Терновник и розы

Всё было чужим. Лив двигалась вдоль стен, с которых — так странно — не смотрели на неё пустые глаза бесконечного числа родовитых предков — знак гордости и причастности к чему-то большому, сильному и глобальному. Было удивительно не видеть причудливых растительных узоров на модных обоях, оборочек, бантиков, рюшей и прочих мелких безделушек, ставших привычным атрибутом пуританских жилищ правильных лордов и леди. Взгляду здесь не за что было зацепиться, кроме, разве что, пары диковинных предметов мебели в китайском стиле и стершихся под натиском пыли и времени массивных фолиантов. Лив провела рукой по громадине рояля, замерла на миг у скользящей на сквозняке занавески, и подошла к широкому окну, из которого открывался вид на тлеющий в забвении сад. — Вы недавно въехали в этот дом? — не отводя взгляда от окна, спросила она. — Интересно, что натолкнуло вас на эту мысль? — Локи стоял поодаль, облокотившись на рояль, и ястребиным взглядом следил за женщиной, исследовавшей его холостяцкие владения. — Если вас смущает отсутствие весёленьких картинок и вышитых салфеток на полках, можем прикупить парочку, я не против. — Такие сады я видела только в домах, которые давно потеряли хозяев. — Трижды менял садовников, и каждый из них уверял меня, что скорее рухнет Тауэрский мост, чем эти терновые заросли поддадутся истреблению, — усмехнулся Локи в ответ. Лишь пожав плечами, Лив присела на краешек кресла, скромно сложив руки на коленях. Она, конечно же, не могла не заметить, как украдкой поглядывают из-за приоткрытой двери на неё слуги и тихонько перешёптываются между собой. — Мне придётся распустить мою старую прислугу? — Если не хотите платить им жалование просто так, конечно. — Финансовая сторона вопроса… — Будет непременно решена после банкета, золотко, не переживайте, — не дал закончить вопрос Локи, и чуть погодя с едва заметной улыбкой добавил. — Вы чрезвычайно прагматичная женщина, Лив. Она лишь иронично усмехнулась в ответ, и, отчего-то растеряв весь и без того невеликий запал, принялась сверлить взглядом и слегка царапать ногтем ручку кресла. Голова пухла от тучи мыслей и вопросов, которые ей хотелось задать, но узнать ответы на которые она боялась. Из-за двери слышался гудёж и звон тарелок, а здесь, в комнате, было так тихо, что тиканье часов казалось ударами в колокол. Обратив на него внимание, Лив уже не могла больше расслышать этот монотонный стук, который всё нарастал и нарастал в её ушах. Ей стало трудно глотать: ком опасений, сомнений и сожалений застрял в горле. — Мне нужно выпить, — выдавила Лив из себя, стараясь не встречаться глазами с Локи. Без лишних вопросов он достал откуда-то бутылку — то ли коньяк, то ли виски — и плеснул щедрой порцией в бокал. От выпитого залпом горло обожгло, показалось, что воздуха не хватает, и Лив с тихим вздохом раскрыла рот как рыба, выброшенная на берег. Прикосновение к её ладони — и Локи, отбросив условности, присел на корточки рядом с креслом, оказываясь с ней лицом к лицу. — Страшно шагать в неизвестность, да? — Лив подняла на него слезящиеся то ли от алкоголя, то ли от обречённости глаза. В его она встретила — или это только показалось? — какое-то согревающее сочувствие, от которого хотелось развязать язык. Зажатая между приличиями и обещаниями, пытавшаяся держать лицо целый день, Лив теперь совсем сдалась, поникла, и дрожащими губами выдохнула: — Да. — Новая жизнь всегда начинается с плача, — Локи глядел куда-то мимо неё, но моргнул и быстро вернул на лицо небрежную улыбку. — Это ничего, но придётся потерпеть. Лив зажмурилась, как-то по-детски шмыгнула носом, и только вздохнула в ответ. — Я был готов, что ты не придёшь, — с добродушной улыбкой проговорил Локи, возвращаясь в соседнее кресло и прежнее расположение духа. — Ждал какой-нибудь записки в духе «прошу извинить, решение было поспешным», или просто банального побега. — Я не привыкла нарушать слово. — Я знаю. Поэтому ты здесь. Он повертел в руках стакан, взглянул в своё отражение в нём и одним резким движением допил остатки алкоголя. — Когда мы перешли на «ты»? — вдруг очнулась Лив. — Сейчас, — улыбнулся Локи. — Или миледи против? — Нет. — Чудесно, — его улыбка стала шире, но полутень, упавшая на его лицо, сделала её почти кривой. Локи хотел было сказать что-то ещё, но шум за дверьми намекнул, что немногочисленные гости их странной свадьбы уже рядом. Лив поднялась, чтобы отыграть роль, отведённую ей на сегодня, да и, кажется, на несколько лет вперёд. Локи представлял ей вереницу каких-то одинаковых лордов и леди, Лив дарила каждому дежурное приветствие и не запоминала ни лиц, ни имён. Ни одного знакомого на этом празднике она не встретила. — Кто все эти люди? — шепнула она украдкой Локи. — Мои бутафорские друзья и родственники. Она было хотела продолжить, но широкие двери столовой распахнулись, и лакей в парадном одеянии пригласил всех к столу. — Миледи всё нравится? — дворецкий незаметной тенью вырос за спиной у Лив. — Всё отлично, — она замялась, осознавая, что фамилия его напрочь вылетела из её забитой головы. «Баксон? Бокес? Как же неловко», — пауза растягивалась до граней приличия, но дворецкий с невозмутимо выжидающим видом всё ещё стоял рядом. Локи бросил недовольный взгляд на пожилого мужчину: — Бакер, оставь свои протокольные вопросы для других дней — миледи переполнена чувствами, ведь сегодня самый счастливый день в её жизни. Займись лучше десертом. «Какая издевательская чуткость», — ехидно прожужжало в голове Лив, но нечто вроде благодарности шевельнулось в её сердце. Блюда на столе дымились и пахли пряностями и маслом, но Лив не замечала вкуса. Вилки стучали быстро, выбивая о тонкий фарфор ненаписанный марш. Локи иногда с кем-то обменивался протокольными репликами, и если бы не это, молчание в столовой стало бы слишком тягучим. А в мыслях Лив был договор. Как же жаль, что она не смыслит совершенно ничего в юридических тонкостях! Да и куда ей, барышне, лезть в дебри вопросов, которые решаются важными усатыми мужчинами за закрытыми дверьми нотариальных контор. Лив вспомнилось, как в детстве она иногда поглядывала за отцом в кабинете: он всегда восседал там с таким серьёзным лицом и говорил с людьми непонятными словами, точно на чужом языке. Локи не обманул, когда говорил, что потерпеть придётся немного — гости отчего-то стремились поскорее убраться восвояси. Люди с незапоминающимися лицами исчезли так же внезапно, как и появились: тихими тенями рассеялись между диванами и трюмо, а с приходом сумрака пропали из поля зрения вовсе. Лишь один худощавый длинноногий мужчина с тонкими усиками и флегматичным выражением лица не спешил выбираться из глубокого кресла, в котором просидел молча добрую половину приёма. — Ну что ж, наконец-то можно разобрать с нашим дельцем и подписать все ваши великолепные бумажки, — Локи хлопнул в ладоши и жестом пригласил следовать за ним. В, по-видимому, хозяйском кабинете обстановка была не слишком уж деловой: чего стоил один шикарный диван в бордовой коже, всем своим видом намекавший, что решать здесь можно совершенно разные вопросы. «Подстать хозяину», — пришло в голову Лив. Мужчины обсуждали между собой какие-то смутно понятные ей нюансы, не касаясь между тем главного. Она начинала заметно нервничать, переводя выжидающий взгляд с одного на другого, но её словно бы не замечали. Локи всё не нравились предлагаемые нотариусом формулировки отдельных моментов, и бедный молодой человек то и дело черкал что-то на уже и без того плотно исписанных листах. Когда ни кашель, ни тактичный стук каблучком о паркет не возымели ожидаемого эффекта, Лив, наконец, нетерпеливо подала голос. — Господа, быть может уже посвятите меня в тонкости заключаемой сделки? — наконец-то ей удалось привлечь внимание мужчин. Удивлённый взгляд нотариуса и заинтересованный Локи обратились прямиком на неё. — Позвольте, миледи, — неуверенно заговорил мужчина, вертя ручку между пальцами, — вы так странно окрестили брак сделкой… — Разумеется, моя супруга выразилась фигурально, — голос Локи звучал более чем настойчиво, а его взгляд, направленный на Лив, был не менее убедительным. Она предпочла умолкнуть, но одними глазами, как зачастую приходилось делать женщинам на людях, сказала ему даже больше, чем могла бы. — Ну что ж… Права на имущество, полученное вами до брака, сохранятся за вами в полном объеме, — начал нотариус и с лёгкой ухмылкой добавил: — Щедро. В случае смерти виконта вы будете являться единственной наследницей, за исключением ваших будущих детей, конечно. Он говорил что-то ещё про виллу в Италии и свадебный подарок виконта, но Лив ещё пыталась осмыслить предыдущее. Её рука почти впивалась в мягкую обивку кресла. «И правда, условия щедрые… Но какие к чёрту дети!» — Лив молнией метнула красноречивый взгляд на Локи, который с неизменным весельем наблюдал за меняющимся выражением её лица. — Мы можем переговорить? — голос её стал на тон выше обычного, а Локи лишь благоговейно улыбнулся и вкрадчиво произнес: — Конечно, дорогая, — она уж было собралась подняться, как он продолжил: — как только подпишем брачный договор. «Чёрт возьми, если он обвёл меня вокруг пальца и всё это не фикция, то я… — в груди у Лив клокотала ярость, от которой она готова была задохнуться, но сдерживалась, старательно сдерживалась, — А что я сделаю? Брак уже заключен… Вот дьявол!» А Локи уже успел размашисто расчеркнуть документ и вид теперь имел до неприличия довольный. — Каковы условия развода? — от этих слов глаза нотариуса расширились, он как-то замешкался и растерянно проговорил: — Право, ну и вопросы у вас, миледи… — Обычные вопросы деловой дамы, — и тут вставил своё Локи, чересчур ритмично постукивая каблуком о паркет. Нотариус повёл бровью, пригладил усики и про себя подумал, что сегодня работа свела его с определённо странной парочкой. — Развод возможен по обоюдному и добровольному согласию супругов, малолетние дети будут воспитываться отцом, а в вашем распоряжении останется добрачное и полученное в дар от виконта имущество. Лив сверлила взглядом нотариуса, будто бы ждала чего-то ещё, и он, помедлив, продолжил: — Ах, да, расторгнуть брак вы сможете не ранее, чем через три года после вступления в него. «Я попала в каббалу», — вот и всё, что пришло в голову Лив. Следом пришли проклятия своей поспешности, своей опрометчивости и наивности, проклятия того дня, когда она решила поехать на этот чёртов приём в этот чёртов дом и довериться этому мужчине с тростью и дурацкой рыжей бородкой. Ходов к отступлению не было — она собственноручно захлопнула двери в прошлое ещё утром. И с тяжёлым сердцем и не менее тяжёлым вздохом запечатала свою былую жизнь подписью внизу договора. Растерянный нотариус поспешил удалиться, про себя удивляясь тому, сколько чудаков можно встретить даже в высоком обществе. Впрочем, расстроен он нисколько не был — за это дело ему перепало неплохое вознаграждение и отличный обед впридачу. А вот Лив, оставшись, наконец, наедине с молодым супругом, обрушилась на него грозой вопросов и упрёков. — Почему договор составлен так, будто бы брак реален? — она готова была броситься прямо к нему, но остановилась после пары шагов. — Ну разумеется брак реален, ты же была на венчании. Или это была не ты, а двойник? — Локи подмигнул, снисходительно поглядывая на Лив сверху вниз. — Мне не до шуток! — огрызнулась она. — Речь шла о фиктивном браке, а пока что всё выглядит вполне себе по-настоящему! — Да с чего ты взяла, что брак будет фиктивным? — непринуждённо проговорил Локи, отчего Лив вспыхнула с новой силой. — Я этого ни разу не упомянул. По расчёту — да, фиктивный — нет. Ей в спину словно вогнали стеклянный столб — Лив вся вытянулась и так и осталась неподвижной. — Я заключила сделку с дьяволом, — обескураженно проговорила она. — Польщён, но всё же ты преувеличиваешь, — она почувствовала, как плечи обхватили его ладони. Крепко. — Для сделки с дьяволом условия довольно выгодные, не находишь? Я ведь даже не прошу продать мне душу — только подарить дружбу. — Я до сих пор ни черта не понимаю, какая моя роль в этом балагане, — она резко повела плечами, но Локи рук не убрал. — Всему своё время, милая. Узнаем друг друга поближе, — он почти шепнул это и отряхнул её рукав от какой-то пылинки. — Это важно для будущих предприятий. — Предприятий? — Лив возвела глаза вверх в поисках хоть какой-то поддержки у неба, но вместо него над ней всего лишь был потолок. — Все они часть одного дела. — О каком доверии может идти речь, если я ровным счётом не знаю ничего о твоих планах? — Ещё раз повторяю, что посвящу во все дела, но чуть позже, — вкрадчиво, но твёрдо произнёс Локи. — У тебя странные способы заводить друзей, — ехидно протянула Лив. — Помяни моё слово, тебе ещё понравится, — ладони с её плеч исчезли, — а теперь можешь расслабиться, Лив. Сегодня был долгий день. Тебя проводят в твою комнату. Он слегка наклонил голову и театрально приложил руку к сердцу. Подойдя к двери, зачем-то протёр ручку и исчез в проёме, не дав Лив успеть отпустить какую-нибудь колкость.