Зарисовка по азуртаймам

Вечер опустился за окно тёплым бархатным покрывалом, а в комнате трещал огонь в камине, отбрасывая на стены танцующие тени. Азур растянулся на мягком ковре, подложив под спину подушку, а Ту-Тайм устроился рядом, уткнувшись боком в его ногу, как кот, ищущий тепла. — Ну и день, — выдохнул Ту-Тайм, глядя на языки пламени. «Я чуть не сжёг то печенье, пока ты был в душе.» Азур лениво повернул голову, свет огня золотил его скулу. — А я видел. Спас, пока не задымилось. — Так это ты убавил огонь?! А я думал, это оно само как-то… — Ту-Тайм умолк, осознав свою невнимательность, и просунул холодные пальцы под Азурову кофту. Тот дёрнулся, но не оттолкнул. — Ещё ты чуть не уронил кактус, когда пытался поймать муху журналом. — Зато поймал! — воскликнул Ту-Тайм с наигранной гордостью. — Муху? Нет. Моё терпение — да. Ту-Тайм фыркнул и придвинулся ближе, положив голову ему на живот. Азур автоматически запустил пальцы в его рыжие вихры, распутывая колтуны, набранные за день. — А помнишь, как ты чуть не забыл ключи? — продолжил Ту-Тайм, закрывая глаза. «А я тебе кричал из окна, а ты не слышал, потому что в наушниках…» — Зато потом ты спустился за мной в одних носках, — Азур ухмыльнулся. «И соседи смотрели на тебя как на сумасшедшего.» — Зато ключи вернул! Огонь потрескивал, заполняя паузу уютным гулом. За окном шумел дождь, начавшийся ещё днём. — А вечером… — Ту-Тайм запнулся, вдруг осознав что-то. «Мы же так и не посмотрели тот сериал.» — Потому что кто-то уснул в шесть вечера на полу, укрывшись ковриком для йоги? — Мне было холодно! — оправдался Ту-Тайм, хотя оба знали, что он просто устал после дня, полного маленьких катастроф. Азур наклонился ближе, его дыхание смешалось с запахом дыма и яблочного чая, остывавшего в кружках. — В целом… неплохой день. — Правда? — Ту-Тайм поднял на него глаза, полные надежды. — Ну… кроме сожжённого почти-печенья, почти-упавшего кактуса и мокрых носков. — Но ключи же вернули! — не сдавался Ту-Тайм. — Но ключи вернули, — согласился Азур, и его губы тронула улыбка. Они замолчали, слушая, как догорают поленья. Ту-Тайм прижался щекой к Азуровой кофте, чувствуя, как под тканью медленно бьётся сердце. Ровно, спокойно. Как этот вечер. — Завтра будет лучше, — прошептал он уже почти во сне. — Обязательно, — Азур накрыл его ладонью поверх головы, будто защищая от всего, что может прийти завтра. «Но если снова почти подожжёшь кухню — сплю с тобой в сарае.» Ту-Тайм уже не слышал. Он заснул, убаюканный теплом камина и голосом, который не ругал его по-настоящему. Никогда.