Красной кистью по твоему телу

      Хёнджин пропал. Он не донимал Феликса своими сообщениями, они не пересекались на мероприятиях, он словно испарился из жизни младшего, чему Феликс явно был рад. Возможно, его разговор с Чонином привёл к возобновлению отношений, и для Хвана Феликс остался всего лишь мелкой мимолётной интрижкой. Но перед своим исчезновением Хёнджин оставил едкое чувство гнева прямо под кожей. Старший дал интервью, в котором он рассказал, что Феликс был якобы влюблён в него, но на своё признание получил отказ, поэтому решил выставить Хвана в невыгодном свете. В издательстве даже пару дней косо смотрели на него, но директор просто решил довериться своему подопечному, невзирая на провокации Хвана. Вышел сухим из воды, сукин сын. Феликс злился и проклинал всё на свете за то, что судьба свела его с таким феноменом, как Хван Хёнджин. В то же время младший не мог оторвать взгляда от Чонина каждый раз, когда они встречались в баре или ресторане после очередного рабочего дня. Он пытался разглядеть в парне хотя бы единый намёк на связь с Хваном, хотя бы что-то, что могло объяснить всё происходящее. Разглядывал шею в попытке найти малейшую, еле заметную алую метку Хвана, оценивал его внешний вид, чтобы после в голове выстраивать сценарии того, где бедный Ян Чонин был до того, как приехал на место их встречи. Присматривался к его волосам, чтобы увидеть «неправильно» выступающие пряди волос, что означало бы сборы младшего в порывах и, конечно же, указывало бы на причастность Хвана. Однажды он всё-таки нашёл зацепку. Пуговица на полупрозрачной рубашке Чонина была застегнута неправильно, на одну вперёд, она же и сносила Феликсу голову, а он, будучи писателем, уже в красках и деталях представил, как Хван берёт младшего где-нибудь в своей машине или квартире на своём огромном диване. Бесцеремонно впивается в губы, искусывая их, стягивает одежду и говорит грязные словечки в своём стиле. Ему было мерзко. Мерзко за то, что он лез в чужое личное пространство, и что в этом был замешан Хван. А когда Чонин говорил с ним, Ли сразу же покрывался румянцем и старался смотреть куда угодно, только не в глаза. Но эта чёртова пуговица… Всё в голове Ли сводило к тому, что Ян узнает, о чём мыслит Ли и, как думал Феликс, находясь в каком-то сговоре с Хёнджином, Чонин растреплет всё, чтобы тот победоносно упивался своими оправданными стараниями проникнуть настолько глубоко в голову. Да, Феликс, продолжай представлять, как Хван трахает всех, кроме тебя. Продолжай представлять себя на месте Чонина. Продолжай.       Не за горами был дизайнерский показ, что означало очередное испытание толпой незнакомых лиц, случайными касаниями и попытками закадрить Феликса самыми грязными и изощрёнными способами. Но утешало то, что на этот раз все его друзья будут рядом с ним, готовые поддержать в трудный момент, так ему будет спокойнее. «3Racha» — группа Чана, Джисона и Чанбина будет выступать в качестве музыкального сопровождения показа, а Минхо будет присутствовать в качестве спутника Хана. Да, так точно будет спокойнее.

***

      Господин Пак внимательно изучал рукопись Феликса, вчитываясь в каждое слово, над которыми Феликс пыхтел не покладая рук практически каждый день, чтобы отвлечься от своих грязных и противных раздумий. В этом были свои плюсы, ведь на нервах он смог, наконец, дописать свой роман и даже посчитал его достойным публикации. Самое важное оставалось только за главой издательства, чтобы он дал ему добро на печать хотя бы маленького отрывка в журнале, посвящённому литературе. Пак то удивлённо вскидывал, то хмурил брови, в какой-то момент Феликсу даже показалось, что он собирается заплакать, когда глава поднёс кулак к своим губам и скорчил невероятно грустную гримасу, покраснев. Не уж-то рукопись так тронула его? Ли резко изменился в лице, заметно повеселев. Стоя у стола директора издательства, он нетерпеливо перекатывался с пятки на носок подобно ребёнку, что ждёт, когда родитель похвалит его за старания на контрольной. Директор отложил рукопись и пару минут смотрел на свой стол. Внезапно он резко вскинул голову, и Феликс заметил одну единственную скупую мужскую слезу, прокатившуюся по щеке Пака. Глава взглянул прямо в глаза писателя и с широкой улыбкой заявил, стирая слезу: — Мистер Ли, я готов опубликовать вашу рукопись, — Феликс восторженно растянулся в улыбке во все зубы, чуть ли не подпрыгивая на месте от услышанного. — Но не в журнале. — А… где же тогда я могу опубликоваться? — он настороженно взглянул на главу. — Я хочу дать вам возможность выпустить свою первую полноценную книгу, — на секунду сердце замерло от такой радостной и шокирующей новости. Ли никак не ожидал, что сможет так поразить Пака, что тот сам предложит напечатать его книгу. — Отправьте файл с рукописью нашему редактору на проверку и для введения финальных правок. Так же я назначу вам встречу с графическим дизайнером, чтобы разработать обложку и оформление для страниц внутри книги. — Господин Пак! Вы невероятно добры ко мне! Огромное вам спасибо! — Ли, не переставая, кланялся директору и в порыве радости подлетел к нему, крепко пожимая руку. Пак лишь улыбался, и было явно заметно, что его радовал такой энтузиазм со стороны юного писательского дарования. — Я вас не подведу! Сделаю всё, что в моих силах, чтобы оправдать ваши ожидания! — Ступайте. Вам скоро поступит письмо от редактора, — Пак в последний раз улыбнулся Феликсу и вновь погрузился в работу. Ли в свою очередь поклонился и пулей рванул в свой кабинет, подхватывая довольный смешок директора.

***

      Письмо долго ждать не пришлось, оно поступило сразу же, как только запустился компьютер. Сохи сидела рядом и читала работу Феликса, восхищённо охая с каждым новым абзацем. Ли было очень приятно получить похвалу и поддержку от подруги. Он скинул файл с рукописью на нужный почтовый адрес и радостно откинулся на спинку кресла. Сохи подошла сзади, обнимая парня за плечи. — Феликс, ты потрясающий писатель! Эта работа заслуживает публикации, — она уткнулась подбородком и темечко Ли и слегка покачала его из стороны в сторону в кресле. Феликс накрыл её ладони своими и, подняв на неё взгляд, поблагодарил. В кабинет как всегда бесцеремонно и без стука ворвался Сынмин. — Ну, что он тебе сказал? — Я отправил работу редактору. Её напечатают как полноценную книгу. — О-о! Ну круто ведь! — Ким потрепал друга за волосы. — Значит тебе нужна будет помощь в создании обложки. — Я думал, что этим займётся издательство. — Ты что! Обложка — это отражение твоей книги, а книга — твоё. Тебе и следует продумать её, — парень вытащил из кармана флешку. — Вот, глянь пару фотографий. Это сборник моих лучших работ. Возможно, захочешь взять какие-то из них в качестве референса для книги.       Ли кивнул и взял флешку. Он решил не затягивать и сразу просмотреть варианты. В папке, что собрал Ким, было множество великолепных снимков, хотелось взять каждый из них, глаза разбегались, но в какой-то момент зацепились за одно фото. На нём была запечатлена тёмная фигура в комнате, напоминавшая номер дорогого отеля. Человек стоял перед зеркалом, протягивая руку к своему отражению. Тонкая изящная фигура мужчины на фото завораживала. Чёрные, точно сама ночь, волосы чуть ниже плеч были заплетены в хвост, и пара прядей спадала на лицо, скрывая его. — О, это Хёнджин.       Конечно это, блять, Хёнджин. Лезет изо всех щелей даже там, где ему быть вообще не следует. Но даже осознание того, что на фото настолько отталкивающий Феликса человек, не испортило впечатление от снимка. Сынмин умел передавать эмоции и атмосферу момента в своих снимках. Настоящий талант не пропьёшь, а пили они в последнее время довольно часто. — Пускай. Мне нравится фото. Я бы хотел использовать его, как референс, — Феликс скинул фотографию на свой компьютер и отправил его в печать. — Может, попросим Хёнджина стать моделью для обложки? — Сохи будто насмехалась в этот момент над Ли, но её смех разбавлял атмосферу, отталкиваясь всякую злобу Феликса при упоминании неприятеля. — Нет. Образ Хвана не подходит под роль главного героя моей книги, как минимум, так что, как-нибудь без него обойдёмся, — Ли прикрыл глаза, выдавливая даже ласковую улыбку в сторону девушки. Сохи фанатела по Хвану, так что злиться на неё не было смысла, и Феликс понимал это. — Сынмин, когда сможем устроить фотосессию? — Смотря какой у тебя дедлайн для сдачи обложки. — Две недели точно есть. — Хорошо, тогда я найду подходящую локацию и сообщу, когда всё будет готово.       С этими словами Ким вышел из кабинета, махнув рукой в знак прощания.

***

      Из комнаты «143» доносилась громкая музыка и мужское пение. Чанбин стоял у плиты и готовил токпокки. Запах острого соуса и плавленного сыра заполнял всё помещение, заставляя жителей собраться на кухне в ожидании трапезы. Минхо и Хан сидели в обнимку на большом диване и подпевали песне, которую сам Джисон и написал. Минхо не мог отвести взгляда от младшего, периодически лез с поцелуями в шею и заправлял его волосы за уши, чтобы они не загораживали лицо любовника. Минхо восхищался пением Хана и всегда с удовольствием и нескрываемым восхищением слушал его. Чан сервировал стол и расставлял ранее приготовленные Чанбином закуски и алкоголь. — Как думаете, Феликсу понравится банкет, что мы устроили? — слегка напряжённо спросил Чан. В последнее время он очень переживал за друга, поэтому ему хотелось хоть как-то показать, что им не безразличны его достижения в карьере. — Ещё спрашиваешь! Ему всегда нравилась моя стряпня, — Чанбин гордо задрал подбородок, крутя кухонными щипцами в воздухе. — Тем более я наготовил столько видов курицы, что он должен тут же растаять и выйти из своей писательской депрессии!       Если ещё причиной вечного недовольства Феликса было бы писательство, то он бы и сам был бы рад этому. Многого ты не знаешь, Чанбин. Время уже подходило к семи вечера, и Феликс уже вот-вот должен был вернуться с работы. Все с нетерпением ждали прихода друга, чтобы отпраздновать его писательский прорыв. На телефон Минхо пришло сообщение. — Ребята он будет через десять минут.       Джисон подскочил с дивана, вспомнив про что-то, убегая в свою комнату. Через пару минут он вернулся с длинной хлопушкой и довольной миной. — Феликсу точно понравится, — парень принял позу для активации хлопушки и замер, как статуя, выжидая своего друга. Спустя пару минут дверь открылась, и вошёл Феликс. В ту же секунду по комнате рассыпались сотни маленьких конфетти. Феликс замер на пороге, втягивая свою ветровку. — Ребята! Что тут происходит? — он оглядел комнату. Накрытый праздничный стол, радостные лица друзей и любимые закуски, приготовленные Чанбином. — Вы это для меня сделали? — А для кого ещё? — Минхо подошёл к нему и потрепал по волосам. — Поздравляю, Феликс! Скоро станешь полноценным писателем!       Удивлению и радости не было предела. Феликс поблагодарил друзей за их старания и отправился вместе с ними за стол. Вечер был идеальным. Вокруг близкие люди, музыка и любимые закуски. Этого ему давно не хватало. Они веселились и болтали обо всём на свете. Все его проблемы словно бесследно растворялись, наконец давая Ли выдохнуть и расслабиться. В такие моменты он был по-настоящему счастлив.       После пяти выпитых бутылок соджу Минхо и Джисон отправились в свою комнату для «выяснения» поставленного Чанбином вопроса, кто же из них более раскрепощён под алкоголем. А как только послышались первые стоны и вздохи, Со огласил свой вердикт, что это явно Джисон. На часах было уже около двух часов ночи, поэтому Чан начал собираться домой. — Ты можешь остаться. Уже поздно… — сказал Феликс, неловко мявшись на стуле. Чан с улыбкой посмотрел на друга и снова сел рядом с ним. — Если ты просишь.       Все начали разбредаться по своим комнатам. Феликс взял старшего за руку и повёл за собой. Алкоголь вскружил голову, и всё вокруг начинало нехило так раскачиваться, а ноги подкашиваться. Чан расстелил постель, после чего Ли тут же плюхнулся на неё, жестом подзывая к себе друга. Они лежали друг напротив друга, болтая обо всём на свете. С Чаном было комфортно и безопасно. С ним Феликс мог быть самим собой. В моменте повисло молчание, и оба смотрели друг на друга, не отрывая глаз. Феликс не задумывался, был ли алкоголь мотивацией того, что он решил взять друга за руку, переплетая их пальцы и притягивая его к себе, или ему действительно хотелось так сделать. Возможно, даже будь он сейчас трезвым, то всё равно попросил бы старшего остаться с ним, чтобы откровенничать всю ночь и уснуть в обнимку. Чан взглянул в глаза Ли, поднося их руки к своим губам и оставляя невесомый поцелуй на маленьких пальцах. Феликс ощутил, как уши загорели от румянца. Хватило минуты этого тёплого взгляда, чтобы Ли потянулся к нему за поцелуем. Он мягко, будто с опаской, накрыл губы Чана своими, ожидая ответной реакции. Старший лишь сильнее прижал его к себе, отвечая на поцелуй, но не углубляя его. Этот поцелуй отличался от поцелуя с Хёнджином. Он не был грубым и диким, а нежным и осторожным, словно Чан боялся спугнуть, хоть и не был зачинщиком данной ситуации. Влюблённость в Чана давно давала о себе знать, и Феликс не пытался скрыть её. Бан излучал ауру спокойствия и комфорта, так что Феликсу не казалось это чем-то запретным и неправильным. Он знал, что даже если получит отказ — ничего не изменится. Ведь это Чан, и он поймёт и поможет справиться с неловкостью и прочими прелестями отвергнутых чувств и, уж тем более, не отвернётся от него. Феликс обвил шею старшего руками, разрывая поцелуй, зарывшись в пространство между его головой и подушкой лицом. Всё это было как будто не с ним. Слишком спокойно и хорошо. Он не привык к этому. С губ невольно сорвался смешок. — Что смешного? — Чан немного отодвинулся и накрыл лицо младшего ладонью, рассматривая его. Феликс улыбнулся, продолжая тихо заливаться смехом, сам не понимая от чего. — Ничего. Всё в порядке.

***

      Показ проходил внутри огромного здания, где обычно проводились крупные концерты на большую аудиторию. Потолок был огромным стеклянным куполом, сквозь который открывался вид на ночную грозу и ливень, но показу это не помешало. Несмотря на погодные условия, помещение было переполнено людьми из разных медийных сфер. Роскошные наряды, изысканный алкоголь и светские разговоры, одним словом — шик. Феликс выделялся на фоне остальных. Господин Пак в знак благодарности за труды Феликса вручил ему в подарок шелковую укороченную рубашку с открытыми ключицами и рукавами «фонарями», чему Феликс был безумно рад и благодарен. Но это также навело его на мысль, что пользоваться рабочим компьютером в личных целях он больше не будет, так как именно на эту рубашку он пускал слюни последние дни, находясь в своем кабинете на обеденных перерывах. С личными границами у Пака точно были небольшие проблемы, к счастью, он не переходил за грань, объясняясь тем, что это обычная практика среди интересующих его сотрудников, на которых он возлагал большие надежды. Странно, но имело место быть. Длинные пряди закреплённых на затылке тресс он украсил небольшими бусинами и кольцами, вплетённые в тонкие косички. На «шик» мероприятия не совсем походило, но внимание он к себе точно смог привлечь. Мужчина в строгом костюме, начищенных до ослепляющего блеска туфлях сразу подошёл к нему, чтобы познакомиться, а Феликс, недолго думая, решил не отвлекаться от работы и взял у него короткое интервью-мнение о событии, ради которого они все собрались. Оказалось, что мужчина владеет огромной кинематографической компанией, название которой разглашать не стал. Феликсу показалось это странным, но мужчина заверил его, что хватит и имени, чтобы его узнали в будущей статье. Чон Джин Су показался ему очень галантным и аристократичным человеком, его манеры и речь точно имели корни какой-нибудь знати. Вот-вот должен был начаться показ, и Феликс, собравшись со своими друзьями, отправился занимать своё место. Минхо было достаточно некомфортно, это было видно по его нахмуренным бровям и зажатым плечам, но держался он молодцом. Не каждый день попадаешь в такое место, особенно если ты студент. На сцене объявили о музыкальном сопровождении вечера, и парни старались хлопать громче всех, когда представили «3Racha». Ли никогда не видел ребят такими взволнованными и нарядными. Один Чанбин производил столько фурора, что даже дамы, явно гораздо старше него, шушукались о том, какое у него шикарное телосложение и как он располагает к себе своим приятным и мужественным лицом. Иногда до ушей Феликса доходили и похабные «мысли вслух» от женщин, сидящих перед ним, моментально заставляя того краснеть. Свет погас, и музыка залила помещение, отталкиваясь от стен, а как только начали звучать басы, на сцену одна за одной выходили модели. Феликса настолько завораживали наряды и сами девушки, что он не мог смотреть на всё происходящее не открывая всё время рот со вздохами «Вау». Длинные сияющие платья в пол с тянущимися за ними шлейфами, элегантные жакеты с причудливыми узорами и логотипами модного дома, чего только стоили мужские образы, полностью размывающие границы между гендерным разделением одежды. На сцене появился парень в брюках, но к ним с одной стороны была пришита многослойная короткая пышная юбка из сатиновой ткани. Выглядело невероятно эффектно, Феликс сразу заприметил модель для дальнейшего интервью. Прожекторы сменяли свои цвета с красного на золотой, идеально дополняя показ, а музыка парней была точно к месту. Энергичная, заводная, но при этом не перетягивала всё внимание смотрящих. Ребята отлично «вписались» в тематику вечера.       После показа как всегда начался банкет, на котором он вместе с Сохи отправился настраивать оборудование для видео-интервью. Глазами Ли нашёл того самого парня-модель и сразу же ринулся перехватывать его для съёмок. Сынмин мастерски запечатлевал каждого, кто рассказывал о своих впечатлениях и эмоциях на камеру, не пропуская никого. К ним подошёл Бан Чан, и фотограф предложил сфотографировать его и Феликса вместе, на что получил воодушевлённое согласие обоих. Снимок вышел отличным. Оба элегантно одеты и смотрелись потрясно. Закончив со съёмками, Феликс и Чан отправились за свой стол, чтобы насладиться вечером с остальными. — Эй, Феликс! — Чонин махнул им рукой, подзывая за стол. Он пришёл один, но Феликс всё равно глазами пытался найти его спутника, ведь он был уверен, что им является Хван. Но, на удивление, Ян пришёл сюда один по приглашению Сынмина, не сказав ни слова про Хёнджина. И это было хорошо. Ему не хотелось забивать голову этим придурком и прятаться от пристального взгляда, ведь сегодня был идеальный вечер. Хван испортил бы всё, ментально обрушившись на Феликса тяжёлым грузом, который пришлось бы тащить в одиночку, а ему этого совершенно не хотелось. За время, проведённое с Чаном, у них наконец-то начало что-то наклёвываться, это не могло не радовать. Но официального заявления об отношениях у них не было, впрочем, они и не торопились с этим. Оба были слишком заняты, чтобы ко всему ещё и заводить отношения, так что данный расклад устраивал обоих. — Феликс, можно вас на секунду отвлечь? — Джин Су подошёл со спины, нагибаясь к Феликсу корпусом. Ли удивлённо повернулся лицом к собеседнику и положительно кивнул, вставая с места. Они отошли от столика в более безлюдное место. — Честно говоря, Феликс, вы поразили меня сегодня, — Чон приложил свою руку к грудной клетке, слегка кланяясь младшему, на что Феликс, тут же заливаясь краской, повторяет за мужчиной. — Ваша энергетика вперемешку с красотой, вы выделяетесь на фоне остальных. Я наблюдал за вами во время вашей работы. Никогда не видел таких целеустремлённых молодых людей, как вы. Сколько вам? — Мне двадцать три, господин Чон. Мне приятна ваша похвала, — Феликс снова поклонился. Было приятно слышать столько лестных слов в свою сторону от такого человека. Единственное, что настораживало Ли, это возможная попытка таким образом «закадрить» его. С первого взгляда и не скажешь, что Джин Су мог бы так поступить, но Феликс всё равно оставался начеку. — Я слышал, вы собираетесь выпускать свою собственную книгу в издательстве «JYP». Не часто Пак позволяет таким молодым писателям публиковаться у него. — О, да. Это мой личный небольшой роман на пару сотен страниц, ничего особенного… — Феликс опустил голову, слегка краснея. От нервов он невольно начал теребить кольца на своих пальцах. — Ничего особенного? Не стоит так принижать себя, Феликс. Это ведь ваш труд, а если Пак решил вас опубликовать — он стоит того. Будьте более снисходительны к себе, мой вам совет, — мужчина похлопал Феликса по плечу и улыбнулся. — На самом деле, вы правы в какой-то степени. Но я очень часто сравниваю себя с теми, кто ранее публиковался от лица «JYP» и, думаю, пока не совсем дотягиваю до их уровня, мне есть к чему стремиться. — Развитие — это всегда хорошо. Самокритичность тоже имеет место быть. Но о своей уникальности тоже не стоит забывать. Вам дали шанс один на пару сотен тысяч, а это говорит о многом, — вдруг телефон мужчины зазвонил, и тот резко изменился в лице. — Прошу меня простить, важный звонок. Надеюсь, мы с вами ещё увидимся, — мужчина пожал руку Ли и ушёл в неизвестном направлении. Феликса не покидало чувство будто что-то в нём было не так, но что конкретно он не мог понять. К нему подбежала Сохи, подхватывая его под руку. — Феликс, это был Чон Джин Су? — она удивлённо вытаращилась вслед мужчине. — Да. Ты знаешь кто он? — Конечно! Он ведь великий продюсер! Хотела бы я сняться в его фильме! — она надула губы, мечтательно вглядываясь куда-то вдаль.       Время шло, все пили и веселились. Развлекательная программа после показа была захватывающей. На сцену вышли девушки в ярких костюмах в стиле «Рио-де-Жанейро» с невероятными акробатическими и танцевальными номерами. Выступали две популярные группы, у которых Феликс также отважился взять небольшие интервью лично для себя. Всё шло как по маслу. Его даже не смущало присутствие того самого мужика, что прижимал настойчиво его к стене в прошлый раз, ведь тот, как только встретился с Феликсом взглядами, с ужасом поспешил скрыться от него. Хоть что-то хорошее Хван для него сделал — отпугнул мерзавца далеко и надолго. Мероприятие подходило к концу, и все начинали расходиться. Чан предложил Феликсу остаться сегодня у него, на что младший охотно согласился. Вызвав такси, они распрощались с друзьями и направились к выходу. Ливень закончился, и на улицах Сеула царила приятная прохлада вперемешку с запахом дождя. Чан галантно открыл для Феликса дверь, позволяя ему первым сесть в автомобиль. Закрыв дверь, он поспешил сесть с другой стороны. В этот момент за ними наблюдал Чонин, незаметно фотографируя парочку и улыбаясь во все тридцать два зуба. Он открыл приложение мессенджера и отправил фото с подписью «Он отлично провёл время)», продолжая хитро улыбаться и щуриться. Через пару минут он заметил Сохи, стоявшую на балконе, бурно беседовавшую о чём-то с тем самым мужчиной, который подходил к Феликсу. Не придав этому особого значения, Чонин вернулся в здание, взглядом выискивая Сынмина. Парень находился в другом конце зала и складывал свою аппаратуру, найдя его, Чонин направился к другу. — Чёрт, софтбокс заело. Помоги мне, — жестом подозвав младшего к себе, Сынмин протянул один конец оборудования Яну, аккуратно поставив световую коробку на пол. — Держи крепко, а то раздавим, — одним резким движением он открыл заевший клапан и перехватил основание софтбокса из рук младшего, ловко складывая его. — Это всё. Ты сделал, что хотел? — М-да, — Чонин снова хитро улыбнулся. — Можем отправляться домой. — Отлично.

***

      Несмотря на то, что Феликс давно знал Чана, дома у него он был всего пару раз. Его всегда удивляло то, как была была обставлена его квартира. Вещи всегда стояли на своих местах, словно Чан каждое утро подгонял их под линейку, чтобы всё было идеально. Так сразу и не скажешь, но старший был перфекционистом и старался всегда складывать всё на свои места, каждый раз в одну и ту же точку и не дай бог что-то сдвинется на сантиметр влево или вправо. Как только они вошли в квартиру, Чан сразу же заботливо набрал ванну для гостя и выдал ему сменную одежду. Феликс буквально таял от этой заботы и чуткости со стороны старшего. Погрузившись в ванну, он издал уставший вздох и, расслабив всё тело, погрузился с головой под воду, прокручивая весь вечер. Он был доволен собой и своей работой. Слова Чона не хило так взбодрили его и заставили задуматься. А ведь действительно, если директор компании сам дал ему возможность напечатать его книгу, так ещё и в нехилом таком тираже, то это точно значило, что он видел в нём талант или нечто большее. Он решил, что с этого момента будет стараться мягче относиться к своим достижениям. Ведь он смог устроиться в компанию, о которой так долго грезил, его статьи всегда расхваливают, а теперь ещё и книгу напечатают. Его мечты буквально сбывались прямо сейчас, и всё благодаря его усилиям и трудам. Он будет стараться и дальше. Закончив с ванной, он переоделся в домашнюю одежду Чана. Вещи были ему велики размера так на три. Это не удивительно, ведь по сравнению с накаченным телосложением старшего Феликс был дистрофиком, и все свисало на нём, будто он надевал одежду из магазина для полных людей. Выйдя из ванной комнаты, он направился в спальню. На кровати уже дремал Чан, заботливо оставив место для Феликса. Он пару минут с улыбкой смотрел на возлюбленного и после рухнул рядом, с головой накрываясь одеялом и укладываясь на плечо старшего. Спокойствие и тишина. Наконец-то.