Жил был Пол

Домой Пол вернулся глубокой ночью. Тихо притворил дверь, надеясь проскользнуть в свою комнату незамеченным, но на кухне горел слабый свет одинокой лампы. Мать сидела за столом, обхватив руками кружку с остывшим чаем. Она не спала. Ждала его после того, как по резервации поползли слухи о страшной драке в лесу и экстренном Совете у Блэков. Она подняла на него глаза — уставшие, с первыми морщинками, но такие понимающие. Осмотрела его порванную куртку, сбитые руки, след от клыков на плече, который уже затягивался благодаря волчьей регенерации. Пол замер на пороге, готовый к расспросам, нотациям или слезам. Однако мать лишь тихо вздохнула и указала на стул напротив. — Сэм уже заходил, — тихо сказала она, пододвигая к нему тарелку с ужином. — Всё рассказал. Про запечатление. Про дочку шерифа Свона. Пол тяжело опустился на стул, спрятал лицо в ладонях и глухо зарычал от бессилия. Его колотило. Волк внутри требовал бежать в Форкс, ломать двери, забирать Беллу, а человеческая часть понимала, что он выглядит как опасный псих. — Я не знаю, что делать, мам, — хрипло признался он, впервые за долгие годы показывая слабость. — Она девчонка из города. Сломанная. Из-за этих бледных тварей из неё жизнь уходит. А я… я умею только кулаками махать и дрова колоть. Как мне к ней подойти? Джаред несёт чушь про карбюраторы, Сэм говорит не пугать её. А меня изнутри выжигает. Мать мягко улыбнулась. Посмотрела на своего огромного, взрывного сына, который сейчас выглядел как потерявшийся мальчишка, и покачала головой. — Мужчины… Вся стая ваша — дураки стоеросовые. Один карбюраторы чинит, другие приказы отдают, — она протянула руку и накрыла его огромную, сбитую ладонь своей теплой ладонью. — Девочка разбита, Пол. Ей не нужен рукастый мастер или грозный защитник, который будет крутиться вокруг неё, как коршун. Ей нужно то, в чём она сама сейчас нуждается — почувствовать себя нужной. Почувствовать, что кто-то нуждается в ней. Пол нахмурился, не понимая, куда она клонит. — На днях по радио передавали — шторм сильный идёт на побережье, — в глазах матери блеснула задорная, чисто женская хитрость. — Дожди будут стеной, трассу размоет. Вот и попадись ей на дороге под этим дождём, Пол. Милый такой, замёрзший, несчастный. Иди пешком из города вдоль обочины, куртку дома оставь. Сделай так, чтобы она просто не смогла проехать мимо. У неё сердце доброе, Чарли её так воспитал. Она остановится. Пусть подвезёт тебя до резервации. Пол ошарашенно моргнул, представив, как он — бешеный Пол Лэйхот — будет изображать из себя «мокрого щенка» на обочине. — А из-за шторма дорогу перекроют, — продолжала мать, довольная своей выдумкой. — Девчонка застрянет у нас в Ла-Пуш на всю ночь. Чарли я сама предупрежу, скажу, что переждёт непогоду в безопасности. Привезёшь её сюда, напоим чаем, отогреем. А ты между делом, пока дождь по крыше стучит, расскажешь ей про наш гараж. Скажешь, что у тебя там куча старых запчастей валяется без дела, отцовское наследство. Ей ведь нужны детали для её мотоциклов? Вот и повод будет встречаться дальше. Пол сидел, открыв рот, и магия внутри него вдруг одобрительно, радостно заурчала. Это был идеальный план. Никакого давления, никаких драк с Блэком, никакого нарушения приказов Сэма. Белла сама впустит его в свою жизнь, думая, что спасает бедного парня, застрявшего под ливнем. — Ну надо же, — Пол впервые за эти сутки искренне, хищно усмехнулся, и на его душе наконец отлегло. — А ты у меня опасная женщина, мам. — Я просто хочу, чтобы мой сын был счастлив, — мягко ответила она, поднимаясь, чтобы налить ему горячего чая. — Иди спать, волчонок. Набирайся сил. Скоро пойдёт дождь.

***

О том, что мамин план — это вообще-то скрытый обман и немного нечестно по отношению к и без того побитой жизнью Белле, Пол думал ровно до тех пор, пока не лёг спать. Точнее — до того момента, пока к нему не пришли сны. Интимного, чёрт возьми, содержания. С полным, мать его, пятимерным присутствием. Магия квилетов не просто показывала ему картинки — она перепрошила его подсознание так, что Пол проснулся посреди ночи, тяжело дыша, а его кожа буквально горела. В этих снах всё было слишком настоящим. Он чувствовал шёлк её волос под своими пальцами, ловил губами её прерывистое дыхание, ощущал её хрупкое, тёплое тело, прижатое к его собственной раскалённой груди. Запах мазута, дождя и чего-то сладкого, свойственного только ей, забивал лёгкие так, словно она прямо сейчас лежала рядом на его узкой кровати. Волк внутри выл и требовал продолжения, а человеческое эго Пола болезненно сжималось от осознания, что в реальности он до сих пор для неё просто «неплохой парень с красивыми глазами» из полицейского участка. Когда Пол сел на постели, тяжело сглотнув и пытаясь унять бешеный стук сердца, все его благородные мысли о «честности» испарились без следа. — К чёрту честность, — хрипло выдохнул он в темноту пустой комнаты, сжимая одеяло до треска швов. Если ради того, чтобы эти сны стали явью, чтобы просто коснуться её руки в реальности и убедиться, что она жива и дышит, нужно будет изобразить мокрого, несчастного щенка на обочине — он это сделает. Он готов был вываляться в грязи, три часа стоять под ледяным ливнем и выучить наизусть устройство всех карбюраторов мира. Волк внутри одобрительно зарычал, соглашаясь с планом. Больше никаких сомнений не было. Только чёткий, первобытный инстинкт охотника, который собирался заманить свою добычу в самую уютную ловушку в Ла-Пуш. Утром, когда Пол вышел на кухню, мать бросила на него один-единственный взгляд — на его круги под глазами, на взъерошенные волосы и то, как он нервно терзал полотенце — и всё поняла без слов. Она лишь молча пододвинула к нему двойную порцию яичницы и тихо постучала пальцем по стеклу окна, по которому уже начинали размазываться первые тяжёлые капли приближающегося шторма. Время пошло.

***

Дождь лил как из ведра. Небо над трассой Форкс — Ла-Пуш налилось свинцовой чернотой, а ветер с океана сгибал вековые ели чуть ли не до земли. Вода стекала по лицу Пола плотными струями, заливала глаза, но парень упрямо шагал по раскисшей обочине, намеренно поглубже вязня кроссовками в грязи. Мать оказалась не просто коварной — она была чертовски умной женщиной. Пол понял это только сейчас, когда бросил взгляд вниз на самого себя. Куртку она заставила его оставить дома, а вместо плотной толстовки буквально впихнула простую светлую футболку. И теперь эта чертова ткань под безжалостными струями ливня прилипла к его телу как вторая кожа. Волчий жар внутри Пола заставлял воду едва ли не испаряться с его плеч, но футболка промокла насквозь, став практически прозрачной. Она безбожно выставляла напоказ весь «товар лицом»: широченные плечи, бугристые мышцы груди, литой пресс и рельефные руки в сбитых шрамах. Пол выглядел не просто замёрзшим — он выглядел как ожившая фантазия, сошедшая со страниц женского романа. «Коварная женщина, — хмыкнул Пол про себя, утирая воду с лица. — Знала ведь, на что ловить». Сзади, сквозь плотную пелену шторма и шум бьющих по асфальту капель, донёсся знакомый, натужный гул старого мотора. На дороге показались тусклые округлые фары старенького пикапа «Шевроле». Сердце Пола сделало дикий кульбит, а магия внутри заворочалась с такой силой, что когти на руках едва не прорезали кожу. Это была она. Белла. Пол заставил себя сбавить шаг, слегка ссутулился и обхватил себя руками за плечи, изо всех сил имитируя несчастного, окоченевшего от холода парня, у которого заглохла машина или который просто застрял посреди лесной глуши без помощи. Он шёл, не оборачиваясь, но чутко ловил каждый звук приближающегося грузовика. Пикап поравнялся с ним. На секунду Полу показалось, что она проедет мимо, и внутри всё болезненно сжалось. Но Белла Свон не была бы дочкой шерифа, если бы бросила человека в такую погоду. Послышался визг старых тормозов. Тяжелая машина тяжело вильнула на скользком асфальте и остановилась чуть впереди него на обочине, моргая аварийными огнями. Дверь со стороны пассажира приоткрылась, и наружу вырвался поток теплого воздуха из печки, пахнущий старой обшивкой, бензином и ЕЁ сводящим ума запахом. — Эй! — негромко крикнула Белла, высовываясь из кабины и щурясь от бьющих в лицо капель. — Садись быстрее, ты же до костей промок! Пол повернул к ней голову, убирая со лба мокрые волосы, и посмотрел на неё своими «красивыми глазами», в которых сейчас читалось идеальное сочетание растерянности и неловкости. План матери сработал на все сто. Ловушка захлопнулась, и Белла сама открыла ему дверь. Пол быстро запрыгнул в кабину и с силой захлопнул тяжелую дверь пикапа, отсекая яростный рев шторма. Внутри мгновенно стало тихо, только крупные капли дождя с размаху барабанили по железной крыше, да шумела старая печка, изо всех сил нагоняя тепло. Парень шумно выдохнул, утирая ладонью воду с лица. От его промокшего тела, разогретого волчьей кровью до тридцати девяти градусов, в прохладный салон тут же повалил едва заметный пар. Облепившая торс футболка не скрывала ровным счетом ничего. Белла смущенно отвела глаза в сторону лобового стекла, по которому бешено летали дворники. На ее бледных щеках проступил едва заметный розовый румянец. Девушка судорожно сжала пальцами руль, но Пол отчетливо видел, как она все равно краем глаза, украдкой посматривает на его мокрые плечи и тяжелую грудь. От парня пахло озоном, лесом и каким-то диким, чистым мужским теплом. Настоящим. Не таким, к какому она привыкла за последний год. — О, ты же Белла, дочка Чарли? — Пол обернулся к ней, изобразив на лице удивление, и дружелюбно протянул руку. — Я Пол. Мы вчера у твоего отца в кабинете пересеклись. Белла осторожно протянула свою маленькую, вечно холодную ладошку в ответ. Стоило Полу аккуратно, но крепко сжать ее пальцы в своей огромной, горячей ладони, как девушку словно током ударило. Она вздрогнула, но руку сразу не забрала, согреваясь об него, как об печку. — Да, я Изабелла, — тихо ответила она, глядя прямо в его темные, глубокие глаза. Она произнесла это и сама тут же мысленно осеклась. Белла терпеть не могла, когда ее называли Изабеллой. Это имя казалось ей слишком претенциозным, чужим, вычурным. Она всегда всех поправляла, требуя короткого «Белла». Но сейчас, глядя на этого крупного, взрывного парня из резервации, полное имя сорвалось с ее губ само собой. Словно перед ним ей хотелось быть настоящей. Той, кем она родилась, а не той, кем ее сделали Каллены. «О, как, — пронеслось в голове у Пола, а магия внутри него довольно и хищно заурчала. — Интересно». — Красивое имя, — искренне сказал Пол, не разжимая пальцев еще пару секунд, чтобы дать ей привыкнуть к его теплу. — Не против, если я буду звать тебя так? Белла смущенно кивнула, окончательно теряясь под его прямым, ошеломляюще преданным взглядом. — Ладно, Изабелла, — Пол мягко улыбнулся, откидываясь на спинку старого сиденья. — Раз уж ты спасла меня от всемирного потопа, подбросишь до Ла-Пуш? Тут пара миль осталась. А то моя колымага заглохла напрочь, а пешком я бы до утра шел. — Да, конечно, — Белла поспешно переключила передачу, радуясь возможности отвлечься от его гипнотизирующих глаз. Пикап тяжело тронулся с места, разрезая колесами глубокие лужи на асфальте. Они поехали в сторону резервации. Белла изо всех сил старалась смотреть на дорогу, но воздух в кабине уже бесповоротно изменился. Шторм бушевал снаружи, а внутри старого «Шевроле» тихо зарождалось то, что вскоре перепишет всю её жизнь.

***

Они медленно пробирались сквозь плотную стену дождя. Старый пикап тяжело покачивался на выбоинах, а фары едва рассеивали серую водяную глушь впереди. Пол устроился на пассажирском сиденье, закинув одну руку на спинку дивана, и с мягкой, скрытой иронией наблюдал за тем, как Изабелла сосредоточенно вцепилась в руль. Атмосфера в кабине была настолько густой от тепла и её сладкого запаха, что Пол просто не мог молчать. Ему нужно было слышать её голос. — А ты чего тут, Изабелла, в такую погоду? — Пол лукаво прищурился, окидывая её мимолётным взглядом. — Приключения ищешь на пятую точку? Девушка от неожиданности вздрогнула, а её щёки снова залил густой румянец. Ей было чертовски неловко сознаваться в своей глупости парню, который шёл под этим ливнем в одной футболке и даже не дрожал от холода. — Это не специально получилось, — тихо, оправдывающимся тоном пробормотала она, поправляя выбившуюся прядь волос. — Думала до Блэков съездить, к Джейку… Чарли сейчас на смене, а я… мне просто нужна была компания. В доме стены уже давили. Вроде был обычный мелкий дождик, когда я выезжала из Форкса, а оно вон во что превратилось. Белла смущённо прикусила губу, уставившись на дорогу. Ей было стыдно признаться, что она бежала из пустого дома от собственных призраков. «О, как, — подумал Пол, и внутри у него хищно и победно заворочался волк. — К Блэку она ехала. За компанией. Ну надо же». В груди Лэйхота на секунду мазнуло тёмной собственнической злостью при упоминании младшего Блэка, но он тут же заставил себя успокоиться. Какая теперь разница, куда она ехала? Джейк Блэк остался в Ла-Пуш зализывать рваные раны и переваривать запрет вожака. А Пол перехватил её прямо на трассе. И то, что обычный дождь превратился в настоящий шторм, было волку только на руку. Коварный план матери обретал всё более чёткие контуры. — Понимаю, — Пол мягко усмехнулся, убирая руку со спинки и устраиваясь поудобнее. — Погода в наших краях — штука коварная. Секунда — и ты уже посреди потопа. К Блэкам мы, конечно, заедем, проведаем старика Билли. Только вот сдаётся мне, Изабелла, что из Ла-Пуш ты сегодня уже не уедешь. Трассу сзади нас сто процентов завалило деревьями. Придётся тебе переждать это безумие у нас. Белла тревожно бросила взгляд на боковое зеркало, за которым бушевал лесной мрак, но спорить не стала. Рядом с этим горячим, уверенным парнем ей почему-то впервые за много месяцев стало по-настоящему спокойно.

***

Дорога превратилась в сплошной поток грязной воды, смешанной с ветками и пожухлой хвоей. Фары старого пикапа выхватили впереди знакомую развилку — поворот к дому Блэков. Но вместо привычной грунтовки там теперь зияла глубокая глиняная каша, в которой бурлили грязные ручьи. Белла инстинктивно притормозила, собираясь выкрутить руль влево, но Пол резко, перехватив инициативу, положил свою горячую ладонь прямо поверх её пальцев на рулевом колесе. Его прикосновение было твердым, не допускающим возражений. — Не вздумай, Изабелла, — негромко, но властно произнес он, заставляя её выровнять колеса. — Встрянем так, что никакой тягач до утра не вытащит. Твой шевроле тут на брюхо сядет в первую же секунду. Белла растерянно уставилась на размытый съезд, а потом перевела взгляд на Пола. В её глазах, до этого тусклых и пустых, наконец-то прорезалась хоть какая-то живая эмоция — легкая паника. — Блин… — растерянно пробормотала она, сильнее сжимая пальцами руль. — Действительно шторм… Что мне тогда делать? На трассу обратно соваться самоубийство, там видимость нулевая, а здесь не проехать. Где мне караулить, пока всё не утихнет? Пол хищно усмехнулся про себя, мысленно отправляя своей коварной матери высшую благодарность за этот день. Волк внутри него буквально праздновал победу: Блэк остался заперт на своем холме, отрезанный тоннами жидкой глины от девчонки, которую считал своей. — Едем дальше, — Пол указал рукой вперед, сквозь заливаемое ливнем лобовое стекло. — Там через пару сотен метров будет поворот направо. У нас пересидишь. Мать дома, чай горячий согреет, а Чарли я сам наберу из дома, у нас стационарный телефон работает в любую погоду. Скажу шерифу, что его дочка в надежных руках и сыта. Белла посмотрела на него — мокрого, горячего, уверенного парня, от которого в салоне уже стало по-настоящему тепло. Мысль о том, чтобы вернуться в пустой, холодный дом в Форксе, где каждый угол напоминал об Эдварде, казалась ей кошмаром. А здесь… здесь было безопасно. — Хорошо, — тихо согласилась она, послушно нажимая на газ. — Поехали к вам. Спасибо, Пол. — Не за что, Изабелла, — мягко отозвался Лэйхот, откидываясь на сиденье. — Считай, что мы квиты. Ты спасла меня от потопа на обочине, я спасаю тебя от ночевки в болоте. Поворачивай вот здесь, направо. Мы почти на месте.