Сила чувства: от пролога и до эпилога

Свет зимнего солнца заливал весь номер отеля, отражаясь от переливающихся нитей ткани ее платья. Гермиона смотрела в зеркало и не верила, что она может быть так красива, а сегодня она бесспорно была красива. Как она не надеялась, что на двадцатой неделе беременности близнецами можно скрыть животик, чуда не произошло, и они с Джинни подняли на уши весь Лондон, чтобы сотворить эту красоту. Жемчужно-белый обод обрамлял основание ее шеи, держась лишь на еле заметном касании ключиц, растекаясь в низ по спине и груди перламутровым шифоном, создавая образ древнегреческой богини. Рукава начинались от краев точеных как у фарфоровой куклы плеч, оставляя их обнаженными, и струились до низа юбки, спину обнажал глубокий вырез до низа лопаток, обрамленный серебристой сияющей каймой, углом перетекающий в облегающую бедра юбку. Беременность уже было невозможно скрыть, и Гермиона приняла решение этого не делать, а просто грамотно подобрать фасон платья, чтобы не акцентировать на этом внимание. Это платье на все сто отвечало всем требованиям, и даже Флер не смогла сдержаться от восхищения, что очень дорогого стоило. Бушующие волны ее непослушных кудрей были той же Флер преобразованы в безумно красивые и нежные спадающие по спине кросс-локоны и отливали блестящим медовым цветом. Она была прекрасна, но очень взволнована, хоть и понимала, что ее выбор единственного партнера до конца дней абсолютно верный. Букет невесты не отвечал стандартам моды и представлял собой композицию из зеленых растений с редкими вкраплениями цветов эустомы, и его достаточный размер легко мог скрыть интересное положение невесты от глаз гостей по крайней мере до конца церемонии, чего и нужно было достичь. Подружек невесты и друзей жениха в одинаковых костюмах программой предусмотрено не было, потому что это почти единственное против чего высказался Северус, и Джинни пришлось отступить. Они искренне хотели быть у алтаря исключительно вдвоем, предпочитая общество друг друга любой компании даже близких друзей. Её родители прилетели вечером накануне свадьбы и были немало удивлены положением дочери, но вслух высказывать свое мнение не стали, и Гермиона была за это им очень благодарна. Реальный список гостей им так и не удалось узнать, но судя по лицу Джинни, на их свадьбе будет добрая половина магической Британии. Сама лично она попросила лишь о приглашении Виктора Крама, который был ее близким другом и помог, когда ей так была нужна его помощь. - Милая, как ты? – голос отца выдернул ее из собственных мыслей. – Церемония начнется через пять минут, и твоя неугомонная подруга отправила меня за тобой. Гермиона звонко рассмеялась, Джинни была бы прекрасным организатором свадеб, но выбрала квиддич, и, на их беду, спортсмены уходили в декрет с того самого дня, когда узнавали о беременности, а следовательно, вся ее энергия была единым потоком направлена на их бракосочетание. - Миона, ты уверена? – он нежно приобнял дочь за плечи, удивляясь тому, какой невероятно красивой взрослой женщиной она стала. - Уверена больше, чем это в принципе возможно, пап. – она буквально светилась от счастья.

***

Волнение ему было не свойственно, но тот факт, что он стоит у алтаря в ожидании женщины, с которой проведет каждую секунду жизни вместе, заставлял его немного нервничать. Особенно напрягали бесчисленные ряды гостей, он знал каждого в лицо, но львиная часть этих людей не входила даже в круг его хороших знакомых. Успокаивало то, что все они были заняты разговорами друг с другом и не пялились прямо на него. - Ксанакс? – мелодичный женский голос вернул его в реальность. Джейн Грейнджер стояла прямо перед ним с удивительно теплой улыбкой. - Что? - Такие таблетки, чтобы быстро снять напряжение. Перед нашей с Джоном свадьбой стали моими любимыми. – она рассмеялась, и он отметил, что этот смех был очень схож со смехом Гермионы. - Нет, спасибо. Я не очень доверяю маггловским препаратам. – голос не дрожал, «уже хорошо». - А зря, помогает. Но если нет, то «Так! Успокойся!» никогда точно не подводило мою дочь. – на этот раз Северус не сдержал легкой улыбки. Зал погрузился в полную тишину, все головы повернулись к распахивающимся дверям напротив него, и он осознал, что Гермиона еще не видела количества гостей в зале, и это явно ее смутит. - Так! Успокойся! – строго приказала она себе и, взяв под руку отца, шагнула в полоску освещенного светом из зала паркета. Они наконец стояли напротив друг друга, не отводя взглядов от любимых глаз, в попытках абстрагироваться от окружающего мира. - Северус Тобиас Снегг, согласны ли вы взять в жены Гермиону Джин Грейнджер? - Да. – этот голос не подводит никогда, непробиваемая волна силы. - Гермиона Джин Грейнджер, согласны ли вы взять в мужья Северуса Тобиаса Снегга? - Да. – легко и без единого сомнения. - Можете произнести свои клятвы. Гермиона протянула Северусу свободную от букета руку, и тихо, чтобы никто этого не слышал спросила. - Вы, кажется, волнуетесь, профессор? - Впервые в жизни. – он ответил ей одними губами. Мир вокруг них просто испарился, растворенный как облако пара в космическом пространстве, оставив их один-на-один под пристальным взглядом сотен людей. - Гермиона. Я бы решил, что говорю с сумасшедшим, если бы несколько лет назад кто-то сказал мне, что я женюсь на Гермионе Грейнджер, Мерлин, если бы кто-то сказал, что я вообще женюсь. Ты уже слышала от меня и не раз, как давно я тебя люблю, но я никогда не говорил тебе спасибо за то, что ты дала мне шанс это чувствовать. Всю жизнь я смешивал ингредиенты — горечь, холод, пепел — и не знал, чего не хватает. А потом ты просто стала моим смыслом. Оказалось, что главный ингредиент никогда не продавался в аптеках. Его нельзя купить, нельзя украсть, нельзя сварить по рецепту. Ты — та самая Амортенция, которую я не искал, но получил. Спасибо, что чуть больше года назад нашла в себе силы поставить меня перед выбором и не дала выбрать неправильно. Ты – единственный верный вариант, но я – не лучший выбор, ты слышала это сотни раз и от меня в том числе, но ты упорно повторяла, что любишь, и с каждым разом я понимал, что переубеждать тебя я просто не хочу. Ты знаешь обо мне то, чего ни знает никто, кроме меня самого, и, честно сказать, я не понимаю, почему ты стоишь здесь после этих знаний. Гермиона, ты – человек, без которого я уже не представляю себя, ты – вся моя жизнь, и я бесконечно благодарен тебе, что эта жизнь имеет смысл. Я люблю тебя, лучик, безумно люблю. - Северус. Я не знаю, как можно тебя не любить, потому что ты единственный из всех, кто может смотреть прямо в глаза любой угрозе, даже не меняясь в лице, только потому что пытаешься защитить весь мир, и пусть ценой своей жизни. Я так много раз оказывалась в опасности, так часто меня защищали, но я никогда не чувствовала себя в безопасности, пока в моей жизни не появился ты. С тобой, мне кажется, что нет ничего, что может причинить мне боль, потому что нет никого, кто бы выстоял под этим взглядом. Что уж говорить, мне тоже это не всегда удается, но я люблю этот взгляд, и порой больше всего на свете мне нужно просто посмотреть тебе в глаза, чтобы понять, что я по-настоящему счастлива. Помнишь, как ты сказал тогда, на четвёртом курсе: «Я не вижу никакой разницы»? Ты не видел её годами. А теперь посмотри на меня. Видишь? Разница между жизнью и смертью — это ты. Ты — та самая разница, которая делает всё остальное неважным. Я никогда не испытывала ни к кому такого сильного чувства преданности и любви, наверное, я просто понимаю, что никто кроме тебя не способен так достойно это чувство беречь. И я тоже не знаю, как я оказалась здесь, стоя напротив человека, который ни разу, я хочу это подчеркнуть для всех присутствующих, ни разу не сказал, мне ни одного слова похвалы за колоссальные старания управиться с задачей по зельеварению в надежде получить, что-нибудь существеннее, чем «выше ожидаемого», но я точно знаю, что это правильно. Северус, ты мой самый родной человек, и я очень тебя люблю. Сотни глаз были прикованы в этой сцене, и каждый пытался уловить их слова, они оба говорили тихо и спокойно, но то ли из-за их уверенности, то ли из-за чар, над которыми потрудилась Джинни, их слышали все в зале. Гости периодически смеялись, кто-то ухмылялся с доброй грустью в глазах, а кто-то не стеснялся слез, и, после произнесенных ими слов, ни у кого не осталось сомнений в том, что это пара, похоже, реально существует, а не может явиться только в бреду сумасшедшему. Они целовались, и весь зал замер в лицезрении этой невероятно красивой сцены: он высокий, широкоплечий, взрослый мужчина, который прошел столько испытаний, нажил столько врагов и почитателей, что мог бы легко потягаться хоть с Альбусом Дамблдором, хоть с Томом Реддлом, хоть с самим Мерлином, так нежно и бережно держал ее за талию, что казалось держит в руках саму драгоценную любовь; она хрупкая, точеная молодая волшебница, разумность которой не давала шанса в себе усомниться, тонкой изящной рукой держалась за него как за самую надежную и сильную опору в мире. Как только они отстранились друг от друга, зал разразился аплодисментами и, кажется, даже свистом. В пестроте свадебных нарядов их застланные эмоциями и переживаниями глаза не могли рассмотреть ни одного знакомого лица, но наконец зал преобразился в заставленный круглыми столами величественный холл, и все стало гораздо яснее и уютнее, как только они заняли свои места за одним из них. - Кажется, самое сложное мы прошли. – он положил руку ей на поясницу нежно разминая ее. – Как ты? Сильно устала? Она опустила голову ему на плечо, уперевшись в нее подбородком, с нежностью наблюдая за ним, сжимая рукой его ладонь. - Стоять так долго на каблуках на таком сроке тяжело. Немного устали ноги. – она наклонилась ближе к нему, так, чтобы слышал ее только он. – У меня тут еще одна задача есть, и после этого я не встану из-за стола больше ни на минуту. - Позволите поинтересоваться, миссис Снегг? – он нахмурил брови, он делал так всегда, когда им овладевало любопытство. - О, Северус, вынуждена отказать. Все сам скоро узнаешь. – она чмокнула его в щеку. На соседний от них стул со вздохом шлепнулась Джинни и сразу подалась к ним. - Вы такие молодцы, просто класс! Клятвы были невероятными, все были в восторге! Я вас просто обожаю! – и Джинни стиснула в объятьях их обоих. Северус так и не привык к таким пылким порывам миссис Поттер и всегда чувствовал себя достаточно неловко в такие моменты. - Джинни, раз Северус теперь мой муж, и ему некуда от меня деться, не могла бы ты ему помочь? – и Джинни и Северус смотрели на нее взглядом «что ты несешь, женщина?». – Можешь провести моему мужу мастер-класс по обратной связи? Их стол взорвался смехом Снеггов и Поттер так громко, что гости, рассаживающие за соседние столы невольно на них, обернулись, и были шокированы тем, что впервые видят в голос смеющимся Северуса Снегга. Когда все гости расселись по местам в центре зала появилась небольшая платформа с микрофоном, и на нее взлетела Джинни. - Друзья, нас сегодня очень много, и поэтому лучше, наверное, подойдет открытый микрофон. – в зале послышалось одобрение. – Но начнем мы с Гермионы, потому что она уже точно готова попрощаться со своим ужасно тяжелым букетом. Девушки в зале воодушевились и захихикали, но Джинни сказала, что у Гермионы другие планы и она не будет его бросать. - Всем привет. – она буквально сияла, и этого невозможно было не заметить. – Этот букет и правда очень тяжелый, и я от него прилично устала, и да, я знаю, что все невесты бросают букет в толпу, но сегодня у меня состоялся приятный разговор с одним человеком, и планы изменились, поэтому… Гермиона разжала ладонь, на которой лежало невероятной красоты кольцо, и положила его в один из цветов эустомы в букете. - Я хочу отдать его девушке, которую очень любят, и, уверена, что ее свадьба будет следующей. – зал погрузился в звенящую тишину, в глазах каждой волшебницы, пришедшей с парой, сиял огонек надежды. – Алисия, можно тебя? Сидящие в зале были в шоке, но столы, за которыми сидели друзья по школе просто взорвались свистом, визгом и аплодисментами. Алисия выбравшись из объятий друзей подошла к Гермионе и обняла ее, протянув руку за букетом. - Знаешь, там все так кричат, обидно, что без меня, но будто ты уже дала ответ на предложение. – Гермиона приподняла одну бровь. - Оу, Мерлин. – Алисия залилась румянцем. – Потому, что вы все знаете, что я могу ответить только «Да!». Теперь уже весь зал аплодировал, наблюдая за тем, как Гермиона передает букет Алисии, и остается без невероятно надежного, как оказалось, прикрытия. Взгляды гостей были, как один, теперь прикованы к животику новоиспеченной миссис Снегг, и от неловкости ситуации, она поспешила удалиться с места всеобщего обозрения. — Это было очень мило, но кто жених? – Джейн подалась вперед. - Ну… там все посложнее. – Гермиона взглянула на подругу, прося поддержки. - Там две невесты. – без задержки выпалила Джинни. - Однако становится все веселее и веселее жить. – Джон не смог сдержаться и не ухмыльнуться, и в ответ получил кивок согласия от Северуса. За их столом были только самые близкие: Грейнджеры, Молли и Артур Уизли и Поттеры. Сцена с микрофоном была расположена прямо перед их столом, так, чтобы им было удобно видеть говорящего. Первые полчаса была тишина, все были заняты едой, но после желающих высказаться было неожиданно много. Джинни незаметно наклонилась к мистеру Грейнджеру. - Мне кажется, что все ждут пока это сделаете вы. – она шептала. - Я знаю, я настраиваюсь. – так же шепотом ответил Джон, но с решением опередила его жена, поднявшись из-за стола, не оставляя мужу выбора. - Северус и Гермиона, честно сказать, для нас все происходит очень стремительно, но нам кажется, что это происходит правильно, так как должно быть в вашем случае. Мы редко видели дочь, занимались карьерой, потом стало еще труднее поддерживать отношения из-за разности наших миров, а с Северусом познакомились только этим летом, но почему-то я сразу понял, что все закончится счастливой семьей. Мы живем в параллельных вселенных, но если и одобрять выбор партнера своей дочери, то только в случае его надежности, а это уж точно про Северуса. Мы рады за вас! - Ну я не была так позитивно настроена как мой муж по поводу этого союза, но потом они ругались за столом в нашем доме (хотя оба назвали спором крики и размахивание руками), и я поняла, что все уже случилось и случилось так как нужно. Мы рады, что вы счастливы, рады, что у вас скоро родятся малыши, и несмотря на то, что семейная жизнь не так уж и радужна, мы уверены, что вы справитесь. Публичное подтверждение беременности Гермионы развязало языки всем остальным, но никто не начал это немедленно обсуждать, видимо оставляя на сладкое. Следующими воспользовались возможностью Артур и Молли. - Говори первым, мне есть чем закончить. - Молли указала мужу на микрофон. - Северус, несмотря на множество упреков и осуждений в твой адрес, каждый понимает, что ты за человек на самом деле, ну наверное каждый кому больше тридцати, и у кого хватает на это ума. Ты тот, благодаря кому мы все можем сегодня спокойно пойти на свадьбу друзей и не бояться при этом за свою жизнь. Джон уже сказал, что тебе можно доверять, а я знаю тебя дольше и скажу, что тебе можно еще и верить. И ты точно тот человек, у которого хватит ответственности и духа сохранить свою семью. - Вы знаете, что я люблю вас обоих, и желаю вам счастья. Гермиона жила у нас каждые каникулы и уже давно стала частью нашей семьи, и мы это очень ценим. Мы рады, что сегодня вы совершили этот взрослый поступок и создали семью. Но это не все. Гермиона, мы говорили с тобой на одну тему пару недель назад, и я не дала тебе ответа, но сегодня утром мы с Джейн все обсудили, и решили, что вместе мы вполне справимся, тем более что ей хочется наверстать упущенное, а я только этим ремеслом всю жизнь и занимаюсь. Так что наш совместный ответ «да». Гермиона подскочила с места и крепко обняла обоих смеющихся женщин. - Спасибо вам огромное! Мне это очень нужно. Гермиона была вне себя от радости, а Северус не понимал, что происходит. - Объяснишь? - он наклонился к ее уху, и по ее спине побежали мурашки. - Обязательно, но дома, хорошо? - она провела рукой по его щеке и чмокнула в нос, получив положительный ответ. Позицию у микрофона занял Гарри. - Ну я могу точно больше часа говорить о каждом из вас, но не стану этого делать. Вы оба сыграли огромную роль в моей жизни, и я вам ею обязан. С Гермионой мы прошли вместе, кажется, все что только можно, и, если бы не ее постоянно думающая голова, нас обоих здесь бы не было. Северус, только она способна после многих месяцев жизни в холодной палатке на гране отчаяния вдруг решить потанцевать под Ника Кейва, утверждать, что трех часов хватит, чтобы научиться час не дышать под водой, и, оказавшись в глухой степи Монголии, делать вид, что точно уверена в том, что делает. Сложно представить человека, который бы мог быть с ней рядом и на равных, если не брать в расчет тебя. Так что, наверное, вы и правда единственный вариант для друг друга. Я очень ценю вас обоих! И я искренне счастлив, что вы наконец можете спокойно дышать полной грудью! - Гарри, Ник Кейв был в самое сердце. - она сжала руку друга через стол. Чем дальше продолжался вечер, тем было интереснее слушать открытый микрофон. Ни один из них даже не подозревал, что речи будут такими откровенными и насыщенными. - Даже интересно, кто будет следующим. - Северус улыбнулся уголком губ. - Ты не лопнешь от такого количества тыквенного сока? - Нетактично! Нас же теперь трое. - Гермиона нахмурила изящные бровки и снова уютно устроила голову на плече мужа. За столом обсуждали чудеса современной техники, и Грейнджеры поражали Артура Уизли рассказами о мобильных телефонах. Тем временем место у микрофона занял Аберфорт Дамблдор. - Так уж вышло, что Гермиону я почти не знаю, зато я очень хорошо знаю Северуса. И мы с Розмертой никогда не отказывали себе в возможности посплетничать о твоей личной жизни, но всегда приходили к одному и тому же выводу: пусть лучше будет не женат, чем сломает жизнь какой-нибудь ведьме, потому что не знали ни одной женщины, которая могла бы тебя хотя бы терпеть. А потом в закрытый паб ввалились эти двое и, какого-то черта, рассказали все как на духу, и я вдруг понял, что эта девушка тебя любит, но ни хрена о тебе не знает. Я рад, что на свет родилась та женщина, которая может сосуществовать со Снеггом и не хотеть его убить каждую секунду. И я очень надеюсь, что я не доживу или хотя бы уволюсь до того времени как ваши дети пойдут в Хогвартс. Зал разразился хохотом, а Аберфорт и Северус крепко пожали друг другу руки в знак дружбы, оба не умея выражать чувства более импульсивными жестами. - Я так понимаю, Макгонагалл воздерживается? - Гермиона лукаво взглянула на мужа. - Разумеется. - Коротко кивнул он. Кого они сегодня только не увидели и не услышали, но самым неожиданным гостем была Нарцисса Малфой, и если присутствие Драко было очевидно, он очень любил крестного отца, ее приход не на шутку удивил даже Северуса. - Северус, мне есть за, что тебе быть благодарной, и это навсегда останется, между нами, но я не могу не сказать тебе за это спасибо. Ты человек, который раньше всех нас понял последствия неправильного выбора, и оставался человеком тогда, когда мы все уже себя потеряли. Я совсем не знаю Гермиону, и сомневаюсь, что мы бы могли сойтись хоть в чем-то, но я счастлива, что ты смог найти человека, который способен перечеркнуть все, что было, и любить тебя без оглядки на твою историю. - Я не такой принципиальный как твой друг, как видишь, поэтому я здесь, и я даже не могу представить, что когда-нибудь смогу с тобой, крестный, рассчитаться за то, что ты для меня сделал и делаешь до сих пор, и я такой точно в этом зале не один, но, мне кажется, что посеешь, то и пожнешь, и тебе платит сама Вселенная. Гермиона, он бывает просто ужасен, я ни раз попадал под горячую руку, но прошу тебя, не ломай ему нос, он и без того выдающийся. - О чем ты, Малфой? - Гермиона прыснула от смеха. - Принуждаешь к признанию? Хорошо. Грейнджер сломала мне нос на третьем курсе без палочки, и я очень надеюсь, что новая фамилия не сделает твой хук справа еще сильнее. Стоит отметить, что курьезных фактов сегодня всплывало множество, и они, будучи на собственной свадьбе узнавали друг о друге много интересного. Когда вечер медленно, но, верно, подошел к своему завершению, и гости начали расходиться, Гермиона и Северус почувствовали себя вправе тоже покинуть Мэйфер и вернуться домой.

***

— Это было неплохо, и даже уютно. - она пыталась снять платье. - Помоги мне, пожалуйста. - Да, я думал, что обязательно случится, что-то не самое приятное, но все прошло на удивление гладко. - он мягко перекинул ее волосы вперед и расстегнул обод на шее, нежно спускаясь вниз от ее ключиц по плечам, стягивая вниз шифоновые рукава, оставляя руки обнаженными.  Его пальцы плавно скользнули вниз по позвоночнику, добираясь до ряда крохотных пуговиц на ее узких бедрах. Он целовал ее шею и плечи, слегка покусывая кожу, оставляя на ней легкий румянец. Платье воздушным облаком упало ей под ноги, оставив на теле только легкие почти прозрачные кружевные трусики, которые через мгновение, под натиском сильных пальцев, последовали за ним. Изнывая от возбуждения, она откинула голову ему на плечо и расслабилась под касаниями его горячих губ. - Ммм… - она кусала нижнюю губу от удовольствия. - Северус… - Ты такая красивая. - он резко повернул ее к себе лицом, прижимая спиной к стене. - Ты только моя. Слышишь? Только моя. - Да… - она была готова взорваться от желания. - Повтори. - крепкие руки сжимали ее ягодицы до приятного покалывания кожи, распыляя в ней еще большую страсть. - Я только твоя… - оказавшись лицом к стене, упираясь в нее руками, она почувствовала, как он резко, но не грубо вошел в нее. - Аах… Эта поза была для нее новой, и угол, под которым его член выбивался в нее, провоцировал острый отклик ее тела. Она чувствовала, как с каждым толчком становится еще более влажной и горячей внутри, а ее соски превращаются с упругие твердые бугорки от нарастающего возбуждения. Они одновременно достигли разрядки и повалились на кровать. - Ты обещала рассказать, что имела ввиду Молли. - вырисовывая узоры на ее спине напомнил он новоиспеченной миссис Снегг. - Северус, дело в том, что я буду в декрете всего четыре месяца: два до и два после родов. Малышей будет не с кем оставить. - она говорила шепотом, опасаясь реакции мужа. - Что!? - он резко сел. - Гермиона, это наши дети, мы не можем просто отдать их Молли Уизли. Это неправильно. - Северус, я не собираюсь их никому отдавать. - реакция была хуже, чем она предполагала. - Но я хочу работать, я не хочу лишаться должности, которая мне интересна, это моя карьера. Я ведь всегда дома по вечерам, а днем Молли и Джейн будут по очереди с малышами. - Гермиона, у детей должна быть мать, это базовая потребность любого ребенка. - Почти все мамы работают, просто я выйду на работу немного раньше. - она потупила взгляд. - Северус, не заставляй меня сидеть дома и бесконечно менять подгузники. Я хочу работать. Он это понимал лучше, чем кто либо, но надеялся, что она будет с детьми хотя бы до года, а не до двух месяцев. Однако давить на нее не собирался, постепенно смиряясь с постоянным присутствием Молли и Джейн в их доме.

***

- Вы что еще спите? Уже десять утра. - приоткрыв дверь их спальни, но не смотря вовнутрь, возмутилась Джинни. - Почему вы все такие наглые!? Это ведь наш, черт подери, дом! - не открывая глаз рявкнул в ответ Снегг. - Вы сами нас пригласили, вставайте! - Джинни засмеялась, осознав абсурдность ситуации. - Севелус! - Тедди Люпин пытался пальцами открыть глаза Снеггу. - Севелус, потыпася! - Мерлин! - он резко открыл глаза и сразу увидел румянощекое восторженное лицо малыша. - Тедди, если бы твой отец видел это, он бы проклял сам себя. Он взъерошил волосы мальчишки, и они сменили цвет с зеленого на розовый. - Просыпайся, лучик. - он повернул лицо к жене, чтобы поцеловать, и наткнулся на счастливые заспанные глаза и мягкую улыбку. - Вы такие милые. - скрипучим ото сна голосом прошептала Гермиона, получив в ответ закатывающего глаза мужа.

***

Их гостиная буквально кипела от суеты, до наступления нового века оставался всего час, и стол уже ломился от вкусной еды, приготовленной стараниями Молли и Джейн, а в углу мерцала большая живая сосна. - Тедди, да отстань же ты уже от меня. - суровый профессорский взгляд был направлен на карапуза, но тот только расхохотался, и Снегг от безвыходности положения, шлепнув себя ладонью по лбу, взял парня на руки. - Почему ты меня не боишься? - Ты доблый и из кубика. - малыш со всей своей силы обнял мужчину за шею, буквально трясясь от переизбытка эмоций. Гермиона и Джинни с трепетом наблюдали за этой сценой, левитируя бокалы на стол. Гарри и Джон выставляли из ящиков огневиски и сливочное пиво, ведя незатейливый разговор о разности маггловской полиции и мракоборцев. Анджелина и Флер болтали о детском питании, так как обе пытались наконец отнять малышей от груди, а Джордж с Биллом устанавливали во дворе огромные батареи магического фейерверка. После боя курантов все вышли во двор с бокалами, укутавшись в то, что попалось под руку, ожидая обещанного файер-шоу от братьев Уизли. Фейерверк действительно был невероятно масштабным, но то, что после него лопнут бокалы в руках присутствующих, разлетевшись в пыль, никто не ожидал. - Господи, что такое? - Джейн в шоке отряхивала свою шаль от мелкой россыпи стекла. - Поздравляем юную волшебницу. - Северус мягко улыбнулся Виктуар, которая едва неделю назад начала делать свои первые шаги. Билл улыбался во все тридцать два, прижимая к себе дочь, смотрящую на него большими удивленными глазами. - Ооо, как рано, береги теперь дом, Флер. - забирая себе на руки малышку смеялась Молли. - Что это значит? - Джейн все еще выглядела растерянной. — Это был выброс, видимо от восторга, значит, что у Виктуар есть способности к магии. - как на уроке объяснил Северус. - Не знала об этом, когда соглашалась сидеть с близнецами… - Мама! - Гермиона вскинула брови. - Я шучу, Миона, просто шучу. - лицо женщины озарила улыбка.