Вражеский генерал становится рабом

— Юйлань, как ты себя чувствуешь? Устал? — Инь Мо, проезжая мимо небольшого посёлка, решил остановиться там на ночь вместе с Шэнь Юйланем. — Ещё… терпимо… — тихо прошептал Шэнь Юйлань. Его голос был слабым, прерывистым. На нём висел чрезмерно большой и тяжёлый плащ, а на голове красовалась широкополая шляпа, которой он тщательно закрывал лицо. На коже то и дело проступали кровавые пятна — следствие действия множества ядов. Иногда, проснувшись утром, он обнаруживал, что пятна исчезли. А в другой раз — просыпался с лицом, покрытым обширными багровыми разводами. Шэнь Юйлань боялся. Глубоко склонив голову, он крепче запахнул плащ, желая спрятать своё лицо ото всех. Покинув ущелье «Три тысячи чи водопада», Инь Мо решил исполнить заветное желание Юйланя — отвезти его обратно во Дворец Цинлуань. Три Не Лечу, целитель, честно признал: он не в силах спасти Юйланя. Оставаться в ущелье дольше значило лишь досаждать целителю, да и самим им там делать было нечего. Юйлань знал: ему осталось недолго. А значит, каждое мгновение, проведённое рядом с Инь Мо, бесценно и неповторимо. Он хотел беречь эти короткие дни до последнего вздоха. Три Не Лечу, несмотря на своё правило «не лечу тех, кого не могу вылечить», при расставании дал Шэнь Юйланю множество лекарств. Настоящего противоядия он создать не успел, но облегчить страдания постарался. Поначалу, поддерживаемый препаратами и остаточным действием целебных источников ущелья, Юйлань чувствовал себя относительно неплохо. Но чем дальше они уезжали от водопада, тем быстрее иссякала сила три тысяча чи водопада, а запасы лекарств подходили к концу. Тело Юйланя начало предавать его чаще и беспощаднее. Иногда Инь Мо просыпался ночью от приступов кашля — Юйлань кашлял до крови. Порой зрение покидало его внезапно: перед глазами наступала кромешная тьма, и лишь благодаря молниеносной реакции Инь Мо он не срывался в пропасть. Кровавые пятна появлялись и исчезали без предупреждения, в хаотичном порядке, повергая Шэнь Юйланя в отчаяние. Инь Мо, неотступно следовавший рядом, ощущал глубинный страх, скрытый за молчанием возлюбленного. Все боятся смерти — но страх Юйланя был сложнее. В нём таилось нечто иное, невысказанное. Под звёздным небом Инь Мо поддерживал пошатывающееся тело Шэнь Юйланя, ведя его по улицам унылого посёлка. Найдя единственный приличный постоялый двор — и тот выглядел запущенным — он спросил: — Юйлань, остановимся здесь на ночь? — Хорошо… — едва слышно ответил Шэнь Юйлань. Даже шевельнуть губами было больно и утомительно. «Неужели… я правда скоро умру?» — холодок пронзил его сердце. Инь Мо расплатился с мальчиком-слугой золотым листом, взял лучшие покои и помог Шэнь Юйланю подняться по лестнице. Окинув покои взглядом, он кивнул с удовлетворением: — Юйлань, хочешь пить? Принести воды? — Нет… — А есть? Я велю подать пару блюд. Мы столько дней питались лишь дичью — наверняка надоело. Повернувшись к двери, Инь Мо вдруг почувствовал, как Шэнь Юйлань схватил его за край одежды сзади. — Не… не уходи от меня… — голос дрожал, на глазах навернулись слёзы, и одна за другой покатились по щекам. Увидев слёзы, Инь Мо растерялся: — Юйлань, не плачь! Что случилось? Он опустился перед ним на колени, пытаясь снять широкополую шляпу, но Юйлань судорожно вцепился в поля, не позволяя. На его некогда белоснежной, изящной руке проступило огромное кровавое пятно. Сердце Инь Мо сжалось от боли. В покоях повисла тяжёлая тишина. Воздух застыл, словно густая грязь. Спустя долгое молчание донёсся прерывистый шёпот Юйланя: — Я… я, так боюсь… Крупные слёзы падали одна за другой. Худые плечи тряслись в беззвучных рыданиях. — Не бойся, я рядом, — Инь Мо крепко обнял его. — Тебе не о чем беспокоиться… Но в душе он знал: утешения пусты. Отравлен Шэнь Юйлань, а не он. Сколько бы он ни говорил, слова звучали как холодная насмешка. — Юйлань, как только мы доберёмся до Цинлуаня, я поищу в записях прежних владык способы исцеления. Шэнь Юйлань крепко прикусил губу, всё ещё не позволяя снять шляпу. — Но… дойду ли я вообще до дворца? Глаза Инь Мо расширились: — Конечно дойдёшь! Юйлань, не предавайся мрачным мыслям! Внезапно Шэнь Юйлань с силой сжал его руку. Сердце Инь Мо пропустило удар. Рука Шэнь Юйланя была ледяной. — Инь Мо… перестань меня обманывать, — всё ещё не поднимая лица, прошептал Юйлань. — Я сам знаю своё тело лучше всех… Боюсь, мне не добраться до Цинлуаня живым… А ты… тебе вовсе незачем себя заставлять… — Заставлять? — Инь Мо не понял. — О чём ты? Почему ты думаешь, что я себя заставляю? Шэнь Юйлань молчал, прикусив губу до крови. Его главный страх был не смерть. Его главный страх — что Инь Мо его бросит. — Юйлань, говори же! — Инь Мо терял терпение. Молчание возлюбленного питало тревогу. — Юйлань! В порыве гнева он резко сорвал шляпу с головы Шэнь Юйланя. — А-а-а! — Юйлань в ужасе закричал и прикрыл лицо руками. — Не смотри! Не смотри! Не смотри! Голос сорвался. Он яростно тряс головой: — Не смотри на моё лицо… сейчас я… ужасен… Слёзы струились по щекам, смачивая пальцы. — Инь Мо… я знаю, ты добрый, нежный… Ты остаёшься со мной из чувства вины… Но я не хочу быть тебе обузой. Если ты хочешь уйти… — Да что ты несёшь?! — взревел Инь Мо, схватив его за запястья и отведя руки от лица. Перед ним было знакомое лицо: изящные, правильные черты, нежные и прекрасные, как прежде. Но кожа потускнела, утратив сияние, а на левой щеке расцвели алые пятна. Да, Шэнь Юйлань утратил былую ослепительную красоту — но он не стал уродом. — Ты думаешь, мне нужна лишь твоя внешность?! — глаза Инь Мо, цвета янтаря, широко распахнулись. Лицо исказилось от боли и гнева. Что у него осталось, кроме красоты? Больное тело… несколько дней жизни… Слёзы хлынули из глаз Шэнь Юйланя. — Ты думаешь, я рядом с тобой лишь из чувства долга? — продолжал Инь Мо. — В моих глазах я что, поверхностный эгоист, оценивающий людей по внешности?! Он вскочил, голос дрожал от ярости. Шэнь Юйлань глубоко склонил голову, съёжившись, будто провинившийся ребёнок. Напряжение в покоях стало невыносимым. Казалось, они стоят посреди ледяной пустыни. Долгое молчание прервал прерывистый шёпот Шэнь Юйланя: — Но я не знаю… без красоты… что во мне может удержать тебя… Увидев опухшие от слёз глаза, Инь Мо смягчился и обнял хрупкое тело. — Юйлань… как ты до сих пор можешь так мало верить в себя? — Он нежно поднял лицо возлюбленного. Глаза Юйланя метались, пытаясь избежать взгляда. — Не смотри на меня… сейчас я… — Сейчас ты совсем не урод, — мягко сказал Инь Мо. — Врёшь! — воскликнул Шэнь Юйлань. Он сам не мог смотреть на своё отражение. Инь Мо рассмеялся сквозь слёзы: — Ладно, признаю: пятна немного портят твою красоту. Но до уродства далеко! Большие влажные глаза Шэнь Юйланя уставились на него, полные сомнения. — Правда? — прошептал он. — Конечно, правда. Шэнь Юйлань покраснел. — И нечего спорить, — Инь Мо с досадой опустил плечи. — Почему ты так одержим своей внешностью? — Не я… — Юйлань покачал головой. — А ты. — Я? — Инь Мо указал на себя, не понимая. — Когда это я?.. Губы Шэнь Юйланя дрогнули. Собрав всю волю, он выпалил: — Почему ты… давно… не прикасался ко мне?.. Инь Мо замер. Глаза распахнулись. — Юйлань… неужели из-за этого ты мучаешь себя сомнениями? — Как это «из-за этого»?! — Юйлань обиделся. — Ты же давно не трогал меня! Конечно, я запаниковал! Может, ты меня больше не хочешь? Ведь моё лицо теперь… Увидев гнев на лице Шэнь Юйланя, Инь Мо невольно воскликнул «ой» и рассмеялся сквозь слёзы. Он крепко обнял его: — Я не прикасался к тебе, потому что боялся навредить твоему здоровью! Ты же пьёшь лекарства Три Не Лечу. Перед отъездом он строго предупредил: никакой близости, иначе твоему телу не выдержать! Лицо Шэнь Юйланя вспыхнуло от стыда. Он спрятался лицом в грудь Инь Мо: — Так это… вот в чём дело… — Именно! — Инь Мо улыбнулся сквозь слёзы. — Неужели ты подумал, что я в кого-то влюбился? — Успокойся. Я никогда никого не полюблю, кроме тебя. Даже мой любимый жук-летун с чёрной бронёй не сравнится с тобой и на десятитысячную долю. Уголки губ Шэнь Юйланя дрогнули. «Инь Мо и вправду остался Инь Мо», — подумал он с нежностью. — А этот жук-летун… красивый? — Маленький демонический зверёк, водится возле Цинлуаня. Жареный — невероятно вкусный. Вот почему мне нравился. — Ладно, хватит о жуках, — Инь Мо поднял Шэнь Юйланя на руки и уложил на кровать. Шэнь Юйлань устало моргнул. Имя «Юйлань» ещё звучало в воздухе, когда Инь Мо уже накрыл его своим телом. — Если моё воздержание заставляет тебя страдать… то к чёрту советы Три Не Лечу, этого безрукого лекаря… — прошептал он, склоняясь к губам возлюбленного. — Я люблю тебя. Я так тебя люблю… *** Комментарий переводчика.  Как это трогательно... 🥹 Моё сердце болит за Юйланя. Искренне верю, что он поправится. А Инь Мо будет всегда рядом.🙏 Будет его тихой гаванью, тёплым светом в ночи. Будет любить его всей душой, нежно лелеять каждую минуту вместе и беззаветно оберегать его покой. Их любовь станет самым сильным снадобьем.❤️‍🔥