Четвертое крыло: Второе пламя

Глава 2:

Существует ошибочное мнение, будто в квадранте всадников принято действовать в рамках стратегии «убей или будешь убит». На самом деле всадники не убивают других кадетов… если только в этом году нет нехватки драконов или кадет не является помехой для их крыла.

Тогда все может стать… интересным.

Майор Афендра. Руководство для драконьих всадников (запрещенное издание)

Лира: — Твоя сестра — всадница. Думаю, этим можно объяснить кожаную одежду, — проговорил Риорсон, пока я разворачивалась и направлялась к Ви. — Думаю, да. — Твоя мать схватила моего отца и проследила, чтобы его казнили, — продолжил Риорсон. Стоп. Как будто только у него было право ненавидеть? Вот тут меня и переклинило. — Твой отец убил моего старшего брата. Похоже, мы в расчёте, — зло ответила Вайолет. — Едва ли. Я потянулась к мечу за спиной, задыхаясь от гнева, и в мгновение ока оказалась между ней и этим здоровяком. Лезвие в секунду оказалось у его горла — а он даже не шелохнулся. — Тронь её, — прошипела я, — и клянусь Данн, я отрублю твои поганые руки, а потом столкну тебя с этой стены. И даже не посмотрю на то, что ты командир крыла. Мира не должна потерять и брата, и сестру. А я бы в жизни не допустила, чтобы с Вайолет что-то случилось. Руки Ксейдена сжались в кулаки, он напрягся всем телом. Я приготовилась к удару — он может сбросить меня с башни, но я не собиралась облегчать ему эту задачу. Я сама убью его прежде, чем он сделает шаг к Ви. — Я не советую вам делать хоть шаг в её сторону, — раздался за спиной голос Вайолет. Я быстро повернула голову: моя малышка держала один кинжал, направленный на парня с ирокезом, а второй — на всадника, похожего на Риорсона. А потом я снова посмотрела на Риорсона. — Собираешься убить её? — Я подняла подбородок ещё на дюйм. Взгляд Риорсона снова столкнулся с моим — и тут небо разверзлось, и дождь обрушился стеной, за считаные секунды вымочив мои волосы, кожаный костюм и камни вокруг нас. В этот момент воздух разорвал крик, и мы с Ви одновременно взглянули на парапет — как раз тогда, когда Дилан поскользнулся. Я задохнулась, сердце закувыркалось где-то у горла. Дилан сумел уцепиться руками за камни и пытался подтянуться, его ноги беспомощно дёргались, пытаясь нашарить опору, которой не было. — Подтягивайся, Дилан! — закричала Рианнон. — О боги… Глаза Ви расширились от ужаса как раз тогда, когда пальцы Дилана соскользнули с мокрого камня, и он упал, быстро исчезнув из вида. Ветер и дождь украли любые звуки, которые его тело могло бы издать, рухнув в ущелье внизу. Ксейден не сводил с меня глаз и молча наблюдал — и взгляд его я не смогла истолковать. В моём же не было ничего, кроме ужаса. — Зачем тратить силы на то, чтобы убить её, если парапет сделает это за меня? — злая улыбка искривила его губы. — Сначала ты, а потом она. Я не сдохну тут. Я мысленно повторяла эти слова как заклинание, пока Рианнон называла своё имя всаднику, что вёл счёт кадетам возле отверстия в стене — того самого, за которым начинался парапет. Ненависть во взгляде Ксейдена была такой жаркой, что обжигала моё лицо, словно пламя. И даже дождь, который хлестал кожу всё сильнее с каждым порывом ветра, не мог унять этот жар — и вместе с ним дрожь ужаса, что раз за разом пробегала по позвоночнику. Дилан был мёртв. Он превратился в имя, всего лишь очередное имя, которое высекут на могильном камне, одно из имён на бесконечном кладбище, окаймляющем дорогу в Басгиат. Лишнее предупреждение для тех амбициозных кандидатов, что предпочитали рискнуть жизнью ради шанса стать всадниками, вместо того чтобы попытать счастья в любом другом квадранте. Теперь я поняла, почему Мира советовала нам с Вайолет не заводить друзей. Рианнон обеими руками схватилась за каменные зубцы, оглянулась и посмотрела на меня через плечо. — Буду ждать вас на той стороне! — крикнула она. Свист ветра заглушил её слова, а в глазах словно отражался мой собственный ужас. — Увидимся на той стороне, — кивнула Вайолет, убирая клинки в ножны и даже умудрившись улыбнуться в ответ. Рианнон шагнула на парапет и пошла. И пусть я была уверена, что сегодня у Зинхала, бога удачи, дел выше крыши, всё равно прошептала ему беззвучную мольбу. Пусть она дойдёт. Пожалуйста. — Имя? — спросил всадник у выхода. Его напарник растянул плащ над свитком в довольно бессмысленной попытке сохранить бумагу сухой. — Лира Аэтос, — ответила я, и прямо над головой прогремел гром. Звук этот странным образом меня успокоил. — Аэтос? — выплюнул Риорсон. — Не знал, что у полковника есть ещё и дочь. — Теперь знаешь, — бросила я. Я положила ладони на зубцы ограждения и провела кончиками пальцев по камню. Ещё тёплый от утреннего солнца, он быстро остывал под дождём. Мокрый, но нескользкий — хорошо, что тут не рос мох. Впереди Рианнон двигалась через пропасть, раскинув руки для равновесия. Она прошла уже, наверное, четверть пути, и её фигура становилась всё более размытой за пеленой дождя. — А я думал, что у него только сын, — с сомнением пробормотал второй всадник, поправляя плащ, когда на нас налетел очередной порыв ветра. Ограждение хоть немного, но защищало, и если уж здесь дуло так сильно, то на парапете меня ждали большие проблемы. — Так многие думают. Втягивая воздух через нос и выпуская через рот, я заставила дыхание успокоиться, а пульс замедлиться. Потому что понимала: если буду паниковать — умру. Если поскользнусь — умру. Если… О, ну на хрен. Я больше ничего не могла сделать, чтобы подготовиться ко всему этому дерьму. Я развернулась и помахала Ви, которая вскинула подбородок, игнорируя Риорсона. — Увидимся на той стороне, Ви. И я ступила на парапет. Один маленький шаг — и очередной порыв ветра тут же развернул меня боком и чуть не скинул вниз. Страх волной прокатился по венам. Я двинулась вперёд, покинув безопасное место между зубцами, — назад дороги не было. Сердце билось так сильно, что в ушах грохотало, как барабан. Смотри только на камни впереди, не смотри вниз. Совет Миры эхом звучал в голове, но прислушиваться к нему было трудно, когда любое движение могло стать последним. Я широко раскинула руки для равновесия и пошла вперёд крошечными шажочками — точно так, как училась всю жизнь. Вот только ветер, дождь и перспектива падения с двухсот футов наглядно показывали, что это уже не тренировка. Камни под ногами лежали неровно, на стыках со швами извести легко было споткнуться, и я сосредоточилась на пути впереди, напрягла мышцы и держала центр тяжести под контролем. Перед глазами всё плыло, пульс скакал в сумасшедшем ритме. Спокойствие. Я должна была оставаться спокойной. Так, как учила меня мама. Нигде не найдёшь такого спокойствия, как в архивах — вот о чём я подумала. Факты. Логика. История. — Континент является домом для двух королевств, и мы воюем вот уже четыреста лет, — произнесла я вслух, озвучивая самые базовые данные, намертво вбитые в голову ещё для экзамена на должность писца. Шаг за шагом я двигалась вперёд. — Наварра, мой дом, является более крупным королевством с шестью отдельными провинциями. Тиррендор, наша самая южная и самая большая провинция, граничит с провинцией Кровла в королевстве Поромиэль. Каждое слово успокаивало дыхание и выравнивало пульс, ослабляя головокружение. — На востоке лежат остальные две провинции Поромиэля — Брайевик и Сигнисен, а естественной границей между ними и нашими землями служат горы Эсбен. — Я перешагнула линию, нарисованную на камнях — ту самую, что обозначала половину пути. Значит, сейчас я была на самой верхней точке парапета. Но я запретила себе думать об этом. Главное — не смотреть вниз. — За Кровлой, за вражескимитерриториями, далеко-далеко расположены. Я начала цитировать всё то, чему учил меня отец Вайолет Пустоши, кото… Тут раздался раскат грома, порыв ветра ударил в бок, и я взмахнула руками. — Блядь! Тело качнуло влево, я пошатнулась — но сразу выровнялась. — Что касается Наварры, то Тиррендор стал последней из пограничных провинций, присоединившихся к альянсу и присягнувших на верность королю Реджинальду! — закричала я навстречу ветру. — Он также был единственной провинцией, которая попыталась отделиться шестьсот двадцать семь лет спустя, что в конечном итоге оставило бы наше королевство беззащитным, если бы Тиррендору это удалось. Рианнон всё ещё виднелась впереди — кажется, на отметке в три четверти пути. Хорошо. — Королевство Поромиэль в основном состоит из пахотных равнин и болот и известно удивительными тканями, бесконечными полями зерновых и уникальными драгоценными камнями, способными усиливать малую магию. — Я бросила быстрый взгляд на тёмные облака над головой, прежде чем двинуться вперёд, осторожно ставя одну ногу перед другой. — В то время как горные районы Наварры предлагают изобилие руды, крепкую древесину из восточных провинций, а также огромные стада оленей и лосей. Мой следующий шаг сбил вниз пару кусков извести, и я остановилась, осторожно двигая руками, чтобы восстановить равновесие. Сглотнула, убедилась, что вернула устойчивость, и снова двинулась вперёд. — Торговый договор Рессона, подписанный более двухсот лет назад, обеспечивает обмен мяса и пиломатериалов из Наварры на ткани и сельскохозяйственную продукцию Поромиэля четыре раза в год на заставе Альдебаин на границе Кровлы и Тиррендора. Отсюда уже хорошо был виден квадрант всадников. Массивные опорные колонны цитадели примыкали к горному склону; их венчало строение, в котором, насколько я знала, завершится мой путь по парапету. Я машинально обернулась к Ви и закричала: — Вайолет! Ви вскинула голову. Она одной рукой свисала с края и пыталась встать. — Вайолет! Нет! Нет! Нет! Я рванулась было к ней — но тут Ви всё-таки поднялась и замахала мне рукой. Иди дальше. Я кивнула и отвернулась. — Тиррендор охватывает весь юго-запад континента, — бормотала я. Ноги двигались равномерно, но дёргано из-за страха перед скользкой узкой дорогой, и в начале каждого шага левая подошва чуть проскальзывала. — Местность, составляющая его, неприветливая и гористая, фактически неприступная, граничит с Изумрудным морем на западе и океаном Арктайл на юге. И хотя географически она разделена естественным природным барьером — скальной грядой Дралора… Ещё один порыв ветра ударил меня, и нога соскользнула с парапета. Сердце заколотилось. Но я выстояла. После этого уже не могла ни на чём концентрироваться и старалась не оборачиваться к безопасной стороне, до которой было уже рукой подать. Я протолкнула себя вперёд и буквально последние метры пробежала по парапету, а потом по инерции проскочила в безопасный внутренний двор и спрыгнула на камень. Рыжая девушка со свитком стояла чуть поодаль. — Лира Аэтос, — сказала я и отошла в сторону, чтобы никому не мешать. И стала ждать Ви. Минуты растянулись в вечность. Затем я услышала звук сапог — и Ви выбежала и спрыгнула с парапета. Крутанувшись, Вайолет выхватила кинжал из ножен у своих рёбер как раз в тот момент, когда парень, задыхаясь после бега, остановился над ней на парапете. Лицо у него покраснело, жажда убийства плескалась в сузившихся ледяных голубых глазах, когда он посмотрел на неё… а потом туда, куда упирался кончик её клинка, чуть продавливая ткань на штанах ровно напротив его причиндалов. — Я думаю… что буду в безопасности… именно здесь… и сейчас, — заговорила Вайолет. — Да неужели? — Парень задрожал от ярости, густые светлые брови ещё ниже нависли над ледяными голубыми глазами, и вся его чудовищно мерзкая фигура всё ниже нависала над ней — а я, сука, ничего не могла сделать. Однако он так и не осмелился шагнуть вперёд. — Всадник не имеет права причинять вред другому всаднику вне зависимости от того, построение ли это в квадранте или приказ начальства, — в присутствии кадета высшего ранга, — Вайолет цитировала Кодекс. — Так как это снизит эффективность крыла. Думаю, толпу людей позади можно считать строем. Статья три, раздел… — Мне насрать! — Он дёрнулся вперёд, но Ви не двинулась с места, и её кинжал пронзил внешний слой ткани на его штанах. — Рекомендую тебе передумать, — с оттенком угрозы сказала Вайолет. — А то я могу и поскользнуться. — Имя? — безразлично произнесла всадница рядом со мной, как будто они были самой неинтересной вещью из всего, что сегодня попалось ей на глаза. Я на миллисекунду отвлеклась и бросила взгляд в её сторону. Девушка наблюдала за происходящим, одной рукой заправляя за ухо огненно-рыжие пряди волос длиной до подбородка, а другой сжимая свиток. Три серебряные четырёхконечные звезды, вышитые на плече её плаща, говорили о том, что она на третьем курсе. — Ты довольно маленькая для всадника, но, похоже, ты справилась. — Вайолет Сорренгейл, — ответила она, но сто процентов её внимания оставались сосредоточены на парне. Дождь красиво капал с его мокрых бровей. — И прежде чем ты спросишь: да, я та самая Сорренгейл. — Неудивительно после такого-то боевого манёвра, — ответила женщина, и то, как она держала ручку над свитком, напомнило мне мамину манеру письма. Возможно, это был самый приятный комплимент из всех, что Ви когда-либо делали. — А ты? — снова спросила она. — Джек. Барлоу. И я запомнила это имя, чтобы потом убить его.       

Синие драконы происходят из уникального семейства Гормфалеас. Известные своими грозными размерами, драконы этого семейства самые безжалостные, и в особенности это касается редчайших синих кинжалохвостов, чьи шипы на конце хвоста могут обезглавить врага одним движением.

      

Генерал Каори. Полевое руководство о видах драконов

— Не сегодня, — ответила Вайолет Джеку. Затем она развернулась ко мне, и я сгребла её в объятия. — Мы справились! — завизжала я. — Ага, — выдохнула Ви. — Только я ещё в шоке, если честно. Пойдём. Я потянула её за собой. На дворе было ещё утро — наверное, около девяти, — но я успела заметить, что кадетов не так много, как кандидатов, что стояли впереди меня в очереди. И, судя по подавляющему присутствию личностей в кожаных доспехах, основную массу толпы составляли учащиеся второго и третьего курсов, которые явились сюда, чтобы поприветствовать новичков. Дождь стих, как будто начинался лишь для того, чтобы сделать самое трудное испытание в моей жизни ещё труднее… но мы всё-таки справились. Мы живы. Мы это сделали. Тело Ви дрожало, и я заметила, как она прихрамывает. — Вот блядь, — вырвалось у меня. — Колено? — Да, — шепнула Ви. Тут сбоку на нас навалилась Рианнон и сгребла обеих в объятия. — Мы сделали это! — она улыбнулась, сжимая мои плечи. — Мы сделали это, — повторила я с вымученной улыбкой. Ви тоже улыбнулась. — Не знаю, какими словами благодарить тебя. Я как минимум трижды упала бы, если бы ты мне не помогла с сапогами. Ты была права — эти подошвы скользкие, как дерьмо. Слушай, а ты уже смотрела на людей вокруг? Клянусь, я видела второкурсницу с розовыми прядями в волосах, а у одного из парней весь бицепс в татуировках. В виде чешуи дракона! — Рианнон восторженно оглядывалась, а я подхватила Ви под руку. — Конформизм для пехотинцев, — проговорила Ви. Рианнон подхватила меня под руку и потащила за собой в толпу — я следом за ней. Я услышала, как колено хрустнуло. — Проклятье, — выругалась Ви, и я придержала её. — Кстати, — сказала Рианнон, глядя вниз. — Нам же нужно обратно обменяться сапогами. Вон там есть скамейка… Высокая фигура в безупречной чёрной форме вынырнула из толпы и направилась прямо к нам: Рианнон успела отшатнуться, а Вайолет врезалась прямо в грудь всаднику. — Вайолет? Всадник протянул руки, ухватил её за локти — сильно и уверенно, чтобы удержать на ногах, — и я уже смотрела в знакомые пронзительные карие глаза, широко распахнутые от удивления. Вайолет нелепо улыбнулась всаднику. А я продолжала смотреть. Красивая, непринуждённая улыбка, которая слишком часто фигурировала в моих воспоминаниях, — сейчас её не было на хмуром лице, и всё в нём казалось немного… суровее. Но это ему необычайно шло. Одинаково жёсткими были и линия подбородка, и изгиб бровей, даже мышцы бицепсов, затвердевшие под пальцами Ви, пока она пыталась сохранить равновесие. Что ж. За последний год мой брат превратился в красавца. — Какого венина ты тут делаешь? — рявкнул Даин, и шок в его глазах превратился в нечто иное. Смертоносное. Это был уже не мой старший братик. Теперь это был всадник на втором году обучения. — Даин. Тоже рада тебя видеть, — отозвалась Ви. — А про меня ты забыл? — обиженно подала я голос. Глаза Даина расширились, а потом наполнились такой любовью, что у меня перехватило дыхание. Ви пошатнулась и начала заваливаться. — Проклятье, Вайолет, — пробормотал он, подхватывая её. Одной рукой он обхватил её за плечи, другой поддержал под локоть и быстро повёл прочь от толпы, чтобы укрыть от лишних глаз в нише стены, недалеко от первой оборонительной башни цитадели. Это оказалось тенистое, укромное место с жёсткой деревянной скамьей, на которую он усадил Ви, а затем помог выпутаться из лямок рюкзака. — Меня сейчас стошнит, — прошептала Ви, и я вырвалась вперёд. — Голову между коленями, — приказал Даин резким тоном, к которому я не привыкла, — но Ви повиновалась. Он растирал её поясницу по кругу, пока она медленно вдыхала через нос и выдыхала через рот. — Это адреналин. Дай ему минуту, и всё пройдёт. Тут я услышала хруст гравия. Кто-то приближался. — Кто ты, чтоб тебя, такая? — бросил брат. — Рианнон. Я… подруга Вайолет и Лиры. — Послушай меня, Рианнон. С Вайолет всё в порядке, — отрезал Даин. — И если кто-нибудь спросит, скажи им то же самое, что я: это просто адреналин, сейчас напряжение спадёт, и всё будет в норме. Понятно? — Никого не касается, что происходит с Вайолет, — возразила она таким же ровным и уверенным тоном. — Так что я бы не стала болтать. Особенно после того, как благодаря ей перешла парапет. — Лучше бы это было правдой. — Угроза в его голосе явно противоречила тем мягким, успокаивающим движениям ладони, которая кругами двигалась по спине Ви. — Ты усомнился в способностях своей же подруги? — я наградила брата щелчком по затылку. — Ты серьёзно, Даин? Он только зыркнул на меня. — Я ведь тоже могу спросить, кто ты, чтоб тебя, такой? — Один из моих самых старых друзей, — выдавила Ви. — А также старший брат Лиры. Дрожь постепенно утихала, и тошнота отступала, но Ви не была уверена, что тут помогло — время или правильная поза. Так что продолжала держать голову между коленями, пока расстёгивала левый сапог. — Ага, — ответила Рианнон. — И всадник второго года, кадет, — прорычал Даин. Гравий громко хрустнул, когда Рианнон сделала шаг назад. — Здесь тебя никто не видит, Вай, так что не торопись, — мягко проговорил Даин. — Угу. Потому что выблевать кишки, пережив парапет и того засранца, который хотел сбросить меня с него, будет неоправданной слабостью. — Ви медленно подняла голову и села прямо. — Ты ранена? — Не оскорбляй меня, старший брат, — возмущённо вскинула я голову. — Ну и… спасибо. Его взгляд, обшаривающий Ви с ног до головы, был отчаянно внимательным, словно ему позарез нужно было увидеть каждый дюйм кожи. — У меня болит колено, — призналась Ви шёпотом. — Это всё? Ты уверена? — Его ладони скользнули по её бокам и остановились на рёбрах. Вот засранец, — подумала я. — Ты носишь кинжалы? Тем временем Рианнон стянула с Ви сапог и с облегчением вздохнула, шевеля пальцами. Ви кивнула: — Три на рёбрах и один в сапоге. — Ха! — Даин опустил руки и посмотрел на неё так, словно никогда раньше не видел. Будто она незнакомка. Но потом он моргнул, и это выражение исчезло. — Поменяйте уже сапоги обратно. А то вы обе довольно нелепо выглядите. — Лу, ты доверяешь ей? Он кивнул в сторону Рианнон. Я подумала — и кивнула. Я доверяла ей настолько, насколько вообще можно доверять другому первокурснику. — Хорошо. Он встал и повернулся к Рианнон. По бокам его кожаного костюма тоже располагались ножны, но кинжалы покоились во всех, а мои пока частично были пусты. — Я Даин Аэтос, и я командир второго отряда секции Пламени Второго крыла. Командир отряда? Я почувствовала, как брови ползут вверх. Высшие звания среди кадетов в квадранте — командир крыла и командир отделения. Обе должности занимают элита третьекурсников. Второкурсники могут дослужиться до командиров отрядов, но только если у них исключительные способности. Все остальные — просто кадеты до Молотьбы, когда драконы выбирают, с кем готовы связать себя… чтобы потом те стали всадниками. Люди здесь умирают слишком часто, чтобы раздавать звания преждевременно.— Испытание парапетом должно закончиться в ближайшие пару часов, в зависимости от того, как быстро кандидаты перейдут его… или не перейдут. Найди рыжую со свитком — она ещё обычно носит арбалет — и скажи ей, что Даин Аэтос взял в свой отряд и тебя, и Вайолет Сорренгейл, и Лиру Аэтос. Если станет расспрашивать, напомни: она в долгу передо мной за то, что я спас её задницу на Молотьбе в прошлом году. А я скоро приведу Вайолет во двор. Рианнон посмотрела на меня, и я кивнула. — Иди, пока нас никто не увидел! — рявкнул Даин. — Уже ушла, — ответила она, засовывая ногу в сапог и быстро зашнуровывая его, пока я делала то же самое со своим. — Что ты тут делаешь? — резко спросил Даин у Ви. Ви открыла рот — и закрыла. Я закатила глаза. — Её мать отправила её сюда. Даже Мира не смогла её отговорить. Проклятье. — И ты умрёшь, если мы не найдём для тебя выход отсюда, — Даин протянул руку. — Держись. Надо отвести тебя в мою комнату. Чтобы забинтовать колено. А потом вздёрнул бровь и добавил: — Если только за последний год ты не нашла какое-нибудь чудодейственное средство, о котором я не знаю. Ви покачала головой и взяла его за руку. — Ты идёшь, сестрёнка? — бросил брат через плечо. Я пошла за ними.

***

Ви исчезла за дверью, и Даин проводил её взглядом ещё несколько секунд. Я сидела на его кровати, поджав под себя ногу, и наблюдала за ним. Он выглядел так, будто хотел сорваться следом за ней. — Даже не думай, — предупредила я. — О чём? — О том, чтобы опять начать командовать её жизнью. Он тяжело вздохнул и прислонился к письменному столу. — Я просто пытаюсь её защитить. — Нет. Ты пытаешься контролировать её. Его челюсть напряглась. Попала. — Это разные вещи. — Правда? — Я выгнула бровь. — Потому что со стороны выглядит так, будто ты решил, что лучше самой Вайолет знаешь, что для неё хорошо. — Она хрупкая. — Она выжила на парапете. — Чудом. — Всё равно выжила. Даин провёл рукой по волосам. — Ты не понимаешь. — Тогда объясни. Несколько секунд он молчал. — Каждый день я вижу, как здесь умирают люди. — Голос его звучал непривычно тихо. — Хорошие люди. Сильные люди. Намного сильнее Ви. И я просто… Он замолчал. Я впервые увидела в его глазах не раздражение и не упрямство. Страх. Настоящий страх. — Ты боишься за неё, — тихо сказала я. — Конечно боюсь. Я отвела взгляд. Это я понимала. Потому что сама боялась не меньше. — Но если будешь продолжать душить её заботой, станет только хуже. Вайолет никогда не простит тебе, если ты попытаешься решать за неё. — А ты? Ты тоже злишься на меня? Ненадолго. — Спасибо, что была рядом с ней. — Всегда. — Ответ вырвался раньше, чем я успела подумать. Потому что это была правда. Даин внимательно посмотрел на меня. — Ты любишь её. Я закатила глаза. — Это вообще вопрос? — Нет. — Тогда перестань задавать глупости. Он тихо рассмеялся. — Ладно. Я поднялась с кровати. — А теперь слушай внимательно. — Уже страшно. — Если будешь давить на Ви, чтобы она пошла в квадрант писцов, я лично столкну тебя с парапета. — Это угроза? — Обещание. Даин покачал головой. — Ты ужасно похожа на неё. — Неправда. — Именно поэтому вы и подружились. Я показала ему средний палец. И впервые за весь этот безумный день мы оба рассмеялись. Ещё немного поговорив, мы спустились вниз, и тогда Даин взял меня за руку и повёл к алькову, из которого мы исчезли полчаса назад. — Иди туда и познакомься с другими первокурсниками. Я вернусь и пройду через башню. Скоро все поймут, что мы родственники, но не стоит им заранее облегчать жизнь. Он сжал мою руку и отпустил, без лишних слов развернулся и ушёл, исчез в туннеле. Я стиснула лямки рюкзака и вышла на залитый солнечным светом двор. Облака рассеялись, морось уже стихала. Гравий хрустел под ногами, когда я шла к всадникам и кадетам. Огромный двор, в котором легко могла бы поместиться тысяча всадников, в точности соответствовал карте в архивах. По форме он напоминал угловатую каплю, чей закруглённый конец был образован гигантской внешней стеной толщиной не менее десяти футов. По бокам располагались каменные залы. Я знала, что четырёхэтажное здание с круглой крышей, высеченное в горе, предназначено для учёбы, а то, что справа, возвышавшееся над утёсом, — общежитие, куда меня водил Даин. Внушительная ротонда, соединяющая эти два здания, также служила входом в зал собраний, общий зал и библиотеку, расположенные за ней. Потом я перестала таращиться по сторонам и повернулась лицом к внешней стене. Справа от парапета стоял каменный помост, на котором расположились двое в форме — комендант и его помощник, оба в полном военном облачении, их медали мерцали в солнечном свете. Через несколько минут я отыскала Рианнон и Ви в растущей толпе. — Вот вы где! — крикнула я, и три головы повернулись ко мне. Рианнон разговаривала с другой девушкой, чьи иссиня-чёрные волосы были подстрижены так же коротко, как у Даина. Рианнон представила нас друг другу. Девушку звали Тара, она приехала из северной провинции Моррейн, с побережья Изумрудного моря. В ней чувствовалась та же уверенность, что и в Мире, а в глазах плясали искры восторга, когда они с Рианнон рассказывали, как обе с детства были одержимы драконами. Я слушала вполуха — ровно настолько, чтобы запомнить детали, если нам понадобится заключить союз. Прошёл час, затем другой — согласно звону колоколов Басгиата, который мы могли слышать отсюда. Затем последний из кадетов вышел во двор, за ним шагали три всадника из другой башни. Ксейден — один из них. В этой группе он выделялся не только ростом, но и тем, как другие всадники осторожно обходили его, словно он акула, которую все рыбы оплывают подальше. На секунду я задумалась, что у него за печать — уникальная сила от связи с драконом — и не потому ли даже третьекурсники убирались с его пути, пока он со смертоносной грацией поднимался на помост. Всего их там собралось десять человек, и, судя по тому, как комендант Панчек выдвинулся к нам… — Кажется, начинается, — сказала я Рианнон и Таре, и они обе повернулись к помосту. Как и все остальные. — Триста один из вас пережили парапет и сегодня стали кадетами, — начал комендант Панчек с улыбкой опытного политика, жестом указывая на нас. Этот парень всегда много жестикулировал. — Хорошая работа. Шестьдесят семь с ней не справились. Грудь сжалась, а мозг принялся быстро прокручивать цифры. Почти двадцать процентов. Это из-за дождя? Ветра? Больше, чем обычно. Шестьдесят семь человек погибли, пытаясь добраться сюда. — Я слышала, что эта должность — лишь первая карьерная ступенька для него, — прошептала Тара. — Он хочет сначала занять пост Сорренгейл, а потом — генерала Мельгрена. Главнокомандующего всеми войсками Наварры. Глаза-бусинки Мельгрена заставляли меня содрогаться при каждой нашей встрече, которые изредка случались благодаря должности отца. — Генерала Мельгрена? — прошептала Рианнон с другой стороны от меня. — У него не выйдет, — тихо сказала Ви, пока комендант приветствовал нас и поздравлял с прибытием в квадрант всадников. — Дракон Мельгрена даёт ему способность видеть исход битвы до того, как она произойдёт. Этого не переиграть, да и покушение невозможно совершить на того, кто достоверно знает, что оно произойдёт. — Как сказано в Кодексе, теперь начинается настоящее испытание! — прокричал Панчек, и его голос разнёсся над пятью сотнями голов — именно столько людей, по моим прикидкам, собралось во дворе. — Вас будут испытывать те, кто старше, на вас будут охотиться ваши сверстники, и вами будут руководить ваши инстинкты. — Если вы продержитесь до Молотьбы и вас выберут, вы станете всадниками. И вот тогда мы посмотрим, сколько из вас доживёт до выпуска. По статистике, до выпуска должна была дожить примерно четверть, плюс-минус несколько человек. И всё же в квадранте всадников в любой год не было недостатка в добровольцах. Каждый кадет в этом дворе считал, что у него есть всё необходимое, чтобы стать военной элитой и занять лучшую должность из всех, что может предложить Наварра своим детям, — стать драконьим всадником. Даже я задумалась на долю секунды: может, и у меня получится. Может, сумею сделать больше, чем просто выжить. — Преподаватели будут вас учить, — пообещал Панчек, махнув рукой в сторону очереди профессоров, стоявших у дверей в академическое крыло. — Но только от вас зависит, насколько хорошо вы будете учиться. Он ткнул в нас пальцем: — Обязанность поддерживать дисциплину лежит на ваших подразделениях, последнее слово всегда за командиром крыла. Если мне придётся вмешаться… — Медленная, зловещая улыбка расползлась по его лицу. — Вы же не хотите, чтобы я вмешивался? А теперь передаю слово командирам крыльев. И если хотите услышать самый ценный совет от меня, то вот он: не сдохните. И Панчек ушёл с помоста вместе со своим заместителем, оставив там стоять лишь молодых всадников. Брюнетка с широкими плечами и ухмылкой, располосованной шрамами, шагнула вперед. Серебряные шипы на плечах ее униформы сверкнули в солнечном свете. – Я Нира, старший командир квадранта и глава Первого крыла. Командиры секций и отрядов, займите свои места. Меня толкнули в плечо, когда кто-то прошел мимо, протискиваясь между мной и Рианнон. Они выходили и выходили к помосту, пока перед нами не выстроились около пятидесяти человек. Мы молчали, пока вызывали остальные крылья. Солнце уже светило вовсю, нагревало мои кожаные штаны и обжигало щёки. Я украдкой посмотрела на Ви. Она стояла рядом с Рианнон и выглядела спокойной, но я слишком хорошо её знала. Ви нервничала. Просто изо всех сил делала вид, что всё под контролем. «Я говорила ему не держать тебя в библиотеке». Слова генерала Сорренгейл всплыли у меня в голове. И сейчас, глядя на Вайолет, я впервые начала понимать, что именно она имела в виду. Когда прозвучал приказ, мы все повернулись лицом к трибуне. Мой взгляд тут же нашёл Ксейдена Риорсона — и мне это совершенно не понравилось. Особенно то, как он смотрел на Ви. Слишком внимательно. Слишком заинтересованно. Словно уже что-то решил. Я незаметно придвинулась ближе к Вайолет. Если этот ублюдок хоть что-нибудь попробует — плевать, что он командир крыла. Я всё равно воткну нож ему в горло. Командиры крыльев о чём-то спорили впереди. Я не особо прислушивалась, пока не заметила, что Даин тоже выглядит напряжённым. А потом всё стало только хуже. Наш отряд переводили. Сначала я не поняла куда. Потом увидела ухмылку Риорсона — и сразу всё поняла. Четвёртое крыло. Твою мать. Я посмотрела на Ви. Она тоже уже догадалась. Мне не понравилось выражение её лица. Совсем не понравилось. Мы быстро заняли новые места в строю — теперь между нами и командиром крыла оставалось всего несколько рядов кадетов. Слишком близко. Риорсон выглядел довольным. Словно получил именно то, что хотел. От этой мысли у меня свело челюсть. Потом началась речь. Большинство первогодок радостно орали и хлопали, смеялись, толкали соседей локтями. Я не понимала их восторга. Сегодня умерли десятки людей. Некоторые из них ещё утром разговаривали рядом со мной. Один вообще мечтал сделать предложение своей девушке после выпуска. Теперь от него осталась только могила. Но, кажется, об этом думала только я. И Ви — потому что, когда я посмотрела на неё, хлопать она тоже не собиралась. Потом появились драконы — и весь двор будто забыл, как дышать. Огромные тени закрыли солнце, ветер от взмахов их крыльев ударил мне в лицо. Кто-то вскрикнул, кто-то выругался, кто-то рухнул на колени. Я же просто смотрела. Даже после многих лет рядом с Басгиатом это зрелище оставалось невероятным. Огромные. Древние. Смертельно опасные. Красивые. Драконы расселись на стенах цитадели так, словно крепость принадлежала им. Хотя, если честно, именно так всё и было. Я перевела взгляд на Ви. Она тоже смотрела на них — и впервые за весь день выглядела не испуганной, не уставшей и не злой. Просто восхищённой. Уголки моих губ дрогнули. А потом я снова заметила взгляд Риорсона. Он смотрел вовсе не на драконов. Он смотрел на неё. И мне это нравилось всё меньше и меньше. Я не успела толком рассмотреть драконов, потому что один из кадетов вдруг сорвался с места и побежал к башне. Идиот. Все обернулись. Красный дракон даже не пошевелился. Просто открыл пасть. Через секунду от парня осталась кучка пепла. По строю прокатились крики. Я машинально нашла взглядом Ви. Она стояла на месте. Не двигалась. Не бежала. Только смотрела. Я выдохнула. Потому что после парапета уже начинала ожидать от этого дня чего угодно. Ещё несколько драконов выпустили струи пламени поверх наших голов. Кто-то вскрикнул. Кто-то заплакал. А кто-то, кажется, вообще обмочился. Драконам было плевать. Они смотрели на нас так же, как я смотрела на кроликов перед разделкой. Словно выбирали, кого оставить, а кого сожрать. Мне это совсем не нравилось. Особенно когда огромный синий дракон повернул голову в сторону Ви. Слишком долго. Слишком внимательно. Я даже сделала полшага вперёд, будто могла что-то сделать, если бы ему вдруг вздумалось её поджарить. Глупо. Очень глупо. Но остановиться я всё равно не смогла. Через несколько секунд дракон отвернулся. Только тогда я снова смогла нормально вдохнуть. — Кто-нибудь ещё желает передумать? — разнёсся над двором голос Риорсона. Никто не ответил. Странно. После показательной казни желающих резко поубавилось. — Отлично. Примерно половина из вас будет мертва к следующему лету. Некоторые кадеты побледнели. Я услышала тихий всхлип где-то справа. Ксейден продолжал говорить так спокойно, словно обсуждал погоду. А мне всё сильнее хотелось ударить его чем-нибудь тяжёлым. Потом один из драконов выдохнул горячий воздух прямо на строй. Я инстинктивно потянулась к кинжалу. Несколько человек вздрогнули. Кто-то вскрикнул. А парень впереди меня окончательно обмочился. Прекрасное начало военной карьеры. — Для них вы не особенные, — продолжал Риорсон, указывая на драконов. — Для них вы просто добыча. Я посмотрела на Ви. Она всё ещё стояла прямо, высоко подняв подбородок, хотя я слишком хорошо знала её, чтобы поверить в её спокойствие. И почему-то именно это помогло мне взять себя в руки. Если моя упрямая, невозможная малышка всё ещё держится после всего произошедшего, значит, и я справлюсь.