Сила чувства: от пролога и до эпилога

Они вышли на морозный ноябрьский воздух за забор, ограждающий их дом от большого мира вокруг, и, держась за руки, трансгрессировали на самый порог Гриммо, 12. Она была на четырнадцатой неделе беременности «как вообще можно не замечать, что беременна три месяца?», но врач разрешил трансгрессию до восемнадцатой недели, заверив, что малышам ничего не угрожает. Хоть Северус и был против такого вида перемещений в её положении, но она, в лучших традициях беременных женщин, устроила истерику, и он отступил, не желая портить день очередной ссорой, спровоцированной разбушевавшимися гармонами. Они были помолвлены уже две недели, и хоть животика еще совсем не было видно, она хотела выйти замуж до того, как не сможет нормально двигаться и влезть в любое свадебное платье. О помолвке и, тем более, о прибавлении никто не знал, но сказать Гарри и Джинни они решили сегодня. На пороге дома их встретила сияющая Молли Уизли, которая узнала, что они пара от дочери совсем недавно, и пыталась искренне скрыть эмоции от вида этого союза и обиды за собственного сына. - Проходите! – она крепко обняла каждого из них. – Я рада вас видеть. Оставив Северуса в компании мужчин в столовой, она поспешила наверх к Джинни, и, отворив дверь, ахнула, прижимая руки ко рту. - Джинни, подруга, ты просто невероятно красивая. Мерлин! Да ты просто богиня! – она аккуратно обняла подругу, чтобы не испортить прическу. - Девочки, как думаете, это нормально, что я совсем не волнуюсь? – на нее тут же посмотрели Гермиона, Флер, Полумна, Лаванда и Анджелина, кормящая малыша Фреда грудью. - Я тоже не волновалась, и так была уверена, что Билл меня любит. – как всегда манерно откинув волосы, высказалась Флер. Джинни закатила глаза, но не стала комментировать ее ответ. - У нас вообще не было свадьбы, расписались в министерстве сразу после последней битвы, поэтому мы не волновались, а торопились. – Анджелина тихо хихикнула. Лаванда не стала ничего говорить, и Джинни с надеждой посмотрела на Гермиону. - Милая, я не знаю, я ведь не выходила замуж. Я думаю, что ты просто уверена в правильности своего решения, поэтому не волнуешься. – она пожала плечами. Неожиданно для всех из кресла поднялась Полумна и взяла Джинни за руку. - А я думаю, что перед свадьбой все невесты волнуются, просто не понимают этого. Но раз ты у нас об этом спросила, то ты уже точно волнуешься. – и это были самые правильные слова, которых никто не ожидал от Лавгуд. Дверь в комнату распахнулась, впуская раскрасневшуюся Молли. - Девочки, чего же вы сидите? – она всплеснула руками. – Переодевайтесь, осталось полчаса до начала церемонии, нам ведь еще надо добраться. Уже даже мужчины готовы. В спальне началась кошмарная суета, и Гермиона с ужасом осознала, что ее платье подружки невесты на ней не сходится, она могла бы его трансфигурировать, но уже не было времени. - Девочки, - она почти плакала. – это кошмар, я не могу влезть в платье. Флер посмотрела на нее так, что она чуть не провалилась под землю. В этом взгляде легко читалось «меньше надо есть». Большинство присутствующих девушек были в платьях большего размера чем у Гермионы, но, отдав ей свое, точно её размер на себе бы не застегнули, а платье Флер было еще меньше, чем ее минимум на размер. - Знаешь, я сильно похудела за последнее время, отказалась от животной пищи, возможно, нам подойдут платья друг друга. – Полумна как всегда плавным движением забрала платье Гермионы и передала ей свое. И, хвала Мерлину, оно на ней застегнулось. Через мгновение Гермиона вошла в столовую в лавандового цвета струящимся до колен платье с глубоким квадратным декольте, выгодно подчеркивающим грудь, и длинными полупрозрачными шифоновыми рукавами колокольчиками. Ее волосы были собраны в аккуратную прическу на затылке, как и у остальных подружек невесты, и Северус подумал, что она похожа на маленькую фарфоровую статуэтку. Она была невероятно красива и, кажется, счастлива. - Гермиона, привет! – Поттер крепко стиснул ее в объятьях. - Привет, Гарри! – она оглядела комнату. – Привет, ребята. Билл, Чарли, Невилл и Симус чувствовали себя в строгих мужских костюмах черного цвета неуютно, чего было нельзя сказать о Северусе, который большую часть жизни носил еще более сложные одежды. - Привет, Грейнджер! – они ответили хором не сговариваясь. - А где Рон? – она шепотом спросила Гарри, вплотную пододвинув губы к его уху. Он понял в чем дело и также тихо дал ответ. - Узнал, что будете вы, и решил не приходить. - Ты серьезно? – уже с нормальной громкостью, удивленно вскинув брови, спросила Гермиона. - Нет, конечно. – он снова наклонился к ней и перешел на шепот. – Просто в очередной раз повел себя как свинья. - Вообще-то я принесла вам бутоньерки. – с широкой игривой улыбкой она обвела взглядом всех мужчин. - О нееет. – застонал Симус. - Идеи невесты не обсуждаются, господа. – она включила взгляд а-ля Макгонагалл. – Надевайте!

***

Никто не надеялся, что свадьба Гарри Поттера будет скромной, но такое количество гостей было сложно предположить. - Такое ощущение, что они пригласили весь мир. - Сомневаюсь, что весь, но его большая часть точно здесь. – Северус периодически был с ней рядом, но волю рукам не давал, и ничем не показывал, что они пара. Большую часть вечера она проводила в самых различных компаниях, не понимая как в них оказываясь. - Мисс Грейнджер, рада вас видеть! – к ней подошла профессор Вектор. – Я слышала, что вы преуспели в министерстве не без использования сложных арифматических решений. - Да, знания вашего предмета помогают мне в расчетах выгоды создания международных магических бизнесов. – она улыбнулась. – Должна признаться, что вы были моим любимым преподавателем. Вектор похлопала ее по плечу, так она делала всегда, когда хвалила ее во время учебы в школе. - А я должна сказать, что очень скучаю по своей лучшей ученице. – она была очень красивой женщиной в платье винного цвета по фигуре и на высоких каблуках, она была ростом на голову выше Гермионы, ее густые длинные волосы мягко струились по спине завитые в легкие локоны и не могли оставить равнодушной ни одну женщину из тех, кто каждое утро боролся за то, чтобы не выглядеть медузой Горгоной. У нее была невероятно женственная фигура: небольшая, но сексуальная грудь, узкая талия и округлые аппетитные бедра. Гермиона про себя удивилась, что Северус, будучи в отношениях с этой женщиной, мог обратить внимание на нее. Это был бы очень милый разговор бывших профессора и студента, если бы со всей свойственной ему прямолинейностью их не перебил вопросом Джордж Уизли. - Гермиона, где твой благоверный? – он развел руками. – У Северуса остались все наши деньги. Отдали как самому ответственному, а он куда-то запропастился, именно в тот момент, когда нужно делать ставки. - Джордж, я не знаю. – она привстала на носки, оглядывая зал полный людей, но так его и не увидела. – Он пил сегодня? - Конечно, Грейнджер, мы ведь на свадьбе. – он рассмеялся. - Тогда поищите на улице: он курит, когда выпивает. - Гермиона, ты гений! – Джордж по-дружески толкнул ее в плечо и растворился в толпе. Септима Вектор стояла как в воду опущенная, лицо стало каменной маской, а взгляд смотрел куда-то в даль. Это длилось всего несколько секунд, перед тем как она оттаяла и, натянув улыбку на лицо, продолжила диалог с бывшей ученицей. - Гермиона, я не ослышалась? Джордж Уизли только что назвал профессора Снегга вашим благоверным? – она смотрела на нее так, будто надеясь, что она даст отрицательный ответ. - Честно сказать, я думала, что в Хогвартсе все уже знают, что мы с Северусом вместе. – ее ответ ударил по ушам как гром после июньской жары. Он бросил ее ради сопливой студентки, так еще и терпеливо ждал пока сможет безнаказанно быть с ней. В ней нет ведь ничего такого особенного: несуразная мальчиковая фигура, вечно скрываемая под рубашками и широкими джинсами, худая как палка, грудь еле дотягивает до первого размера, а волосы вообще похожи на птичье гнездо. Она еще раз окинула девушку взглядом «ничего особенного» и остановилась на кольце из белого золота, сплошь усеянного розово-оранжевыми сапфирами. Оно стоило целое состояние, а эта девочка сто процентов даже не догадывалась, что на ее пальце не проволока со стекляшками. - Вы ошибаетесь, Северус не афиширует свои отношения. – она накинула на себя милую приветливую улыбку, и от этого ее затошнило. – Вас можно поздравить с помолвкой? «Вот же черт!» выругалась про себя Гермиона, засуетившись, она совсем забыла оставить кольцо дома, но в конце то концов, они и правда были помолвлены и ждали появления на свет целых двух малышей, скрывать долго все равно бы не получилось. - Можно. – Гермиона буквально физически почувствовала, как профессор прожигает ее взглядом. – Спасибо! - Странный выбор на мой взгляд. – женщина отвела взгляд и быстрым шагом влилась в толпу гостей. «Странный выбор? Я для него или он для меня?», Северус, конечно, сказал, что у них не было ничего серьезного, но эта женщина явно была к нему неравнодушна даже по прошествии такого большого периода времени. От этого разговора ей стало жарко, и она решила выйти проветрится. На улице уже было темно и очень морозно, среди курящих она быстро отыскала Северуса, и приблизившись к нему, к своему удивлению, поняла, что противный до беременности ее носу запах табака, стал вдруг приятным, его хотелось вдыхать полной грудью. - Северус. – она положила руку ему на плечо. – Тебя нашел Джордж? Он повернулся к ней и, увидев, что она стоит на ноябрьском морозе в полупрозрачном шифоне, сразу снял и накинул на нее свой пиджак. Тепло его тела сразу же уняло дрожь, которая уже начинала расходиться по коже. - Да. – он мирно улыбнулся ей. - Слушай, я забыла оставить кольцо дома, а Джордж, в присутствии профессора Вектор, назвал тебя моим благоверным. Я, честно говоря, по глупости думала, что преподаватели после того инцидента и так о нас знают… - она стала румяной ни то от холода, ни то от неловкости. – в общем, я думаю, что теперь весь преподавательский состав в курсе событий. Северус с какой-то неподдельной нежностью и мягкой страстью притянул ее к себе и мягко поцеловал в губы, поглаживая большим пальцем ее скулу. — Значит, пришло время им узнать. – он прижал ее ближе к себе, и, стоя под медленно падающими мелкими снежинками, она почувствовала себя укутавшейся в теплое одеяло. — Вот вы где. – к ним приближались теперь уже Поттеры. – В зале такая духота, что мы решили сбежать. Северус и Гермиона переглянулись «отличный момент» и ответили друзьям улыбками. - Ребята, мы вам хотели кое-что сказать. – Гермиона закусила нижнюю губу, она делала так всегда, когда нужно было быстро и правильно подобрать слова. – Мы женимся. Визг Джинни, казалось, заставил снег падать быстрее, и она со своей коронной самоотдачей крепко обняла их обоих. Гарри улыбался во все тридцать два и пожал руку Северусу с каким-то всеобъемлющим уважением и признанием. - Вообще-то это еще не все. – она немного напряглась, все же новость о беременности не так логична, как о планируемой свадьбе. – Скоро мы станем роди… Не успела Гермиона договорить, как Джинни со всей силы сжала ее ладонь. - Мы тоже! Как раз хотели вам сказать. Но срок очень маленький. Когда у вас плановая дата родов? – она буквально пылала от захлестнувших эмоций, и Гермиона удивлялась как еще не поддалась им сама. - В апреле. – она потупила взгляд. - Ого! – казалось, что Джинни впервые в жизни растерялась. – У нас в июле. Почему вы не рассказывали? - Потому что мы сами не знали. – Северус говорил фирменным профессорским тоном, но с улыбкой на лице. – Мисс Грейнджер немного отвлеклась на работу. Гарри был в явном недоумении от того, что можно не замечать, что беременна целых три месяца, но высказываться по этому поводу не стал, указав лишь на то, что это похоже на его подругу. - Чур я крестная! И… - Джинни запнулась из-за эмоций. – и организатор свадьбы. - Не переживай места хватит всем. У нас близнецы. – Гермиона тихо рассмеялось. Новоиспеченная миссис Поттер звонко хлопнула в ладоши, и вдруг стала серьезнее. - Ну, я не хочу вас расстраивать, но это сущий ад. Мама вырастила семерых детей, но порой мне кажется, что до сих пор не пережила моральную травму от Фреда и Джорджа. Все, включая Северуса, рассмеялись, и это мгновение, как по волшебству, зафиксировалось глубоко в душах четырех неподдельно счастливых в этот миг людей.

***

Доверить Джинни организацию свадьбы было опрометчиво, они осознали это еще тогда, когда она заявилась к ним с самого утра их редкого совместного выходного и заставила выбирать цвет ткани для скатертей из сотни оттенков бежевого. Для Северуса это было настоящей пыткой, но он из последних сил сдерживался, чтобы не наорать на лучшую подругу будущей жены. Гермиона в свою очередь никак не могла собраться, борясь с утренней тошнотой, которая так и не отступала. Наконец определившись с проклятым цветом, в надежде на скорый уход Джинни, они столкнулись со следующей проблемой: подружка невесты, взмахнув палочкой, расстелила на столе пергамент с текстом для пригласительных «проверяйте!». Они наскоро прочли текст, убедившись в правильности имен и даты, одобрительно кивнули, и через минуту наконец остались одни. Свадьба должна была состояться на рождественских каникулах в преддверии нового года, и Гермиона надеялась, что ее, уже слегка заметный только для нее и Северуса, животик не станет слишком большим, но платье решила купить в последний момент, чтобы потом не было мучительно больно осознавать, что оно стало ей мало. Они не чувствовали волнения или страха перед приближающимся событием из-за высокой загруженности на работе и удачно делегированных Джинни полномочий по его организации. Совместное воскресенье сменилось утром понедельника, и она вновь судорожно бегала по дому в поисках своих вещей, будучи покоренной последовательностью действий своего мужчины. Он всегда переступал оградку камина за десять минут до начала первого урока, но сегодня не торопился, так как у студентов был запланирован поход в Хогсмид, а планерка преподавателей начиналась только в девять. В последнее время он был крайне раздражителен, но от вопросов отмахивался, ссылаясь на отвратительное поведение студентов. Гермиона понимала, что бедным студентам достается от него как старым медным котлам, и в глубине души радовалась, что больше не входит в их число. Наконец они попрощались, стоя у камина и жадно целуясь.

***

Снегг уже машинальным жестом открыл дверь в учительскую и, переступив ее порог, понял, что что-то не так. На него смотрел весь преподавательский состав Хогвартса, держа в руках по серебристому конверту, и в этом взгляде читалось ни то удивление, ни то осуждение. Стоя у окна в дальнем углу кабинета, Невилл Долгопупс как-то по-доброму кивнул ему в знак приветствия. — Это шутка такая? - начал Флитвик. - Северус? - О чем вы? - он прошел к своему месту и понял, что для него письма нет. Он протянул руку Флитвику и, взяв его конверт, достал из него лист невероятно приятной на ощупь твердой бумаги. На листе черным переливающимся теснением были написаны слова:

«Дорогой, Филиус!

Будем рады видеть вас в кругу гостей на торжестве по поводу нашего венчания 29 декабря 1999 года в отеле Мейфэр.

Велком - 17:00

Церемония - 18:00

Банкет - 18:30

Северус Т. Снегг и Гермиона Дж. Грейнджер»

Она на мгновение закрыл глаза и потер переносицу пальцем, а после легким движением руки вернул конверт Флитвику. - Что-то не так? - этот тон означал «не подходи, убьет» был знаком всем присутствующим, но в данных обстоятельствах мало, кто переживал за свое здоровье. – На мой взгляд типичное пригласительное. - Ты женишься на Гермионе Грейнджер? - с до сих пор круглыми глазами повернулась к нему Поппи. - На нашей Гермионе? - Да. - он прищурил глаза. — Это запрещено законом? - Ох, ну и какого же черта вам всем не уймётся!? - Аберфорт вновь включил режим защитника. «Я убью Джинни Уизли!» пронеслось в его голове. Они планировали скромную свадьбу, совсем не собираясь звать на нее всех, кого видели больше одного раза в жизни. Несмотря на то, что он работал в этом коллективе двадцать лет, у него совсем не было желания лицезреть в самый главный день своей жизни большинство из них. На удивление Северуса коллеги совсем не собирались останавливаться. - Может быть законом это и не запрещено, но жениться на своей студентке, это неправильно, Северус! - Помона всегда его недолюбливала, в основе своей по причине его вечного недовольства ее скоростью выращивания ингредиентов для зелий. В этот момент его бесило все без исключения, хотелось провалиться под землю, только бы не сидеть здесь и не слушать этих беспринципных идиотов. - Она уже не моя студентка. - буквально метая молнии из глаз он прошипел в ответ Стебль. - А я согласна с Северусом. - Поппи наконец вышла из состояния оцепенения. - Что тут такого? Он преподает уже двадцать лет, большинство молодых ведьм Британии его бывшие студентки. К удивлению Снегга и всех сидящих, Вектор открыла рот не для очередного обвинения. - Коллеги, я думаю, что нас пригласили на свадьбу, а не на дебаты по поводу выбора спутницы профессором Снеггом. - Септима как будто внутри себя приняла какое-то важное решение, которое подтолкнуло ее к этому высказыванию. Он впервые так радовался приходу Макгонагалл, в учительской наконец все успокоились. Основной темой для обсуждений стали стычки Дурмстранга в коллаборации со студентами Слизерина со всеми остальными студентами. Тема была острой, и все наконец отодвинули серебристые конверты в сторону. Планерка затянулась, в это время он уже давно должен был быть в своем кабинете, а сейчас все только вставали со своих мест, чтобы разойтись по кабинетам. Видимо, отправив патронуса, Гермиона ссылалась на его примерный график, полагая, что рядом с ним никого нет, поэтому, когда в учительскую кубарем влетела сияющая серебристая выдра, единственное, о чем он успел подумать это существует ли возможность заткнуть рот патронусу. Под пристальным ожидающим взглядом коллег, он, уставившись на патронуса, скрестил руки на груди «Ну давай, вбивай последний гвоздь». Выдра игриво потерлась о руку Снегга, и наконец зависла в воздухе. «Северус, это какой-то кошмар! Она пригласила половину министерства! Я не могу выйти в коридор, потому что любой, проходящий мимо считает нужным высказаться. В мой кабинет ввалилась, наверное, сотня человек не меньше, и это за утро. Я даже не запомнила, кто из них говорил хорошее, а кто плохое. Ко мне заявился даже Драко Малфой, я не знаю, что у него переклинило, но он так крепко меня обнимал, что у меня до сих пор болят ребра. Меня ужасно тошнит от волнения, и я хочу убить Джинни Уизли. Мы ведь говорили, что хотим тихую свадьбу… В Хогвартсе тоже все получили пригласительные? Уверена тебе проще, потому что Вектор наверняка уже все всем растрепала. Стоит отметить, что конверты невероятно красивые. Ах да, еще Гарри передал, что Джинни требует от нас написать клятвы. Я не понимаю зачем вообще нужна эта чушь, и, кажется, схожу с ума. Люблю тебя очень сильно!» Патронус голосом Гермионы тараторил чуть больше минуты, а потом растворился в воздухе. Вектор громко и недовольно фыркнула нелестной оценке умения держать язык за зубами ее студенткой. Никто из учительской не вышел, находясь в первом ряду театрального зала, и не собирался лишать себя зрелища. - Что!? – он редко повышал голос, но сейчас уже держаться не мог. Никто из присутствующих ответа не дал, и он вылетел из учительской в широко-развивающейся мантии. Студенты буквально испарялись, увидев профессора, чувствуя, что сейчас попасть под руку равняется смерти. Через десять минут в гостиной слизерина он стоял, опершись руками на диван, перед явно напуганными студентами. Если деканы других факультетов не приходили в гостиные к студентам без невероятно острой надобности, то у Снегга таких принципов не было, поэтому слизеринцы всегда были готовы к вторжению абсолютно невыносимого, но по-настоящему уважаемого ими декана. - Если еще раз хоть кто-то из вас спровоцирует стычку с другим факультетом, я отчислю каждого в ней участвующего. – студенты видели своего декана в разных эмоциональных состояниях, но сейчас он точно не шутил. – Мистер Флит, мистер Санс, мисс Норман вы можете паковать чемоданы первыми, если я услышу еще раз ваши имена в учительской, вы вылетите из школы в ту же секунду. Разнос длился около получаса, и студенты уже начинали пылать от усталости стоять на ногах и волнения. Через пару дней вся школа бурлила от сплетен, а студентки смотрели на него с каким-то странным вожделением, и он понимал, что в головах подростков уже отрисованы самые яркие картинки интимных отношений самого грубого профессора и лучшей ученицы школы.

***

- Привет! – Гермиона бросилась ему на шею, как только он переступил порог, и он с радостью заметил, что она стала более румяная и не выглядела уставшей. – Я соскучилась, Северус, очень. Они ужинали китайской едой на заказ, которую до беременности она ненавидела, а теперь уплетала за обе щеки, и похоже радовалась наконец отступившему токсикозу. - Ты уже написал клятву? – запихивая очередную порцию креветок в сладком соусе в рот, она смотрела на него абсолютно счастливыми влюбленными глазами. – Я не могу написать ни слова, мне кажется, что я уже все говорила тебе лично, но Джинни ведь не отстанет. - Нет. - он смотрел на нее так, будто наблюдал за самым красивым существом на Земле. – Мы обсудили это с Джинни, и она согласилась дать мне право не пользоваться заранее подготовленным текстом. Гермиона округлила глаза, а после сразу их прищурила. - Что так можно было? Почему ты не сказал? – она свела брови на переносице как недовольный ребенок и чуть подалась вперед. Северус перегнулся через стол и разгладил пальцем образовавшуюся морщинку между бровей, нежно проведя ладонью по ее щеке. - Честно говоря, мисс Грейнджер, я думал, что вы уже написали минимум футов шесть. – в его глазах заплясали чертята, и она рассмеялась. - Осталось совсем ничего до того, как моя фамилия изменится, каким оружием тогда будешь пользоваться? – она наигранно надула губы. - Хм… невыносимая всезнайка? - О, давно не слышала… - отчего-то ей стало даже немного обидно. – Эта всезнайка смогла спереть из вашего кабинета, профессор, кожу бумсланга и порошок из рога двурога. Так что не зарывайтесь! «Да быть того не может!» он был уверен, что залазил в кабинет Поттер, ну на край Уизли, но Грейнджер… - Прости? – он вскинул брови. — Это я воровала у тебя. – она скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула. – Отличницу никто бы не отчислил. Сказала бы, что просто хотела попробовать сварить оборотное зелье из академического интереса, и не знала, где еще можно взять ингредиенты. Макгонагалл бы защитила, пришлось бы просто потерпеть: «невыносимая всезнайка», «вы опять лезете, невыносимая девчонка», «я не вижу никакой разницы». Конечно же виной были гормоны, но ей вдруг стало обидно вспоминать все эти его слова, особенно инцидент с заклинанием Малфоя на четвертом курсе, и она с раскрасневшимися от слез глазами выскочила из-за стола, перешагивая через ступеньку, чтобы быстрее добраться до спальни. Такая реакция была для него неожиданной, хоть он уже и привык к резким переменам настроения. «А это «Я не вижу никакой разницы», что это вообще такое?». Гермиона плакала, уткнувшись лицом в подушку, и это зрелище скорее подталкивало его уйти, чем остаться. Он был абсолютно равнодушен к слезам, его это никогда не пронимало, но когда плакала она внутри как будто все рвалось на мелкие кусочки, особенно, когда он сам был в этом виноват. Утешать он не умел и не любил, потому что ему самому это никогда не помогало, поэтому просто решил обнять ее и извиниться. Он бережно приподнял ее и прижал к своей груди крепко обвив руками, она плакала, но не отстранялась от него. - Лучик, прости меня, я не имел в виду ничего обидного. – он поцеловал ее в гриву волос на макушке, полыхающую от жара кожи. – Гермиона, пожалуйста, не плачь. - Зачем ты напомнил? – она всхлипнула и подняла на него опухшие от слез глаза. - Напомнил, что? – он нахмурился. – Гермиона, я просто… это просто шутка. - Шутка? – в ее голосе звучала такая сильная обида, что он почувствовал себя сильно виноватым. – Северус, а это «Я не вижу никакой разницы», тогда это тоже была шутка? - Гермиона, да о чем ты вообще? Я даже не понимаю, что эта вырванная из контекста фраза означает. – он выпустил ее из рук и теперь стоял, опершись спиной о стену, со скрещенными на груди руками и смотрел на разыгравшуюся зимнюю пургу за окном, мысленно радуясь, что теперь может быть дома с любимым человеком, а не гореть от чувства собственной вины в подземельях каменного замка, холод которого он ненавидел больше всего на свете. - Вырванная из контекста? – теперь она уже не плакала, а искренне возмущалась и злилась на него, стоя на коленях посреди кровати. – Я из-за этих слов рыдала ночи напролет весь чертов четвертый курс. А ты их даже не помнишь. Она так стремительно подошла к нему, что на мгновение показалось, что она сейчас его ударит. Гермиона со всей силы толкнула его в плечи и снова… заплакала. - Ты… ты просто… - он обхватил ее руками и прижал к себе. – Ты даже себе не представляешь, как могут обидеть такие слова, особенно, от небезразличного тебе человека. Как вообще так можно себя вести? - Гермиона, я готов извиняться бесконечно, но я искренне не понимаю за что. Потому что я просто… - он развел руками, выпуская ее из объятий. – не помню абсолютно всего, что я говорил за жизнь. - Знаешь, тогда я не буду напоминать, а то у нас свадьба через десять дней… - она вытерла слезы и теперь говорила с явным желанием задеть. – вдруг передумаешь. Он всегда старался быть спокойным, не реагировать на ее эмоциональные выпады в его сторону, оправданные чаще всего излишней чувствительностью на фоне ее положения, но иногда она вела себя так, будто страстно желала конфликта. - Гермиона, хватит! – он умел не кричать, но порой все же повышал голос. – Я ведь правда стараюсь, чтобы ты не эмоционировала, я делаю все, чтобы быть дома чаще, чтобы тебе было спокойней, но каждый раз, когда я здесь, мне кажется, что тебе еще хуже, чем без меня. Её глаза буквально полыхали огнем, и она, всплеснув руками, громко выдохнула и как-то зло улыбнулась. - Ошибаешься. Я просто «не вижу никакой разницы». После этих слов он развернулся на каблуках и стремительно вышел из спальни, оставив ее одну с шансом спокойно прийти в себя без его присутствия. Лаборатория была в том же виде, в каком он ее и оставил. Она очень редко сюда спускалась, потому что ее раздражали запахи, и чаще всего, когда он чувствовал, что ей нужно побыть одной, уходил сюда работать над чем-нибудь новым. В этот раз он решил, что пришло время поработать над неудачной вредилкой Джорджа раз уж пообещал помочь. Работа не шла от слова совсем, и после попытки сварить базовое зелье точь-в-точь по рецепту автора, чтобы понять, на каком этапе происходит нежелательная реакция, котел взорвался так сильно, что он в последний момент успел поставить щитовые чары перед собой. Взрыв нанес приличный урон, и он шокировано осмотрел результаты своего эксперимента. В лабораторию влетела напуганная Гермиона. - Северус! – она волновалась. - Все в порядке. – он поднял на нее глаза и тепло улыбнулся. - Отлично! – каштановая копна кудрей подлетела вверх и снова опустилась на ее плечи следуя за своей хозяйкой. Он проработал до полуночи, и, наконец, подобрав пропорции и заменив один из ингредиентов на более инертный, с совой отправил пробник Джорджу. Он был уверен, что Гермиона уже спит, сейчас она всегда ложилась рано, но ужасно разозлился, когда увидел, что она предпочла диван в гостиной их постели. Он взглянул на ее сонное лицо, усеянное веснушками, пухлые чуть приоткрытые губы и поднял ее на руки откинув одеяло. - Что ты делаешь? – «вот же упрямая невыносимая девчонка» - Несу тебя в спальню. Спать. На нашу кровать. – она была легкая как пушинка, он не чувствовал тяжести и легко поднимался по ступеням с ней на руках. - Я хочу остаться в гостиной! Отпусти, Северус! – она брыкалась как ребенок. Он рывком поставил ее на ноги рядом с кроватью, так, что она даже пошатнулась от потери равновесия. - Зачем ты это делаешь? Зачем? Чего ты добиваешься? – он стянул резинку с волос и выдохнул. – Гермиона, ты бесконечно плачешь, устраиваешь сцены, а теперь убегаешь спать в гостиную. Если ты сомневаешься или передумала выходить за меня, то скажи прямо, и мы все отменим. Я ведь вижу, что что-то не так: ты без конца цепляешься к словам, вспоминаешь какую-то ерунду из прошлого, о которой я даже не помню, постоянно говоришь о том, что я могу передумать жениться на тебе. С какой все это целью? Она молчала, вперив взгляд в стену. - Я списывал все на шалящие гормоны, но всему есть предел. Если тебе некомфортно, если ты понимаешь, что эти отношения летят с горы, то признайся себе в этом наконец. Для чего ты изматываешь себя этими эмоциями? Ты ведь понимаешь, что все эти истерики напрямую влияют на близнецов, но упорно продолжаешь скандалить каждый мой чертов приход домой. Ты не хочешь даже объяснить из-за чего была сегодняшняя истерика. Как я должен тебя понять? Гермиона не пошевелила ни пальцем, и он, всплеснув руками, решил, что сегодня переночует в Хогвартсе, ему уже и так популярно объяснили нежелание делить с ним постель.

***

- Готова? – Джинни сияя от нетерпения и предвкушения шагнула из камина их гостиной. - Знаешь, я… - Гермиона заламывала пальцы с такой силой, что могла их вывихнуть. – Наверное нужно все отменить. - Что ты сказала? – девушка нахмурила брови и попыталась посмотреть в глаза подруге, которая упорно их отводила. - Мы сильно поругались. Это я виновата. Он не ночует дома уже три дня. Я думаю, что следует спросить у него состоится ли свадьба. - Я не знаю, что у вас произошло, но я говорила с Северусом полчаса назад, и он ничего такого мне не сказал. – она опустилась на стул и накрыла ладонь подруги своей. – Милая, мне кажется, что ты очень глубоко беременна и накручиваешь себя очень сильно. Если ты чувствуешь, что виновата, то просто нужно извиниться и объяснить из-за чего ты была расстроена. - Ты была в Хогвартсе? – Гермиона впервые взглянула на подругу. - Нет. Мы встретились в Лондоне случайно, недалеко от министерства, они с Вектор обедали в ресторане через дорогу. Видимо решали какие-то вопросы с советом попечителей. - С Вектор? – «теперь все ясно». - Ну да, она же твой, вроде как, любимый преподаватель. Такая с длинными волосами красотка. – Джинни показала руками аппетитную женскую фигуру, а Гермиона опустила взгляд на свой уже совсем не незаметный живот. - Сегодня суббота, Джинни. Совет попечителей отдыхает дома, как и я. – Гермиона спокойно улыбнулась подруге. - Оу, Гермиона. – Джинни приложила руку к губам. – Так, погоди, мы же с ним при ней обсуждали свадебные вопросы. Мне, кажется, ты накручиваешь себя. Хочешь сказать, что Снегг может параллельно с тобой…? - Нет, Джинни, я ничего плохого не хочу про него сказать. Просто спроси у него, пожалуйста, состоится ли свадьба в итоге. Я как видишь беременна, и хотела бы все же выйти замуж хоть и номинально. – Гермиона была явно наигранно весела и спокойна. - Хорошо. Но… - «что, мать твою, делать?» - мы не будем отменять шопинг в Лондоне. Нет! Нет! И нет!

***

Спустя два часа подруги звонко хохотали, сидя в маггловском кафе-мороженном уложив ноги в новых сапогах на соседние стулья. - Честно говоря, я могу в них только сидеть. – подавшись через стол шепотом сказала Гермиона. - По-твоему у меня другая ситуация? – Джинни засмеялась еще сильнее. До «Дырявого котла» они шли медленным прогулочным шагом, и Джинни робко сжала ладонь подруги. - Ты его любишь? - Почему ты спросила? – Гермиона не перестала улыбаться только слегка прищурилась. - Потому что происходит что-то странное с вами, ребята, за неделю то до свадьбы. И я подумала, может быть, ты просто поняла, что ты не любишь его на самом деле. - И ты туда же, да? Как можно любить Северуса Снегга? – она вдруг ухмыльнулась. – Можно. И я его очень люблю, Джинни. Но после этой ссоры он совсем не выходит на контакт, поэтому я не могу быть на сто процентов уверена, что у нас хоть на толику все по-прежнему. - А что за ситуация с Вектор? - Они когда-то давно были типа вместе. - Ого… И ты ревнуешь? - Наверное. - Ясно. – Джинни улыбнулась. – Вы из-за этого поссорились? Гермиона рассказывала Джинни все, что держала в себе эти три долгих дня, и когда закончила, ожидая понимания, получила звонкий смех подруги. - Бедный Снегг. Он ведь даже не понимает, что произошло. - Я знаю. Не нагнетай. – Гермиона обняла подругу. – Пошли посмотрим что-нибудь по телеку? - Конечно.

***

Девушки буквально вывалились из камина, не находя в себе сил держаться на каблуках больше ни одной секунды, и тут же увидели читающего на диване Снегга. - Я, пожалуй, пойду. – Джинни повернулась обратно к камину. – Хорошего вечера. В камине вспыхнуло зеленое зарево, и Джинни исчезла. - Северус, надо поговорить. – она стягивала сапоги и морщилась от боли. Снегг оторвался от книги и перевел на нее взгляд слегка кивнув. - Надо. - На четвертом курсе заклятие Малфоя отскочило в меня перед кабинетом зельеварения, и у меня начали расти зубы, а когда появился ты, Гарри и Рон начали меня защищать, но ты, взглянув на меня, сказал, что не видишь никакой разницы. И… мне было очень обидно. Северус обхватил голову руками, и посмотрел на нее взглядом «Грейнджер, ты дура?». - Мне последнее время тяжело контролировать эмоции. - Ты купила платье? – он был серьезен и немного хмур. - Нет, но у меня еще есть неделя. - Купи наконец его, пожалуйста, и выйди за меня замуж, чтобы я точно знал, что ты от меня никуда не денешься.