The Space Between Us

Минхо не любил гостей. Особенно тех, кто ломится в дверь в час ночи, когда он пытается зашить себе плечо одной рукой, потому что вторая висит плетью после того, как какой-то придурок решил, что может перерезать ему сухожилие. — Открой, блять! — голос за дверью был хриплым, отчаянным. — Я знаю, что ты там! — Иди на хер, — спокойно ответил Минхо, вонзая иглу в кожу. Он сидел на полу ванной, свет не горел. Только лунный свет падал через маленькое окно, выхватывая из темноты его руки, испачканные кровью. Своей. Чужой. Минхо давно перестал различать. — Если ты не откроешь, я вышибу дверь! — Попробуй, — Минхо усмехнулся. — У меня здесь ствол и плохое настроение. За дверью затихли. Потом раздался звук — что-то тяжёлое упало на пол, и больше ничего. Минхо подождал минуту, другую. Тишина. — Чёрт, — выдохнул он и кое-как поднялся, придерживая плечо. Он открыл дверь, готовый стрелять. На пороге лежал парень. Точнее, сползал по стене, оставляя на обоях тёмное пятно. Рубашка была разорвана, на груди расплывалось красное пятно, а в руке он всё ещё сжимал нож, который, судя по всему, вытащил из собственного бедра. — Ты… ты не мог бы… — выдохнул он, поднимая на Минхо мутные глаза. — Помочь? Минхо уставился на него. Потом перевёл взгляд на нож. — Ты сам себя порезал? — Нет, это… это долгая история. — Я никуда не тороплюсь, — Минхо скрестил руки на груди, игнорируя боль в плече. Парень попытался улыбнуться, но вышло криво. — Я… я не знаю, куда идти. Мне сказали, что здесь живёт… ну, что здесь можно спрятаться. — Кто сказал? — Парень по имени Чан… Чанбин. Минхо напрягся. — Чанбин? — Ага. Он сказал, что вы старые друзья. — Мы не друзья, — отрезал Минхо. — Но он должен был предупредить. — Он… наверное, забыл. У него сейчас всё горит. Минхо вздохнул. Чанбин. Конечно. Его правая рука, которая вечно впутывает его в чужие проблемы, даже когда он сам пытается залечь на дно. Минхо должен был скрываться, а не разбираться с ранеными незнакомцами на пороге своей квартиры. Но парень смотрел на него снизу вверх такими глазами… тёмными, блестящими, отчаянными. И Минхо почему-то не мог захлопнуть дверь. — Заходи, — буркнул он. — И не капай кровью на пол. — Спасибо, — парень попытался встать, но ноги подкосились, и он рухнул обратно. Минхо чертыхнулся, схватил его за здоровую руку и втащил внутрь, с трудом закрывая дверь ногой. Парень был лёгким, почти невесомым, и пахло от него дымом и чем-то сладким, как ваниль. — Ты кто вообще? — спросил Минхо, усаживая его на диван. — Джисон, — выдохнул тот. — Хан Джисон. — И что ты натворил, Хан Джисон? — Я… — Джисон закашлялся. — Я украл кое-что. У очень плохих людей. — Конечно, украл, — Минхо вздохнул и пошёл за аптечкой. — Зачем? — Нужно было. — Всем что-то нужно. Деньги? Драгоценности? — Нет, — Джисон поднял на него глаза. — Дневник. Минхо замер. — Дневник? — Мой отец умер. И в этом дневнике… там всё. Кто, зачем, почему. Я должен был забрать его, пока его не уничтожили. Минхо смотрел на него несколько секунд. Потом хмыкнул. — А ты смелый. Или идиот. — И то, и другое, — Джисон слабо улыбнулся. — Мне часто говорят. Минхо подошёл ближе, присел на корточки, рассматривая рану. Она была глубокой, но чистой. Лезвие прошло по касательной, не задев артерию. — Ты ходил к ним один? — Не было времени ждать подмогу. — А Чанбин? — Он не знал. Я просто… набрал его перед тем, как ворваться. Он сказал, что у него есть друг, который поможет. — Друг, — Минхо усмехнулся. — Ну конечно. Он достал иглу и начал обрабатывать рану. Джисон вздрогнул, но не закричал. Только вцепился в диван и зажмурился. — Терпи, — сказал Минхо. — Буду зашивать. — Без обезболивания? — У меня самого оно закончилось. Вчера зашивал плечо. Джисон открыл глаза и посмотрел на его правое плечо. Минхо не заметил, как рубашка сползла, обнажая свежие швы, наложенные криво, но крепко. — Ты тоже… — Я не ворую дневники, — перебил Минхо. — У меня свои проблемы. Он начал шить. Джисон закусил губу, терпел, только иногда выдыхая сквозь зубы. Минхо работал быстро, привычно. Когда он закончил, Джисон был весь мокрый от пота. — Всё, — сказал Минхо и вытер руки о штаны. — Теперь рассказывай, как ты сюда добрался и кто за тобой идёт. — Я не знаю, — Джисон покачал головой. — Я просто бежал. Они стреляли, я упал, потом встал и побежал дальше. — Герой, — усмехнулся Минхо. — И что теперь? — Не знаю. — Может, мне стоит тебя выгнать? Сдать тем, кто за тобой охотится? Джисон поднял на него взгляд. В его глазах была такая тоска, что у Минхо неприятно сжалось в груди. — Я прошу тебя, — тихо сказал он. — Всего на одну ночь. Я уйду утром. Минхо отвернулся. — Нет, — сказал он. Джисон замер. — Ты не уйдёшь утром, потому что тебя убьют, — продолжил Минхо, глядя в стену. — Иди в спальню. Ложись там. Завтра поговорим. — Но… — Хан Джисон, — Минхо повернулся к нему. — Я сказал — иди. Пока я не передумал и не выбросил тебя за дверь. Джисон кивнул и начал подниматься. Зашатался, и Минхо инстинктивно подхватил его за талию. — Я… ух, — Джисон опёрся на него. — Я могу упасть. — Я заметил, — Минхо провёл его в спальню и усадил на кровать. — Спи. — А вы? — Не твоё дело, — Минхо развернулся и пошёл к двери. — И не выходи отсюда, что бы ты ни услышал. — А что я могу услышать? — Не знаю, — Минхо усмехнулся. — Может, я буду убивать гостей, которые врываются в мою квартиру в час ночи. Джисон тихо рассмеялся, и Минхо поймал себя на том, что этот звук ему нравится. — Спокойной ночи, Ли Минхо, — сказал Джисон. Минхо замер на пороге. — Откуда ты знаешь моё имя? — Чанбин сказал. — Конечно, сказал, — проворчал Минхо и вышел, закрывая дверь. Он сел на диван, взял свой пистолет и положил его на колени. Полночь. В городе кто-то охотится на вороватого студента с дневником его мёртвого отца. А Минхо, который должен был сидеть тихо и не высовываться, впустил его в свой дом и зашил ему рану. — Чанбин, я тебя убью, — прошептал он в пустоту. Но внутри было странное тепло.

🍓🍓🍓

Утром Минхо проснулся от того, что кто-то стоял над ним. Он схватил пистолет и вскинул его, прежде чем открыл глаза. — Не надо! Джисон стоял перед ним, прижимая руки к груди. Он был бледный, под глазами залегли тени, но взгляд был ясным. — Я просто хотел воды, — сказал он. Минхо медленно опустил пистолет. — В холодильнике есть сок. — Спасибо, — Джисон двинулся к кухне, прихрамывая. — Мне не сказали, что ты такой… осторожный. — Мне не сказали, что я буду принимать беглецов с дневниками. Джисон замер. Потом медленно повернулся. — Ты можешь посмотреть его? — Что? — Дневник. Я не знаю, что там. Я не успел прочитать. Там много всего, я… я боюсь открывать его один. Минхо долго смотрел на него. Потом кивнул. — Давай. Джисон прошёл к дивану, сел рядом. Вытащил из-за пояса потрёпанную тетрадь, всю в пятнах, и протянул Минхо. Тот взял её, чувствуя, как дрожат руки у Джисона. — Сейчас, — сказал Минхо и открыл первую страницу.

🍓🍓🍓

«14 октября. Я знаю, что умру. Я не хочу, но я знаю. Они слишком близко. Если ты читаешь это… значит, меня уже нет. Береги Джисона. Он единственный, кто у меня остался. И не позволяй ему делать глупости. Он слишком похож на меня.» Минхо перевернул страницу. Дальше шли имена, даты, схемы. Чей-то бизнес, сделки, убийства. Список тех, кто виновен. И среди имён было одно, которое заставило Минхо похолодеть. — Боже, — выдохнул он. — Что? — Джисон вцепился ему в руку. — Что там? — Твой отец… он знал, кто за всем стоит. — И кто? Минхо поднял на него глаза. — Твой отец работал на моего отца.