скорлупка

к концу смены у Ямагучи болят ноги, спина и раскалывается бошка. вот что-что, а бошка болит в основном из-за Терушимы, который сейчас цветет и пахнет, что очень подозрительно для человека, находившегося здесь почти двенадцать часов.  видимо, Атсуму прочухал в том потенциал, и они на пару сняли уже тиктоков двадцать как минимум. сейчас он, наконец-то, отлипает от Юджи и идёт убираться на кухню. весь день у Осаму дёргался глаз, потому что готовить приходилось ему в одиночку, у Тадаши дёргался глаз, потому что в этих глазах уже рябило — Терушима был везде и нигде одновременно. они с Осаму привыкли справляться только с Атсуму, а теперь таких было две штуки, и это выматывало сильнее обычного. Тадаши хочет выходной, а лучше несколько. Осаму смотрит в сторону кухни, и в этот момент оттуда вылетает Атсуму с криками. — ты нахрена стаканчики в морозилку положил, блять? они бумажные! — да ты что, а то я не видел, наверное, что они бумажные, — отвечает Осаму, не повышая голоса, — места больше не было. — ну, не в морозилку их же класть! дебилом обзываешься, сам так называешься! — рычит Атсуму и злым шагом идёт обратно на кухню. Ямагучи думает, что он, наверное, единственный адекватный человек в этом заведении. ещё он думает, что самый адекватный всё-таки Такеши-сан, их посетитель. потому что Тадаши вспоминает, как Терушима тихо смеялся над Атсуму и очень старательно пытался не ржать в голос, как что-то бормотал, пока сидел за ноутбуком, как поправлял хвостик каждые десять минут. на кой черт он всё это запоминает, на кой черт в принципе внимание обращает, Ямагучи не знает. ноги ещё гудят ужасно, и хочется сесть хотя бы на минуточку, но если он сядет, то уже и не встанет.  и в этот момент звенит колокольчик над дверью, и в кондитерскую заходит парень. неужели они забыли повесить табличку "закрыто"? но, в принципе, оно и немудрено. выглядит этот парень как самый базированный студент факультета дизайна. волосы, которые были окрашены в зелёный, сейчас были ужасно болотного цвета, одежда выглядела дорого (была ли она на самом деле дорогой, одному богу известно), на нижней губе сверкали два колечка, и была пробита бровь. в руках у него была матча, что только добавляло ему вайба дизайнера и сочеталось с цветом волос. но вот его манера держаться...иу. — заюш! — он улыбается, обращаясь к сидящему за столом Юджи, и его голос звучит очень приторно-противно, и Ямагучи морщится. что ещё за обращение такое? это его парень или..? Терушима, кладущий ноутбук в рюкзак, вздрагивает всем телом, закатывает глаза и тяжело опирается лбом о стол, вздыхает. — Сугуру, блять, — говорит он, — я же тебя просил, не надо так называть меня при людях.  — а что такого-то? — тот подлетает к столику, виснет на спинке стула Терушимы и протягивает тому стаканчик, — я, между прочим, пришел тебя спасти от заточения на работе и притащил тебе твою любимую матчу. — ээ, — Осаму смотрит на Сугуру, прищуриваясь, — а ты ещё кто? — друг, — коротко отрезает Терушима, не давая Сугуру ни малейшего шанса начать свою шарманку. — я Дайшо Сугуру, — говорит тот, не переставая улыбаться, — просто зашёл за Терушимой. вы братья, да? — нет, просто два одинаковых на лицо человека, — ехидничает Атсуму из-за плеча Осаму, — ты как сюда зашёл вообще? табличка для кого висит? (так, значит, табличку всё-таки повесили, только этот парень чхать на неё хотел.) — ага, я видел, — Сугуру пожимает плечами, и в этом жесте столько искреннего наплевательства на установленный порядок, что Ямагучи почти восхищается. сразу вспоминается Тсукки, они бы подружились. хотя, возможно, они уже и так знакомы, — но я же не пожрать сюда, а за Юджи, мне он нужен. Терушима тем временем уже стоит рядом с Дайшо и облокачивается на него всем своим весом. он всё ещё не выглядит уставшим, поэтому Тадаши решает, что это такое проявление привязанности, наверное, в прямом смысле. он смотрит на них и не понимает, почему на этот раз у него снова дёргается глаз. ничего такого не происходит, всё тихо и спокойно, но что-то не даёт ему покоя. какой-то он нервный сегодня. Осаму и Атсуму тоже смотрят на них: Атсуму, вероятно, с желанием подружиться ещё с одним человеком, а Осаму с желанием надавать по бошке табличкой с входа. ишь чё, мешают закрываться и идти домой кайфовать. — погнали? — Сугуру хлопает Терушиму по плечу, и тот недовольно мычит, но не отлипает, — я там прикинул, если мы сейчас выйдем, то доедем до универа за пять минут до начала пары. (на какие, нахрен, ещё пары вечером после полноценного рабочего дня? Терушима, что, больной?) — пары? — переспрашивает Атсуму, с любопытством и ужасом разглядывая парочку. Ямагучи решает, что даже Атсуму считает того больным, это радует, — вы учитесь вместе? на кого? — маркетинг, — отвечает Терушима и поправляет хвостик одной рукой, второй продолжая виснуть на Сугуру, — на очно-заочном. на работе днём, на учёбе вечером. — пиздец, — говорит Осаму коротко и ёмко. тут и уважение, и жалость, и ужас, и непонимание. — не, ну, а что, удобно же, — Терушима пожимает плечами, всё ещё не отлипая от друга, — днём работаешь, вечером учишься, ночью... — ночью спишь, — перебивает его Сугуру, — не тикток смотришь, а спишь. загнешься ты, загнусь и я рядом с...сам знаешь кем. — да, да, конечно, — Юджи выпрямляется и зевает, — надеюсь, машину ты тут рядом припарковал, и нам не надо до неё тысячу лет пешком идти. — две минуты ходьбы, не больше, — Дайшо подхватывает рюкзак Терушимы и закидывает его себе на плечо, — пошли. дверь за ними ещё не закрылась, а Ямагучи уже чувствует, как по его позвоночнику пробегает что-то между облегчением и странной пустотой. мутное, липкое чувство, которое он отказывается анализировать. он устал, черт возьми. устал, а не что-то ещё. — прикольный! я обязан с ним закентоваться! — Атсуму смотрит на уже закрытую дверь и светится от радости, — о, а ещё надо бровь тоже проколоть! выглядит отвал бошки. — она у тебя давно отвалилась, — смеётся Осаму и машет рукой на стойку, — давайте в темпе вальса уберёмся и по домам. наконец-то, думает Ямагучи, день закончен. было немного тревожно. Терушима сидит на пассажирском сиденье машины Дайшо и смотрит в окно на проплывающие мимо фонари. голова гудит, но не от усталости. мыслей в ней сейчас буквально вагон и маленькая тележка. нет, ну как так? он же пришёл, он был милым, он предлагал крутой контент, он почти не матерился, он даже не обсирал никого, хотя очень хотелось. но Ямагучи и Осаму весь день смотрели на него как на клоуна из выездного цирка. от этого почему-то было обидно. не сильно, конечно, но капля за каплей, потихоньку. за весь день он придумал способов десять заставить Ямагучи улыбнуться искренне, а не той вежливой улыбкой, которую тот дарил клиентам. и всё впустую, бесполезно, бессмысленно. — ты что такой задумчивый? — спрашивает Дайшо, выруливая на главную дорогу, — прикидываешь, что скажешь преподу, когда он спросит, где твой проект? — а, точняк, — спохватывается Терушима и лезет в рюкзак за ноутбуком, — у меня же там...а че у меня там?  — презентация, — Сугуру стучит пальцами по рулю, пока они стоят на красном, — я, кстати, заценил этого твоего Тадаши. ничего такой, понятно, почему он тебе понравился. — с чего ты взял? — Юджи напрягается. капец, он, что, пялился на него, пока Дайшо стоял рядом? вроде бы нет. — так ты мне про него сегодня в переписке все уши прожужжал, — говорит Дайшо, — как ты там говорил? "у него волосы прикольные", "он не понимает мой контент-план", "он не поливает цветы", и ещё куча всякого. это, заюш, называется "мне кто-то понравился". — я вообще не понимаю, о чём ты, — Терушима врёт и не краснеет, уставившись в окно, — просто он не такой, как я думал. — и каким он должен был быть? — ну, как Тсукишима, — говорит Юджи. он вдруг чувствует, как внутри что-то ёкает. Ямагучи был совсем-совсем не как Тсукишима. у Кея были ледяные глаза, такие же ухмылки и привычка отмахиваться от всех. а у Ямагучи — тёплый взгляд, мягкая улыбка и тихий голос. и этим тёплым взглядом он смотрел на Терушиму так, будто видит его насквозь. может, так и было, кто знает. Терушиме очень хочется, чтобы Ямагучи посмотрел на него ещё раз. не так, как на клоуна, было бы славно. — а он не как Тсукишима? — удивляется Дайшо, — как будто бы очень да. — нет, — Терушима качает головой, чувствуя, что краснеет, хотя он вообще никогда в жизни не краснел, — он абсолютно не как Тсукишима. он... — лучше? — не то чтобы лучше, — задумывается Терушима, — он просто...другой. и я не знаю, что с этим делать. — ничего не делай, — советует Дайшо мудро, хотя обычно он не выдавал ничего такого. где Сугуру и где мудрость? — просто будь собой. это всегда работает. — я был собой, бро. он смотрит на меня как на еблана последнего. — ты когда людей читаешь, не перечитывай их, придумывая какую-то херню, — Дайшо поворачивает к университету, вздыхая, — может, он просто думает, что ты странненький? это и моё первое впечатление о тебе было, так что...не знаю. — сам ты странненький, Сугуру, чья бы корова мычала, — бурчит Терушима, вылезая из машины. он хлопает дверью чуть громче, чем надо, и идёт ко входу в универ, чувствуя спиной насмешливый взгляд Дайшо.  когда они заходят на пару, преподаватель уже что-то вещает про сегментацию аудитории, но Терушима ничего не слышит. он тупо смотрит в одну точку на доске и думает о том, что завтра снова будет стоять у дверей "Скорлупки" в девять утра. и Ямагучи снова будет смотреть на него как на циркача. а он, Терушима, снова попытается быть милым, и снова облажается, и снова будет придумывать, как рассмешить этого парня. в груди неприятно ноет, но Юджи решает, что это тахикардия так некстати проявляется. или невралгия какая-нибудь. потому что влюбиться в кого-то за один день — это слишком даже для него. на следующее утро Ямагучи приходит на работу с чётким планом: не обращать внимания на Терушиму. прям совсем никак. он будет просто делать свою работу, пробивать чеки, варить кофе, раскладывать пирожные, улыбаться клиентам и видеть в этом парне просто ещё одного сотрудника. не больше, не меньше. план с грохотом рушится в ту же секунду, как он открывает дверь. Терушима уже сидит за своим столиком с ноутбуком, чашкой чая и цветком. мелким, в горшочке, с зелёными листочками, который он поставил рядом с собой и теперь что-то ему нашептывает. (ещё вчера у них не было этого цветка, если Ямагучи правильно помнит.) — ты сегодня особенно зеленый, — говорит Терушима цветку задумчиво, — это хорошо. зелёный это цвет жизни. — ты притащил цветок на работу? — спрашивает Ямагучи, даже не поздоровавшись. — о, Тадаши! — Терушима поворачивается к нему и сияет так, будто его только что назначили владельцем этой кондитерской, — знакомься, это Пётр Первый. я решил, что тебе нужен пример того, как надо обращаться с растениями. — Пётр Первый? — Ямагучи смотрит на цветок, потом на Терушиму, потом снова на цветок. у него уже нет сил на это.  — ну да, — Терушима гладит листочек так нежно, будто это котёнок, — он будет жить здесь, и ты будешь видеть, что за растениями легко ухаживать. — он сдохнет, — говорит Ямагучи ровным голосом. — не сдохнет, — Терушима даже не морщится, — он под защитой братьев Мия, я уже обо всем договорился. Осаму сказал, что Пётр Первый теперь талисман кондитерской. и к тому же, у вас же уже есть один цветок, вон, на подоконнике. тот, с которым я вчера болтал. — Осаму предатель, — хмыкает Ямагучи, — и клиентам насрать на цветы. — неа, ты ошибаешься, — Терушима поднимает палец вверх, не отрывая взгляда от ноутбука, — я вчера провёл опрос среди своих подписчиков. пятьдесят два процента говорят, что цветы в заведениях повышают настроение.  — ты опросил своих подписчиков? — переспрашивает Ямагучи, — у тебя их сколько, триста? — семьдесят две тысячи, — гордо отвечает Терушима и, наконец, поднимает глаза, — и всем им я доверяю как самому себе. — зря, — фыркает Ямагучи, но в голосе проскальзывает смешинка, которую он не пытается сдерживать. Терушима замечает это. улыбка расплывается по его лицу, и Ямагучи отворачивается, чтобы не видеть этот сияющий взгляд. не хватало ещё смутиться перед ним. он идёт к стойке, включает кассу, раскладывает пирожные, всё как обычно. за спиной слышится голос Терушимы, который снова что-то говорит Петру Первому, и это было бы раздражающе, если бы не было, ну, забавным. Ямагучи ловит себя на том, что улыбается в пустоту, и тут же прикусывает губу.  (сейчас позорником чувствует себя он сам.) спустя несколько минут после открытия звенит колокольчик на двери, и в кондитерскую заходит молодой парень. он в маске, и даже через неё видно, что он бледный, как будто не спал несколько суток или откинется прямо сейчас и прямо здесь. в принципе, это вполне совместимо. на плече у него шоппер с каким-то абстрактным принтом, и он выглядит так, словно находится тут не по своей воле. хотя, всё может быть, всё может быть. — доброе утро, — говорит он тихо, почти шёпотом, — у вас есть что-то без орехов? в ореховой-то кондитерской. без орехов. ну конечно, а как же иначе. Ямагучи смотрит на него и понимает, что день только начинается. какой кошмар. — вообще-то, у нас, — Ямагучи делает паузу, пытаясь не рассмеяться, потому что это чертовски смешно, прийти в ореховую кондитерскую и просить что-то без орехов, — у нас есть несколько позиций. пирожное "нежность" без орехов, бисквитный рулет с кремом, и, если хотите, я могу сделать вам кофе, сиропы без орехов. — тогда это пирожное, пожалуйста, — говорит он, — и чай без сахара. — будет сделано, — Ямагучи кивает и поворачивается к витрине, доставая пирожное. из-за столика поднимается Терушима и подходит к стойке. он смотрит на парня с любопытством, и тот напрягается. — у вас аллергия на орехи? — спрашивает Терушима прямо. — да, — сухо отвечает парень. — ясненько, — Терушима кивает, потом внезапно щёлкает пальцами, — а вы случайно не Сакуса Киёми? кулинарный блогер?  — я, но я не хочу это обсуждать, — Сакуса хмурится и напрягается ещё сильнее.  — без проблем, без проблем, — Терушима поднимает руки в примирительном жесте, — извините, если напугал.  Сакуса Киёми выдыхает, Ямагучи видит, как опускаются его плечи. он забирает пирожное и чай в стаканчике на вынос, расплачивается картой, и уже почти выходит из заведения, когда Атсуму вдруг вылетает из кухни с громким криком. — ой, погодите! Сакуса замирает на пороге, оборачиваясь. в его глазах мелькает усталость и желание сделать ноги. — я это... — Атсуму мнётся, теребит фартук, и Тадаши с удивлением замечает, что тот выглядит смущённым. а это что-то новенькое, — я пару ваших видео смотрел. у меня брат пытался приготовить что-то по вашим рецептам, но у него нихера не вышло так красиво как у вас. Осаму, стоящий в проходе, открывает рот, чтобы сказать что-то язвительное, но Атсуму пинает его ногой, и тот давится словами. — спасибо, — Сакуса смотрит на Атсуму чуть дольше, чем на Терушиму, и его взгляд смягчается, — я стараюсь. — а че вы в маске? — вдруг выдаёт Атсуму, и Ямагучи закатывает глаза. ну, началось... — не видите? болею. — да, да, точно! ну, выздоравливайте и приходите ещё! я, кстати, Мия Атсуму, владелец, — он показывает рукой за спину, — а это мой брат, Осаму, тоже владелец. — я подумаю. до свидания. дверь за ним закрывается, и в кондитерской повисает тишина. Атсуму стоит посреди зала с дурацким выражением лица. оно у него и так обычно дурацкое, но сейчас? сейчас оно в разы хуже, он выглядит как сумасшедший, сбежавший из психушки. — я найду снова его аккаунт! я просто обязан! — он тебя в чс кинет, если ты ему напишешь, — Осаму поворачивается к Тадаши, — не, ну ты видел? он запал на этого задохлика, что сбежал от нас как от чумных. — да идите вы оба в сраку, понятно? — Атсуму фыркает и уходит обратно на кухню. — как маленький... — и не говори, — соглашается Тадаши. остаток дня проходит спокойно. Юджи что-то монтирует на ноутбуке, иногда делая пометки в блокноте; Атсуму носится повсюду как угашенный, а Ямагучи с Осаму за ним наблюдают. точнее, за ним наблюдает в основном Осаму, а Тадаши больше смотрит на то, как Терушима сосредоточенно работает. беда, всё-таки, и правда пришла откуда не ждали. — Атсуму уже строит планы на их совместное будущее, я чувствую, — неожиданно говорит Осаму. — Сакуса явно не настроен на совместное будущее, — отвечает Ямагучи, вытирая кофемашину под конец дня, — он выглядел так, будто хочет сбежать в другую страну и сменить имя. — для этого идиота такое не помеха, он и из-под земли достанет. Ямагучи хмыкает и продолжает убираться. он слышит, как за его спиной Терушима закрывает ноутбук и начинает собираться домой. к сожалению, Ямагучи ловит себя на мысли, что ему не хочется, чтобы день заканчивался. — Тадаши, — голос Терушимы раздаётся сзади, и Ямагучи оборачивается. тот стоит с рюкзаком на плече, с Петром Первым в одной руке и смотрит на него. зачем он принес цветок на работу, чтобы унести его обратно? Юджи слабо и как-то неуверенно улыбается, от чего внутри у Тадаши всё сжимается, расжимается и переворачивается вверх дном. — эм, — Терушима мнётся, и это выглядит так необычно, что Ямагучи думает, это что-то из ряда вон выходящее, — в общем, вот. он протягивает ему руку, не ту, в которой цветок. на ладони лежит маленькая бумажка, сложенная вчетверо, и Тадаши не понимает, что это за писюлька и зачем. — это мой номер, — тихо говорит Терушима, и уши его горят так же ярко, как у Атсуму в начале дня, — если захочешь поболтать. руки сами тянутся, он их не контролирует, и берёт эту дурацкую бумажку, сжимает её в пальцах. она тёплая, наверное, от тепла его ладони. — я могу поболтать и в рабочее время, — задумчиво говорит Ямагучи. — а если захочешь поговорить не о работе? — Терушима улыбается уже увереннее. у Тадаши сердце пропускает несколько ударов. ох, о боги. — хорошо, я напишу. — правда? — глаза Терушимы расширяются, он сияет как самая яркая звезда на небе. — правда, — кивает Ямагучи. Терушима смотрит на него так, словно он только что подарил ему весь мир. и его выражение лица, открытое, искреннее, заставляет Тадаши сглотнуть и отвести взгляд. иначе если он будет смотреть на него ещё хоть секунду, то точно скажет или сделает что-то, о чём потом пожалеет. в этом он тот ещё мастер-ломастер. — тогда я жду, — Юджи подмигивает и спешно выбегает на улицу. Ямагучи стоит как истукан, сжимая в руке записку, и чувствует, как его лицо заливает краска. Атсуму, стоявший за стойкой, начинает ржать так громко, что Осаму приходится дать ему по голове полотенцем. — да он тебе нравится, — издевательски протягивает Атсуму. — иди убирайся на кухне, — говорит Ямагучи, закатывая глаза. — ну, — хмыкает Атсуму, — я же просто рад за тебя! он тебе нравится, да? скажи, скажи! да? — я сказал, иди на кухню, — Ямагучи сжимает бумажку в руке, но так и не убирает. Атсуму насмешливо фыркает, но уходит, напевая что-то себе под нос, и его голос эхом разносится по пустому залу. Осаму сочувственно смотрит на Ямагучи. — он тебе нравится, — говорит он, и это не вопрос. — я не знаю, — растерянно отвечает Ямагучи. Осаму качает головой. — так значит, разберись, — советует он и исчезает в подсобке. он прячет бумажку в карман джинс, чувствуя, как она греет его бедро через тонкую ткань, и от этого становится подозрительно хорошо. Тадаши нужно срочно написать Тсукишиме и посоветоваться с ним. кто как не бывший Терушимы может дать хороший совет, верно?  дорога до дома занимает ровно двадцать минут, и все эти двадцать минут рука Ямагучи не вылезает из кармана джинс. бумажка там, помятая, но теплая. (это от бедра, Тадаши. от тепла твоего собственного бедра, а не от его ладони, угомонись, не выдумывай всякую хрень.) вообще, если подумать трезво, а Тадаши всегда старается думать трезво, вся эта ситуация лютый пиздец. и этот Дайшо ещё...они вместе учатся, Дайшо таскает его рюкзак, возит их в универ на своей машине, покупает тому его любимый напиток. это же, блять, классический набор ухаживаний. потому что ну, кого в двадцать с хуем лет называют "заюш"? и вот вопрос ребром: если Терушима Юджи состоит в таких, сука, нежных и очевидно романтических отношениях с этим Дайшо, какого хрена он раздаёт свои номера кому попало? нет, ну, не прям кому попало, себя Ямагучи таковым не считает, но всё же. Тадаши чувствует, как внутри, где-то между рёбрами, закипает что-то очень горячее и колючее. это, определённо, праведное возмущение. ни в коем случае не ревность. с чего бы ему ревновать? они знакомы второй день. это возмущение, потому что моральный облик Терушимы под большим вопросом. нельзя же так, иметь парня, и одновременно подкатывать к нему. это непрофессионально. это, в конце концов, просто некрасиво.  (или он просто хочет с ним подружиться, и это вовсе не подкат? непонятно, и как это выяснить идей тоже нет.) Ямагучи открывает дверь квартиры, пинает кроссовки в угол и валится на диван лицом в подушку. подушка мягкая и в неё очень удобно орать, потому что он, блять, не понимает, что с ним происходит. он лежит так минут пять, может, десять или вообще час, потом переворачивается на спину и смотрит в потолок. в итоге всё же достаёт телефон и открывает мессенджер.  тадаши 10:14PM: тсукки, привет!   тсукки 10:15PM: если Терушима разбил витрину, сожрал у вас всю выпечку или что-нибудь ещё, то я его не знаю.   тадаши 10:15PM: не, он просто оставил мне свой номер...   три точки высвечиваются подозрительно долго. Тсукишима, наверное, сейчас сидит в своей тёмной комнате, смотрит в экран и тихо, гадко ржёт, представляя лицо Тадаши. он уже жалеет, что начал этот разговор.   тсукки 10:17PM: и? ты чего от меня хочешь? инструкцию? спойлер: её не существует.   тадаши 10:17PM: ну, я хотел спросить, свободен ли он   тсукки 10:18PM: ...ты щас серьёзно?   тадаши 10:18PM: более чем! вчера за ним заехал его хз кто но представился как дайшо, вот мне и интересно стало   тсукки 10:19PM: а, Сугуру. это его друг и одногруппник. а что?   тадаши 10:19PM: да так. просто интересно стало   тсукки 10:20PM: Ямагучи   тадаши 10:20PM: чё?   тсукки 10:20PM: ты пиздишь как политик перед выборами. он ж тебе понравился, да?   тадаши 10:21PM: НЕТ!!!   тсукки 10:26PM: оййй не надо мне тут. Юджи свободен, у него никого нет уже полгода. мы расстались, потому что ну, ты знаешь. потому что не получилось. он слишком громкий, я слишком тихий. он слишком яркий, я слишком...я. и это ок. он классный парень, Тадаши, просто не для меня. позорник, конечно, но...   Ямагучи смотрит на эти слова и чувствует, как что-то внутри него разжимается, какая-то тугая струна, о существовании которой он не знал. Тсукишима сейчас написал ему, что Терушима классный, что он не для него. и это, блять, благословение. от бывшего...какого хрена ему так тепло от этих слов? тадаши 10:28PM: спасибо, тсукки   тсукки 10:28PM: не благодари. если вы друг друга обидите, я вас обоих переубиваю.   тадаши 10:29PM: какой ты милый🥺   тсукки 10:29PM: заткнись.   Ямагучи убирает телефон и снова смотрит в потолок. потолок смотрит в него. потолок, в принципе, ничего, нейтральный такой, не осуждает вроде. он не хочет сейчас ничего решать, не хочет признавать, что Тсукишима прав; не хочет признавать, что он, возможно, запал на бывшего своего лучшего друга, который к тому же работает у него в кондитерской и снимает какие-то поганые тиктоки. это слишком много всего сразу. это, блять, перебор. но бумажку он достает из кармана и кладёт на столик у дивана. наверное, это что-то значит.