Выбор

За последние дни общение Исо и Фадиме незаметно перешло на новый уровень, хотя все равно было по своему странным. Например, они могли спокойно обмениваться рандомными фактами по переписке в течении дня, и он заставлял ее улыбаться своими шутками, а она держала его в тонусе своими колкостями. НО На работе они вели себя так, как будто никогда не общались. Не здоровались, лишний раз не разговаривали и намеренно избегали встреч глазами. Возможно, оба просто боялись увидеть во взгляде напротив нечто такое, после чего их общение окончательно перестанет укладываться в рамки «дружеской». Впрочем, в глубине души никто из них и так не называл это дружбой. Разве могут враги стать друзьями? Или всё-таки могут? Исо привык вздрагивать от каждого уведомления и практически не выпускал телефон из рук. Он прекрасно понимал, что этот будоражащий трепет в груди возникает неспроста. В его мыслях то и дело проскальзывало запретное слово «влюблённость», но здравый смысл напоминал ему, какой конец будет у этой истории. Это осознание словно кирпичом придавливало трепещущих в животе бабочек. И всё же он продолжал писать ей снова и снова, глупо улыбаясь экрану. Кажется, он согласен даже разбить свое сердце в итоге, лишь бы продлить это чувство полета рядом с ней. Ведь такого, он может больше ни с кем не испытать. Сегодня к нему должен прилететь Оруч. С самого утра Исо наводил порядок в квартире, ловя себя на том, что соскучился по брату. Это радовало. Несмотря на то, что общаться они начали чуть больше месяца назад, но Оруч стал уже неотъемлемой частью жизни. Его шутки и смешные рилсы, частенько поднимали настроение и помогали справиться с навязчивыми мыслями. Он тут же вспоминает про второго брата, и кровь в венах мгновенно остыла. От Фатиха больше не было никаких вестей, но ему все еще было неспокойно на душе, и что-то там продолжало болезненно царапать. Как будто вот-вот и нагрянет буря.

***

Фадиме в последние дни не узнавала саму себя. Её стабильная внутренняя война продолжалась, но с каждым новым боем она сдавалась всё легче и быстрее. Это пугало и сбивало с толку. Каждую ночь, укрывшись с головой одеялом, муки совести осуждающе поедали ее. Но она всё равно продолжала отвечать ему. Отвечала. Ждала его сообщений. Улыбалась экрану. Писала первой. Она продолжала искать хоть какой-то повод зацепиться, разозлиться, возненавидеть его или хотя бы прекратить это общение. Но не находила. Точнее, находила лишь новые причины для улыбки и, как ни странно, для восхищения. Да, представьте себе, Фадиме Кочари искренне восхищалась Исо Фуртуна. Вот так она пыталась всеми силами сбежать от него, но по факту бежала ему навстречу. Если вы думаете, что это было легко, то нет. Её швыряло из одной крайности в другую, мысли добивали, но стоило ей запретить себе думать о его фамилии во время их переписки, как на душе становилось легко и до приятного волнительно. Ей безумно нравилось с замиранием сердца ждать ответа и тихо смеяться посреди ночи над его шутками. Пару раз она даже разбудила Элени, которая осталась погостить на всю неделю. Но за это нужно сказать ей спасибо, ведь болтовня с племянницей помогала разгрузить голову и меньше заниматься рефлексией. Правда, Элени тоже заметила перемены в Фадиме и даже попыталась вычислить виновника её частых улыбок, но девушке удалось отвести от себя подозрения. Фадиме знала, что она сохранит секрет, ведь у неё самой в шкафу есть такой скилетик по имени Оруч, но признаться вслух всё равно не решилась. Как будто это что-то изменит, и станет реальным. Ну или она не знала, как идентифицировать некое «это», что постепенно возникало между ними. Сейчас они как раз собирались на вечернюю прогулку. Элени очень хотелось увидеть ночные улицы Стамбула, и она просила об этом целую неделю. А сейчас стоит уже целую вечность перед зеркалом, и Фадиме, которая надела первые попавшиеся вещи потеет и немного злится. — Здесь безумно красиво! Знаешь, я бы тоже очень хотела переехать в Стамбул, — восторженно произнесла Элени, фотографируя на телефон очередное аутентичное здание с резными балкончиками. Фадиме усмехнулась. Ей и самой хотелось бы, чтобы племянница жила поблизости, но она слишком хорошо знала своего брата. Дело даже не в строгости Адиля, а в том, что они потеряли почти двадцать лет общения со своей дочкой. Теперь он точно не отпустит её от себя ни на шаг. Но самым непривычным для Фадиме было то, что, вспоминая обо всей этой семейной драме, она впервые не почувствовала желания обвинить во всём Исо. — Ты же понимаешь, что родители тебя так просто не отпустят? К тому же скоро у тебя родится братик, — с улыбкой напомнила Фадиме, ненадолго останавливаясь, чтобы сфотографировать племянницу на фоне вечерних огней. — Ну, значит, я буду просто очень часто приезжать к тебе в гости! — хихикнула Элени. Фадиме кивнула. Она была только за, ведь в скором времени есть надежда переехать в отдельное жилье. Мысль о том, что своим присутствием она стесняет Ильве, всё ещё приносила ей лёгкий дискомфорт. Они продолжили гулять, болтать и фотографироваться, пока Элени вдруг не начала активно махать кому-то рукой. Фадиме удивилась, что она могла встретить кого-то из знакомых в Стамбуле, но проследив за её взглядом, направленным в сторону шумной толпы у входа в парк аттракционов не поверила своим глазам. Исо и Оруч Фуртуна. — Какая неожиданная встреча! Пойдём скорее поздороваемся, — воодушевлённо предложила Элени, потянув Фадиме за руку, но та упрямо оставалась на месте. — Элени, это плохая идея. Давай сделаем вид, что мы их не заметили, и пойдём дальше. — Но я уже помахала Оручу! Это тупо. — Тогда сделаем вид, что мы очень спешим, — в панике продолжала накидывать нелепые ответы Фадиме, чувствуя, как ее спокойствие медленно растворяется. Потому что братья уже заметили их и теперь направлялись прямо к ним. С каждым приближающимся шагом Исо пульс Фадиме подскакивал всё выше. Она была совершенно не готова к такой личной и неформальной встрече лицом к лицу, пусть даже в компании близких. Одно дело переписываться в полумраке своей комнаты, прячась за экраном телефона, и совсем другое стоять вот так вот рядом с ним. Но он уже так близко, что его запах привычно спровоцировал реакцию ее кожи даже под двумя слоями одежды. Фадиме тут же захотелось почесать руки, которые покрылись колючими мурашками, но это будет выглядеть слишком странно. — Какая неожиданная встреча! — С сияющей улыбкой сказал Оруч, подмигивая Элени. В этот момент Исо понял, что стал сегодня пешкой в игре старшего брата. Оруч весь день жужжал ему про этот парк аттракционов, и надо же, какое «невероятное совпадение», что они встретили здесь именно его девушку. Исо мысленно пообещал себе устроить брату разговор позже, а пока перевёл взгляд на Фадиме. Она казалась растерянный и выводила носком кеда на асфальте какой-то невидимый рисунок, параллельно теребя край джинсовки. Кажется она почувствовала его взгляд, потому что нога замерла, он решил, что самое время перестать пялиться и усложнять ситуацию. Ведь она как и он сегодня оказалась обманутой. Тем временем хитрые глазки Элени, которые светились от счастья, лишь подтверждали его теорию. — Мы ведь так и не познакомились нормально. Я – Исо, — он вежливо протянул ей руку. Девушка оказалась очень милой и улыбчивой, чертами лица напоминая своего отца, Адиля. — Рада знакомству. Я о тебе много слышала, — ответила Элени, пожимая его ладонь и скромно заправляя прядь волос за ухо. — Надеюсь, только хорошее? — Исо снова посмотрел на Фадиме. Она заметно нервничала, и все еще смотрела себе под ноги, словно не слышала ничего вокруг. Была доля вероятности, что Фадиме могла говорить о нем с Элени. — Да, Оруч много рассказывал. От этих слов, Исо все-таки почувствовал разочарование, но он не подал вида. Хотя если бы о нем говорила Фадиме, то скорее всего Элени не услышала бы ничего хорошего, а возможно и вовсе сбежала бы при виде него. — Пойдёмте на аттракционы! Вы вообще любите это дело? — предложила Элени. В ответ повисла тишина. Фадиме даже подняла глаза и позволила себе переглянуться с обоими братьями Фуртуна. Все трое пожали плечами и посмотрели на Элени. В их детстве были другие развлечения, но об этом ей лучше не знать. — Ну... нас с Фатихом мама возила в парк всего один раз, когда мы были совсем маленькими, — нарушил молчание Оруч. Он приобнял брата за плечо и добавил: — А Исо тогда остался дома с отцом. Он у нас всегда был папиным сыном. Фадиме от этих слов как будто кто-то ударил под ребра. Она взглянула на Исо. Он стоял, не выражая никаких эмоций, упрямо глядя куда-то сквозь толпу, но она заметила, как нервно дёрнулся его кадык несколько раз. Внутри неё снова заныло. Ее опять накрыло противное чувство вины перед ним, которого быть вовсе не должно. Не должно, но все ее внутренности почему-то переворачиваются, и сколько бы она не пыталась выровнять дыхание, оно все равно было прерывистым и частым. — Мы тогда побежали вперёд, догоняйте! — крикнул Оруч, и они с Элени, взявшись за руки, мгновенно потерялись в толпе. Фадиме проводила их взглядом. Удивительно, но в этот раз она не почувствовала раздражения от этой картины. Ведь она сама стоит рядом с Фуртуна и сопереживает ему так сильно, что захотелось его обнять. Но она конечно же этого не сделает. И пока он молча курит, даже не глядя в ее сторону, она сдирает засохшую корочку на губе, покусывая их от волнения. — О чём ты думаешь? — тихо спросила она, первой нарушая тишину, не в силах наблюдать, как нервно он выпускает дым. — Об Элени, — ответил Исо. — Точнее... о том, как мне жаль её, — делает новую глубокую затяжку прикрывая глаза. — И Эсме. Мне не даёт покоя мысль, что Эсме всю жизнь заботилась обо мне, чужом мальчишке, пока её собственная дочь росла вдали от неё. Это глупое чувство вины перед этой девочкой…Как будто я незаслуженно отобрал у неё материнскую любовь, на которую не имел никакого права. Он говорил это почти шепотом, будто рассуждал сам с собой. Исо даже не ждал от нее ответа, лишь затянувшись последний раз выбросил окурок в ближайшую урну и пошел вперед. — Ты не виноват в этом, — догнала его Фадиме, предварительно обдумав свой ответ. Их взгляды встретились. Исо медленно сглотнул вязкую от нервов слюну и удивлённо вскинул брови. — Ты права, головой я это понимаю, — кивнул он. — Но на душе всё равно паршиво. С другой стороны, если бы в моём детстве не было Эсме, я даже представить не могу, кем бы вырос. Возможно, ещё одним Фуртуна, у которого в голове только слепая жажда мести. Он вспомнил Фатиха и мгновенно замолчал. Несколько минут они просто шли бок о бок по центральной аллее парка, прячась в шуме чужих голосов. — Знаешь... — Фадиме замялась, подбирая слова. — Я немного ревную Эсме к тебе. К вашей связи. Для неё ты действительно как сын. Но я правда считаю, что тебе не стоит нести этот груз на себе. Ты ни в чём не виноват перед Элени. И уж тем более перед Эсме. Ты был ребенком. Фадиме остановилась, в ее голове крутились еще слова, но сказать это оказалось не просто. Сцепив руки в замок до побелевших костяшек, она вдруг переступает через свою гордость, чувствуя, как она ломается где-то внутри, но глаза все еще не поднимает. — Зато ты стал вроде как не плохим человеком, — ей было так трудно произнести эти слова, что даже в горле что-то зацарапало. Прокашлявшись она добавила. — Ну, по крайней мере так кажется. Исо от удивления потерял дар речи. Слышать такие слова от самой Фадиме Кочари было очень непривычно, почти нереально. Ему на секунду захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. — Кто ты и что ты сделала с Фадиме Кочари? — Исо сделал шаг к ней внимательно всматриваясь в ее растерянные лицо. — Не думал, что когда-нибудь скажу это тебе... но спасибо. За поддержку. Я благодарю ее за поддержку! За поддержку!!! Ее точно подменили, или я уже схожу с ума. Она не нашла что ответить, лишь смущённо отвела взгляд, развернулась и пошла вперёд ускоряя шаг. Исо быстро нагнал её. — И всё-таки, докажи мне, что ты – настоящая Фадиме. Девушка резко замерла на месте. Исо, шедший слишком близко, не успел среагировать, и она макушкой врезалась прямо в его подбородок. — Ой... — потёрла ушибленный затылок и, взглянув на него снизу вверх, сердито сощурилась. — Ну, я бы прямо сейчас достала пистолет, и даже направила его на тебя, возможно подстрелила бы, но пообещала своему начальнику не носить его. Как-то так. — Фадиме развела руками и уголки ее губ слегка дрогнули в улыбке, ведь он почему-то смотрит на нее так серьезно сейчас, явно переваривая услышанное. — Это шутка, если ты не понял, расслабься, — она слегка толкнула его локтем, сама удивляясь своим действиям. — А ты поняла, что нас сегодня с тобой развели? — спросил Исо, решив сменить тему. — Поняла, — хмыкнула Фадиме. — И эта мелкая у меня ещё получит за свои выходки. — О, вот теперь я узнаю прежнюю Фадиме. Ему вдруг захотелось добавить «мою Фадиме», но он вовремя прикусил язык до крови. Она не его. И ему даже думать об этом не следовало. Но что делать с этой глупой привязанностью, которая с каждым днём становилась сильнее вопреки всему? Как заставить бабочек в животе успокоиться и перестать щекотать всё внутри при одном только взгляде на неё? Он чувствует солоноватый привкус крови и сглатывает. Не проходит. Повторяет предыдущее действие снова и снова. Самое время сейчас собраться и провести приятный вечер вместе, не давая этим мыслям все испортить. — Ну что, пойдём, случайная напарница? Давай попробуем просто развлечься, — предложил он, заметив её скептический взгляд. — Мне всё это не очень нравится, — честно призналась она. — Но ты ведь даже не пробовала. Давай хотя бы раз узнаем вместе, каково это. От этого простого слова «вместе» Фадиме словно облили кипятком. Ей бы развернуться и сбежать домой ради собственного спокойствия и стабильной, безопасной жизни, но ноги почему-то упрямо шли за ним. Она знала, что будет жалеть об этом, но была не в силах приказать себе остановиться. Возможно дело в том, что она в школе плохо учила физику, и есть какая-то особая сила притяжения. А Фадиме стала лишь ее жертвой по незнанию. — Предлагаю начать с классики, пошли на колесо обозрения, — Исо указал рукой в сторону возвышающегося над парком светящегося круга. Фадиме подняла глаза, и у неё тут же закружилась голова. В висках застучало. Высота всегда была ее фобией. Ей бы отказаться, но и так пострадавшая гордость не позволяла признать перед ним свой страх. В голове звенели слова брата о том, что врагам нельзя показывать свои уязвимые места. Пусть Исо уже давно не казался ей врагом, и пару минут назад она его даже жалела, но довериться до конца она всё ещё не могла. Пока они стояли в очереди, Фадиме судорожно пыталась убедить себя, что всё безопасно, изучая конструкцию качели. Но самовнушение работало плохо. Лицо девушки заметно побледнело. Исо не мог этого не заметить. — Ты что, высоты боишься? — обеспокоенно спросил он. Она упрямо мотнула головой, отказываясь признаваться, и решительно шагнула в кабинку. Логики в её поступках не было никакой. Едва она ступила на металлический пол, как тот слегка качнулся. Фадиме затаила дыхание и поспешно опустилась на скамейку, вцепившись пальцами в край сиденья. Исо тут же сел рядом, и её накрыло новой, ещё более мощной волной эмоций, похожей на разряды тока. Адреналин, страх, безумное волнение и те самые «паучки», которые теперь не просто бегали под кожей, а устроили там настоящий хаос. Все смешалось. Кабинка медленно тронулась, набирая высоту. От того, насколько близко сидел Исо, от его тёплого дыхания с лёгким привкусом мяты и табака у Фадиме кажется заканчивался кислород. Колени начали дрожать. Чтобы скрыть это, она опустила на них ладони, изо всех сил прижимая ткань джинсов. Исо что-то говорил, но она не слышала слов, в ушах звенело, а сердце колотилось где-то в районе горла. Самым страшным было случайно посмотреть вниз. Хотелось закрыть лицо руками, и просидеть так до самого конца, но тогда он точно все поймет. Фадиме тихонько, судорожно вдыхала воздух, пока вдруг не почувствовала, как её ледяные пальцы накрыла его тёплая ладонь. Он мягко, но уверенно переплёл свои пальцы с её. Мгновение и ее маленькая ладошка просто утонули в его большой и сильной руке. — Почему ты сразу не сказала, что боишься высоты? — негромко спросил Исо. Он несколько минут колебался, глядя на её мучения, и в конце концов не нашёл другого способа помочь, кроме как взять её за руку. — Смотри на меня. Фадиме, посмотри мне в глаза. Так не будет страшно. Сконцентрируйся только на мне. Она колебалась ещё секунду, а затем медленно подняла на него свои испуганные, потемневшие от паники глаза. Они сидели так близко, что у Исо тоже сбилось дыхание. Он впервые смог разглядеть россыпь крошечных веснушек на её переносице, которые раньше не замечал. Ветер забавно трепал её волосы, и ему пришлось прикусить изнутри щеку, чтобы не улыбаться, ведь сейчас это было бы совсем не к месту. — Я не боюсь... Всё в порядке, — прошептала она дрожащими губами, всё ещё не решаясь отвести взгляд от его глаз. Нужно сказать им спасибо, их глубина, словно утягивала ее, немного ослабляя страх. — Ну да, незаметно, — тихо усмехнулся он. — Ты так «не боишься», что сейчас просто сломаешь мне пальцы. Клянусь, завтра у меня на руке будут синяки от твоих ногтей. Он попытался разрядить обстановку шуткой, но Фадиме, словно опомнившись, попыталась выдернуть свою руку. Исо не позволил. Он крепко удержал её ладонь, накрыв своей второй рукой и бережно, успокаивающе поглаживал пальцами её запястье, слегка цепляя выступавшие вены. Он монотонно выводил там звездочки, луну и что-то похожее на знак бесконечность. — Не бойся. Я с тобой. — Звучит так, будто теперь мне нужно бояться ещё сильнее, — шепотом ответила она, и неуверенная улыбка наконец появилась на ее лице. Фадиме испытывала стыд от того, какой слабой и уязвимой сейчас выглядит в его глазах и возможно даже жалкой. Но знала бы она, что на самом деле именно сейчас его холодное сердце окончательно расплавляется, под прицелом ее глаз. Исо медленно поднял свободную руку и впервые, почти невесомо коснулся её лица, заправляя непослушную прядь волос за ухо. Он позволил своим пальцам задержаться на несколько секунд и нежно провел ими по ее мягкой щеке, а затем одернулся. Ему нужно остановиться и держать свои эмоции под контролем. — Раз уж решилась на эту авантюру, я очень хочу, чтобы ты посмотрела в окно. Мы сейчас на самой вершине, — прошептал он, наклонившись к ней ещё ближе и закрыв глаза, от мягко обволакивающего аромата с нотками морского бриза. — Нет... нет, я не могу, — выдохнула Фадиме, и её ноготки со страху впились в его ладонь с новой силой. Но Исо даже не поморщился. — Посмотри, я держу тебя. Очень крепко держу, — тихо, убеждающе произнёс он. Подняв их руки. — Просто поверни голову вправо. Я уверен, тебе понравится. Вдруг ты больше никогда на это не решишься? Его горячее дыхание согревало её лицо. Фадиме прикрыла глаза; её веки трепетали от внутренней борьбы. Задержав дыхание, она всё же решилась довериться ему. Медленно, преодолевая страх, она повернула голову и открыла глаза. — Ва-а-ау… — это всё, что она смогла выдохнуть. Дыхание снова перехватило, но уже не от паники, а от восторга. Ночной Стамбул с высоты птичьего полёта выглядел просто сказочно: Босфор отражал миллионы разноцветных огней, мосты сияли золотыми нитями, а город казался светящимся островом. Страх на мгновение отступил, вытесненный этой невероятной красотой. — Это нужно обязательно сфотографировать! Ты сможешь? — попросила она, поворачивая к нему лицо. При этом она даже не подумала выпустить его руку. Прямо сейчас его ладонь казалась ей единственным спасательным кругом. Исо улыбнулся. Свободной рукой он достал из кармана телефон, сделал несколько быстрых снимков пейзажа, а затем снова перевёл взгляд на неё. В полумраке кабинки Фадиме выглядела завораживающе. Её губы сегодня влажно блестели нежным розовым оттенком, и, засмотревшись на них, Исо вдруг впервые почувствовал желание коснуться их. Но он не имеет на это права. Он сильно сжал челюсть и втянул в себя воздух что есть силы, как будто это должно было помочь вернуть контроль. Шумно выдохнув, он смог собраться и выгнал неуместные желания за пределы кабинки. — Можно я сфотографирую тебя? — спросил он, замечая, что она постепенно расслабляется. — Ты должна запомнить себя такой. Или… Он запнулся, не уверенный, стоит ли озвучивать свое новое желание, которое пришло очень внезапно. — Или что? — Или мы можем сделать общее фото. — Зачем? — прищурив глаза спросила она. Исо и сам толком не знал, зачем ему это нужно. Но ему вдруг захотелось иметь хоть небольшое доказательство их общения. Даже если в один день это все закончится, или когда-нибудь он потеряет память, всегда можно будет взглянуть на фото. — На память. — Хорошо, — неожиданно согласилась она. — Но только на мой телефон. Исо удивлённо приподнял брови, не понимая логику. — Почему на твой? У тебя камера лучше? — Ну… вдруг ты его кому-то покажешь, или кто-то случайно увидит? У меня потом будут проблемы, — тихо напомнила она. — И ты мне его не сбросишь? — Нет Значит не доверяет. Эти слова подействовали на него как освежающий душ. Романтический полет мгновенно рассеялся, безжалостно швырнув его обратно на землю. Больно швырнув. Улыбка исчезал, а бабочки в животе разом опустили крылья, напоминая о непреодолимой пропасти между их семьями. — Да, конечно. Ты права. Давай на твой, — без особого энтузиазма ответил он, вовсе жалея, что предложил. Фадиме достала свой телефон и протянула ему. Исо поднял камеру. Она подвинулась к нему ближе, чтоб поместиться в кадр и почувствовала колючую щетину в районе своей макушки. На этот раз она не отодвинулась, а лишь сильнее прижалась к нему. На экране они выглядели удивительно гармонично. Его светлые волосы и её тёмные локоны, растрёпанные ветром, его широкие плечи и её хрупкий силуэт. Он сделал несколько снимков и взглянув на результат, вернул ей молча телефон. Может, оно и к лучшему, что это фото останется только у неё. По крайней мере, у меня не будет соблазна пересматривать его по ночам и строить ложные иллюзии.

***

Едва ступив на твёрдую землю, Фадиме шумно выдохнула. Адреналин всё ещё будоражил кровь, и ей хотелось визжать. На эмоциях она даже не сразу поняла, что до сих пор крепко сжимает его ладонь. Самым странным было то, что отпускать его руку ей совсем не хотелось. Но оставаться так было не правильно, к тому же Элени могла заметить их в любую секунду. Фадиме резко, почти грубо выдернула свои пальцы, замечая, как Исо сжал и разжал свою опустевшую ладонь. — Ты в порядке? — спросил он, внимательно вглядываясь в её лицо. — Кажется, да. Но больше я на такое ни за что в жизни не подпишусь, — ответила она, высматривая в толпе племянницу. Ей просто необходимо было отыскать Элени и поскорее уехать домой. Сбежать скорее от парня, который с каждым часом все сильнее завладевал ее эмоциями. — Факт: я никогда в жизни не ел сахарную вату, — вдруг негромко произнёс Исо, заметив неподалёку яркую тележку. — Факт: я тоже, — сорвалось у неё с губ раньше, чем она успела подумать. Исо тут же направился к очереди, а Фадиме не оставалось ничего другого, кроме как пойти следом, пряча холодные руки в карманы. Купив две порции ваты он протянул ей бирюзовую, и отыскав свободную лавочку, они молча сели, разглядывая открывающийся красивый вид. — Тебе со вкусом мяты. — Ого, даже не знала, что такие бывают, — искренне удивилась она. Оторвав пушистый кусочек, она положила его на язык. — Надеюсь, мы не заработаем сахарный диабет за один вечер. Исо негромко рассмеялся и попробовал свою вату. Белая сладость мгновенно растаяла во рту, оставив приторное послевкусие. Он даже слегка поморщился. — Пожалуй, такие вещи нужно пробовать исключительно в детстве. Фадиме молча кивнула, продолжая аккуратно отщипывать кусочки от своего мятного облака. — Если хочешь, забирай мою тоже. Я правда не фанат сладкого. — Я заметила, — ляпнула она прежде, чем сообразила, как это звучит. Почувствовав на себе его удивлённый взгляд, она тут же принялась оправдываться: — Ну... в твоём кабинете часто пахнет крепким кофе и горьким шоколадом. Не представляю, как ты его ешь. В её памяти тут же всплыл школьный коридор. Он ведь и тогда был точно таким же: молчаливым, отстранённым, и эта его любимая плитка шоколада в чёрной обёртке всегда бросалась ей в глаза. Она поймала себя на том, что совершенно не помнит, что любил в школьные годы Эюпхан, хотя он постоянно крутился рядом, или Акча, с которой они сидели за одной партой. Но вот этого странного парня она почему-то запомнила до мельчайших деталей. Наверное, потому что я считала его врагом и подсознательно искала слабые места. Этот аргумент показался ей убедительным, и она, увлеченная мыслями, не заметила, как расправилась со своей порцией ваты и принялась таскать кусочки из его рук. — Ой... — Фадиме резко замерла, осознав, что делает. — Ты ведь правда не против? — Правда, — ответил Исо, с трудом сдерживая улыбку от умиления. Он все еще не мог оторвать от нее взгляд, да и не хотел. — Факт: ты очень красивая, — негромко, но уверенно произнёс он. Рука Фадиме с очередным зажатым кусочком ваты так и застыла в воздухе. Ей впервые в жизни мужчина говорил комплимент так прямо. Это оказалось приятно. Щеки снова стали красными и она была благодарна темноте вокруг, которая скрывала ее смущение. Нужно было срочно что-то ответить, чтобы вернуть себе контроль над ситуацией. — Факт: поздравляю, ты наконец-то научился делать комплименты. — О, я рад, что ты оценила мои старания. Ради этого мне пришлось пройти курсы, — рассмеялся Исо. Кажется напряжение между ними начало исчезать, и они сейчас ничем не отличались от тех Исо и Фадиме, которые писали всю неделю друг другу сообщения. — Пошли прокатимся на американских горках, — Исо поднялся со скамьи и теперь смотрел на неё сверху вниз. — Ну уж нет, на сегодня с меня приключений более чем достаточно, — Фадиме протерла липкие пальцы влажной салфеткой, всем своим видом показывая, что не сдвинется с места. — Да ладно тебе, посмотри, — он указал рукой в сторону грохочущей конструкции, — Там не так уж страшно и совсем не высоко. — Не страшно? Ты слышишь, как они орут? По-твоему, это не страшно? — Тебе тоже не мешало бы хорошенько проораться. Ты слишком напряжена, Фадиме. Его слова взбесили. Она резко вскочила на ноги, сузив глаза: — Это тебе не мешало бы поорать! Ты вообще иногда напоминаешь мне запрограммированного робота. Исо даже не подумал обижаться. Напротив, в её словах была правда. Ведь только недавно он стал чувствовать себя живым и только благодаря ей. — Ну и отлично. Значит, будем орать вместе, — он на секунду запнулся, подбирая слова, а затем негромко добавил: — Если захочешь, я могу держать тебя за руку. — Он протянул ей открытую ладонь, надеясь, что она сделает шаг навстречу. — Обойдусь, — Фадиме гордо вскинула подбородок и уверенно прошла мимо него, лишь вскользь задев его руку бедром. Слегка разочарованный, Исо спрятал руки в карманы джинсов и покорно поплёлся за ней. Но стоило вагончику сорваться с верхней точки и понестись вниз по крутому виражу, как вся её напускная гордость улетучилась без следа. На первом же резком повороте её маленькие, холодные от страха пальцы сами нашли его руку и мертвой хваткой вцепились. Она кричала во весь голос и, кажется, сквозь ветер проклинала его. — Я ненавижу тебя, Фуртуна! Очеееень сильно ненавижууу! — кричала она от страха, когда казалось, что вагончик сорвется. — Смотри на меня! Слышишь? Только на меня! Она послушалась. Сквозь пелену испуга Фадиме упрямо вцепилась взглядом в его глаза. Они оба кричали, зажмуриваясь на особо опасных спусках, а на подъёмах их взгляды снова встречались. На третьем круге, он почувствовал, как ее хватка стала слабее, а вместо крика Фадиме начала смеяться. Так же звонко как и тогда, при их самой первой встрече. От этого в его груди приятно защемило. Её волосы хаотично разлетались на ветру, щёки горели румянцем, а глаза отражали блеск огней. Исо просто продолжал любоваться ею, жалея лишь о том, что его глаза не умеют фотографировать. Ведь этот момент хотелось сохранить навсегда. Он тоже чувствовал облегчение и впервые задумался, что его жизнь и правда может быть другой.

***

— Это было… просто невероятно, — Фадиме закрыла глаза на секунду, глубоко вдыхая прохладный воздух. Адреналин всё ещё бурлил в венах, заставляя её сердце колотиться как сумасшедшее.— Мне правда нужно было выкричаться. — Теперь ты перестанешь огрызаться? Вместо ответа Фадиме легонько ткнула его кулаком в плечо. — Ещё кружок? — Исо кивнул в сторону грохочущих горок. — О нет. Уже поздно, — Фадиме разблокировала телефон и взглянула на экран. — Почти одиннадцать. Набери Оруча, где они вообще пропали? — А сама почему не позвонишь Элени? — Потому что после твоей экстремальной терапии я сейчас не способна изображать строгую тётю, — с наигранным упреком вздохнула девушка, заправляя растрёпанные волосы за уши. — М-мм, пожалуй, помечу себе этот способ вызова доброй Фадиме, — протянул Исо, доставая свой телефон. — Давай не перебарщивай, Фуртунчик, — фыркнула она и тут же испуганно округлила глаза, поспешно прижав ладонь к губам. Это прозвище сорвалось с её языка совершенно неосознанно. Исо замер. Его улыбка медленно превратилась в хитрую ухмылку. — Как-как ты меня назвала? — Никак, — Фадиме резко отвернулась, делая вид, что её очень заинтересовали проходящие мимо люди. — Ты Оручу позвонил? — Он не берет, — Исо быстро застучал пальцами по экрану, лукаво поглядывая на нее. — Сейчас напишу ему. Но только если ты повторишь, как назвала меня. — Не повторю. — Хорошо. Тогда я не скажу твою школьную кличку. Это заставило Фадиме резко обернуться. — Что? Ты дал мне кличку? — Конечно. — И ты уверен, что я не придушу тебя прямо здесь, когда услышу её? — Ооо, это будет очень символично, — рассмеялся Исо. — Фуртуна, ты издеваешься! — Ничуть. Предлагаю прямо сейчас осуществить этот обмен, — сделал он к ней шаг навстречу, но она отступила. Она готова поклясться, что никогда бы не сказала ему, если бы не любопытство, которое брало верх. — Ладно… Я называла тебя «Фуртунчик». Про прилагательное «противный» она, конечно же, благополучно умолчала, решив приберечь этот козырь на случай, если его вариант окажется обидным. — Теперь твоя очередь, — потребовала она, скрестив руки на груди и почему-то нервничала впиваясь пальцами в собственные предплечья. — Подожди, — Исо удивлённо приподнял брови. — Фуртунчик? Это как-то слишком… мило. Я-то рассчитывал услышать что-то противное. Фадиме едва сдержала смех от абсурдности ситуации, но так и не решилась дополнить. — Давай уже свою версию, не зли меня! Он намерено медлил, изучая пляшущих чертиков в ее глазах. — Я называл тебя «мелкая мафиозница». — Что?! — Фадиме возмущённо всплеснула руками. — Почему это? — А сама не понимаешь? Во-первых, ты действительно крошечная. А во-вторых, ты постоянно дралась в школе с мальчишками. И, к слову, тебе это прозвище до сих пор идеально подходит. Мелкая мафиозница, Фадиме Кочари, — продолжает ее дразнить. — Ты сейчас очень сильно испытываешь судьбу, Фуртунчик, — угрожающе прищурилась она и в шутливом жесте ткнула указательным пальцем ему в грудь. — Я люблю риск, мелкая мафиозница, — парировал он, осторожно перехватив её палец своими. Их руки оказались сцеплены в районе его сердца, которое безумно сильно колотилось. Это пугало и влекло одновременно. В какой-то момент ей захотелось провести рукой по его лицу, разрешая колючей щетине поцарапать ее кожу. Ей категорически не нравился курс направления собственных мыслей и она даже закрыла глаза стараясь их развернуть. — Самое время ещё раз написать брату, пока ему не пришлось искать твой труп в этих кустах, — все-таки вытянув свою ладонь сказала она и тут же спрятала ее в карман джинсовки. — Оруч ответил, — Исо взглянул на экран. — Пишет, что они будут на парковке через двадцать минут. — Сколько?! — Фадиме закатила глаза. — Что они там собираются делать всё это время? О Аллах, дай мне терпения… — Ну, может, они там целуются где-нибудь в тихом уголке. Отстань от них, — хмыкнул Исо, убирая телефон. Фадиме смешно сморщила нос, издав короткий звук отвращения: — Фу, блин… Зачем ты вообще мне это говоришь? — А ты имеешь что-то против поцелуев? Она вдруг резко опустила глаза и просто пожала плечами. Исо почувствовал, как у него горят уши от неловкости. Он даже не разрешал себе думать о том, целовалась она или нет. И сейчас он ругает себя за необдуманный вопрос и за то, что опять посеял напряжение между ними. — Прости, я задал глупый вопрос, — неловко почесал он затылок. — Ничего, — Фадиме быстро справилась со смущением, хотя дышать ей стало почему-то еще труднее. — Я уже привыкла к твоим глупым вопросам. Она резко развернулась и поспешила вперёд, заметно ускорив шаг. Ей нужно было отойти от него хоть на пару минут и восстановить дыхание. — Кочари! — крикнул Исо ей вслед, стараясь догнать. — Я перевезу весь наш офис в этот парк аттракционов, если ты пообещаешь всегда так легко на всё реагировать, а не превращаться при моём появлении в колючего ежа! Она уже почти бежала к парковке, ведь не хватало ему еще увидеть ее улыбку, очень похожую на счастливую. А он ловил себя на мысли, что ему нравится ее догонять.

***

Братья Фурнута везли девочек домой под легкую музыку. Оруч и Элени сели на заднее сиденье и всю дорогу обнимались, явно нервируя этим Фадиме. Исо заметил это и на ближайшем светофоре наклонился к бардачку, достав пачку мятных конфет протянул ей, задерживаясь возле ее лица на несколько лишних секунд. Она удивилась, но обрадовалась этому жесту и крепко сжала упаковку в руках. — Спасибо, — шепнула она легкого касаясь его уха. Почувствав тепло ее губ на своей мочке он тут же испуганно вернулся в прежнее положение. Еще не хватало, чтоб это заметил Оруч. Они и так везут девочек Кочари после свидания. Да, у них с Фадиме они вышло случайным, но это не отменяет того факта, что у мамы случился бы инфаркт, узнай она это. Проводив девушек до подъезда, Оруч устроился на пассажирском сиденье и расплылся в очень подозрительной, улыбке. Исо до последнего надеялся, что брат просто пребывает в эйфории после прогулки с Элени, но надежда растаяла, стоило Оручу повернуться к нему всем корпусом. Исо завёл мотор, переключил передачу и вырулил с парковки на полупустой ночной проспект. — Слышишь, чем пахнет? — вкрадчиво начал Оруч, принюхиваясь к воздуху в салоне. — Я так и знал, что ты забыл сменить носки перед выходом, — Исо попытался рассмеяться, но смех вышел наигранным и слишком громким. Он демонстративно уставился на дорогу, крепче сжав пальцами кожаный руль. — Нет, братишка, я чувствую отчётливый запах лицемерия, — Оруч закинул руку на спинку сиденья и весело прищурился. — Значит, тот самый Исо, который ещё недавно читал мне нотации, сам по уши влюбился в Кочари? Как интересно-о-о… Исо почувствовал, как к щекам приливает жар. Он резко переключил скорость, заставив коробку передач тихо клацнуть. — Не неси ерунды. Мы просто… случайно пересеклись. Заметь, случайно! Если бы вы со своей девушкой не плели интриги, то мы бы просто сидели дома. И переписывались… я последний лицемер. — Ага, рассказывай сказки кому-нибудь другому, — хмыкнул Оруч. — Можешь отрицать сколько угодно, но пока ты на неё смотрел, я всерьёз опасался, что ты прямо там в лужицу превратишься. Да тебя выжимать надо было, так ты поплыл! Я в шоке. — Всё совсем не так, как тебе кажется. — А хочешь, скажу, что мне ещё кажется? — Оруч подался вперёд, понизив голос. Исо промолчал. Ему очень не хотелось выслушивать догадки брата, потому что они задевали те струны в душе, которые он так тщательно пытался заглушить. — Она тоже в тебя влюбилась. От этих слов Исо чуть не пропустил нужный поворот. Машина вильнула, и ему пришлось резко выровнять руль. — Что за бред ты несёшь? — Поверь мне, — серьёзно произнёс Оруч. — На меня даже Элени так не смотрит, хотя у нас уже отношения. Я, если честно, даже немного позавидовал тебе в этот момент. — Ты сейчас… ты ведь не врешь мне? — он на секунду отвёл взгляд от дороги и посмотрел на брата. — Исо, ты издеваешься? — Оруч всплеснул руками. — Ты правда до сих пор этого не замечал? Да она с тебя глаз не сводит каждый раз, когда ты отворачиваешься. И ладно бы просто смотрела, но там же… такой взгляд, что всё понятно без слов. — И как, чёрт возьми, я должен был это заметить, умник? — раздражённо бросил Исо. — Если она смотрит только тогда, когда я отворачиваюсь. В любом случае, это ничего не значит. Точнее, значит, но ни к чему хорошему не приведёт. Всё, что я говорил тебе раньше, я каждый день повторяю самому себе. — Но почему? — Оруч искренне недоумевал. Он открыл бардачок, бесцельно покопался там и снова захлопнул. — Что может случиться? Вы два взрослых, свободных человека. Если вы любите друг друга, если смогли отпустить прошлое и ни в чём не вините друг друга, то я вообще не вижу проблемы. — Оруч, напоминаю, если мы продолжим двигаться в этом направлении, очень скоро выстроится целая очередь из желающих нас с тобой убить. — И кто же в этой очереди? Адиль? Или Шериф? — фыркнул Оруч. — Один сидит за решёткой, второй скоро еще раз станет отцом, плевать на них обоих. При упоминании Шерифа Исо похолодел. Пальцы на руле онемели. Из слов брата стало предельно ясно: Оруч абсолютно ничего не знает о планах Фатиха устроить побег дяде. Исо почувствовал, как на его плечи опустилась новая, тяжесть. Почему Фатих посвятил в это только его? Тревога в груди заворочалась с новой силой, болезненно царапая рёбра. Он решил, что обязательно расскажет обо всём Оручу, но точно не сегодня. — Есть ещё Фатих, — тихо произнёс Исо, сворачивая во двор своего дома. — И мама. И бабушка. Думаешь, они похлопают нам в ладоши и обрадуются невесткам Кочари? — Да брось ты, — Оруч приоткрыл окно, впуская в салон прохладный ночной воздух, потому что сам тоже нервничал. Он не был так убежден в своих словах, как хотел казаться . — Ты живёшь за тысячи километров от них. Можно подумать они знают, чем ты тут занимаешься в Стамбуле. Просто перестань загонять себя в угол этими мыслями и дай вам шанс. Ты никогда не знаешь, что принесёт завтрашний день. Может, мы все завтра умрём? Отказываться от любви из-за таких предубеждений – большая глупость. — Я реалист. И большая глупость будет строить воздушные замки, которых в реальности не будет никогда! — повысил голос Исо в ответ. — Тогда и не смотри на нее больше так! Зачем ты это делаешь? Зачем сам себе противоречишь и испытываешь? Порви с ней всякое общение и забудь, раз так боишься! — Не хочу, — тихо ответил Исо. — Или не могу…. Рука брата опустилась на его плечо и болезненно сжала в знак поддержки. — Прими уже решение. Я принял, и правда не знаю к чему это приведёт, но мы пока никуда не спешим. Суждено умереть, значит умру, а вдруг мне все-таки повезет. Исо ничего не ответил. Он заглушил мотор, выключил фары и погрузил салон в полумрак. Достав из пачки сигарету, он чиркнул зажигалкой, пламя на секунду осветило его резкие, напряжённые черты лица. Он сделал глубокую затяжку, глядя на темнеющие окна многоэтажки напротив. В словах Оруча было много правды. Между ними что-то происходит, и почему он постоянно думает, что никогда не случится чего-то большего. Ведь еще месяц назад он даже представить себе не мог, что будет держать ее за руку, а сегодня это стало его реальностью. Возможно он и готов рискнуть, но в этой истории есть и другая сторона – Фадиме. Сможет ли она переступить через свои убеждения и семью ради него? На этот вопрос ответа у него не было, но интуиция подсказывала, что этому не бывать…