Вражеский генерал становится рабом

— Ли, спаси Чжу Фэна! — крик Чжань Тяньбая прозвучал одновременно с тем, как Дуаньму Ли уже мчался вперёд, навстречу падающему «звёздному дождю». Мощный холодный поток вырвался из его меча, мгновенно заморозив первую волну огненных стрел, летящих в их сторону. Чжань Тяньбай резко схватил Чжу Фэна за руку и перетащил с его лошади на коня Дуаньму Ли. Чжу Фэн плохо умел ездить верхом — бросить его — значит обречь на смерть под градом стрел. Спасая Чжу Фэна, Дуаньму Ли рванул поводья, разворачивая коня. Хотя он только что применил внутреннюю силу, запасы были истощены — это был последний остаток, что ещё оставался в нём. Сзади неслись плотные волны огненных стрел. — Почему они нападают на нас? Это же армия Южного Чу?! — кричал, мчась следом, Бао Бупин, растерянный и ошеломлённый. Лицо Чжань Тяньбая и Дуаньму Ли было мрачным. В этот момент Чжу Фэн, тяжело дыша, выдохнул: — Ваше высочество, Чжань Тяньбай… Вы так долго не возвращались… Фань Нин и Гао Наньфэн постоянно нашёптывали императору, что вы предали его, предали Южное Чу! Что отправились в Тара, чтобы сговориться с Е Инем и поднять мятеж, вернуться и захватить трон! — Что?! — Чжань Тяньбай остолбенел. Брови Дуаньму Ли нахмурились, но он промолчал. — Поэтому император в гневе приказал послать Гао Наньфэна и Ляна Сюя, чтобы арестовать вас! Если вы откажетесь сдаваться — убить на месте! Лицо Дуаньму Ли мгновенно изменилось. Он служил Дуаньму Наню с преданностью, прошёл сквозь огонь и воду… и в ответ — «убить на месте?!» — Я с трудом добился права сопровождать армию, лишь чтобы предупредить вас… — Чжу Фэн опустил голову, крепко сжав губы. — Я планировал сбежать из лагеря, когда армия подойдёт к Тара… Но не ожидал, что мы случайно встретим вас здесь! Заметив впереди Чжань Тяньбая и Дуаньму Ли, Чжу Фэн не раздумывая погнал коня вперёд, крича, чтобы предупредить: эта армия Южного Чу — враг! Выслушав Чжу Фэна, Чжань Тяньбай погрузился в молчание. Он и Дуаньму Ли были обязаны ему жизнью. Он и представить не мог, что армия его собственной страны будет стрелять в её великого генерала. Без предупреждения Чжу Фэна они бы не успели сбежать. Теперь конь Дуаньму Ли нес троих: его самого, Чжань Тяньбая и Чжу Фэна. Сзади следовал одинокий Бао Бупин. Все четверо мчались изо всех сил, пытаясь вырваться из зоны обстрела. Армия Южного Чу под командованием Гао Наньфэна и Лян Сюя не была дружелюбной. Особенно Гао Наньфэн — в его глазах читалась яростная решимость убить Дуаньму Ли любой ценой. Лян Сюй лишь следовал приказу: арестовать Дуаньму Ли и выяснить правду. Если тот действительно сговорился с Тара — даже Лян Сюй не пощадит его. — Генерал Гао, прекратите стрельбу! Вы раните его высочество! — кричал Лян Сюй. — Хм! — Гао Наньфэн задрал подбородок. — Я лишь исполняю волю императора. Или генерал Лян тоже собирается присоединиться к изменнику Дуаньму Ли и поднять мятеж? — Гао Наньфэн! — взревел Лян Сюй. Он и сам сомневался в обвинениях. Дуаньму Ли отсутствовал при дворе, отправился в Тара один — это факт. Но чтобы поверить в предательство… Лян Сюй не верил. Тем не менее, приказ императора был ясен: если Дуаньму Ли окажет сопротивление — казнить на месте. Однако, увидев, как Дуаньму Ли мгновенно отступает, не проявляя ни малейшего желания сражаться, и не видя подкрепления со стороны Тара, Лян Сюй усомнился: неужели между императором и его высочеством недоразумение? Он решительно выступал против стрельбы огненными стрелами, но остановить Гао Наньфэна не мог. Тот был главнокомандующим похода. Свист! Свист! Свист! Стрелы сыпались без перерыва, словно зловещий метеоритный дождь, разрывая тишину ночного неба. — Неужели это совпадение? — прошептал Чжань Тяньбай, его чёрные зрачки вспыхнули алым. Только что Дуаньму Ли исчерпал всю внутреннюю силу — и тут же армия Южного Чу обрушивает на них огненный град? Он подозревал, не предал ли их кто-то из Тара… Но сейчас это не имело значения. Главное — выжить! Дзинь! Дзинь! Даже истощённый, Дуаньму Ли отбивал стрелы мечом. — Генерал, берегитесь! — крикнул Бао Бупин. «Пшш!» — огненная стрела вонзилась в ногу коня Дуаньму Ли. Конь заржал, подкосился. Дуаньму Ли мгновенно обхватил Чжань Тяньбая, а Чжу Фэн полетел на землю. Новая волна стрел обрушилась с неба, словно ливень. В широко раскрытых алых глазах Чжань Тяньбая вспыхнули яркие отблески огня. — Чжу Фэн! — закричал он, увидев стрелу, летящую прямо в лоб встававшему Чжу Фэну. Дуаньму Ли метнул меч — «хрусть!» — стрела раскололась пополам. Но в тот же миг… Длинный меч, несущий мощную внутреннюю силу, прорвался сквозь град стрел. Цель — Дуаньму Ли. Чжань Тяньбай рванулся вперёд, раскинув руки. Кровь брызнула, окрасив тёмную ночь. Меч, упавший с небес, пронзил левую грудь Чжань Тяньбая — прямо в сердце. «Бум!» — Чжань Тяньбай рухнул на колени перед Дуаньму Ли. Глаза Дуаньму Ли расширились. Он застыл, глядя на распростёртое тело Чжань Тяньбая. В его груди торчал длинный меч с выгравированным иероглифом «Гао». — Чж… Чжань Тяньбай… — Чжу Фэн остолбенел, не веря своим глазам. Бао Бупин мгновенно спрыгнул с коня и бросился к Чжань Тяньбаю. — Тяньбай! — Дуаньму Ли подхватил его, прижимая к себе. Алая кровь, подобно одежде, которую Чжань Тяньбай носил в прежние дни, обжигала глаза Дуаньму Ли. — Тяньбай, смотри на меня! Тяньбай! — руки Дуаньму Ли дрожали. Разум опустел. Что случилось? Что с Тяньбаем?! Зрачки Дуаньму Ли сжались, дрожа, как в лихорадке. Голова пульсировала. Он понял: Чжань Тяньбай закрыл его… Ради него принял удар в сердце! Дрожащая ладонь прижала рану на груди Чжань Тяньбая. Кровь хлынула рекой, неудержимо. Он пытался остановить кровотечение, но без внутренней силы был бессилен. Даже с ней — спасти было невозможно. Дуаньму Ли оказался беспомощен. Чжу Фэн и Бао Бупин подбежали. Их лица побелели при виде раны — меч Гао Наньфэна пронзил сердце. Чжу Фэн разрыдался, падая на колени. Бао Бупин схватился за голову, будто пытаясь оторвать её. Прозрачные слёзы хлынули из глаз Дуаньму Ли. Он запрокинул голову и издал дикий, разрывающий душу рёв: — А-а-а-а-а-а-а!!! Крик эхом прокатился по ночному полю, заставив содрогнуться всю армию Южного Чу. Но что это изменило? Чжань Тяньбай был пронзён в сердце. Никакая сила не вернёт его. Тот, кто никогда не плакал, рыдал, искажая лицо. Гнев, горе, ненависть — всё слилось в лице, похожем на лики ада. — Гао Наньфэн! Я убью тебя! — внутренняя сила вспыхнула в теле Дуаньму Ли. Он бросил яростный взгляд на Гао Наньфэна, стоявшего впереди армии с самодовольной ухмылкой. Затем вся восстановленная сила ушла на то, чтобы заморозить рану. Кровотечение остановилось льдом. Но лицо Чжань Тяньбая становилось всё бледнее. — Держись… Ты обязательно выживешь… Сейчас я отвезу тебя в Южное Чу, во дворец, домой… — голос Дуаньму Ли дрожал, слова сыпались быстро, будто каждая секунда могла стать последней. — Мы сразу же поженимся! Как ты захочешь — по обряду Южного Чу или Яо… Ты станешь моим супругом по закону… Никто больше не посмеет тебя обидеть… Твоя внутренняя сила восстановится… Я обещаю… Тяньбай! Ты слышишь меня?! Ответа не было. Леденящий ужас поднимался от ступней к голове. Дуаньму Ли не хотел признавать. Боялся признать… Чжань Тяньбай умирает. Рядом Чжу Фэн рыдал, превратившись в источник слёз. Бао Бупин беззвучно плакал, корчась от боли. — Ты будешь в порядке… Всё наладится… Сейчас я… — Дуаньму Ли попытался поднять его, но Чжань Тяньбай остановил его слабым движением. Лицо его было мертвенно-бледным, губы — словно покрыты пеплом. Прежде яркие алые зрачки потускнели, зрачки вот-вот рассеются, не в силах сфокусироваться. — Ли… — побледневшие губы дрогнули. Чжань Тяньбай с трудом выдавил слова, едва слышные. — Я здесь… Я всегда… рядом… Дуаньму Ли сжимал его ледяную руку. Выражение его лица было невыносимо страдальческим. Холодная ладонь Чжань Тяньбая пыталась ответить на сжатие, но пальцы не слушались. Прозрачная слеза скатилась из уголка глаза Чжань Тяньбая, оставив след на измождённом, бледном лице. — В конце концов… я умру… на поле боя… — прошептал он. Его затуманенные слезами алые глаза смотрели на Дуаньму Ли — с тихой печалью, с прощанием.