Вражеский генерал становится рабом

В подземной тайной комнате резиденции Государственного Наставника трое мужчин — наставник, Левый генерал Бань Я и Правый генерал Катари — одновременно прищурились. На лицах их играла зловещая улыбка, когда они наблюдали за Линь Сюэюэ, который медленно опускал в бронзовый котёл свою дрожащую, белую ногу. Ядовитые насекомые немедленно почуяли запах базилика. Толпами, густо прильнув друг к другу, они поползли к ноге Линь Сюэюэ, впиваясь в неё. Линь Сюэюэ закричал от боли. В этот момент Наставник щёлкнул пальцами — маленький камешек вылетел из его руки и ударил Линь Сюэюэ в другую ногу. — А-а-а! Линь Сюэюэ потерял равновесие и с грохотом рухнул в бронзовый котёл. Мгновенно он был поглощён ядовитыми насекомыми. — А-ха-ха-ха! Отлично! Началось, началось! — Наставник был в восторге, глаза его горели. — Если эксперимент удастся, Государственный Наставник станет первым человеком Поднебесной! — Бань Я поклонился Наставнику, притворно выражая почтение. — Левый генерал слишком льстит, — Наставник ответил на поклон. — Разве не все эксперименты на рабах до этого заканчивались провалом? — Катари пожал плечами, не удержавшись от того, чтобы не остудить пыл Наставника. — Желание бессмертия… Но каждый раз видеть, как красивые, милые мальчики мучаются насекомыми до смерти — тоже своего рода удовольствие! Трое — Наставник, Бань Я и Катари — весело беседовали. А Линь Сюэюэ в котле, полном ядовитых насекомых, изо всех сил пытался вырваться, хрипло кричал. Он чувствовал, что сходит с ума! Всё тело было искусано насекомыми. Боль, отвращение, тошнота — ядовитые насекомые ползали по его телу, проникали в раны, заползали в сознание… «Убейте меня! Прошу вас, убейте меня!» — молил он в душе. «Позвольте мне умереть! Позвольте мне умереть! Позвольте мне умереть!» Слёзы текли безостановочно. Но Линь Сюэюэ уже не знал, плачет ли он на самом деле. Почему с ним происходит такое? Почему именно с ним? Что он сделал такого, что небеса так жестоко с ним поступают? Боль постепенно онемела в невыносимой агонии. Душа постепенно исчезала под воздействием яда. Линь Сюэюэ даже не понимал — жив он сейчас или уже мёртв. «Кто-нибудь… Кто-нибудь спасите меня! Кто-нибудь спасите меня!» В сознании возник образ Линь Фэнхуа. Но образ был таким размытым, таким далёким. Он удалялся от Линь Сюэюэ — всё дальше и дальше. Линь Сюэюэ, казалось, услышал голос своего старшего брата: «Сюэюэ, не подходи…» Линь Фэнхуа отвергал его. Единственный, к кому он мог обратиться за помощью — отталкивал его. «Спасите меня… Пожалуйста…» — Линь Сюэюэ изо всех сил пытался ухватиться за последнюю соломинку. «Брат! Прошу тебя! Возьми меня с собой!..» Но как бы Линь Сюэюэ ни звал, ни умолял — Линь Фэнхуа оставался непреклонен. Образ брата, некогда такого знакомого, на которого Линь Сюэюэ мог опереться, постепенно превратился в белое пятно и исчез. Сердце Линь Сюэюэ мгновенно рухнуло с обрыва в бездну. «Нет! Нет!..» Тело Линь Сюэюэ уже онемело. Бесчисленные ядовитые насекомые ползли по нему, проникали в его белые участки кожи, заползали в раны. «Всё равно… Всё равно…» Его собственный брат не спасал его, не хотел его. К кому ему ещё обращаться за помощью? Кто может его спасти? Золотистая прядь волос, словно галлюцинация, мелькнула перед глазами Линь Сюэюэ. Это была галлюцинация. Потому что Линь Сюэюэ в этот момент держал глаза закрытыми — от боли его лицо было искажено, брови нахмурены. В сознании невольно возник образ Янь Яня — водопад прекрасных светло-золотистых волос, кошачьи нежные длинные ресницы, изящное лицо, словно фарфоровая кукла… При мысли о Янь Яне в левой стороне груди Линь Сюэюэ вспыхнула боль — более мучительная, чем укусы ядовитых насекомых. «Спасите меня…» Рыдая в душе, он звал Янь Яня. Линь Сюэюэ знал, что Янь Янь отказался от него! Не нуждался в нём больше! Но всё равно не мог удержаться от мольбы о спасении. Да! Его брат уже мёртв. Теперь тот, кто мог его спасти, был только один… «Хозяин, спаси меня!» Внезапно Линь Сюэюэ закричал. «Грохот!» Вся подземная комната содрогнулась. Наставник, Бань Я и Катари одновременно вздрогнули от неожиданности. Со стороны двери подземелья надвинулась аура, от которой у всех троих волосы встали дыбом. В следующее мгновение дверь подземелья взорвалась — от мощной, жаркой внутренней силы. Золотистая фигура, словно солнце, озарила тёмное, безысходное подземелье. Наставник, Бань Я и Катари остолбенели, онемев от изумления. Янь Янь стоял там — как всегда, величественный, царственный. Его обычно ленивые, кошачьи глаза впервые были острыми, как у орла. Он сразу увидел Линь Сюэюэ, погружённого в бронзовый котёл. На теле Линь Сюэюэ кишели ядовитые насекомые — даже на лице. Увидев Янь Яня, из широко раскрытых глаз Линь Сюэюэ потекли прозрачные слёзы. «Так красиво…» — невольно вырвалось у него. Он не ожидал, что перед смертью увидит такую прекрасную галлюцинацию Янь Яня. Пока Линь Сюэюэ думал об этом, его уже заключили в объятия. Почти в мгновение ока Янь Янь подлетел к нему. Всё его тело, от головы до ног, было окружено пламенной внутренней силой. Все ядовитые насекомые на теле Линь Сюэюэ мгновенно сгорели — прямо перед глазами Наставника, Бань Я и Катари. — Принц Янь Янь! — Наставник вскрикнул, лицо его исказилось от ужаса. — Что вы делаете?! Мои… мои тщательно выращенные… Наставник упал на колени, отчаянно глядя на сгоревших насекомых. Он едва не расплакался. Бань Я и Катари тоже выглядели растерянными, потрясёнными неожиданным появлением принца. Даже оказавшись в объятиях Янь Яня, Линь Сюэюэ всё ещё не ощущал реальности происходящего. Ему казалось, что он спит. «Что… что происходит? Хозяин правда… Хозяин правда пришёл меня спасать?» Глаза Линь Сюэюэ были расширены от недоверия. Он уставился на Янь Яня. С его ракурса он видел изящную линию подбородка Янь Яня, высокий прямой нос. «Тук-тук-тук…» — сердце Линь Сюэюэ забилось чаще. Всё тело стало горячим, будто в лихорадке. Даже укусы ядовитых насекомых больше не ощущались. — Хо… — Линь Сюэюэ попытался что-то сказать, но голос был хриплым. — Не говори, — Янь Янь лишь бегло взглянул на него, затем поднял голову и обратился к Наставнику, Бань Я и Катари. — Принц Янь Янь! — Наставник вскочил на ноги, на лбу вздулись вены. Его явно било от ярости. — Что вы имеете в виду? — Наставник указал пальцем на Янь Яня с упрёком. Янь Янь, как всегда, выглядел безразличным. — Какое «что я имею в виду?» — он небрежно отбросил волны золотистых волос и вопросительно приподнял бровь. — Вы… — Наставник чуть не прикусил язык от злости. — Вы сами отдали Сюэюэ мне! Разве не так? — Верно! — Янь Янь кивнул, даже бровью не повёл. — «Верно?!» — нос Наставника перекосило от гнева. — Вы же сами сказали, что отдаёте Сюэюэ мне! Значит, что бы я ни делал с Сюэюэ — это не ваше дело! Тогда почему вы разрушили мою подземную комнату? Почему уничтожили моих ядовитых насекомых?! Разве принц Янь Янь не знает… Эти насекомые предназначены для великого дела Бохо! Для создания эликсира бессмертия и бессмертной армии!.. — Я знаю, — ответил Янь Янь непринуждённо. «Эликсир бессмертия? Бессмертная армия?» — в голове Линь Сюэюэ возник вопрос. — Именно! — Наставник был в ярости. — Раз принц Янь Янь всё знает, почему вы сорвали мой эксперимент?! — Потому что я пожалел, — спокойно ответил Янь Янь. Рот Наставника раскрылся, и он чуть не задохнулся от неожиданности. Стоявший перед ним Янь Янь был таким величественным, такой аурой власти обладал, что даже два великих генерала инстинктивно отступили на несколько шагов, не решаясь подойти. Что касалось воинского мастерства — Янь Янь был первым человеком во всём Бохо. Хотя Наставник сам был неплохим воином, он определённо не был соперником для Янь Яня. В настоящей схватке Наставник в лучшем случае смог бы одержать трудную победу. Глядя на искажённое яростью лицо Наставника, Янь Янь холодно усмехнулся. — Государственный Наставник, Сюэюэ я забираю с собой, — произнёс он. — Словно я никогда и не обещал вам его. На этот раз Наставник тоже проявил твёрдость. Янь Янь, уже готовый уйти, обернулся. — Даже если принц Янь Янь передумал и хочет вернуть Сюэюэ, разве он имеет право уничтожить мою подземную комнату и ядовитых насекомых? Как вы собираетесь это компенсировать? Брови Янь Яня приподнялись. Его улыбка в мгновение ока стала ледяной, опасной. — Тогда как Государственный Наставник предлагает это урегулировать? Голос Янь Яня внезапно понизился на несколько октав. От этого по всему телу Наставника пробежали мурашки. Наставник не мог ответить. Его сжатые в кулаки руки дрожали от ярости. — Старик действовал ради Бохо! Ради императора! Ради принца! — Я знаю, — ответил Янь Янь. — Позже я скажу отцу несколько добрых слов в вашу защиту. С этими словами Янь Янь развернулся. — Других рабов вы можете брать сколько угодно. Но Сюэюэ… Голос Янь Яня был негромким, но в нём слышалась непреклонная решимость. Линь Сюэюэ, которого Янь Янь держал на руках, был в полном замешательстве. Он совершенно не понимал, что происходит. Разве он уже не стал бесполезным для Янь Яня? Бесполезные вещи нужно выбрасывать, отказываться от них — вот какой был Янь Янь. Сердце Линь Сюэюэ бешено колотилось. Он чувствовал, как участился ритм дыхания, как закипела кровь в жилах. Почему? Почему хозяин… Подняв голову, Линь Сюэюэ не отрывал взгляда от Янь Яня.