Жил был Пол

На следующее свидание Пол повез её на дальний мыс. Штормовой ветер с океана гнал к берегу тяжёлые серые волны, но на самом обрыве, под защитой густых крон деревьев, было тихо. Они сидели на пледе, и Пол, как и обещал, продолжал своё «исследование» для её университетского гранта. Пришло время для самого важного шага в мамином плане. — В общем, Изабелла, — Пол лениво крутил в руках сухую ветку, глядя на бурлящую внизу воду. — Про воинов духа ты поняла. Но мирные времена закончились, когда на наши земли пришла настоящая дрянь. Наши предки называли их «хладными демонами». Ну или просто хладными. Белла замерла, и её пальцы крепче сжали ручку над чистым листом блокнота. Внутри у неё всё мгновенно сжалось от этого слова, а перед глазами на долю секунды промелькнули идеальные, мертвенно-бледные лица Калленов. Эту легенду она знала слишком хорошо — когда-то на каменистом пляже её во всех подробностях вывалил Джейкоб Блэк. Но сейчас Белла предпочла промолчать в тряпочку. Она не проронила ни звука, сделала максимально невозмутимый вид и просто уставилась на Пола, готовая слушать его версию. — Это были существа с белой, твёрдой как камень кожей, — продолжал Пол, и его голос стал глубже. — На вид как люди, но внутри — мертвецы. Они не дышат, их сердца не бьются, а вместо крови в жилах течёт ледяной яд. Хладные приходили из глухих лесов ночью, двигались быстрее, чем человеческий глаз может заметить, и вырезали целые стоянки наших предков. Просто ради забавы и свежей крови. Обычное оружие их не брало — стрелы отскакивали от кожи, как от скалы, а копья ломались. Белла быстро записывала за ним, стараясь, чтобы рука не дрожала. Ей было безумно дико слышать, как Пол описывает тех, с кем она ещё недавно сидела за одной партой и кого считала своей семьёй. — И как же воины духа с ними справились? — тихо спросила она, переводя на него взгляд. Пол хищно улыбнулся, и в его тёмных глазах загорелся тот самый опасный, первобытный огонёк. Настало время подвести её к главному. — Наш первый великий вождь понял, что духи без плоти не могут разорвать каменное тело мертвеца, — Пол подался вперёд, и его привычное тепло снова окутало Беллу, стирая фантом Калленов. — И тогда его дух вселился в тело огромного лесного зверя. В волка. Его челюсти стали достаточно сильными, чтобы дробить камни, а когти — чтобы рвать хладных на куски. Так воины духа обрели свою настоящую, яростную плоть. Они стали первыми Защитниками, которые очистили это побережье от бледных паразитов. Белла сглотнула, глядя на его широкие плечи в чёрной майке. Пазл в её голове складывался слишком чётко. Пол Лэйхот медленно, но верно вёл её к правде, и она, продолжая молчать о своём прошлом, понимала, что эта легенда квилетов уже давно перестала быть просто сказкой для университета.

***

Пол видел, как Изабелла затихла, уставившись в свой блокнот, и как её пальцы крепче сжали ручку. Он понимал, что подошёл к самой границе правды, но пугать её прямо сейчас, посреди глухого леса на обрыве, совершенно не собирался. Стратегия требовала закрепить эту тяжёлую информацию о хладных мертвецах чем-то хорошим, отвлекающим. Парень вспомнил, как пару дней назад краем уха слышал в мамином любимом ток-шоу по телеку фразу какого-то заумного психолога: «Любую сложную информацию нужно закреплять у партнёра позитивным воспоминанием». Полноценный смысл этой лекции Пол, конечно, пропустил мимо ушей, но сама идея ему чертовски понравилась. Правда, в его собственной, сугубо мужской и волчьей интерпретации, «позитивное воспоминание» выглядело совсем иначе. Пол лениво потянулся, в один миг сокращая расстояние между ними, и мягко повалил Беллу спиной на плед. Блокнот и ручка отлетели в сторону, затерявшись в сухой траве. — Всё, Свон, лекция окончена, — хрипло выдохнул он ей прямо в губы, нависая сверху и полностью блокируя своим тяжёлым телом. — Перерыв на практические занятия. Белла даже возмутиться не успела, как его горячие губы накрыли её собственные в глубоком, требовательном поцелуе. Вся её минутная тревога от упоминания Калленов испарилась, сменившись привычным, оглушительным стуком сердца. Она инстинктивно закинула руки ему на шею, запутывая пальцы в жёстких коротких волосах. Пол больше не собирался играть в приличного пенсионера. Его ладонь уверенно скользнула под край её кофты, поднимаясь выше по тёплой коже, и в этот раз он не остановился на простых объятиях. Он аккуратно, но твёрдо потянул ткань вверх, освобождая себе полный доступ. Это был день, когда Пол впервые попробовал грудь своей девушки на вкус. Белла судорожно выдохнула, вжимаясь спиной в плед и до боли сжимая пальцами его плечи под. Когда его горячие губы и влажный язык коснулись её обнажённой кожи, у неё внутри словно оборвался последний предохранитель. Пол действовал уверенно, собственнически, но при этом невероятно бережно, вычерчивая губами каждый изгиб её тела и заставляя Беллу тихо, прерывисто стонать в тишине лесного мыса. Волк внутри Пола сыто и торжествующе урчал — Изабелла полностью принадлежала ему, она плавилась в его руках, и весь этот ледяной шлейф прошлого, оставленный бледными тварями, сейчас окончательно выжигался из её памяти. Когда Пол наконец неохотно оторвался от неё, тяжело дыша и бережно поправляя на ней одежду, Белла лежала с закрытыми глазами, пунцовая, зацелованная и абсолютно счастливая. План из маминого ток-шоу сработал на все сто процентов: легенду о хладных Белла Свон теперь точно запомнит как самое лучшее и горячее событие в своей жизни.

***

Белла судорожно ловила ртом воздух. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, рёбра сейчас треснут. Она сидела на пледе, наспех поправляя съехавшую кофту дрожащими пальцами, а уши и щёки горели таким пунцовым цветом, что на них больно было смотреть. Пол устроился рядом на локте, абсолютно расслабленный, лениво слизывая с губ вкус её кожи и глядя на неё с самой довольной, хищной ухмылкой, на которую был способен. — Ты сумасшедший, Лэйхот! — наконец выпалила Белла, округлив глаза и ткнув его кулаком в плечо, хотя её удар пришёлся по его мышцам как по каменной стене. — Ты что творишь?! Пол даже не поморщился. Он лишь лукаво прищурился, подполз на пару сантиметров ближе и заглянул ей прямо в лицо. — М-ммм, я? — хрипло, с полной уверенностью в голосе протянул он, и его взгляд скользнул по её припухшим губам. — Приучаю тебя к мысли, что быть горячей и влажной для меня — это норма. Белла так и замерла с поднятой рукой. Родное американское воспитание и вся школьная целомудренная болтовня Джессики Стэнли в одно мгновение разбились вдребезги о его обезоруживающую прямоту. Она совершенно не ожидала такого ответа. Не такого. Эдвард Каллен в свои моменты близости всегда говорил высокопарно, вздыхал об её безопасности, читал стихи и извинялся за то, что он чудовище. Он усложнял всё до такой степени, что Белла чувствовала себя хрупкой хрустальной вазой на пороге катастрофы. А Пол… Пол не собирался извиняться за свои инстинкты. Он просто брал то, что принадлежало ему, и называл вещи своими именами. Без лишней драмы и стыда. Осознание этого ударило Беллу под дых, но вместо страха внутри поднялась новая, сильная волна тепла. Этот парень из резервации ломал все её старые ориентиры, делая её саму — настоящую, живую, со всеми её реакциями — его личной, законной нормой. — Ладно, — Белла торопливо отвернулась, поспешно поднимая из травы свой блокнот, чтобы скрыть, как сильно у неё трясутся руки. — Будем считать, что практическая часть лекции закончена. Поехали домой, Лэйхот, пока ты ещё какую-нибудь «норму» не придумал. Пол громко, раскатисто хохотнул, поднимаясь на ноги и легко подхватывая плед одной рукой. Его стратегия работала безупречно. Позитивное воспоминание было зафиксировано намертво, и теперь Изабелла точно знала, каково это — быть полностью его девчонкой.

***

Патруль в эту ночь начался как обычно, но ближе к полуночи ментальный эфир стаи Ла-Пуш накрыло такой плотной, оглушительной волной чужого триумфа, что волки синхронно замерли в чаще. Джареду наконец-то дала его Ким. Его огромный бурый волк буквально летал по северной границе, не в силах сдержать ликующий, сумасшедший поток картинок и ощущений. В общую ментальную сеть хлынуло всё и сразу: запах девчонки, её тихий стон, тепло чистой постели и дикий, первобытный восторг парня, который наконец-то дорвался до своей пары. Этот ментальный взрыв мгновенно триггернул абсолютно всю стаю. Волчьи гормоны молодняка, подогретые общим эфиром, разом сорвались с цепи. Квил и Эмбри начали яростно рычать на бегу, взрывая когтями мокрый мох и заполняя пространство своими бурлящими подростковыми фантазиями. Эфир превратился в сплошной раскалённый хаос. Сэм и Пол, которые за эти месяцы вроде бы научились жёстко закрывать своё личное от чужих ушей, держались до последнего. Но коллективный срыв стаи был слишком сильным. Проводка ментальной связи заискрила, и контроль вожака полетел первым. В общую голову стаи прорвались глухие, хриплые звуки из дома Улей. Парни отчетливо услышали прерывистые, громкие крики Эмили, когда Сэм прямо сейчас, в воспоминаниях, брал её на их широкой кровати, напрочь забыв про всякую осторожность. Альфа сорвался, и его яростная, собственническая страсть накрыла эфир тяжёлой плитой. Пол бежал по дальней просеке, сжимая челюсти до хруста в суставах. Он держался дольше всех. Его серый гигант мчался на пределе скорости, пытаясь выбить из головы этот сумасшедший чужой шум. Но когда в ушах зазвучали стоны Эмили, а Джаред в сотый раз прокрутил свой победный круг, контроль Пола тоже полетел псу под хвост. Блоки в его разуме сорвало с мясом. Перед глазами стаи мгновенно и в полную силу вспыхнул его сегодняшний день на мысу. В грёбаном семимерном эффекте волки словили то, как Пол валит Беллу на плед, как его колено вклинивается между её ног и как он целует её грудь. Ощущение её мягкой кожи, её прерывистый вздох в поцелуй и хриплый шёпот самого Пола про «новую норму» — всё это ядерной бомбой разнесло остатки тишины в эфире. На Ла-Пуш навалилась мёртвая, ошарашенная тишина. Волки тяжело дышали в разных концах леса, придавленные запредельным градусом чужой страсти. Джаред перестал ликовать, Квил и Эмбри застыли в кустах, а Джейкоб Блэк на своём холме глухо, жалобно заскулил, утыкаясь носом в лапы. Пол Лэйхот показал стае, что его волк больше не собирается сидеть на привязи. Ментальная тишина длилась недолго. Ошарашенный молодняк стаи начал потихоньку приходить в себя от пережитого коллективного шока, и в эфире тут же поползло глухое, злое раздражение. «Извращенцы…» — яростно зашипел в общую голову Эмбри, его серый волк резко затормозил у поваленного бревна, сердито роя лапой мокрую землю. Парень буквально задыхался от злости и подступившего к горлу пубертатного стыда. — «Вы вообще нормальные? Сэм со своими криками, Лэйхот со своей Белкой… Твою мать, у меня теперь стояк на весь лес! И что мне, блять, прикажете делать?!» Джаред в эфире лишь ехидно и сыто хмыкнул, продолжая крутить победные круги на севере, а Сэм предпочёл промолчать, жёстко захлопнув свои ментальные блоки обратно. Пол даже не замедлил шаг. Его огромный серый гигант уверенно шёл по просеке, и в его мыслях снова появилось привычное, ленивое и абсолютно равнодушное спокойствие. Чужие подростковые проблемы его вообще не волновали. — Ручным способом избавляться, — лениво подъебал Пол в общую сеть, даже не оборачиваясь в сторону Эмбри. Его ментальный голос прозвучал максимально приземлённо и буднично. — Раз девушки нет. Иди в кусты и работай пальцами, Эмбри. Нечего нам тут эфир своими соплями засорять. Заодно и пар спустишь, а то бежишь как паралитик. «Лэйхот, пошёл ты!» — огрызнулся в ответ Эмбри, мгновенно отключаясь от общей сети, чтобы скрыть вспыхнувший от стыда разум. Квил в кустах глухо и коротко хохотнул, оценив суровый мужской совет беты, и стая наконец-то окончательно успокоилась. Раскалённый хаос ночного патруля сошёл на нет, уступая место обычной лесной рутине.