Жил был Пол

POV Беллы Эта встреча на дороге окончательно выбила меня из колеи. Я сидела, вцепившись в руль старого пикапа, и краем глаза продолжала разглядывать парня на пассажирском сиденье. Я совершенно не понимала собственную реакцию. Мой мозг, последние месяцы напоминавший тусклое, замерзшее болото, вдруг начал работать на каких-то безумных, запредельных оборотах. Но страннее всего было то, что я вела себя совершенно по-другому. Не так, как привыкла. После отъезда Эдварда я превратилась в ходячую тень. Я разучилась улыбаться, говорить невпопад, смущаться. Внутри меня была только зияющая, черная дыра, которую я безуспешно пыталась заделать адреналином, старыми мотоциклами и общением с Джейком. Я привыкла, что весь мир вокруг стал серым и холодным. А Пол Лэйхот… он был каким-то неправильным. Ослепительно, пугающе живым. От него исходило такое яростное, ощутимое волнами тепло, и мне казалось, что в салоне пикапа стало жарко. Мокрая футболка облепила его плечи и грудь, и я, к собственному стыду, раз за разом ловила себя на том, что разглядываю его рельефный торс. Это было так глупо. Так не похоже на меня. Но тяжелый, уверенный контур его тела притягивал взгляд вопреки моей воле. А еще это имя. Изабелла. Зачем я так представилась? Я ведь ненавижу свое полное имя! Всегда, со школы, я обрывала каждого, кто пытался назвать меня так, требуя короткого «Белла». Но когда Пол протянул мне свою огромную, горячую ладонь, и наши взгляды встретились в этой тесной кабине, у меня внутри словно что-то оборвалось. Имя сорвалось с губ само, словно перед этим парнем мне подсознательно не хотелось быть той прежней, поломанной Беллой, которая умирает от тоски по вампиру. Когда он накрыл мою руку своей ладонью, запрещая поворачивать к Блэкам, меня словно прошило электрическим током. Кожа в месте прикосновения горела до сих пор. Его голос — хриплый, уверенный, не терпящий возражений — не напугал меня. Наоборот. Рядом с ним черная дыра у меня в груди впервые за долгое время перестала так невыносимо болеть. Его уверенность действовала на меня как наркоз. «Пересидишь у нас», — сказал он так просто, словно это было самым естественным решением в мире. И я покорно повернула направо. Я, которая всегда дичилась незнакомцев, которая сторонилась людей в Ла-Пуш, сейчас добровольно ехала домой к парню, которого видела второй раз в жизни. Я не понимала, что со мной происходит. Словно шторм бушевал не снаружи пикапа, а прямо у меня в голове, безжалостно смывая все мои старые ориентиры и оставляя только одну четкую мысль: рядом с безопасно. Это было неправильно. Нелогично. Я видела его второй раз в жизни. Я почти ничего о нём не знала. Но когда он сказал «поехали к нам», я почему-то не стала спорить.

***

Старый пикап тяжело замер перед небольшим, но крепким домом Лэйхотов. Пол первым выскочил под стену ливня, обошёл машину и распахнул пассажирскую дверь. — Давай руку, — громко крикнул он, перекрывая гул ветра. Едва Белла вложила пальцы в его горячую ладонь, как Пол легко, словно она ничего не весила, помог ей спуститься. Он буквально закрыл её своим широким телом от шквальных порывов, пока они взлетали по ступеням крыльца. Пол толкнул входную дверь, и они ворвались в тепло прихожей, мгновенно отсекая яростный рёв шторма. В доме приятно пахло дровами, сухими травами и выпечкой. Из коридора они сразу попали на небольшую, уютную кухню. У плиты стояла мать Пола. Она обернулась на шум, и её тёмные, проницательные глаза мгновенно оценили картину. — Быстро переодеваться, замёрзнете! — тут же скомандовала женщина, делая шаг навстречу. Она посмотрела на гостью с такой искренней, обволакивающей теплотой, что у девчонки даже плечи опустились от облегчения. Мать бережно забрала у неё насквозь промокшую куртку. — Боже мой, девочка Чарли, ну и погодка, до нитки же промокла, — ласково произнесла она, укутывая гостью в тёплую шаль. А затем её взгляд перевёлся на собственного сына. Пол стоял посреди кухни, тяжело дыша. Мокрая светлая футболка облепила его мощный торс, как вторая кожа, выставляя напоказ каждый мускул. Мать окинула его долгим, ироничным взглядом, в котором читалось явное одобрение — её коварный план сработал без сучка и задоринки, и сын показал себя во всей красе. — У меня как раз чайник закипел, — мягко улыбнулась женщина, пододвигая к девушке стул. — Я Мэри, мама этого… горе-путешественника. Пол, живо тащи сухое одеяло и чистую одежду для гостьи! И сам переоденься быстро. Пол коротко, согласно кивнул матери — между ними было полное взаимопонимание. Он послушно буркнул что-то приветливое и пулей скрылся в коридоре, ведущем к комнатам. Ему нужно было срочно найти свои самые лучшие, мягкие вещи, чтобы девчонке было максимально комфортно. Белла осторожно опустилась на стул, кутаясь в полотенце и шаль, которые Мэри уже успела набросить ей на плечи. За окном шторм с корнем вырывал столетние ели, но на этой кухне, под мерный шум закипающего чайника, впервые за долгие месяцы наступила оглушительная, спасительная тишина. — Спасибо… — тихо произнесла девушка, принимая чашку тёплой воды, которую ей сразу же подала хозяйка дома. — Я Изабелла. Изабелла Свон. Она снова назвала своё полное имя, и Мэри понимающе, тепло улыбнулась, оценив эту мимолётную деталь. В этот момент в кухню вернулся Пол. Он уже успел переодеться, но наставления матери усвоил на лету. На парне была простая чёрная майка, которая обтягивала его широкие плечи и мало что скрывала от взгляда. Пол мысленно ухмыльнулся, посылая матери беззвучное «спасибо за науку». Он нёс перед собой стопку чистых, сухих вещей. — Вот, держи, — Пол аккуратно положил одежду на край стола перед Беллой. Это было его старое, но очень мягкое фланелевое худи и свободные спортивные штаны. — Можешь переодеться в сухое в ванной или в моей комнате. Ванная прямо по коридору, первая дверь направо. Моя комната чуть дальше. Иди, согрейся. Белла благодарно кивнула, забрала вещи и поспешно скрылась в коридоре. Пока гостья переодевалась, Мэри подошла к старому стационарному телефону, висевшему на стене у входа, и набрала номер участка Форкса. Женщине Чарли Свон доверял куда больше, чем взрывному парню, который то и дело попадал в полицию за драки. Пол внимательно слушал, как мать мягко и уверенно ведёт разговор: — Алло, Чарли? Привет, это Мэри Лэйхот. Да, шторм страшный. Не переживай, твоя девочка у нас. Пол перехватил её на трассе, у неё машина едва в болоте не застряла, поворот к Блэкам размыло напрочь. Да-да, укутали, чаем поим. По радио говорят, дорогу на Форкс деревьями завалило, так что пусть ночует у нас, целее будет. Не за что, Чарли. Ей тут безопасно. Давай, удачи на смене. Мэри повесила трубку ровно в тот момент, когда из коридора робко вышла Белла. Пол замер, и его волчье сердце пропустило удар. Вещи были ей откровенно велики — худи доходило почти до колен, а рукава пришлось закатать в несколько раз, но то, как Изабелла буквально утонула в его одежде, отозвалось внутри Пола диким, собственническим восторгом. На ней были его шмотки. Она пахла его домом. Волк внутри победно заурчал: она выглядела такой хрупкой и домашней, что ему захотелось спрятать её от всего мира и никогда не выпускать из этой кухни. — Ну вот и отлично, — улыбнулась Мэри, расставляя чашки. — Садись к столу, Изабелла. Чарли звонила, он передавал привет и просил не соваться на дорогу. Радио передаёт, что шторм только усиливается, так что сиди спокойно и пей чай. Белла осторожно опустилась на стул рядом с Полом. Парень лениво помешивал сахар в своей огромной кружке, стараясь не выдать, как сильно его будоражит её присутствие. Шторм с силой барабанил по крыше дома Лэйхотов, но на этой кухне, под мерный шум закипающего чайника, наконец-то началась нормальная, уютная беседа.

***

Чаепитие затянулось. Тёплая кухонная атмосфера, аромат трав и печенья незаметно растопили неловкость. Белла понемногу отогрелась, а сам Лэйхот ловил каждую её робкую улыбку, чувствуя, как внутри разливается глухое, умиротворяющее тепло. Когда с чаем было покончено, Мэри решительно поднялась со своего места и скрестила руки на груди, окинув их весёлым взглядом. — Так, молодёжь, брысь с кухни! — беззаботно скомандовала она, забирая пустые кружки. — Мать начинает готовить ужин, нечего мне тут под руками мешаться. Идите в комнату. Пол, займи гостью чем-нибудь. Пол послушно поднялся, пряча победную ухмылку. Мама продолжала разыгрывать партию как по нотам, давая ему идеальный шанс остаться с Беллой наедине. Он повернулся к девушке, которая растерянно перебирала пальцами слишком длинные рукава его кофты. — Может, кино посмотрим, Изабелла? — предложил Пол, кивнув в сторону гостиной. — Ты как? Сигнала из-за шторма, конечно, нет, телик ничего не ловит. Но у меня есть старый плеер и куча фильмов на дисках… Если честно, даже сам не помню, что там. Кажется, какие-то боевики и пара старых ужастиков. Выберем что-нибудь? Белла посмотрела на него, потом в окно, за которым чернел бушующий лес, и тихо кивнула. — Да, давай, — негромко согласилась она. — Всё лучше, чем просто слушать, как ветер ломает деревья. Они перешли в небольшую, уютную гостиную. Пол сразу же усадил её на мягкий диван, а сам опустился на корточки перед тумбой с телевизором, возился со старыми коробками дисков и намеренно демонстрировал широкую спину и мощные плечи, обтянутые майкой. Магия запечатления вела его вперёд, превращая обычный вечер шторма в Ла-Пуш в самую важную ночь в его жизни.

***

Пол сам не понял, по какой логике среди пыльных коробок со старыми комедиями и заезженными боевиками они в итоге выбрали «Ван Хельсинга». Диск был старым, слегка поцарапанным, но плеер послушно заглотнул его, и на экране под мрачную музыку побежали титры. Пол устроился на диване рядом с Беллой. Между ними оставалось всего пара десятков сантиметров, и парень кожей чувствовал, как от его чёрной майки к ней идёт мощная волна волчьего жара. Белла сидела, поджав под себя ноги, полностью утонув в его огромном фланелевом худи. Её взгляд был прикован к экрану, где Хью Джекман в длинном плаще эффектно расправлялся с нечистью. Пол лениво откинул голову на спинку дивана, искоса наблюдая за профилем девушки в полумраке комнаты. И в его голове внезапно вспыхнула короткая, злая мысль. «Изабелла подсознательно хочет, чтобы вампиры сдохли?» Эта догадка заставила волка внутри него довольно заурчать. Ведь на экране вовсю шла охота на клыкастых тварей. Белла смотрела фильм на удивление внимательно, не отрываясь, и Пол с мрачным удовлетворением думал о том, что её человеческий разум, возможно, уже начинает бунтовать. Каллены выпили из неё жизнь и бросили умирать в грязи. Джейк пытался лечить её разговорами и мазутом, но именно здесь, в доме Лэйхотов, она сидела в его одежде и смотрела, как киношные кровососы разлетаются в пепел. — Хороший выбор, — негромко произнёс Пол, нарушая тишину и заставляя её вздрогнуть. Он слегка повернулся к ней, демонстрируя расслабленную, но хищную уверенность. — Мне всегда нравился этот парень. Не разменивается на сопли. Видит паразита — уничтожает. В жизни бы так. Белла перевела на него взгляд. В полумраке гостиной её глаза казались огромными, и Пол отчетливо увидел, как в них промелькнула какая-то глубокая, потаённая грусть, смешанная с замешательством. — Да, — тихо ответила она, сильнее кутаясь в широкие рукава его кофты. — Иногда хочется, чтобы некоторые вещи просто исчезали. Навсегда. Будто их никогда и не было. Пол зафиксировал это. Магия внутри него ликовала: она говорила о Калленах. Девчонка начинала злиться, а злость — это первый шаг к исцелению. И Пол Лэйхот был более чем готов помочь ей разжечь этот пожар дотла.

***

Экранный Ван Хельсинг как раз перезаряжал свой огромный автоматический арбалет, когда дверь гостиной резко распахнулась. На пороге стояла Мэри. На ней уже была накинута плотная непромокаемая куртка, а в руках она держала связку ключей. Пол и Белла одновременно обернулись, удивлённо глядя на хозяйку дома. — Так, дети, — скомандовала Мэри быстрым, не терпящим возражений тоном, попутно натягивая на ходу резиновые сапоги. — У дочки Кристен отошли воды. Рожает девка, а в такой шторм скорая из города до нашей глуши будет три часа добираться. Гарри Клируортер на выезде, так что я ушла. Буду принимать роды. Пол ошарашенно моргнул. План планом, но к тому, что коварная матушка посреди ночи бросит его наедине с пассией ради спасения новой жизни, он готов не был. Хотя волк внутри него, сообразив, что дом теперь полностью в их распоряжении, победно завыл. — За плитой следить, — Мэри строго ткнула пальцем в сторону кухни, сурово посмотрев на сына, хотя в глубине её тёмных глаз промелькнула всё та же весёлая, торжествующая искра. — Ужин почти готов, выключите вовремя. И главное: не шалить, дом мне не разнести! — Мам, трассу же размыло, как ты доберёшься? — успел крикнуть Пол, приподнимаясь с дивана. — Кристен за углом живёт, через дворы пробегу! — донёсся уже из прихожей её громкий голос, а в следующую секунду входная дверь тяжело захлопнулась, впустив на мгновение яростный свист ветра. В гостиной снова воцарилась тишина, нарушаемая только кинематографичными взрывами из телевизора и глухими ударами шторма по крыше. Белла растерянно перевела взгляд с пустой двери на Пола. Её щёки снова залил лёгкий румянец от маминого напутствия про «не шалить». Пол медленно опустился обратно на диван. Он повернул голову к Белле, и на его губах появилась лёгкая, обезоруживающая улыбка, полностью стёршая с его лица привычное хмурое выражение. В чёрной майке, расслабленный и нереально горячий, он выглядел сейчас хозяином положения. — Ну… — Пол лениво повёл широкими плечами. — Кажется, ужин сегодня на мне. Придётся тебе довериться моим кулинарным талантам, Изабелла. Пойдём проверим плиту, пока мы тут действительно ничего не разнесли?