Лорд Эйвор Фрей 2

                    Королевская Гавань. Красный Замок.              Красный замок, хоть и является королевской резиденцией, не относится к числу самых неприступных и больших замков государства; он меньше Винтерфелла и в разы меньше Харренхолла. Замок выстроен из бледно-красного камня, благодаря чему и получил свое название. У него семь массивных круглых башен, утопленных в стенах. В замке также есть большие угловые башни.              Толстые зубчатые стены замка огорожены поверху каменными парапетами четырех футов высотой. Главные ворота замка сделаны из бронзы и снабжены опускной порткулисой; над воротами есть ряд пик, на которых выставляют головы казненных изменников. За стенами замка находятся сводчатые палаты, залы, крытые переходы, казармы, темницы, амбары и прочие строения, а также несколько небольших внутренних дворов, где во множестве водятся кошки. За отдельным рвом, находится твердыня Мейгора — большая квадратная башня, «замок внутри замка».              Но так же стоит сказать, что резиденция дома Таргариенов самый новый замок в Семи Королевствах и его не строили десятилетиями, а так же не высасывали все ресурсы как это делал Хоар Черный.              Именно от сюда Джейхерис Таргариен правит Семи Королевствами.              Как король он должен обрабатывать огромное количество документов, петиций и счетных книг. Джейхерис хоть и допускал ошибки, но создал культ Исключительности дома Таргариенов, поэтому никто не замечал эти ошибки или же не мог воспользоваться.              Теперь же он говорил со своим сыном Бейлоном, его наследником.              - Лорд Теомор Мандерли умер, его сын Виман станет следующим лордом Мандерли, как минимум в этом поколении их коалиция с Фрейями будет крепкой. – Бейлон был храбрым и достойным рыцарем, но и так же мудрым администратором, который окружал себя преданными людьми. И мог быстро укреплять своей положение.              Король Джейхейрис назначил его своим наследником в обход внучки Рейнис, единственного ребёнка, погибшего Эймона. Никто не возражал против этого, ибо Бейлона Храброго любили все – от лордов до простолюдинов. Решение касательно сына король принял не сразу. Помимо обсуждения на совете он, безусловно, прислушался к мнению септона Барта, как поступал во всех важных делах, и посовещался с великим мейстером Элисаром. Все они согласились с тем, что испытанный в бою рыцарь тридцати пяти лет больше годится в наследники, чем восемнадцатилетняя леди Рейнис или младенец в ее утробе. О том, какого пола будет оный младенец, никто не ведал, в то время как у Бейлона подрастали уже два сына – Визерис и Деймон. Любовь народа к Храброму принцу также принималась в расчет.              Сам же Бейлон форсировал свадьбу своего сына с Эммой Аррен, дабы заручится поддержкой Долины. Он был достаточно умным и опытными придворным понимая, что «законность» лишь фикция и лучше иметь вокруг верных и лично обязанных тебе своим положением людей. Что бы не предали.              - Их союз выглядит крепким. – Джейхерис не очень много времени мог уделить это проблеме, у него таких проблем было сотни. – Мои шпионы докладывают об усилении этих домов, а также корабли Веларионов стали чаще приходить в Белую Гавань и Хеленпорт, для торговли.              - Фрей просто хочет стать перекрестком между несколькими королевствами. – Бейлон не видел в этом существенную проблему. Эйвор использовал размер своей территории себе на ползу.              - Я говорил твоему брату и скажу тебе – вассалы не должны становится слишком сильными, чтобы стать неконтролируемыми.              - Это выходит только с Талли и Тиреллами. Однако Хайтауэры один из самых могущественных домов Простора и не обращают внимание на решение Тиреллов и мы не вмешиваемся. Возможно Завоевателю стоило их сделать Верховными Лордами Простора. Тогда бы они бы получали множество недовольных вассалов.              - Они на самом деле не такие бесполезные, это лишь образ. – Указал Джейхерис, ведь еще на заре его правления в его совете были Тиреллы, однако речные земли имели слишком важное значение что бы позволить кому-то там усиливаться.              - Тогда в целом не понятно зачем слишком пристально за ними следить, ведь есть куда более важный вассал, который хочет больше – Веларионы. Из-за брака с Рейнис Корлисом у них теперь есть дракон.              Действительно, Бейлон думал о том, как сохранить свою линию наследования, и не ввергнуть государство в войну.              - Это верно. – Джейхерис переключился от северных проблем на те что были ближе, не особенно замечая, что Фрейи и Мандерли усиливаются. Теперь у первых было 3 корабля, а у вторых 15. Старки проспонсировали 4 корабля что бы возить зерно, от чего получили благосклонность своих знаменосцев. Дополнительное зерно было ценным.              Конечно это не сравнимо с флотами других морских лордов, однако тенденция была явной и очевидное – медленное и постепенное усиление, так же Браавос был относительно недалеко, что бы заказывать там корабли, как и сделал Эйвор. Он пока что не создавал морскую Палату, но Морская Стража уже существовала, они были подразделением по борьбе с контрабандистами. И еще патрульными что действовали у причалов. По сути морская полиция.              Владения Фрейев не морские поэтому они не могут много вкладывать во флот, так что стать равным Веларионам они не могут, да и не путаются, в целом флот нужен для собственной торговли что приносит звонкую монету – диверсификация активов.              

***

             - Как думаешь дедушка переродился? – Спросила Хелена, когда Эйвор с ней лежал в кровати, они были в Белой Гавани и прошли похороны Теомора.              - Не знаю, на самом деле я вообще не знаю, как все это должно работать, и если честно не хочу узнавать.              - Почему? – Спросила Хелена, Эйвор её обнял.              - Потому что нужно искать тех, кто знает, а они обычно столь могущественны что имеют какие-то свои планы, я воспринимаю себя как пешку на чьей-то доске. – Хелена знала о шахматах, понимая концепцию которая пытался описать Эйвор. – Даже если мы найдем кого-то что специализируется на таком, то… у нас будет полное неравенство как между крестьянином и нами. Стоит помнить Хелена… Стена построена не против одичалых. Будь в них проблема их бы всех перебили, а не строили стену что по мощи инженерного уровня сравнима с самыми великими современными уже для моей цивилизации инженерными сооружениями. Я даже представить не могу как Стена давит на грунт и не проваливается, значит, во-первых, защита магическая, во-вторых построена против чего-то столь ужасного что потребовало такой Стены. Именно поэтому я не особенно хочу сталкиваться с теми, кто знает магию в этом мире.              - Мне страшно… а что если наши дети… - Эйвор обнял её крепче, на самом деле он и сам об этом думал. Насколько сам жесток механизм, только сущностям что выше человеческих жизней в целом наплевать на что-то такое. Если это была не случайность, тогда они ничего не могут сделать. Тут уже никакой стоицизм не поможет, от такой психологической ломки.              - Мне тоже на самом деле Хелена, мне тоже страшно. – Признался Эйвор. – Но действительно не стоит искать никого кто сможет «научить» чему-то магическому. Плата за такое высока, и это не может стать решением проблемы. Да и сомнительно что кто-то сильный может быть тут, потому что расширенные возможности связанны с властью. Маги что могут что-то стремятся к большей власти, совсем как рыцари. А что-то такое есть только в Эссосе и то в Асшае. Я спрашивал Корлиса об этом городе, и даже ему было не по себе. Не стоит играться с силами которые никогда не были подвластны тебе и никогда не будут.              - Однако… твоя цивилизация подчинила себе молнию и гораздо больше. – Хелена возможно забыла расшипление атома, но да это опасно. И в её словах был смысл, и тут уже есть страх Эйвора – ведь технологии логичны… Только для него, а для Хелены это такая же магия, где Эйвор убеждает её что все логично, понятно и безопасно. И что в целом любая цивилизация может повторить такое.              Он смотрел н6а это совершенно с другой стороны, на всю свою цивилизацию с совершенно другой точки зрения.              - Ты права. – Честно ответил Эйвор. – Просто мне страшно полное незнание… И это иронично, Земля позиционировала как бесстрашная цивилизация что готова покорять все что увидит, потому что у нас есть универсальные инструменты познания. Но мне страшно, и я не хочу подходить ни к чему магическому на расстояние нескольких феодов, просто потому что мне очень страшно.              Это было честное признание своего несовершенства и даже проигрыша перед того что он не знает и даже не может осмыслить. Да Эйвор явно заразил Хелену страхами, однако он может быть честным с ней, как и она с ним. О том, что он может боятся того что не может понять, и явно не собирается понимать. Слишком много он фильмов ужасов /посмотрел, чтобы пытаться играться с какой-то магией.              Это была очень рационалистическая позиция. Технология — это использование фундаментальных законов вселенной через сторонние механизмы, а магия — это обход все тех же ограничений посредством своей персоналистической воли, с использованием непонятных механизмов, схемы работы которых непонятны, и обращение к сущностям что могут воспринимать человечество как муравьев. Так что очень логично что Эйвор не собирается привлекать к себе внимание. Обычно, когда человеку нравится какой-то муравей, то это плохо заканчивается. Ему начинают отрывать лапки, и смотреть как он ползает. Стоит просто переместить ту же логику на сущностей к которым обращаются маги и понять – лучше быть незаметными.              Еще Эйвор не мог судить Хелену за любопытство, точнее это не совсем любопытство, это попытка определить векторы угрозы для потомства. И вроде бы для средневекового человека наличие сил выше твоих возможностей должно быть нормой, но человеческая психика хочет все запихнуть в здравую структуру. Даже в Средние века хочется все рационализировать.              Только сейчас Эйвор понял, что натворил. Он не просто рассказал жене правду. Он разрушил мир, в котором она прожила всю жизнь. Старые ответы перестали работать, а новых он дать не мог. Он показал ей дверь в огромную вселенную, но не дал ни карты, ни фонаря.              . Она теперь знает плюс минус откуда берутся болезни, только тоже не может на это никак повлиять.              - Прости. Прости что все на тебя свалил. – Это было искреннее извинение за то, что поступил так плохо, только и она его обняла крепко.              - Не извиняйся ты мне доверился, и я это ценю.              О, да ей было очень сложно. Максимально сложно в своем восприятии мира, но и то что ей достаточно доверяют было ценно. Хелена воспринимала все это на нескольких уровнях, просто что бы сохранять рациональные подходы.              Мир больше не был простым. Старые ответы рассыпались один за другим, а новые еще только предстояло найти. Это было страшно. Но среди всего этого оставалось одно, в чем она была уверена: Эйвор доверил ей свою самую большую тайну. Значит, они будут разбираться с этим вместе.              Так что просто можно было сделать что-то что бы не сойти с ума.              Сохранение здравости рассудка, самое важное что могли могли сделать.              После всех похорон они отправятся обратно в Близнецы и должны продолжить свою работу на которую потратили так много времени, что бы и дальше усиливать свой феод, всеми возможными способами.              Кстати, самый важный вопрос относительно вооружения – Хелена спросила его почему он не изобрел порох, то самое оружие что перевернуло на самом деле мир. Эйвор ответил, что ему вполне комфортно под защитой летающих огнеметов. Этим словом он называл драконов, а вот порох должен все изменить и Эйвору не хотелось становится врагом Таргариенов. Так что порох нужен будет только если все драконы умрут и наступит опять война всех со всеми. А ведь она может наступить. Ведь раньше воины могли «честно» захватывать чужие территории, теперь такое нельзя делать.              А амбиции лордов под час довольно сильны, учитывая размеры территории Эйвора отобрать у него землю будут стремится все, так что мир Джейхериса не просто выгоден, он совершенно логичен. Позволяет накапливать ресурсы.              - Но все еще мне несколько стыдно после того как я осознал все последствия, подумал, что мог просто заткнуться и молчать всю жизнь. – Эйвор действительно винил себя – стоило ли психическое облегчение того что он мог сломать психику любимому человеку, так что он теперь себя винил еще и за это, а уже Хелена убеждала что все нормально. И психика у неё не так что бы очень сильно и сломана.              Сюрреалистичные диалоги на самом деле.              - Раскаяние полезно, пока помогает исправить ошибку. После этого оно превращается в мучение ради мучения.              - Правда?              - Да. И вообще спи. – После чего повернулась и стала пытаться заснуть, только как теперь Эйвору заснуть он же теперь это просматривает в уме. А ведь утром будет плохо, в этом мире еще кофе не нашли на самом деле. Жизнь была несколько сложной, а ведь если начать думать откуда в Вестеросе кони, зерно и прочие элементы Земли то вообще можно не спать ведь технически это была другая планета. Даже в легендах говорится что у этой планеты было 2 луны, и что одна из них раскололась после чего родились драконы. Но Эйвор мог скептически к этому относится, как минимум что бы сформировать такую легенду кто-то должен был видеть две луны, и скорее всего записать, а в записях в целом такого нет. Это устная легенда не обязательно не правдивая, но устная. Да и если бы была вторая луна, часть метиоритов упала бы на планету, а другая сформировала бы астероидный пояс который можно было видеть.              На самом деле Эйвор не был силен в астрономии и сделал просто предположение.              И как с такими мыслями засыпать?              Вот и Эйвора были проблемы, поэтому он стал считать баранов что бы заснуть… А потом задумался – откуда на этой планете бараны?              

***

             Джон видел новых членов СОБРа, из которых следует сделать настоящих охотников, при этом в состав этого подразделения и так берут настоящих охотников, которые выросли в такой семье, и охотились довольно часто. Только теперь охота будет идти на совершенно другую дичь – человека. Следует изучить все его повадки, и даже то как он думает.              С накоплением богатств феода, и когда у крестьян стали появляться лишние деньги они продавали больше зерна, появлялись плуги, стали появляться бандиты. На самом деле они стали появляться потому что торговцы стали перебираться во владения лорда Фрея, но у торговых караванов есть небольшая охрана, а вот бандиты пока не проходит караван могут напасть и на деревни, как это делают горные кланы, даже несмотря на формирование целых двух отрядов горного СОБРа такое периодически происходит.              - Так вы думаете, что уже опытные охотники, но это не так, вы пока новички и я буду учить вас как начать охотится на самую верткую дичь в лесу – человека. Изучать его привычки, и как он действует. Наши враги — это бандиты, ублюдки что не хотят жить честным трудом и выходят на разбой, мы будем учить как отличить банду с наемником или бывшим рыцарем, от обычных крестьян. Открою секрет, это два совершенно разных уровня добычи. Большинство из них предпочитает скрываться в лесах, как раз потому что там можно услышать поисковые отряды. В этом нам будут помогать наши друзья.              Джон указал на клетку с щенками, которые теперь тоже становятся членами отряда СОБР, их будут тренировать брать след, и охотится.              - Они ваши товарищи, заботьтесь о них, и они позаботятся о вас. У вас одна и та же цель – искоренить бандитов в землях лорда Фрея. Хоть эти клопы постоянно возвращаются, но мы их будем методично убивать, постоянно и методично.              Джон уже был суровым командиром отряда СОБРа, который за все время властвование лорда Фрея, за 6 лет смог уничтожить где-то сотню бандитов, большинство из них были некомпетентными идиотами, в основном бежавшими крестьянами, но и были серьезные противники, на которых пришлось вести охоту.              СОБР входил в Палату Внутреннего Порядка, и часто взаимодействовали с местной полицией, но предпочитали действовать автономно. Люди знали кто они, и воспринимали как решение проблемы – ведь пока нет торговца, бандиты могут нападать на деревни, девушек насиловать и грабить. И одиночный полицейский в деревне не всегда может справится с проблемой.              За шесть лет 15 полицейских погибли при исполнении своих служебных обязанностей. Так что у СОБРа была работа, часто её пытались делать местные гарнизоны армии и у них получалось, только в лесу они все еще были ужасны в лесу.              Самым важным было то что похороны и содержание семей полицейских на себя брал лорд Фрей, могилы полицейских были сделаны с использованием гранитных плит. Дорого конечно, однако показывало то что лорд ценит своих людей, поэтому те и были ему преданы как псы.              - Заботьтесь о новых членах своего отряда, и они позаботятся о вас, так же их нос гораздо полезнее вашего. – Джон все еще наставлял своих новых товарищей, да у многих охотников были гончие, только эти должны быть натренированы на выслеживание не зверей, а человека. При этом лорд Фрей указал не делать псов слишком агрессивными, псы именно что должны выслеживать. Если они попытаются сами убить или напасть на бандита тот может их убить в ближнем бою, а терять членов отряда СОБР Эйвор не хотел, даже если то собаки.              Теперь у СОБРа было где-то 30 человек, и вот сейчас они принимают еще 10 на службу, собак пока что 20. Все же не во всех операциях, нужно устраивать охоту с гончими.              Эйвор на самом деле не служил на Земле, однако пытался построить некоторые специальные отряды по знаниям, о которых знал. И на базовом уровне для исполнителей все было понятно.              Возможно сам отряд был удивительным, но то как он функционирует не особенно.              А вот у горного отряда СОБРа были собаки, приученные к выживанию в горах, они были крупными, и могли выслеживать горные кланы по горам, и в случае атаки на поселения, СОБР шел по их следу пока не догонял и не уничтожал представителей горных кланов.              Еще выслеживание их поселений, горный СОБР постоянно был в движении – 450 километров гор им нужно было патрулировать, и нужно было прореживать клановцев как сорняки.              Численность горного отряда не была большой – 40 человек, но они делали очень полезное дело сражаясь с горными кланами.              Это в целом были небольшие стычки, которые позволяли прореживать количество врагов близ границ, но и это позволяло им всегда быть в движении, кроме зимы. Даже горные кланы зимой не нападают. А вот у обычного лесного СОБРа куда более свободный график.              Все же бандиты — это не практически целая цивилизация, живущая в горах и нападающая на честных людей. Это приходящая проблема.              И цель СОБРа отправить их в Пекло.              - Так что разбирайте своих псов, и начинаем тренировки, вы должны быть сильными что бы уничтожать этих поганых бандитов.              Да постоянные тренировки этот часть того чем они занимаются, пока их не вызывают в места где замечены бандиты, они тренируются их ловить, придумывая как можно больше новых ловушек, и новых приспособлений, для того что бы уничтожать врага.              Их цель стать самыми эффективными охотниками на людей, в Семи Королевствах. Ведь за это им платят, при этом они часть государственной структуру, даже если сами этого не осознают. Так же стоит понимать где бандиты могут проникнуть на територию феода, ведь «приезжих» гораздо проще искать чем местных бандитов. Последних становится все меньше с распространением информации что те живут не очень долгую жизнь. Примерно луну, и потом их голова красуется на пике.              Эйвор мог быть добрым лордом, но понимал, что для Средневековья характерно именно постоянно запугивание и неотвратимость наказание лорда.              Не слишком по «доброму» однако без государственных институтов как раз нечто такое и нужно делать, так что никто не воспринимал его жестоким. Наоборот слишком добрым, ведь тот никак не поражал в правах родственников бандита.              Так что лорд Фрей воспринимался как довольно справедливый правитель.              

***

             Близнецы              Пока Эйвор Фрей и Хелена Фрей отправились в Белую Гавань на похороны Теомора Мандерли, мейстер Аллин делал то что ему приказывали – изобретал, вел различные эксперименты и так же помогал в том, что бы развивать медицину на территории феода.              На самом деле это было очень сложной работой. Это ситуация которую нельзя просто залить деньгами – нужно подготовить или переподготовить людей которые должны отвечать за медицину в деревнях. В целом это были какие-то травницы, и вот местеру Аллину нужно подтвердить или опровергнуть некоторые методы лечения используя свои знания из Цитадели.              Он еще помнил каким нервным был лорд Фрей во время родов трех своих детей и заставлял всех чуть ли не купаться в водке, и кипятить все инструменты не менее 10-15 минут. Просто потому что он в какой-то книге прочитал что это убьет всю заразу.              Мейстер не знал, что это была за книга, но воспринимал своего лорда как довольно умного человека который не станет слишком истеричным просто так.              Во время родов лорд лично проверял, кипятится ли вода, и дважды заставил сменить повитухе вымытое полотенце, опасаясь какой-то "заразы". Тогда Аллин счел это излишней тревогой.              Но у него было множество другой работы, помимо того, что бы следить за здоровьем лорда, и управление вороньем гнездом, мейстер вел множество буквально множество исследований, в том числе он собирался доказать есть ли эффективность в том что бы использовать дезинфекцию водкой или же нет. Благо лорд Фрей сказал жителям что его мейстер может помогать людям в соседнем городе.              Аллин мог сравнивать результаты своего лечения с результатами травниц, и заметил, что количество смертельных случаев при родах у него (когда он использовал дезинфекцию) стало меньше чем общая статистика.              Конечно Аллин мог все списать на свои блестящие навыки, но он был настоящим ученым, который детально собирал статистику по многим деревням, благо с появившейся связью и переписью, можно было начать формировать статистику, он даже объезжал десятки деревень что бы подтвердить или опровергнуть свои теории.              Все это он записывал в дневник, а ведь у него и было десятки других дел – сельское хозяйство эксперименты на полях лорда, конструирование различных механизмов. Лорду Фрею видимо во сне пришла концепция так называемых часов, что бы механически начать отсчитывать время, и как каждый лорд он сбросил реализацию своей безумной идеи на мейстера. Хотя Аллину было интересно – возможно ли это?              Можно сказать, мейстер был так же занят, как и сам лорд или любой из его чиновников.              Особенно плотно Эйвор отмечал как раз медицину и хоть какую-то подготовку травниц, все же для полноценной передачи знаний им следует отучится в Цитадели, что невозможно. Женщины не должны учится в Цитадели, и это не мнение Аллина это буквально закон самой Цитадели.              Поэтому он разве что мог передавать фрагментарные знания, а также сертифицировать какие травы могут быть полезные, или какие отвары…              По сути он превратился в универсального чиновника который знает больше всех, поэтому и работает больше всех.              Аллин потер переносицу и закрыл очередной дневник наблюдений. На столе уже лежала целая стопка подобных тетрадей. Еще несколько лет назад он бы счел подобное пустой тратой времени. Если лечение помогло — значит, помогло. Если нет — значит, такова была воля Семерых.              Теперь же подобный ответ перестал его устраивать. Он все чаще ловил себя на мысли, что воля богов проявляется слишком закономерно.              Если повитуха мыла руки крепким вином или водкой, если инструменты кипятились перед родами, если белье было чистым, женщины умирали заметно реже. Не всегда, разумеется, но достаточно часто, чтобы это перестало быть совпадением.              Первое время Аллин искал ошибки в собственных расчетах.              Потом решил, что ему просто везет.              Затем начал собирать сведения из соседних деревень.              Теперь же он объезжал владения лично, сверяя записи травниц, разговаривая с семьями умерших и выздоровевших, отмечая возраст, время года, осложнения, даже состояние погоды. Некоторые деревенские посмеивались над тем, что мейстер записывает столь странные вещи, однако он давно перестал обращать на это внимание.              Лорд Фрей однажды сказал ему странную фразу.       «- Если нельзя что-то измерить, значит, ты еще не понимаешь, о чем говоришь.»              Тогда Аллин мысленно покрутил пальцем у виска. Теперь же сам повторял эти слова молодым писцам. Каждое утро начиналось одинаково.              Сначала письма.              Потом вороны.              После них приходили управляющие деревень с просьбами подтвердить грамотность новой травницы, проверить необычную болезнь, определить качество урожая или рассудить спор о новом водяном колесе.              После полудня он принимал больных, вечером разбирал записи. Ночью занимался тем, что действительно любил.              Исследовал.              На соседнем столе лежали несколько незавершенных проектов. Чертеж мельничной передачи, набросок механизма, который лорд называл часами, таблица всхожести различных сортов ячменя.              Записи по использованию плесени на испорченном хлебе. Эта мысль казалась ему сомнительной, но лорд настаивал продолжить наблюдения. Даже если девять опытов окажутся бесполезными, говорил он, десятый может изменить всё.              Иногда Аллину казалось, что Эйвор Фрей совершенно не понимает, сколько работы требует каждая его идея.              А иногда — что понимает слишком хорошо. Потому что почти никогда не требовал немедленного результата.       «- Проверяй, — говорил лорд. — Если не получится, значит, мы будем знать, что это не работает.»              Это тоже было необычно, в Цитадели ошибки старались не совершать. Или просто скрывать в силу того, что Циатедль обладала огромным авторитетом.              Во владениях Фреев ошибки разрешалось делать, но только один раз. После этого их записывали, чтобы никто больше их не повторил. Это была системная и методичная работа которая была связана с тем что у лорда был гораздо больший контроль над своими территориями чем у обычного феодала.              Постепенно Аллин заметил странную перемену в самом себе. Он все реже спрашивал: «Что об этом сказано в книгах?»              И все чаще задавал другой вопрос:              «- Как проверить, правда ли это?»              От этого вопросов становилось только больше, но именно это ему и нравилось.              Мейстер Аллин становился смесью ученого и чиновника который совмещал процедуру и постоянные вопросы о том, что можно сделать так что бы сделать жизнь людей лучше. В этом и был смысл его работы. Именно для этого и должна была работать Цитадель.              На самом деле мейстер как раз считал Эйвора сатрапом так как тот переписывался с другими мейстерами, никакой лорд не заставлял их столько работать. Но самоу Аллину казалось, что те становились от этого тупее.              Конечно он немного тешил свои навыки, и свое внутреннее чувство собственной важности.              Еще он намеревался отправить свои исследования в Цитадель, ведь это может спасти огромное количество людей, но вот…он не был уверен, что это распространят по другим замкам, так как будет очень сложно подтвердить его информацию, без такого же контроля над территорией. Да и в целом Циатедль не обращала слишком много внимание на исследование замковых мейстеров.              Ведь даже между мейстерами есть разница. И ценятся только те мейстры что остаются в Цитадели, все из-за устройства единственного университета Вестероса.              Любой желающий может поступить на обучение в Цитадель и продолжать учебу неограниченное время. Нет никаких определенных требований к поступающему, ни возрастных, ни каких-либо других. Открытость Цитадели не значит, что любой поступивший в скором времени становится мейстером — наоборот, в Староместе живет масса школяров и кандидатов, в течение всей своей жизни так и остающихся «вечными студентами». Жен и любовниц будущим мейстерам в Цитадели держать нельзя; впрочем, многие школяры и кандидаты охотно пользуются услугами проституток.              Богатые ученики могут позволить себе вести роскошный образ жизни, тратя деньги в городе, тогда как дети бедняков вынуждены жить более чем скромно, питаясь с общей кухни. Палата Грамотеев, является одним из способов для бедных школяров заработать знанием грамоты. Там они составляют завещание для граждан Староместа, а также переписывают книги. Цитадель на этом зарабатывает много денег беря свой процент.               Работающие в Цитадели мейстеры и архимейстеры могут предоставить своим ученикам скромное жилье в зданиях Цитадели, рядом со своими собственными покоями.              Только что поступивший на обучение в Цитадель человек называется школяром; поступают в возрасте от тринадцати до двадцати лет. Школяр пребывает в этом звании, пока не «выкует свое первое звено», то есть не сдаст экзамен по тому или иному изученному предмету одному из архимейстеров, получив право носить на шее звено цепи из соответствующего металла. Обычно на сдачу экзамена решаются через год-два после поступления в Цитадель, хотя талантливые ученики, могут выковать и три звена за первый же год обучения. Никаких наказаний за проваленный экзамен не следует, школяр остается в том же звании и может попытаться через несколько месяцев сдать экзамен снова.              Выковавший хотя бы одно звено ученик называется уже не школяром, а кандидатом; в течение последующих лет последовательно изучая и сдавая другие предметы, он выковывает всю цепь мейстера. Не все звенья являются обязательными — так, лишь немногие кандидаты сдают курс тайных наук и получают соответствующее звено из валирийской стали, большинство мейстеров покидает Цитадель без этого звена. С другой стороны, в цепи мейстера может присутствовать несколько звеньев из одного и того же металла, показывая особенно глубокие знания в данной области. Вот Аллин знал инженерное дело и медицину, так что мог считать себя востребованным мейстером, так и получил назначение в Близнецы.              Лекции начинаются с утра; их посещение необязательно, однако о темах лекций объявляют заранее, и интересующиеся той или иной темой школяры и кандидаты собираются их послушать.              По традиции, полностью выковавший свою цепь кандидат перед принятием обетов мейстера обязан провести ночь в склепе Цитадели. Ему не дают никакого освещения, только обсидиановую свечу — одну из четырех, привезенных из Валирии много веков назад и хранимых в глубокой тайне архимейстером тайных наук, отправляющегося в склеп кандидата предупреждают, что если он не сумеет зажечь свечу, то просидит всю ночь в темноте. Зажечь стеклянные свечи, разумеется, невозможно, и большинство посвящаемых обычно ложатся спать или проводят ночь в молитве, но некоторые самонадеянные кандидаты, особенно из числа изучавших тайные науки, все-таки пытаются это сделать — всегда неудачно.              Принявший обеты уже может именовать себя мейстером. Лорды со всех Семи Королевств присылают в Цитадель просьбы прислать им мейстера, и новоиспеченный мейстер отправляется на службу в тот или иной замок, где остается, как правило, до самой своей смерти.              Но смысл в том, что их исследования не ценят ведь те лишены Академической среды, и поэтому их исследования ставят на полку, самые ценные это мейстры которых Цитадель не хочет отпускать.              Это самые ценные ученики, и они составляют элитный клуб, становятся архимейстерами, и влияют в том числе на политику, они смотрят на таких людей как Аллин свысока.              Такова уж была правда этого мира, и Аллин старался самореализовать себя как раз в феоде лорда Фрея который финансирует не только свои, но и его исследования, благо денег у него было для этого достаточно.              Мейстер узнал об книгах, когда Эйвор посчитал что ему доверяет и пообещал сохранить это в тайне. Один из обетов блюсти тайны своего лорда, в замке которого он служит.              В противном случае лордам было бы некомфортно впускать кого-то со стороны в свой дом. Да и не такие мейстры и фанатики что бы хранить верность Цитадели не получая за это ничего. Поэтому Аллин сам стал пользоваться типографией, и даже ему удалось получить список книг в библиотеке Винтерфелла переписываясь с местным мейстером, который тоже к Цитадели относился довольно… специфически.              За жизнь на севере он стал северянином и любое благо для Севера благо в том числе и для него, так что они не спешили сообщить тайны своих лордов далекой Цитадели особенно когда это может навредить близким для них людям.              

***

             Освин Папер принимал на службу новых писцов это был один из выпусков школы лорда Фрея в целом это были молодые люди лет 15, которые получили хорошие оценки по математике и письму.              После школы происходило распределение туда где они будут работать, не слишком демократично только тут и не место для демократии, учитывая, что содержание школы стоит как корабль, причем под час буквально. На каждого ученика за цикл обучение тратится 50 золотых, понятно почему Цитадели нет конкурентов. Она работает как раз за счет масштабирования. От чего цена мейстров ниже, при этом эти работники как раз не являются мейстрами они умели считать, читать и писать.              - Так говорю только один раз, вы получили лучшее назначение в жизни что попали в казначейство, тут нужно быть максимально внимательным, и пустые игры не допустимы. Мы тут распределяем деньги феода, узнаю о том, что вы что-то крадете или пытаетесь красть… Нет вас не казнят вы слишком ценны, но наказание будет. Вы никогда не сможете повысить свое положение, и занять мое место. – Освин и испугал новых работников и повесил морковку перед ними. – Сейчас вы займетесь пересчетом монет и проверкой их подлинности.              Это вечная работа, постоянно есть какие-то проблемы, особенно когда в прошлые года кто-то срезал края монет, так что нужно оценивать ценность каждой монеты, это кропотливая работа, которую можно поручить молодым.              - Управляющий, а как нам занять ваше место? – Кто-то поднял руку.              - Имя.              - Фрэнк.              - Для начала мне нужно умереть или уже не мочь исполнять свои обязанности до этого очень далеко, а во-вторых вы должны показать свою компетентность, так что не надейтесь на что-то подобное в этом десятилетии.              Мальчиков было пятеро, у лорда Фрея есть идея учить в том числе и девочек, однако несмотря на его прогрессивные идеи его все от этого отговаривают исходя из статистики. Период возврата инвестиций от грамотного человека в пределах 7 лет, а за этот срок есть риск что девочка уже забеременеет и умрет на родильном ложе, так что как раз тут Освин Папер указывал насколько это рискованный актив.              Освин не испытывал от этого удовольствия. Просто цифры были безжалостнее любых предрассудков. За последние годы смертность молодых женщин при родах уже уменьшилась благодаря работе Аллина, но всё ещё оставалась слишком высокой, чтобы казначей мог рекомендовать столь дорогое образование для большинства девочек. Если когда-нибудь медицина станет лучше — изменится и экономика. Пока же приходилось считать так, как есть.              Это было жестоко, но когда с лордом Фрейем говорят не традициями, а статистикой он становится куда более понимающим. Однако и печальным.              Папер предложил давать девочкам-сиротам навыки шитья при септе, или же работы на прялке Фреев, или же какую-то другую работу которая не будет высокорисованным вложением, из-за риска ранней смертности.              Эйвору это не нравилось, но он не мог поспорить против фактов поэтому соглашался.               Освин отвел новых работников к лавкам, приставил следить за ними узже опытного помощника и пошел сам работать, он узнал о договоре с Браавосом, о том, что в ближайшие 5 лет у них могут быть дополнительные доходы и это проблема. Следующая же проблема — это закупка чернил и бумаги. Благо это происходит через Браавос, дело в том, что типографию еще не передали никому, и это являлось предприятием лорда, и доходы шли прямо в казну.              Но и нагрузка на административный аппарат вырастает, сам Освин стал работать чуть больше как раз из-за того, что бы детально придумать куда потратить деньги. Пиры и турниры не рассматривались как серьезный вариант. Лорд Фрей их на дух не переносил и считал, что это не приносит никакой долгосрочной пользы феоду.              Так что вложения шли в том числе и в Эйворхолл и Хеленпорт, а также в сельское хозяйство.              Освин Папер работал в тесном сотрудничестве с Харвином Риверсом руководителем канцелярии лорда что бы внедрять его идеи в жизнь.              Различные селекционные программы что ведет мейстер Аллин, и не важно это лук, свекла, морковь, или же капуста. А также есть селекционные программы с быками, баранами и овцами.              Папер хотя бы просто выделял золото, а вот мейстер реально много работал и следил за всем. Наверное, зимам он рад больше всех, когда можно будет отдохнуть.              Полки архива уже пришлось достраивать второй раз за три года. Отдельные шкафы занимали договоры с крестьянами, другие — земельные переписи, третьи — сведения об урожайности. Законы лорда, королевские указы, отчеты полиции, расходы на дороги, закупки зерна, содержание гарнизонов... Каждый месяц приносил новые кипы бумаг. Законы лорда, решения Королевской Гавани, давние законы которые Эйвор отменял, или же статистику о урожайности на разных участках.              Система дотаций и договоры с крестьянами, документов становится много.              И это тоже расходы на бумагу.              Освин на самом деле стал немного уставать он становился старым, и возможно все же сможет проработать еще десять лет, и потом ему следует попросить освободить себя от должности. Благо Эйвор гарантировал что у тех кто верно ему служил будет пенсия, как это происходит с престарелыми воинами, которые теперь владеют тавернами.              Так же чиновникам его ранга дают собственное жилье, на самом деле уже чиновникам ранга этих молодых людей что стояли перед ним дают жилье, дабы повысить их привлекательность как женихов.              Они образованы со стабильной работой, и уже с собственным жильем. Цель Эйвора было сохранять своих людей, ведь те не рабы, они свободны в том числе куда-то переехать, и хоть им еще не предлагали куда-то переехать, но это пока.              Эйвор мог допускать ошибки, и даже допускал их постоянно, но он верил в человеческий капитал, и в том числе верил в принцип – сделай добро человеку, он отплатит тебе тем же,              С макиавеллистической точки зрения семья сдерживает человека от всяких глупых поступков. Еще и это признак того что через служение своему феодалу можно получить дома и хоть какой-то статус.              Эйвор слишком много вложил в этих чиновников что бы у них была какая-то коморка, или же что бы вообще на сене спали. Еще одним фактором является в том, что чиновники начинают тратить свою зарплату как раз для развития экономики того же города Переправа, который может разрастись настолько что бы стать общей агломерацией с одним из замков Близнецов.              Освин давно заметил, что после выдачи жалования рынок в Переправа оживал. Торговцы привозили больше тканей, мясники чаще забивали скот, а кузнецы принимали новые заказы. Серебро не исчезало. Оно переходило из рук в руки, принося прибыль каждому.              После чего он пошел на свое место работы что бы все перепроверить.              Аллин еще раз просмотрел список назначений. Все выпускники сегодняшнего выпуска уже были распределены по ведомствам.              Кто-то отправлялся в налоговую службу, кто-то — в управление строительством, кто-то — в архивы, суды, канцелярию, медицинские учреждения или мастерские.              Никто не оставался без работы и дело было не только в жаловании.              Служба у Эйвора постепенно превращалась в нечто большее, чем просто способ заработать на жизнь. Каждый чиновник, начиная уже с самого младшего ранга, получал государственное жилье.              Небольшой, но добротный дом, без роскоши, каменный фундамент, хорошая крыша, печь, колодец неподалеку, небольшой огород. Иногда даже сарай.              Дом не становился полной собственностью сразу. Он закреплялся за чиновником на время службы. После многих лет безупречной работы его можно было выкупить за символическую цену или вовсе получить в личное владение.              Кстати, этим заведовало казначейство ведь оно выделяло деньги для постройки всего этого, так же оно учитывало численность учеников, что бы еще раз вложить в них деньги. Наверное, поэтому Цитадель процветает, а любой, кто захочет сделать что-то подобное разорится. Или сочтет что траты бесполезны.              Для большинства молодых людей это было почти невероятным подарком судьбы. Еще вчера они были сыновьями ремесленников, мелких земледельцев или вовсе сиротами, а сегодня уже обладали собственным домом.              Именно поэтому среди жителей Переправа уже начали ходить разговоры.              - Если хочешь хорошего жениха — ищи чиновника.              Стабильное жалование, образование, дом, уважаемая служба, перспектива карьерного роста. Даже небогатые семьи теперь сами приходили знакомиться с молодыми служащими.              Некоторые родители начинали заранее рассчитывать, смогут ли их дочери познакомиться с выпускниками очередного набора школы.              Аллин невольно усмехнулся, Эйвор прекрасно понимал человеческую природу. Семья удерживает человека лучше любой клятвы – жена, дети, дом, соседи.              Человек, у которого есть что терять, редко идет на предательство. И дело было вовсе не в страхе. Скорее в том, что менять жизнь, которая складывается удачно, мало кто захочет.              И в этом он конфликтовал идеологически с Цитаделью что запрещает мейстрам вступать в брак, что он считал глупостью. Но он не собирался спорить с Цитаделью, а делал что-то свое.              Конечно, чиновники оставались свободными людьми, никто не запрещал им покинуть службу, никто не держал их силой.              Но зачем? Где еще они найдут такие условия?              Даже крупные лорды редко могли предложить подобное своим управляющим. Большинство чиновников в остальных владениях жили либо при замке, либо снимали комнату у местных жителей.              Некоторые вообще ютились в казармах вместе с писарями, Эйвор считал подобный подход расточительством. Он уже потратил годы на обучение каждого из этих людей, оплатил учителей, учебники, практику, наставников.              Выделил средства на содержание школ.              Позволить такому специалисту жить в сырой коморке означало собственными руками снижать эффективность своей же администрации. Хорошо выспавшийся человек работал лучше.              Человек, которому не нужно думать, где достать дрова или как заплатить за жилье, меньше ошибался. Человек, у которого есть семья, реже искал сомнительные способы быстро разбогатеть.              Но жильем дело не ограничивалось. Каждый чиновник получал гарантированное жалование, выплачиваемое точно в срок. Бесплатное лечение в городских лечебницах или даже у мейстера.              Право обучать своих детей в школах без платы. Небольшую пенсию при потере трудоспособности. Помощь семье в случае гибели на службе. Возможность продвижения исключительно по заслугам.              Лучшие могли продолжить обучение, стать мастеровыми, судьями, архивариусами, главами ведомств.              Или вовсе перейти в Совет. Эйвор ненавидел ситуацию, когда талантливый человек упирался в потолок только потому, что родился не в той семье. Если человек способен приносить пользу государству, государство должно использовать его способности полностью.               Конечно он не называл свой феод государством, но по факту он им был, Джейхерис не контролировал Королевства на 100%, а Талли Речные Земли вообще не контролировали. Так что он мыслил, как государство, но не называл это государством.              Это окупалось, не сразу, иногда через годы, но окупалось неизменно. На самом деле изменения войдут в пик только к внукам Эйвора, или же к правнукам, когда везде будет очень много грамотных людей. Хотя бы с 4 классами образования, а ведь родители могут учить детей. На самом деле Эйвор сказал, что если жена сдаст экзамен по грамотности, счету и чтению, то он даст 7 золотых такой семье,              Такая политика позволит владельцам знаний куда активнее делится знаниями. На самом деле за любого грамотного человека, которого обучит чиновник Эйвор готов платить.              Ему нужно было много грамотных людей, в каждую деревню в которой жило по 500 человек хотя бы по 1 грамотному человеку.              Еще одним следствием такой политики становилась экономика самого Переправы. Получая жалование, чиновники не складывали монеты в сундуки, они покупали мебель, нанимали плотников, заказывали одежду, посуду, инструменты, продукты, лошадей, украшения для жен, игрушки детям.              Каждая полученная ими серебряная монета проходила через десятки рук - кузнец платил лесорубу, лесоруб — мельнику, мельник — ткачу, ткач покупал шерсть у пастуха, пастух нанимал каменщиков.              Деньги не лежали, они двигались. А вместе с ними рос и сам город.              Переправа уже начинал разрастаться.              Еще десяток лет — и его окраины могли соединиться с поселениями у Близнецов, образовав единое пространство ремесленников, мастерских, складов и рынков.              Иногда Аллину казалось, что Эйвор строил вовсе не государство. Он выращивал его. Как садовник выращивает дерево – медленно, терпеливо, год за годом. И каждое новое решение было всего лишь очередным поливом корней.              Ведь по сути для него было важным как раз создать самоподерживающуюся структуру которая может восстановится даже из какого-то катаклизма, даже если его сожжет дракон или еще что-то, остатки структуры смогут восстановится в той или иной форме. Правда важно, чтобы как раз Фрейи правили этими землями, ведь они будут иметь историческую перспективу того что вообще делать нужно.              Например, не вкладывать в чиновников, они конечно нужны, но должны приносить пользу государству, а не заниматься бесполезным делом.              Основа всего все равно налоговая база, а это те кто занимаются каким-то ремеслом.