Контракт без права на отказ

      Рейко упрямо молчала. Ни словом не обмолвилась о том, что в Иокогаме возникли проблемы с грузом. Горделивая птица. Решила, что если она самостоятельная и самодостаточная, ему об этом знать не нужно? Гану доложили о проверке в тот же день, как появились сложности. Поэтому, когда вся шумиха стихла, наведался к Рейко в офис без предупреждения. Её одобрение ему не требовалось. Цель визита была совсем другой. Придётся повозиться с ней, чтобы пошла на уступки ради собственного же бизнеса.       Он поднялся на её этаж и без стука вошёл в кабинет. Следом за ним влетела её помощница и замерла в дверях. Рейко, до этого просматривающая бумаги, оторвалась от них и удивлённо уставилась на Гана, после чего жестом указала сотруднице оставить их наедине.       — Ты что тут делаешь? — без приветствия спросила она, откладывая документы в сторону.       Ожидаемая реакция. Недовольна тем, что он вторгся на её территорию. И прекрасно. Пусть привыкает к мысли, что он в курсе её дел. Ган сунул руки в карманы брюк и неторопливо прошёл вглубь кабинета.       — Пришёл навестить жену. Разве не видно?       — С какой целью? Почему не предупредил?       — А должен был? — вернул он её же слова, сказанные пару недель назад. Опустившись в кресло напротив, закинул ногу на ногу и пристально посмотрел на Рейко.       — Что ты хотел?       — До меня дошли некоторые слухи, — начал Ган издалека. Рейко тут же напряглась и недовольно постучала длинными ногтями по стеклянной поверхности.       — Какие?              — Что у тебя появились проблемы в Японии.       — У меня нет проблем.       — Конечно, — кивнул Ган, уголок рта дёрнулся в хищной усмешке. — У тебя, может быть, и нет. Но они есть у нас.       — Нет никаких «нас», Ган. Это бизнес мой, и он тебя никак не касается.       — Ошибаешься. Ещё как касается. — Он подался вперёд, упёрся локтями в колени и сцепил пальцы. — Может, стоит отдать тебя на растерзание твоему дяде, м?       Ган заметил, как медленно поднялась и опустилась её грудь. Как сильно Рейко стиснула челюсти, пытаясь сохранить самообладание. Однако уже через секунду откинулась на спинку кресла, бросила на него уничтожающий взгляд и холодно произнесла:       — Что тебе надо?       — Предоставь мне человека, который хорошо разбирается в отчётности. Того, кто понимает, что к чему.       Рейко иронично хмыкнула.       — А больше тебе ничего не предоставить? С какой стати я должна это делать?       — С такой, — равнодушно ответил Ган. — Если не хочешь новых проблем, то предоставишь.       — С чего ты вообще взял, что мне нужна твоя помощь? Считаешь, меня настолько неспособной?       — Считаю, что тебе пора принять: теперь твои проблемы касаются и меня. А ты ведёшь себя как капризная девчонка.       Надоело с ней припираться. Хотелось прямо сейчас сбить всю спесь с её лица и хорошенько встряхнуть за плечи.       — Ты сказал, что не будешь лезть в мои дела.       — Я защищаю тебя, — напомнил Ган.       — Опять эти разговоры? — Рейко закатила глаза, делая вид, что тема больше её не интересует.       — Предоставь человека, — повторил с нажимом и поднялся с кресла. В один шаг оказался у её стола. — Я не собираюсь ждать. Не сделаешь сама, выберу кого-нибудь по своему усмотрению.       Шутки кончились. Он не собирался ходить вокруг неё кругами, дожидаясь согласия. У него не было времени уговаривать собственную жену по каждому пустяку. Он просто сделает так, как нужно. Достаточно одной угрозы и правильного нажима, чтобы подчинилась.       Сдвинув брови, Рейко набрала на рабочем телефоне короткий номер и вызвала помощницу. Спустя пару минут девушка уже стояла в кабинете.       — Минджи, оформи командировку для Хан Соён. Она летит в Иокогаму.       — Да, госпожа. — Та поклонилась и тут же исчезла за дверью.       Когда они вновь остались вдвоём, Рейко встала, обогнула стол и остановилась напротив Гана. Он опустил на неё глаза. По росту она едва доставала ему до плеча. Мелкая чертовка.       — Доволен?       — Так бы сразу, — усмехнулся Ган, лениво проведя пальцами по верхней пуговице её блузки. — Можешь же быть послушной, когда захочешь.       Теперь он летел в Японию. Вопросы бизнеса Рейко отныне касались и его тоже. Пускать всё на самотёк было нельзя, особенно сейчас, когда она стала удобной мишенью.       Да, он мог бы махнуть на всё рукой. Но прибыль имела значение, как и необходимость сохранить партнёров и удержать дело на плаву. Ган был уверен: Рейко видела проблему, но не понимала, насколько далеко могли зайти последствия. Подчищать следы всегда было его работой. Так было с тех пор, как он начал работать на Чарльза. Отстранившись от молодняка, Ган полностью сосредоточился на том, что действительно имело значение.       В Японии шёл проливной дождь. Небо над аэродромом затянуло тяжёлыми серыми тучами, и вода завесой стекала по стеклу терминала, размывая огни взлётной полосы. Его люди уже ждали у частного трапа вместе с кортежем. Стоило Гану появиться в проёме, один из охранников шагнул вперёд и раскрыл над ним чёрный зонт, принимая на себя удар дождя. Капли тут же забарабанили по плотной ткани, но сам Ган даже не замедлил шага. Следом последовала и Хан Соён. Спустившись по трапу, он едва заметным движением поправил манжет и направился к машине.       Не теряя времени, он направился в порт Иокогамы. По пути просмотрел все отчёты, которые ему передала Хан Соён. Она сидела рядом, боясь лишний раз поднять глаза, и явно держалась от него на расстоянии. Забилась в самый дальний угол сиденья и сосредоточенно смотрела в экран ноутбука.       Прибыв на место, Ган потребовал у ответственного за объект предоставить все выписки по грузам, доставленным в порт в тот день. Оказалось, контейнер с чаем был единственным. Сомнений больше не оставалось: всё было подстроено намеренно. Дяде Рейко подобный конфликт точно был не нужен. В его же интересах было сохранить партнёров и заказчиков. Кто-то явно вмешался извне. Тот, кто хорошо знал маршруты поставок, имел доступ к внутренним данным и понимал, какой именно груз нужно подставить под проверку.       Ган пролистал выписки ещё раз, задерживаясь на фамилиях посредников и подрядчиков. Так работают не мелкие сошки, решившие нажиться на чужом товаре, а люди, которым нужен был только повод. Ударить по репутации Рейко, заставить сорваться, вынудить обратиться за помощью или, наоборот, показать партнёрам, что она не способна держать собственный бизнес под контролем. Поэтому Ган поручил Соён проверить всех, а после доложить о результатах. На это потребуется несколько дней.       Как только в порту предоставили все необходимые документы и записи с камер наблюдения, Ган вместе со своими людьми отправился в поместье Ямадзаки. Заодно, решит вопросы, которые давно откладывал на потом.       В клане давно забыли о чести. Каждый стремился подставить другого, предать, урвать свою долю и приблизиться к власти. Это было заложено в крови, выжжено на телах, воспитано болью и страхом. Пары убийств среди недовольных и тех, кто посмел поднять голову, хватит, чтобы навести порядок. Ган давно отринул мечты о семье и признании. Для него всё определяла сила.       Стряхнув с рук кровь, Ган медленно выпрямился и посмотрел на изуродованные тела у своих ног. Затем наступил на голову одного из предателей и надавил сильнее. Раздался глухой хруст. Вытащив из кармана пачку сигарет, Ган достал одну, закурил и глубоко затянулся, выпуская дым в прохладный ночной воздух. Некоторые решили, что при Шинтаро, его дяде, было лучше. Ган не держал на них зла. Злость требовала лишних чувств, а он давно не тратил их на тех, кто сам выбрал свою участь. Он просто расправился с ними по-своему. Теперь они замолчат. А остальные псы запомнят своё место.       Хорошо, что девчонку уже проводили в поместье. Это представление было не для слабонервных, а Хан Соён и без того едва держалась рядом с ним. Боялась, но всё равно время от времени бросала на него заинтересованные взгляды. Знать о таком ей было необязательно. Пусть и дальше считает, что её привезли только по рабочему вопросу, а не сделали невольной свидетельницей того, как Ямадзаки решают внутренние проблемы.       — Приберите здесь, — приказал он своим людям и направился к поместью. С делами на сегодня было покончено. Хотелось выпить сакэ и лечь в кровать. Ган не знал, что такое усталость, но сейчас она внезапно навалилась тяжёлым грузом. От бесконечных споров с женой голова гудела.       Он и подумать не мог, что она окажется такой непробиваемой сукой. При желании уже свернул бы шею. Но договорённости связывали руки. К тому же она ещё и с Джеймсом связалась, а что выкинет он в таком случае, Ган не представлял. Одно было ясно: Рейко предложила ему что-то стоящее. Джеймс на меньшее не согласился бы. Он всегда брал только то, что было ему нужно.       Разувшись в гэнкане, Ган едва успел ступить в коридор, как перед ним появилась прислуга, низко склоняясь в поклоне.       — Добрый вечер, молодой господин, — басом произнёс управляющий поместьем. — Мы вас ждали. Подготовить для вас купальню?       — Да, — коротко бросил Ган, проходя мимо слуг. Остановился, обернулся и добавил: — И позовите того, кто сделает массаж. Гостей угостили ужином?       — Конечно, господин. — Управляющий выпрямился, сложив ладони перед собой. — Сейчас же всё подготовим.       Ган пошёл по энгаве. Люди из клана, встречавшиеся ему на пути, молча расступались и кланялись, а затем провожали взглядами, пока он не скрылся в своих покоях. Тут было пусто. Ган ненавидел родной дом, слишком много воспоминаний, которые чем-то неприятным отдавались внутри.       Сняв пиджак, бросил его на низкий диван у стены. Следом расстегнул рубашку, стянул её с плеч. Засохшая кровь стягивала кожу, из-за чего раздражение только усилилось. Он провёл ладонью по шее, разминая затёкшие мышцы, затем избавился от брюк. Накинув подготовленное кимоно, лежавшее на кровати, обернулся на звук открывающихся фусума.       Слуга сообщил, что купальня готова, Ган молча кивнул и вышел из покоев. Коридоры поместья тонули в мягком свете андонов, за сёдзи слышался приглушённый шорох прислуги. Никто не попадался ему на пути без необходимости. Все давно знали, что молодого господина лучше не тревожить.       В купальне уже стелился густой пар. Горячая вода в офуро мерцала в тусклом свете, от неё поднимался запах трав и чего-то терпкого, успокаивающего. У края купальни ждала молодая служанка в простом кимоно. Завидев его, почтительно склонилась.       — Господин, всё готово.       Покорность и тишина. Именно это ему сейчас и требовалось. Сев на табурет, он облокотился о колени. Умелые руки сразу легли ему на плечи, осторожно надавливая на болевые точки и разминая напряжённые мышцы. Служанка растирала его кожу мягкой мочалкой, а затем аккуратно смывала пену, поливая тёплой водой из деревянного ковшика. Её руки скользнули ниже, снимая напряжение с каждого сантиметра кожи. Остановившись перед ним, она опустилась на колени и, не произнеся ни слова, осторожно развела его ноги. Ган позволил ей делать то, ради чего её сюда позвали.       Долгожданная разрядка накрыла с головой, заставив Гана протяжно выдохнуть. Служанка отползла в сторону, давая ему возможность подняться и перейти в офуро. Погрузившись в горячую воду, он расслабленно откинулся на бортик. Девушка тут же подала ему пиалу и наполнила её сакэ из кувшина. Сделав несколько глотков, Ган жестом отпустил её. Он остался один, позволяя горячей воде окончательно снять напряжение с тела и выветрить из головы лишние мысли. Позже, когда вода начала остывать, он выбрался из офуро. Обтеревшись полотенцем, надел чистые одежды и вернулся в свои покои.       Следующие дни прошли куда спокойнее. Хан Соён подробно ввела его в курс дел Рейко, связанных с поставкой чая в Иокогаму: объяснила, через каких поставщиков шли основные партии, кто отвечал за логистику и с кем уже были заключены действующие договоры. Ган слушал молча, запоминая имена, суммы и сроки, постепенно складывая в голове полную картину её бизнеса.       — Основной поток идёт через склад в порту, — сказала Соён, раскладывая перед ним копии контрактов. — У госпожи Кадзэхары заключены договоры с тремя поставщиками. Двое работают стабильно, третий нужен скорее, как запасной канал.       — Зачем? — поинтересовался Ган, внимательно рассматривая бумаги.       — На случай задержек, проверок или попыток перехватить груз. Госпожа Рейко предусмотрела несколько маршрутов заранее.       — Но почему-то проверили именно запасной маршрут, — заметил он, не отрываясь от документов. — Кто поставщик?       — Господин Ван.       — Ты проверила его? С кем он ведёт бизнес помимо моей жены?       — Конечно. — Соён подала ему ещё несколько листов и, склонившись ближе, указала на один из пунктов. В нос ударил сладковатый запах духов. — У господина Вана достаточно широкая сеть поставок. Он сотрудничает с несколькими крупными предприятиями в Китае и давно знаком с госпожой Рейко.       — И именно он решил ослабить мою жену. Интересно.       — Прямых доказательств пока нет, — осторожно заметила Соён. — Проверка могла быть случайной.       Ган поднял на неё глаза.       — Если это было бы случайностью, мы бы не приехали в Иокогаму.       Соён замолчала, затем достала из папки ещё один лист и положила поверх остальных документов.       — Есть ещё кое-что.       — Говори.       — В ближайшее время господин Ван устраивает благотворительный вечер в Сеуле. Формально в честь расширения деловых связей и заключения контрактов с корейскими производителями.       Ган взял лист и пробежался глазами по строкам.       — Благотворительность?       — Да. Приглашены представители нескольких компаний, инвесторы и люди из торговых ассоциаций. Вечер должен показать его как надёжного партнёра на корейском рынке.       — После проверки запасного маршрута он решил выйти в свет, — холодно произнёс Ган. — Смело.       — Госпожа Рейко тоже получила приглашение, — добавила Соён. — Её присутствие ожидаемо. Отказ могут воспринять как слабость или как подтверждение того, что задержка груза действительно ударила по её позициям.       — Отлично. Не будем давать лишний повод думать, будто нас это сильно задело. — Откинувшись на спинку кресла, Ган покрутил приглашение в пальцах.       — Вы хотите присутствовать вместе с госпожой Рейко?       Ган опустил глаза на тиснёную бумагу, затем усмехнулся.       — Разумеется. Если господин Ван так старается выйти на корейский рынок, будет невежливо не поздравить его лично.       — Я передам госпоже Кадзэхаре.       — Не надо, — перебил он. — Я сам ей скажу.       — Как пожелаете.       На Токио надвигался циклон, рейс едва успел вылететь, прежде чем аэропорт закрыли. Ган смотрел в иллюминатор, лениво анализируя полученную информацию. Все бреши были закрыты, вопросы решены, указания розданы. Приятная усталость растекалась по телу, мозг наконец расслабился, можно было позволить себе редкую паузу и не думать о делах.       Взгляд прошёлся по салону: остановился на Хан Соён. Девушка была неглупа, но другую его жена не стала бы держать при себе. Более того, её отличная память и цепкий ум помогли сэкономить немало времени, когда Ган сталкивался с вопросами, ответы на которые надо тщательно искать. Хан Соён работала ещё во времена, когда кланом руководил отец Рейко, и её знания во многом можно было назвать бесценными.       Естественно, Рейко тоже знала всё и даже больше, гораздо больше Соён, но из неё информацию пришлось бы тащить клещами, а тут она сама шла в руки. Ган достаточно купался в женском внимании, чтобы понять: девушка от него без ума. Он и прежде пользовался впечатлением, которое производил на других, в своих целях, но помощь была настолько значимой, что захотелось отблагодарить Хан Соён. Бросить кость собаке, чтобы вгрызалась в неё и дальше преданно заглядывала в глаза.       Ган оценил длинные ноги, сексуальную фигуру, которую она подчёркивала тщательно подобранными деловыми костюмами. Он смотрел оценивающе, как на товар, который потом принесёт пользу. Почувствовав, что на неё смотрят, Хан Соён подняла глаза от ноутбука и слабо улыбнулась. Покраснела. Ган хмыкнул про себя, провёл пальцами в воздухе и коротко скомандовал:       — Выйдите.       Взглядом дал понять Хан Соён, что её приказ не касается. За непроницаемым взглядом пугающих белых глаз невозможно было прочитать даже тень эмоции. Ган закурил, продолжая молча смотреть. Хан Соён заметно нервничала. Рейко специально решила подложить под него девчонку, или это её инициатива?       — Ты верна моей жене? — спросил, докурив. Хан Соён поспешила ответить:       — Конечно, господин, разве может быть иначе?       — Если ты верна ей, значит, и мне должна хранить верность, так? — Ган добавил в тон льда, заметил — вздрогнула.       — Так и есть, — ответила после паузы.       — Ты верна моей жене, мне, но при этом хочешь меня, — резюмировал он с насмешкой. Откинулся в кресле, небрежно расстегнул верхнюю пуговицу, Хан Соён сглотнула.       — Это… не то, что вы подумали, господин Ган. Простите, если неправильно поняли…       — Тихо! — оборвал он. — Не терплю, когда мне врут, поэтому говори правду, другого шанса не представится. Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?       — Господин, не…       — Я сказал: правду! — рявкнул Ган, подаваясь вперёд и облокачиваясь о колени. — Чьё покровительство тебе важнее: моё или её?       — Ваше, — прошептала Хан Соён, опуская глаза, ломаясь под пристальным взглядом.       — Я дам тебе его. Но взамен буду ждать ответных действий.       — Чего… чего вы хотите? — она робко посмотрела на него.       — Информацию. Всё, что происходит в офисе Рейко, каждый её шаг. А в ответ… — Ган снова откинулся на спинку кресла, — получишь секс. Если на самом деле этого хочешь. Несколько секунд Хан Соён обдумывала его предложение, Ган давал ей это время. Решил: если откажется, придётся искать другие пути шпионить за Рейко. Согласится — он получит туза в рукаве. Хан Соён медленно поднялась, подошла к нему, опустилась на колени и преданно посмотрела. Молча положила ладони на его ноги, провела вверх, к ширинке, и, не сводя глаз, начала расстёгивать ремень. Ган с интересом наблюдал, не помогал, не шевелился, но и не мешал. Это явно предало ей уверенность.       Она умело гладила член сквозь ткань, и, как только выпустила его на свободу, тут же взяла в рот, с трудом обхватив губами.       — Видимо, это и есть ответ, — довольно протянул Ган и невольно прикрыл на мгновение глаза — она начала посасывать, впуская глубже, пока не проглотила почти целиком. Застыла ненадолго, выпустила, скользя губами по стволу, снова взяла до конца. Ган смотрел, как она сосёт, откровенно наслаждаясь видом. Умные женщины, берущие у него в рот, возбуждали гораздо больше шлюх. Он представил на месте Хан Соён Рейко, и член дёрнулся.       — Хватит, — бросил он, расстёгивая рубашку. — Раздевайся.       Не колеблясь, Хан Соён встала и начала быстро раздеваться. Ган раздеваться не стал, просто приспустил штаны и развёл рубашку в стороны. Оставшись в одних чулках, Хан Соён бросила короткий взгляд на шторку, за которой остались остальные пассажиры, и тут же посмотрела на Гана. Он раскинул руки в стороны, усмехнулся:              — Садись.       Места в кресле было достаточно, чтобы она упёрлась коленями в кресло по бокам от его ног и взяла в руку член.       — Подожди, — остановил Ган. Достал из внутреннего кармана пиджака презерватив, протянул ей. — Сперва надень.       Его шлюхи были проверенными, бесплодными, с этой надо быть осторожным. Хан Соён ловко натянула презерватив, направила член в себя и начала садиться. На лице застыло напряжённое выражение, когда она впускала его в себя, привыкая к размеру. Положив руки на его плечи, начала медленно двигаться. Приоткрыла рот, смотрела прямо в глаза, начала тяжело дышать, насаживаясь глубже.       Ган не торопил. Обвёл груди кончиками пальцев, сжал, прокрутил соски, лизнул каждый. Пусть девочка насладиться, потом придётся потерпеть. Глаза Хан Соён начали закатываться, внутри стало гораздо влажнее, позволяя погрузиться почти до конца. Она начала тихо, на грани слышимости, постанывать, откинула голову назад, ускоряясь. Быстрая — кончила через пару минут, уронила голову на плечо, мелко вздрагивая.       — Теперь вставай, — приказал он. Развернул, заставляя упереться руками в кресло, пристроился сзади, несколько раз провёл головкой по складкам и грубо задвинул. Хан Соён вскрикнула. Он намотал волнистые волосы на кулак, второй рукой сжал грудь, начал жёстко трахать, заполняя салон пошлым хлюпаньем и уже не сдерживаемыми стонами.       — Го-господин!.. — со вхлипом протянула Хан Соён, когда он задвинул особенно сильно. — Прошу… это… я не выдержу…       — Ты сама этого хотела, — тяжело дыша, не останавливаясь, бросил Ган. Яйца хлопали по промежности, когда засаживал особенно глубоко, выпуская накопленную злость и напряжение. Долбанная сука-жена, с какого хуя он держался и не позволял себе то, к чему привык?! Рывком он заставил Хан Соён выпрямиться, поставил её ногу на кресло и впился зубами в шею, меняя угол наклона на максимальную глубину. Она распахнула рот, вплотную прижалась к его груди. Подбородок ходил ходуном, глаза были крепко зажмурены.       Всё, чего Гану требовалось — выпустить пар, и он это сделал, кончив в несколько особенно сильных движений. Отпустив Хан Соён, вышел, снял презерватив и небрежно бросил на пол — подберут. Пока она приходила в себя, впиваясь в кресло и тяжело дыша, он привёл в порядок одежду, сел через проход и достал сигареты.       Отводя глаза, Хан Соён быстро одевалась. Ган потянул носом воздух — рубашка пропиталась запахом её духов.       — Надеюсь, ты получила то, чего хотела, — сказал, когда она полностью оделась.       До конца рейса Ган больше ни разу не взглянул в её сторону.