая нужда в близости. Одному без другого не выжить.      

Полковник Каори. Полевое руководство по драконам

Лира: Лететь шесть часов подряд ради нашего приза — недельной командировки на далёкий форпост — это фактически меня убило. — Я сейчас умру. — Сойдя на землю, Надин сломалась пополам, упираясь в колени. — Очень тебя понимаю. Я потянулась, и в спине словно завопили все позвонки разом. Даин, естественно, и бровью не вёл — лишь чуть более неуклюже двигался, когда они с профессором Деверой приветствовали человека в чёрной форме всадника, командира форпоста. — Милости прошу, кадеты, — произнёс он, сложив руки на груди. — Думаю, вы бы сперва хотели расположиться и переодеться во что-то, подходящее для нашего климата. Нам показали комнату на троих — Вайолет, Рианнон и мне. Обстановка была бедная: три узкие кровати, три шкафа и один стол под широким окном. Ри молчала всё время в душевой, и ещё более пугающе молчала, пока мы переодевались в летние доспехи. — Так ты мне скажешь, в чём дело, или нет? — потребовала я, сунув рюкзак под кровать. — Моя родная деревня меньше чем в часе пешком отсюда, — сказала она наконец. Вайолет взяла её ладони и кивнула. — Никому не говори. У нас на всё про всё шесть дней — мы успеем. Кто-то постучал в дверь. — На выход, второй отряд! Мы присоединились к остальным, и майор Квэйд устроил нам экскурсию по форпосту. Крепость, по сути, представляла собой четыре мощные стены, казармы, башни по углам и большой арочный проход с шипастыми подъёмными воротами. — Мы строились на случай осады, — объяснял Квэйд, когда мы встали посреди грязного двора. — В случае нападения мы можем прокормить всех удовлетворительное время. — «Удовлетворительное»? — одними губами произнёс Ридок. Я подавила смешок. Тут внезапно от каменных стен отразился рёв драконов. — А вот и один из наших патрулей, — произнёс Квэйд. Он повернулся и улыбнулся при виде трёх силуэтов в чёрном, вошедших в ворота. — А вот и они. Эй вы, трое, не хотите познакомиться с нашими… — Вайолет? Я не сразу поняла, что произошло. Просто услышала этот голос — и Вайолет рядом со мной мгновенно застыла, будто весь мир для неё на секунду перестал существовать. Я обернулась и увидела, как от воротных стоек отделилась всадница и сорвалась на бег. Мира. Что-то у меня в груди сжалось — целый клубок чувств, который я даже не успела распутать, прежде чем Вайолет рванула вперёд, распахнув объятия перед самым столкновением. Я выросла рядом с этой семьёй — с Бренненом, с Вайолет, и да, с Мирой тоже. Сколько вечеров я провела за их семейным столом, сколько раз Мира заплетала мне косы рядом с косой Вайолет, говоря, что у неё теперь две младшие сестры, а не одна. Мне хотелось броситься вперёд так же, как Вайолет. Очень хотелось. Ноги сами рвались сделать этот шаг. Но я сдержалась. Осталась на месте, чуть позади, наблюдая, как они столкнулись и обхватили друг друга так крепко, что у обеих, наверное, затрещали рёбра. Это был момент Вайолет. Её сестра, её радость, её облегчение после девяти месяцев страха. Я не имела права лезть в него первой. — Мира, — выдохнула Вайолет, зарываясь лицом ей в плечо. От Миры пахло землёй, драконами и медной ноткой крови, даже на расстоянии. Она положила ладонь на косу Вайолет — ту самую, которую когда-то учила заплетать, — и у меня самой защипало в глазах, хотя я всё ещё стояла в стороне. — Все хорошо, — сказала Мира, отстраняясь, чтобы оглядеть Вайолет с головы до ног. — Всё ведь хорошо? — Да, — прошептала она в ответ на собственный вопрос, снова прижимая сестру к себе. — Всё хорошо, Вайолет. Всё хорошо. — А ты? — Вайолет отстранилась, чтобы посмотреть на неё. От мочки уха к ключице тянулся новый шрам. — Боги, Мира… — Ничего, — отмахнулась та, потом улыбнулась во весь рот. — Ты на себя посмотри! Живая ведь! — Не умерла! Ты не осталась единственным ребёнком! Её лицо изменилось мгновенно — когда она подняла голову и посмотрела на меня. — Лу? И улыбка стала ещё шире. Я не выдержала и тоже бросилась к Мире. Я даже не успела ответить — она притянула меня к себе так же крепко, как минуту назад обнимала родную сестру. Все эти месяцы сдержанности, все эти разы, когда я напоминала себе, что я не настоящая Сорренгейл, что мне нельзя претендовать на то же место, что у Вайолет, — всё это растворилось в одну секунду. — Ты тоже здесь, — прошептала Мира мне в волосы. — Слава богам, ты тоже здесь. — Я бы её одну никуда не отпустила, — выдавила я, и голос предательски дрогнул. — Знаю. — Мира отстранилась, держа меня за плечи, оглядывая так же внимательно, как минуту назад оглядывала Вайолет — словно проверяя, не появились ли на мне новые шрамы.— Я знала, что ты будешь рядом с ней. Поэтому и не сходила с ума все эти месяцы — чуть меньше, чем могла бы. Я почувствовала, как горло сжимается окончательно. Просто кивнула. И Мира притянула нас обеих к себе одновременно, одной рукой обхватив меня, другой Вайолет, так что мы оказались втиснуты в одно общее объятие, неуклюжее и тесное, и при этом единственное, что имело хоть какое-то значение в эту секунду. — Обе вы мои, — пробормотала она куда-то нам в макушки. — Слышите? Обе. — Странные всё же эти Сорренгейлы, — услышала я слова Имоджен. — Ты даже не представляешь, насколько, — ответил Даин, но, когда я обернулась, на его губах сияла первая искренняя улыбка, что я видела от него за последние месяцы. — Заткнись, Аэтос, — гаркнула Мира, закинув руку мне на плечо. — Рассказывайте, что нового. Может, мы и находились в сотнях миль от Басгиата, но я ещё никогда не чувствовала себя настолько дома.

***

Мы выбрались из спальни на первом этаже и спрыгнули на землю. Мира ушла в патруль, и, как ни здорово было находиться рядом с ней, другого шанса могло и не представиться. — Мы в пути, — сообщила я мысленно Малл. — Не попадайтесь, — предупредила она. Уж постараемся. Мы с Вайолет и Рианнон обошли стену, свернули за угол на поле… Я врезалась в Миру с такой силой, что отлетела назад. — Блин! — воскликнула Вайолет, поймав меня за локоть. — Даже за угол не выглядываем? — отчитала нас Мира, сложив руки на груди и смерив меня строгим, возможно, даже заслуженно строгим взглядом. Ну ладно, я его точно заслужила. — В своё оправдание — я и не думала, что ты здесь, — медленно сказала я. — Ведь ты же в патруле. — Вы все слишком уж странно вели себя за ужином. — Она склонила голову набок и пригляделась ко мне, как в детстве, снова читая меня как раскрытую книгу. — Вот я и поменялась. Не хотите рассказать, что вы делаете за стенами? Я взглянула на Рианнон. Она отвернулась. Потом на Вайолет — та тоже молчала, явно предоставляя мне честь выпутываться первой. — Не хотите? Правда? — Мира вздохнула и помассировала переносицу. — Вам троим понадобилось выбраться из отлично защищённой крепости, потому что?.. — Всё равно она догадается, — пробормотала я остальным. — Она как ищейка. Уж поверь. А у самой внутри всё сжалось. Рианнон дерзко выставила подбородок: — Мы летим ко мне домой. Мира вся побелела: — Что-что вы делаете? — Мы летим к ней в деревню, — поспешно вставила Вайолет. — Тэйрн говорит, тут не больше пяти минут, и… — Ни за что, — покачала головой Мира. — Нет. Тут нельзя улетать, как в отпуске. А если с вами что-нибудь случится? — В гостях у её родителей? — медленно произнесла я. — Нас там поджидает засада на тот крайне вероятный случай, если мы заскочим? Мира прищурилась. Ой. Всё кончится очень плохо, и, судя по тому, как Рианнон вцепилась мне в руку, так думала не я одна. — У её родителей безопаснее, чем в Басгиате, — добавила я. Мира поджала губы: — Твоя правда. — Полетели с нами! — выпалила я. — Серьёзно. Давай с нами, Мира. Она просто хочет проведать сестру. Мира уронила плечи. Размякла — и Вайолет безжалостно нанесла последний удар. — Когда Рианнон уехала, Рейган была беременна. Ты вот можешь представить, что будешь далеко от меня, пока я рожаю? Ты бы не сделала всё от тебя зависящее — даже если надо сбежать из тяжело охраняемой крепости, — если бы смогла подержать в руках племянника или племянницу? — Я наморщила нос, готовясь к её ответу. — К тому же если с нами будет герой Страйтмора, что такого может случиться? — Так, даже не начинай! — Мира посмотрела на меня, затем на Рианнон, затем на Вайолет, потом снова на меня и раздосадованно простонала. — Ох, ну ладно, ладно. — Она выставила палец, погрозив нашим ухмыляющимся лицам. — Но если надумаете кому-нибудь рассказать, будете жалеть об этом до конца жизни. — И она не шутит, — прошептала я. — А я верю, — ответила Рианнон. — Вы здесь только два дня, а уже нарушаете правила, — пробормотала Мира. — Идёмте, быстрее будет здесь. Спустя час мы с все вытянули ноги на мягких скамьях по сторонам от обеденного стола в доме Рейган и глядели, как Рианнон качает своего племянника у камина и, забыв обо всем, беседует с сестрой под присмотром родителей и зятя. Их воссоединение стоило всех нарушенных правил.— Спасибо, что помогла, — глянула я на Миру. — Вы бы всё равно полетели, со мной или без меня, — она с доброй улыбкой наблюдала за семьёй, сжимая оловянную чашу с вином. — А так я хотя бы прослежу, чтобы ничего не случилось. Какие ещё правила нарушали, дорогие мои? Вайолет повела плечом, хитро улыбнувшись. — Ну, пару тут, пару там. Научилась травить противников перед вызовами. Мира чуть не выплюнула вино и зажала рот рукой. Я рассмеялась, закинув одну ногу на другую. — Что, не ожидала такого от своей младшей сестры? В глазах Миры светилось уважение. — Честно, не знаю даже, чего ожидала. Просто отчаянно хотелось, чтобы ты выжила. — А она ещё и от меня успешно прячет, где хранит флаконы, — добавила я. — Так что я ей тоже немного завидую. Вайолет фыркнула. — Это потому что ты бы их выпила из любопытства. — Это клевета. — Это факт. Мира покачала головой, переводя взгляд с меня на Вайолет. — А с тобой что? Манифестировала уже печать? — Пока нет, — Вайолет потёрла большим пальцем ручку чашки. — Научилась заземляться, щиты тоже ничего, но… — Но если я скоро не манифестирую… — Она вдруг улыбнулась и кивнула в мою сторону. — Зато у нас есть Лира. Заклинательница бурь. Как мама — то есть как генерал Сорренгейл. И, судя по тому, что говорят профессора, у неё неплохие шансы однажды превзойти даже её уровень. Мира резко повернулась ко мне, забыв даже про собственный вопрос. — Что? Я почувствовала, как щёки начинают гореть. — Это они так преувеличивают. — Они не преувеличивают, — возразила Вайолет. — Карр сказал это буквально на прошлой неделе. При всех. — Карр вечно что-то говорит, чтобы напугать первокурсников. Мира смотрела на меня так, будто видела впервые — с тем самым выражением, с каким обычно разглядывают что-то неожиданно ценное. — Я всегда знала, что ты особенная, Лу, — Мира улыбнулась, и в её глазах блеснуло что-то похожее на гордость. — Жаль, что твой отец это не замечает так, как должен бы. Мы все на секунду замолчали, и я почувствовала, как Вайолет тихонько коснулась моей руки — без слов, просто давая понять, что она рядом. Мира откашлялась первой, явно решив не позволить разговору утонуть в неловкости. — Ну, хорошо, — сказала она Вайолет. — Если хочешь, чтобы манифестировалась печать, тогда не мешай себе мыслями о маме. Твоя сила — только твоя, Ви.Вайолет поёжилась под её взглядом и сменила тему, обратив внимание на шею Миры. — А это у тебя откуда? — Грифон, — ответила она, кивнув. — Рядом с деревней Крэнстон, месяцев семь назад. Вылетел не пойми откуда в разгар нападения на селение. Чары ослабли, а печать даёт мне какую-никакую защиту от вражеских магов, но не от их сраных пташек. Целители латали меня несколько часов. Зато теперь шрамом можно похвастаться. — Она вскинула подбородок, красуясь. — Крэнстон? — переспросила я, вспомнив инструктажи. — Об этом нам никто не рассказывал. Здравый смысл подсказывал заткнуться. Не подсказал. — Я тут подумала, что на границах творится больше, чем нам говорят, — призналась я тихо. Мира подняла бровь. — Само собой. По-твоему, на инструктажах должны рассказывать засекреченные данные? Ты же сама всё понимаешь. И если честно, на границы нападают так часто, что для разбора каждого случая придётся сидеть на инструктаже целый день. — Логично. А вам сообщают всё? — Только то, что нужно. Например, я бы могла поклясться, что видела во время этой атаки стаю драконов за границей, — она пожала плечами. — Но мне о тайных операциях не докладывают. Смотри на это так: будь ты целителем, тебе бы были нужны сведения вообще обо всех пациентах, а не только о твоих? Я покачала головой: — Нет. — То-то и оно. — Мира перевела взгляд на Вайолет, и её тон тут же стал острее. — А теперь скажи мне, что там случилось между тобой и Даином? Я и у тетивы арбалета не видела такого напряжения, и я не в хорошем смысле. Её взгляд не оставлял простора для уверток. — Мне пришлось меняться, чтобы выжить, — ответила Вайолет. — Он не давал. Из-за меня убили его подружку Эмбер. Она была командиром подразделения. И если честно, история с Ксейденом настолько нас рассорила, что я уже и не знаю, как восстановить дружбу. По крайней мере такой, какой она была. — О казни командира знают все. Её убили не из-за тебя. Она сама себя убила, нарушив Кодекс. — Мира молча разглядывала её. — А правда, что в ту ночь тебя спас Риорсон? Вайолет покачала головой. — Ксейден сложная тема. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказала Мира, стиснув чашку. — Потому что я чётко помню, как велела вам держаться подальше от этого сына изменника. — Тэйрн к тебе явно не прислушался, — заметила я. Мира фыркнула. — Но если бы в ту ночь не появился Боди, или если бы я не спала в броне… — Вайолет помолчала, потом коснулась ладони Миры. — Сложно сосчитать, сколько раз ты спасала мне жизнь, сама о том не зная. — А Ксейден тогда казнил Эмбер прямо на построении, — добавила я. — Так что да, в ту ночь там было довольно много всего одновременно. Мира моргнула. — Звучит как очень насыщенная неделя. — У нас тут вообще все недели такие, — пожала я плечами. — Кстати, насчёт брони — она ведь не только для Вайолет. Ты мне тоже такую сделала, помнишь? Я в ней с самого начала года. Я похлопал по железу. Мира улыбнулась, и в этой улыбке было что-то особенно тёплое. — Конечно сделала. Не могла же я оставить тебя без защиты, пока сама Ви будет щеголять в чешуе. — Рада, что это помогло, — продолжила она уже серьёзнее, обращаясь снова к нам обеим. — Я вам клянусь, собирала эту чешую целый сезон линьки. На двойной комплект ушло почти всё, что я насобирала. — Не думала рассказать об этом маме? Наделать таких для всех всадников? — Я внесла предложение своему командованию, — Мира откинулась назад и сделала ещё глоток. — Они сказали, что рассмотрят вопрос. Мы смотрели, как Рианнон целует идеальные пухлые щёчки племянника. — Никогда не видела такую счастливую семью, — призналась Вайолет. — Даже когда Бреннан и папа были живы, мы не были… такими. — Да уж, не были, — губы Миры исказила грустная улыбка. — Зато я помню множество ночей, когда мы лежали у огня с папой и той вашей любимой книжкой. — Ах да, той самой, которую ты заставила оставить в спальне, — выгнула бровь Вайолет. — Ты про книжку, которую я забрала на случай, если маме попадёт вожжа под хвост и она решит выкинуть все твои вещи, пока ты в квадранте? — улыбка Миры расползлась до ушей. — Она у меня в Монсеррате. Думала, ты разозлишься, если вернёшься после выпуска, а её нет. Вайолет моргнула. — Ого. А я уже всё забыла. — «Сказки Пустошей», — выдохнула я, и что-то тёплое разлилось в груди от одного только названия. — Боги, я думала, она потерялась навсегда. Мы с Есинией обыскали половину архивов, пытаясь найти хоть одну копию. Мира посмотрела на меня с удивлением. — Ты тоже её помнишь? — Помню? — Я почти задохнулась от возмущения. — Мира, я выросла на этой книге не меньше, чем Вайолет. Я столько раз пряталась под тем же одеялом, слушая, как дядя читает про вэйнителей, что могла бы цитировать целые страницы наизусть, если бы голова не так протекала. — Точно, — медленно произнесла Мира, будто вспоминая что-то давнее. — Ты тоже там была. Почти всегда. — Почти всегда, — повторила я тише. Воспоминание было таким ярким — огонь в камине, голос дяди, моё собственное место между Вайолет и подушкой, которое всегда оставалось свободным, как будто меня там ждали с самого начала. — Наверное, уже скоро получится перечитать! — В голосе Вайолет разлилась радость. — Ты лучше всех. — Отдам, когда вернёмся, — Мира снова откинулась назад и задумчиво присмотрелась к нам обеим. — Знаю, это просто сказки, но я так и не поняла, почему злодеи решали осквернить души и стать вэйнителями — а теперь… — у неё нахмурился лоб. — Теперь ты на стороне злодеев? — пошутила Вайолет. — Да нет, — Мира покачала головой. — Но у нас такие силы, за которые люди готовы убить. Драконы и грифоны — это хранители, но, не сомневаюсь, что для того, кому хватает зависти и амбиций, рискнуть душой — невысокая цена за способности. — Она пожала плечами. — Просто радуюсь, что наши драконы такие разборчивые, а чары не подпускают ездоков на грифонах. Кто знает, кого выбирают эти пушистые твари? Мы просидели ещё час, пока не решили, что рискуем разоблачением. Затем мы с Мирой и Вайолет оставили Рианнон, чтобы она могла попрощаться с семьёй, и вышли из дома в душную ночь. — Ты когда-нибудь служила с всадниками драконьих пар? — спросила Ви Миру, закрывая за нами дверь. — Один раз, — ответила она, прищурившись и внимательно разглядывая тёмную тропинку перед домом. — Просто интересно, на сколько они могут расстаться. — Оказывается, максимум на три дня, — сказал Ксейден, появляясь из теней.