Не ровно дышать

Автобус был небольшим, и людей в нём практически не было. Одна девушка весело щебетала с водителем, пожилая пара села на первые ряды, неподалёку расположился мужчина лет тридцати. Гарри же сел на самый последний ряд. Ему всегда нравилось сидеть у окна, и эта поездка не была исключением — несмотря на палящее солнце. Выспаться снова не удалось, и от этого хотелось выть. Кошмары были яркими. Пронзающие крики до сих пор звенели в ушах. Было страшно вспоминать, но забыть Гарри не мог. Он даже иногда задумывался о том, что кошмары — это его наказание. Чувство вины не было постоянным: оно то оседало где-то глубоко внутри, то разгоралось с такой силой, что остановить его было невозможно. Вспоминать Седрика не хотелось, но увести мысли не получалось. Бледное лицо сменялось осуждающим взглядом, а следом — звук падающей земли. И сколько бы Гарри ни повторял, что это не он убийца, что виной всему крыса Питер и Крауч-младший, легче не становилось. Невидимая стена, туман и мёртвое тело на холодной земле. Он не понял, как провалился в сон и снова оказался здесь. Гарри не мог дотянуться, не мог докричаться, безостановочно бил по чёрной преграде, но сломать её не мог. Он обессиленно рухнул на колени, наблюдая, как Тёмный Лорд что-то приказывает крысе и движется к нему. — Ты проиграл, — шипение словно раздавалось со всех сторон, но мир погрузился в тьму, и Гарри лишь озирался по сторонам в поисках источника звука. — По твоей вине умер человек. Герой! Пробуждение оказалось резким. Нехватка воздуха и дезориентация в пространстве. Хотелось кричать, но сил не осталось. «Не виноват», — шептали губы, но в голове стоял размытый образ и бархатистый голос. — Не виноват, — чуть громче сказал Гарри, стараясь дышать ровнее. Он повторял эту фразу то полушепотом, то просто губами. Ему нужно было почувствовать вкус фразы, поверить в неё, но с губ слетала лишь неприкрытая фальшь. Тяжесть в груди была невыносимой, и Гарри согнулся к коленям, упираясь головой в впередистоящее сиденье. Холод собственных пальцев, прикоснувшихся к лицу, заставил вздрогнуть. Ровно дышать не получалось, хрипы вылетали сами собой. В голове крутилась одна мысль, как на повторе: «Не виноват, не виноват, не виноват…» Резко зажмурившись, Гарри увидел тёмную мантию, которая пахла какими-то травами. Он пытался увидеть образ целиком, но ухватиться не получалось. Открыв глаза, он понял, что дыхание больше не срывается на хрип, а мелкая дрожь отступает. Решив, что ему помогло отвлечение от мыслей на образ, Гарри запомнил такой способ на будущее. Что за образ всплыл в голове — думать времени не осталось: автобус приехал. Пассажиры поспешно выходили, утомлённые дорогой. Мужчина обернулся в сторону последних сидений, а пожилая пара тихо перешёптывалась. Гарри было некомфортно: он показал свою слабость посторонним людям, показался им слишком странным и уязвимым. Найти единственный отель оказалось несложно — он стоял практически в центре небольшого поселения. Потёртые стены и мутные окна не выглядели приветливо, всё вокруг здания говорило о запустении. Дома же, расположенные рядом, наоборот благоухали: одни — новыми воротами, вторые — свежей побелкой, третьи — высаженными цветами. Жизнь бурлила в этой деревне, обходя стороной старый отель. Гарри взял самый дешёвый номер. На странный взгляд администратора, направленный на сову, он коротко ответил, что проблем не будет, и направился в указанную сторону. Комната была больше, чем в хостеле, но выглядела не так уютно. Большая кровать стояла по центру, рядом — две тумбочки, напротив — стол и стулья. Хорошее место для отдыха, но пыль, впитавшаяся в ткань и осевшая на мебели, создавала эффект запустения. Убираться после дороги не хотелось, но оставлять всё так тоже не хотелось. Гарри открыл старую деревянную форточку и закашлялся — на него сверху упала пыль вперемешку с грязью. Стряхнув грязь с волос и скинув покрывало, Гарри упал в кровать. Она в ответ застонала под тяжестью тела. Не хотелось решительно ничего. Но нужен план — иначе его быстро найдут. А сил уже не осталось. Тяжёлые шаги Гарри услышал, но отреагировал лишь лёгким напряжением. Он закрылся, чемоданы собраны, шансы сбежать есть, хоть и малы. Стук в дверь заставил пересмотреть своё мнение. Напряжение возросло, а страх медленно подбирался, аккуратно окутывая его тело. Стук повторился, и Гарри медленно встал с кровати, стараясь не создавать шума, но матрас предательски заскрипел. Стук снова повторился, но в этот раз с большей силой. Гарри не хотел открывать, но что делать — не знал. Поэтому достал палочку и направил в сторону двери, ожидая, когда визитёр либо выломает её, либо просто уйдёт. — Поттер! Открывайте сейчас же! Злой голос Снейпа Гарри узнал бы даже в коме. Дрожь прошлась по телу, а рука потянулась к дверному замку. Стоило отпереть дверь, как Снейп влетел в комнату, приближаясь к Гарри настолько близко, что можно было разглядеть все огоньки ярости в его глазах. — Вот вы где, Поттер! — слова больше походили на шипение, брови были сдвинуты, а взгляд, направленный прямо, словно смотрел в душу. — Из-за вас и вашего подросткового максимализма у меня возникло много работы. Дамблдор поднял всех на уши! Потрудитесь объяснить, какого чёрта вы сбежали от своих родственников? Снейп не ждал ответа, прожигая взглядом оцепеневшего Гарри. — Почему вы отправились в Богом забытую деревню, вместо того чтобы поселиться в доме Блэков, куда сбежались все, кому не лень? Что помешало вам присоединиться к своим дружкам, таким же идиотам, как и вы? Семья Уизли, насколько мне известно, поселилась у этого... — Снейп чуть поморщился, подбирая слова, — в доме Блэков сразу после начала каникул. — Но, сэр... — Гарри был в шоке от услышанного. Ему не хотелось верить, что Рон его обманывал. — Молчать, — грубо перебил Снейп. — Не желаю слушать ваших оправданий. Вы сейчас же отправитесь со мной к Дамблдору, и пусть он решает, что с вами делать! — Послушайте, профессор! — Гарри закричал в надежде, что его выслушают, но в ответ получил лишь испепеляющий взгляд. — Мы отправляемся сейчас же. У меня нет времени возиться с малолетними идиотами! — Вы должны меня выслушать, профессор, — Гарри ухватил за рукав мантии в порыве остановить Снейпа, который уже развернулся, собираясь уходить. — Что вы себе позволяете, Поттер? — выдернув руку, Снейп обернулся. Гарри чуть стушевался под его уничижительным взглядом. — Сириус не пустил меня, — отчаяние в голосе было слишком явным, и Гарри стыдливо опустил глаза. — Что значит «не пустил»? Он что, заранее знал о вашем побеге? — Я писал ему. Просто просил пустить меня, но он отказал. Сказал, что занят и не сможет приглядывать за мной. — Так и не решившись поднять глаза, Гарри говорил тихо, в надежде, что за его слова не посыплется шквал обвинений. — Я не знал, что Рон живёт там, он ничего не говорил. И... — он сделал глубокий вдох и зажмурился, словно ожидая удара, — к Дамблдору я не пойду. Он снова отправит меня к Дурслям. Уж лучше сразу к Тёмному Лорду. Гарри сам вздрогнул от последних слов. Фраза просто вырвалась. Он не хотел этого говорить. Его окутала мелкая дрожь — он ждал приговора. Снейп молчал, но не уходил. Он чуть отошёл и призрительно хмыкнул. Такая реакция явно относилась к последним словам Гарри. — Садитесь, — голосом, не терпящим возражений, сказал Снейп, указывая на кресло и садясь напротив. — Рассказывайте всё по порядку. Гарри убрал палочку, которую всё это время держал в руках, и неуверенно сел на стул. Ему казалось, что он на допросе и любое неверное слово послужит его отправлению в Азкабан, поэтому он молчал. — Выпейте, — Гарри поднял глаза и увидел поставленный на стол флакон с зельем. — Не тряситесь вы так, не убью.