Невидимый враг

Когда Миранда вернулась в дом, девочки как раз вернулись из школы. По их глазам было видно, что они не ожидали увидеть мать дома, но от комментариев воздержались. Кэсседи подлетела к маме и крепко обняла, она всегда была более открыта в своих чувствах, в отличие от Кэролайн. Другая же девочка смотрела матери прямо в глаза, словно пытаясь найти там ответы. Она была поразительно похожа на свою маму и этот взгляд точно унаследовала от неё. Они вместе приготовили ужин, девочки смеялись и рассказывали, как прошёл их день, тяжесть в груди Миранды начала отступать. Она ещё раз осознала, что это было правильным решением и девочки очень скучают по маме. После ужина вся семья разместилась в игровой комнате для просмотра фильма. Миранда даже разрешила им сделать тот абсолютно неполезный и жирный попкорн. Уложив дочерей в кровати и пожелав спокойной ночи, она спустилась в свой домашний офис, чтобы выпить немного виски, ведь она знала, что это хоть немного поможет ей уснуть и не лежать в кровати без сна до утра. Налив в стакан янтарную жидкость, Миранда открыла свой ноутбук, чтобы проверить рабочую почту. В тот момент, когда она печатала письмо Лагерфельду, на её экране появилось уведомление о новом входящем сообщении. Сердце Миранды забилось чаще, когда она увидела отправителя. Андрэа. Она сидела и смотрела на письмо минут семь. Что-то не давало ей сразу удалить письмо, как все прошлые разы. Миранда судорожно нажала на кнопку «прочитать». Её глаза с жадностью побежали по тексту: "Не знаю, зачем я снова пытаюсь написать тебе, ведь очевидно, что тебе всё равно. Может быть, как раз из-за того, что я не надеюсь быть прочитанной, я осмелилась сказать всё. Когда я уехала из Парижа, словно капризная девочка, оставив тебя там одну, я бежала. От тебя, от себя, от своих чувств. Я сбежала, а потом дала утащить себя из Нью-Йорка в Бостон, отдавая свою судьбу в руки другого человека, чтобы проснуться в один день и осознать, насколько ужасна моя жизнь, но я начну сначала истории. После возвращения из Парижа я узнала, что беременна. Я была в ужасе. Я не хотела детей, я хотела быть репортёром и строить карьеру. Но Нейт настоял на том, чтобы сохранить ребёнка. Тогда мне казалось, что я поступаю правильно. Сейчас я думаю, что именно тогда всё начало рушиться. Первый триместр проходил ужасно, у меня был токсикоз, и я не могла работать. Нейт воспользовался этим и начал ограничивать меня в финансах. День за днём он строил свою карьеру, пока я всё глубже погружалась в депрессию. В какой-то момент он начал ночевать вне дома, а мне было трудно встать с кровати. Всё трещало по швам, но у меня не было сил бороться, и никого не оказалось рядом, чтобы помочь. В эти дни я часто вспоминала тебя. Твои глаза. Голос. Твою мимику и движения. Ты стала для меня единственной ниточкой между безумием и здравым смыслом. Я думала о тебе. Ты спасала меня, даже сама того не зная. В один из дней я узнала, что Нейт изменяет мне. По его словам, я превратилась в овощ и не справлялась с ролью идеальной жены. Было смешно слушать эти слова от такого мудака. Я потеряла ребёнка. Я не была к нему готова, но потерять его стало ещё одним ударом по мне и нашим отношениям с Нейтом. После этого я начала посещать психиатра, и так узнала о своём диагнозе — глубокая депрессия. Ты бы нашла выход. Ты всегда находишь выход. А я месяцами не могла заставить себя даже открыть шторы. Ты бы не позволила сломать себя так легко. А я позволила. Ты всегда видела во мне кого-то сильнее, чем я есть на самом деле. После того, как я немного пришла в себя, я подала на развод, купила себе мотоцикл и уехала из Бостона. Я скучала по Нью-Йорку. Я скучала по тебе. Проведя шесть часов в пути, я не знала, куда я еду. Меня никто не ждал, никто обо мне не беспокоился, я приехала к тебе. В единственное место, куда мне бы хотелось вернуться. Увидеть тебя, ту женщину, что спасла меня. Что даёт мне силы бороться. Лишь одно желание снова посмотреть в твои глаза согревало меня. И ты подарила мне эти мгновения, ты позволила мне целовать тебя. Спасибо, что однажды увидела во мне что-то большее, чем видели остальные. Спасибо, что спасала меня все эти годы, даже не зная об этом. Прощай, Миранда. Я люблю тебя. И именно поэтому оставляю тебя в покое." Миранда дочитала письмо до конца. Потом ещё раз. И ещё раз. Каждый раз после последних фраз Андрэа у неё на секунду останавливалось сердце. Перед ней всплыли глаза девушки, в которых горят огни, эта глуповатая улыбка, когда она нервничает. Она вспомнила, как Андрэа шаг за шагом росла, пока работала в «Подиуме». Как менялся её стиль. Её уверенность в себе. Как девушка с фантастической точностью угадывала, что нужно Миранде. Как по одному вздоху могла понять то, что другие не понимали даже после объяснений. Как она пыталась угодить женщине, быть везде и справиться со всеми своими задачами. Девушка превзошла всех бывших и будущих помощниц Миранды. Теперь женщина понимает почему. Господи. Сколько же ей пришлось вынести за полгода. Сколько боли и испытаний. Андрэа ошиблась, она очень сильная женщина. Теперь понятно, почему девушка настолько изменилась, почему вела себя так вызывающе, почему была пьяна. Теперь женщина понимала. Андрэа не была счастливой. Не была беззаботной. Не была дерзкой. Она отчаянно пыталась выжить. Миранда потянулась к телефону. Остановилась. Снова посмотрела на последние строки письма. «Я люблю тебя. И именно поэтому оставляю тебя в покое». Женщина закрыла глаза. — Чёрт тебя побери, Андрэа, — прошептала она.