Федеральное присутствие

Капитан Шон Ренард не любил непредвиденные обстоятельства, но ещё больше он не любил, когда из-за этих обстоятельств проистекали задержки в раскрываемости. Острый аппендицит Хэнка Гриффина, настигший его прямо посреди дежурства, под подвывание сирен увёз напарника Ника на операционный стол госпиталя. Бёркхардт остался один перед горой рапортов и парой незакрытых глухарей. Ренард вызвал его в кабинет ближе к полудню. Капитан стоял у окна, заложив руки за спину, и с присущим ему холодным изяществом наблюдал за залитой дождём парковкой. — Гриффину вырезали аппендикс, — не оборачиваясь, сухо констатировал Ренард. — Две недели стационара и реабилитации. Минимум. — Я могу поработать один, капитан, — отозвался Ник. Ренард развернулся, опёрся о край массивного стола и посмотрел на детектива своим фирменным, не сулящим ничего мягкого взглядом: — Один ты будешь тонуть в бумагах и проверках, Бёркхардт. А у нас три кражи со взломом в Северном округе и странный труп в доках. Поэтому я долго не расстраивался и уже подписал приказ о временном межведомственном взаимодействии. В Портленде всё ещё торчит федеральная помощь. Ник едва заметно напрягся: — Стилински? — Он самый, — Ренард едва уловимо усмехнулся углом губ, протягивая Нику папку с распоряжением. — Вы уже работали вместе на Форест-Парке. И, насколько мне известно из ваших на удивление... лаконичных отчётов, вы неплохо справились. И вроде даже не убили друг друга. Для ФБР и местной полиции это уже исторический прорыв. Забирай его, Бёркхардт. Избавь мой отдел от федерального присутствия в коридорах.

***

Ник толкнул тяжёлую стеклянную дверь временного кабинета, который выделили федералам на третьем этаже. Стайлз сидел, закинув ноги на угол стола, и увлечённо крутил в руках маркер, изучая разложенные перед ним фотографии. Услышав шаги, он даже не поднял головы. — Снова ты? — выдохнул Стилински, наконец подняв глаза и заметив Ника на пороге. — Снова я, — Ник спокойно закрыл за собой дверь и бросил на стол папку с приказом Ренарда. Стайлз скользнул взглядом по официальной гербовой бумаге, а затем снова посмотрел на детектива: — И почему я не удивлён? — Хэнк в больнице с аппендицитом, — без предисловий пояснил Ник, оперевшись спиной о косяк. — Ренард решил, что мы отлично сработались в Форест-Парке. Цитата: «И вроде даже не убили друг друга». Так что на ближайшие две недели ты мой официальный напарник, агент. Собирай вещи, у нас труп в доках. Стайлз хмыкнул, убирая ноги со стола, и резким движением развернул к Нику фотографии, которые до этого изучал. — Неа. Не угадал, Бёркхардт, — Стайлз постучал пальцем по верхнему снимку. — Твои доки подождут твоего Хэнка. У меня три смерти в округе, все возле зеркал. У всех вытекли глаза. Ник подошёл ближе и нахмурился, разглядывая жуткие кадры с мест преступлений. Обезображенные лица жертв выглядели пугающе, а на заднем плане каждого снимка зловеще поблескивало отражающее стекло. Стайлз откинулся на спинку стула и ехидно прищурился: — ФБРовец с интеллектом? Ник оторвал взгляд от фотографий и устало посмотрел на него: — Иди ты, Стилински. Выезжаем.

***

Дорога до первого адреса заняла от силы минут пятнадцать, но в салоне старой машины Ника стояла тяжёлая тишина. Стайлз то и дело перебирал распечатки из морга, хмурясь всё сильнее. Они начали со студенческого общежития местного колледжа. Погибшим был двадцатилетний Итан Кларк — первокурсник, спортсмен, парень без криминального прошлого и видимых врагов. Комната Итана встретила их удушливым запахом застарелой сырости и хлорки, которой криминалисты уже успели залить пол. Ник сразу прошёл вглубь помещения, остановившись у массивного зеркала на дверце платяного шкафа. Оно было чистым, если не считать тёмных, почти чёрных потёков у самого основания рамы. — Чисто, — Стайлз натянул резиновые перчатки, заглядывая под кровать и методично осматривая углы. — Эксперты проверили каждый сантиметр. Никаких следов взлома. Замки целы. Окна заперты изнутри — третий этаж, Бёркхардт, туда даже белка без лестницы не заберётся. На теле парня ни одной защитной раны. Никаких следов борьбы или присутствия посторонних. Ник присел на корточки перед зеркалом, разглядывая отражение пустой комнаты. — Медэкспертиза говорит, что глазные яблоки буквально растворились изнутри. Какое существо способно на такое без физического контакта? — Физический контакт был, — Стайлз подошёл сзади, его голос стал непривычно серьёзным. — Просто не с нашей стороны стекла. Поехали дальше. Здесь ловить нечего. Всё стерильно до тошноты. Ни одной зацепки.

***

Второе место преступления находилось на окраине города, в частном секторе у самой кромки леса. Погибшей была Мэри Эванс — сорокалетняя жена местного лесоруба. Допрос мужа проходил прямо на крыльце дома. Мужчина, огромный, широкоплечий работяга с заскорузлыми ладонями, сидел на ступеньках, спрятав лицо в ладонях. Его плечи мелко дрожали. Ник присел рядом, а Стайлз остался стоять у перил, внимательно наблюдая за реакцией. — Мистер Эванс, я пониманию, как вам тяжело, — мягко начал Ник. — Но нам нужно знать всё. Вы были дома в ночь убийства? — Да... да, мы спали, — хрипло отозвался лесоруб, не поднимая головы. — Я проснулся от странного звука. Словно кто-то скребётся. Думал, крыса под полом. Повернулся — а Мэри нет рядом. Пошёл искать. В ванной горел свет... Мужчина замолчал, судорожно глотая воздух. — Что вы там увидели? — тихо спросил Стайлз. — Она лежала на полу. Лицом к зеркалу, — лесоруба передёрнуло. — Глаза... Господи, у неё просто текло из глазниц чёрное месиво. Я кричал, вызвал emergency services... Но я клянусь вам, детективы, никто не заходил в дом! Собака на привязи во дворе даже не гавкнула. У нас везде замки, я сам их проверял вечером! Осмотр ванной комнаты Эвансов дал ровно тот же результат, что и в общежитии. Полное отсутствие чужих отпечатков пальцев, никаких волокон, ДНК или следов обуви. Только зеркало над раковиной, тускло отражающее бледный свет одинокой лампочки, и едва заметная влажная плёнка на стекле. Абсолютный тупик. По всем базам данных — мистика, не поддающаяся логике. Они уже собирались уходить, когда Стайлз заметил в глубине коридора девичью фигуру. Дочка лесоруба, тринадцатилетняя Лили, сидела на диване в гостиной, поджав колени к груди. Её глаза были красными от слёз, а пальцы судорожно терзали край свитера. Местные патрульные копы проходили мимо неё, даже не оборачиваясь — для них она была просто шокированным ребёнком. Стайлз переглянулся с Ником, и оба без слов поняли друг друга. Они вошли в комнату и сели напротив девочки. — Привет, Лили, — Стайлз постарался сделать голос как можно мягче, убирая привычный сарказм. — Я агент Стилински. Мы с детективом Бёркхардтом пытаемся понять, что случилось с твоей мамой. Ты видела что-то странное накануне? Девочка подняла на него испуганный взгляд, полный отчаяния, которое бывает только тогда, когда тебя никто не хочет слушать. — Вы мне всё равно не поверите, — прошептала она, и её губы задрожали. — Папа наорал на меня, сказал, что я несу чушь из-за стресса. Патрульные просто посмеялись и велели попить воды. — Мы поверим, — серьёзно сказал Ник, подавшись вперёд. — Обещаю. Расскажи нам. Лили шмыгнула носом и вытерла слёзы рукавом. — Это... это я виновата. Это из-за меня мама умерла. Накануне вечером к нам приходила Хлоя, моя подруга. Мы... мы дурачились. Заперлись в ванной, выключили свет, зажгли свечу. Нам просто было весело, мы не думали, что это правда... — Что именно вы делали, Лили? — аккуратно подтолкнул её Стайлз, хотя внутри у него уже всё похолодело. — Мы вызывали Кровавую Мэри, — выдохнула девочка и снова разрыдалась. — Три раза сказали её имя перед зеркалом. В стекло словно кто-то ударил изнутри, мы испугались, задули свечу и убежали. А ночью... ночью мама пошла в ванную. Это дух пришёл за мной, но забрал её!

***

Через двадцать минут машина Ника уже резко затормозила у входа в студенческое общежитие. Ник и Стайлз пулей поднялись на этаж и без стука толкнули дверь комнаты, соседней с комнатой погибшего Итана Кларка. Там жили двое его друзей по футбольной команде — парни, которых копы опрашивали в первый день как обычных свидетелей. Сейчас они сидели за столом, мрачные, уставившись в экраны ноутбуков, но стоило Нику и Стайлзу переступить порог, как оба парня заметно вздрогнули. — Детектив? Агент? — один из них, крепкий блондин по имени Мэтт, нервно сглотнул. — Мы же уже всё рассказали. Мы ничего не видели в ту ночь. Итан просто ушёл к себе... — В ту ночь — возможно, — Стайлз прошёл вглубь комнаты, скрестил руки на груди и опустился на край свободного стола, нависая над студентами. — А вот что вы делали накануне? В пятницу вечером. На вечеринке в цоколе. Студенты переглянулись. В комнате повисла тяжёлая, виноватая тишина. — Мы... мы просто пили пиво, — тихо буркнул второй парень, отведя глаза. — Хватит врать, парни, — Ник шагнул вперёд, его голос прозвучал жёстко, по-полицейски. — Мы только что приехали из дома, где при точно таких же обстоятельствах погибла женщина. У неё осталась тринадцатилетняя дочь. И эта девочка, в отличие от вас, нашла в себе смелость во всём признаться. Мэтт побледнел. Его пальцы судорожно впились в край стола. — При чём тут мы и какая-то женщина? — При том, что вы дурачились, — Стайлз подался вперёд, заглядывая парню прямо в глаза. — Заперлись в темноте. Зажгли свечу. Сколько раз вы повторили её имя перед стеклом? Три? Пять? Мэтт закрыл лицо руками. Его напарник по комнате тяжело вздохнул и глухо произнёс: — Мы не думали, что это серьёзно. Это был просто глупый спор на слабо. Парни из братства сказали, что Итан струсит. Мы пошли в туалет на цокольном этаже, выкрутили лампочку. Итан зажёг эту дурацкую чёрную свечу, которую купил в каком-то оккультном магазине на окраине. — И вы вызвали Кровавую Мэри, — закончил за него Ник. — Да, — прошептал Мэтт, поднимая полные ужаса глаза. — Мы все трое хором сказали это перед зеркалом три раза. Итан ещё посмеялся, мол, смотрите, ничего не произошло. А через день... через день он заперся у себя и... Господи, у него просто вытекли глаза! Мы испугались, что нас посчитают сумасшедшими или обвинят в его убийстве, поэтому ничего не сказали копам. Стайлз медленно выдохнул и посмотрел на Ника. Логическая цепочка замкнулась. Это была не случайность и не серийный маньяк с хирургическими инструментами. — Ладно, шутники, сидите здесь и не вздумайте никуда уходить, — бросил Стайлз, разворачиваясь к выходу. Выйдя в пустой коридор общежития, Ник прислонился к стене и потёр переносицу: — Значит, это действительно дух. Существо, запертое в зеркальной сети. Студент вызвал её на вечеринке, девочка с подругой — дома. Но Стайлз, ты говорил, что жертв три. Кто был третьим?

***

Выйдя в пустой коридор общежития, Ник прислонился к стене и потёр переносицу: — Значит, это действительно дух. Существо, запертое в зеркальной сети. Студент вызвал её на вечеринке, девочка с подругой — дома. Но Стайлз, ты говорил, что жертв три. Кто третий? — Третья — Аннабелла Шепс, — Стайлз быстро пролистал планшет, открывая свежий файл. — Двадцать четыре года, владелица модной галереи искусств. Нашли пару часов назад в её собственной элитной квартире на южной окраине. Картина та же: пустые глазницы, лицо в чёрной жиже, замки целы. В полицию обратилась её подруга, которая и обнаружила тело — некая мисс Адалинда Шейд. Ник резко замер, так и не донеся руку до лица. Его глаза опасно сузились, а челюсть упрямо вытянулась. — Адалинда Шейд? — переспросил он, и в его голосе проступил холод. — Ты уверен? — Абсолютно, — Стайлз удивлённо поднял бровь, заметив такую реакцию. — Твоя знакомая? Бывшая? Налоговый инспектор? Почему у тебя такое лицо, будто тебе только что предложили съесть сырого ежа? — Это наш третий адрес, Стилински, — уклонился от прямого ответа Ник, резко направляясь к лестнице. — Едем. По дороге объясню. Или нет.

***

Элитный жилой комплекс встретил их подземным паркингом и безупречной тишиной. Когда Ник и Стайлз поднялись на нужный этаж, криминалисты уже упаковывали инструменты. На пороге роскошной квартиры их встретила высокая, эффектная блондинка в дорогом деловом костюме. Увидев её, Стайлз на секунду споткнулся и откровенно завис, во все глаза разглядывая роскошную свидетельницу. Ник, шедший чуть впереди, нагнал его и ощутимо пихнул плечом в бок. — Даже не думай, — негромко, но твёрдо процедил Бёркхардт сквозь зубы. — Почему? — так же тихо, не отрывая взгляда от блондинки, спросил Стайлз, потирая ушибленное место. — Ведьма. Стайлз даже не удивился. Он лишь устало вздохнул, и на его губах появилась привычная горькая усмешка: — Кто бы сомневался. — К чему ты? — Ник скосил на него быстрый взгляд. — Везёт мне на ведьм, — хмыкнул Стилински, поправляя куртку и возвращая себе рабочий вид. — То банши, то мисс блонди. Ладно, пошли колоть твою подружку. Они шагнули вперёд. Адалинда заметила Ника, и её губы тут же тронула едва заметная, хищная усмешка. Глаза Ведьмоблуда опасно блеснули. — Детектив Бёркхардт, — её голос прозвучал обволакивающе. — Не думала, что моим делом займётся столь колоритный специалист. — Мисс Шейд, — Ник заговорил сухим, подчеркнуто официальным тоном. — Это агент Стилински, ФБР. Мы ведём расследование смерти Аннабеллы Шепс. Вы были той, кто обнаружил тело. — Да, — Адалинда перевела оценивающий взгляд на Стайлза, сканируя его с головы до ног. — Мы должны были поужинать вместе. Аннабелла не отвечала на звонки, дверь была незаперта. Я вошла и... нашла её в гардеробной перед трюмо. Это ужасно. Настоящий кошмар. — Давайте отбросим лирику, мисс Шейд, — Стайлз мгновенно включил режим федерального следователя, сурово глядя на блондинку. — Нам нужны факты. Что вы делали накануне? О зажжённых свечах и глупых девичьих забавах перед стеклом вам есть что рассказать? Нам известно, что в городе это новый челлендж. Адалинда слегка нахмурилась, явно не ожидая такого напора от простого смертного, но, бросив быстрый взгляд на молчаливого и сурового Ника, сделала глубокий вдох. — Это была глупость, — неохотно признала она, скрестив руки. — Два дня назад Аннабелла купила на аукционе старинное зеркало девятнадцатого века. Мы выпили лишнего. Аннабелла начиталась блогов и предложила... ради шутки. — И вы вызвали Кровавую Мэри, — констатировал Ник. — Я пыталась её отговорить, — Адалинда посмотрела на Ника, и в её глазах мелькнул подлинный страх. — Но она зажгла свечу. Произнесла имя три раза прямо перед этим проклятым венецианским стеклом. Я стояла сзади. В какой-то момент мне показалось, что отражение Аннабеллы... опоздало. Оно повернулось на секунду позже, чем она сама. А сегодня она мертва. Стайлз повернулся к Нику и тихо произнёс: — Три адреса. Подростки, студенты, мажоры. Эта дрянь реально завирусилась по всему Портленду. Если мы не найдём способ уничтожить первоисточник, завтра трупов будет в десять раз больше. Ник снова повернулся к Адалинде: — Где сейчас это зеркало, мисс Шейд? — В гардеробной, — Адалинда сделала шаг назад, пропуская их в квартиру. — Эксперты его не трогали. Но если вы собираетесь туда идти... будьте осторожны, детектив. Там внутри явно сидит то, что не подчиняется вашим законам.