Источник правды

***1.09.2021. Эвалин*** Чертовы маги и волшебницы, которые постоянно навязывают мнение и говорят, как нужно и как правильно! Чтоб вы провалились со своими ожиданиями от меня, чего вам охота! С нервно дергающимся от злости глазом и бешено колотящимся сердцем я выбежала из общежития и отправилась на регистрацию. Меня взбесили проводы в земной мир. Раздражал каждый совет и желание сунуть в карман подсказку, как нужно общаться с людьми и скрывать способности. Еще немного, и взорвалась бы на собственную семью. Я сбежала в земной мир подальше от своих проблем и разбирательств с семьей, чуть ли не кровью выторговав себе три года обучения вокалу. В нашем мире тоже есть университеты с вокальным направлением, но уровень образования в последние пять лет страдает из-за гражданской войны. Дошло все до порчи имущества и подрыва зданий. Сейчас все успокоилось, и стало намного лучше, но пока Визорт - наш город волшебников, не сильно стремиться восстанавливать положение. Отремонтированы только здания, но вот с внутренним развитием системы, пока все так же плохо. Дипломы университетов земного мира действовали в Визорте, мы получали волшебное расписание, угодное для Визорта, и изучали нужные предметы вместе со смертными и отдельно от них. Как обстояли дела во всех остальных городах Сорабиса - нашей планеты магов, я не знала. Меня не очень интересовала политика между волшебными странами. Правительство Визорта поддерживало заклинание верования над некоторыми институтами. Смертные верили, что город Визорт действительно существовал. Маги и волшебницы могли получить диплом, например, в Сорбонне, проходя при этом практику в Визорте, но о существовании магов и волшебниц никто не знал. Моя подруга училась там, но практикум у нее проходил в нашем городе. Она сама решила пойти этой дорогой, хоть система обучения медицине в Визе, лучше, чем у творческих профессий. Ее силу можно применять на благо здоровья. Но для лечения ей нужно понюхать пациента, а при проявлении способности, глаза загорались белым мерцанием. Смертный узнал бы, кто она. Из-за беспокойства о развитии конфликта с людьми, правительство приняло решение заколдовать здание, чтобы все, кто входил в него, всегда считали город Визорт реальным, но никогда не упоминали о нем ни письменно, ни устно. А для изучения предметов практическим путем придумали волшебное расписание и дополнительно заколдовали аудитории, в которых позволяли практиковаться на живых людях или манекенах, не боясь, что волшебницы могут себя обнаружить. В Джуллиарде, куда поступила я, функцию подключили совсем недавно. Хоть диплом и действует, но я побаивалась практиковаться в звукоизолированных помещениях университета. Я с легкостью могла не совладать с диапазоном голоса и навредить кому-либо, поэтому пока что пользуюсь только тренировочной студией. Но моя родня все равно беспокоилась, чтобы я была аккуратна. Я понимала, что они хотят как лучше, после трагедии я осталась одна с отцом. Но они благополучно пропали из моей жизни с четырнадцати лет. Их хватило на семь лет, после смерти мамы, и потом толком не появлялись, пока... О ГОРЕ! Я променяла одиночество в огромном доме на известную школу искусств земного мира! “Великая трагедия” заставила родню слетаться в буквальном смысле и собирать меня в дорогу. Я не одна такая, отец Саманты — моей подруги — тоже сильно переживал из-за ее обучения в университете смертных. Всему виной церковь и правительство Земли. Они не знают о нас, а наше правительство думает, что земные власти могут развязать войну по любому поводу. Что ж... Они недалеки от истины. Но для того, чтобы мы напали на смертных нужна весомая причина. Правила Сорабиса запрещали воздействие в сторону людей с магией, но разрешали помогать им, если человек, зная о нас, дал письменное согласие, как понятно из правила, чрезвычайные случаи они даже не рассматривают. Но, в первом случае нас ждет суровое наказание за обнаружение волшебства. В законе написано, что нас могут лишить магии на срок, до пяти десятков лет установленный судом. Но во многих случаях наше воздействие на людей карается тременем — это магическая тюрьма, хуже самой ужасной пыточной, которую только можно вообразить. Отчасти поэтому я отношусь с пренебрежением к правительству Земли. Они не смогли бы ничего мне сделать, даже если бы узнали о существовании магии, а ищеек Визорта я пока не наблюдала. Хорошо, что все закончилось, и я могла жить одна, вне понуканий за выбор профессии. Ненавижу ругаться с отцом, но его место главы компании архитекторов мне совершенно не интересно. Я перебирала в руках папку со своей регистрацией на вокальном факультете и, шумно плюхнувшись в огромное кресло, ожидала начала официального и пафосного представления и посвящения в студенты первых курсов Джуллиарда. В комнату общежития кампуса, полного коробок и памяти, как я кипела от злости, я не вернулась, хоть и было предостаточно времени, чтобы разобрать вещи. Радовало, что я буду жить одна в двухместной комнате! Моя соседка отказалась от места, а желающих не нашлось. Но я подозреваю, что всему виной мой отец, выкупивший соседнее место в квартире-студии. Поза эмбриона на плюшевом кресле меня вполне устраивала, хоть я в брюках и блузке. Мне всегда было все равно на нормы приличия в одежде. Подумаешь, немного помнется. Я хотела почитать книгу, поэтому быстро забыла о шуме и грохоте игровых автоматов в комнате отдыха. Но есть минус быть волшебницей в земном мире – повышенное восприятие органов чувств. Я могла абстрагироваться от внешнего шума и обсуждения учебы, но резкие запахи пота и одеколона действовали на меня негативно. Но мне удалось погрузиться в чтение книги, на некоторое время и раствориться в выдуманном литературном мире. Я читала до тех пор, пока не пришло уведомление от администрации о начале собрания через двадцать минут. Но, видимо, со сменой деятельности нужно жертвовать личным удобством. К тому же навязчивая реклама факультативов и внеурочной деятельности начинала давить на психику. Рядом с моим креслом на такой же плюшевый диван, слишком близко от меня, сел молодой парень. Я не присматривалась к людям вокруг, но он стоял с какой-то парочкой около выхода, и я не ожидала, что он окажется так близко. Это напрягало. Потеря контроля над моей зоной комфорта совершенно мне не свойственна. Моя внимательность и осторожность в последний земной год стала ниже плинтуса, несмотря на последний триллион предостережений от тети Мэрин: «Будь аккуратна, Бусина! В земном мире много опасных людей, и не успеешь моргнуть, как тебя упекут в тюрьму или сожгут! Сэлан побери, ну почему она не меняет цвет волос, Кристиан? Все подростки красят волосы!» Моя тетя уверена, что люди застряли в Средневековье. И за мои волнистые локоны, разбросанные в хаотичном порядке, сожгут заживо. Кто бы ей рассказал о нынешнем поколении! Интересно было бы посмотреть на ее реакцию. И что, сколько бы не упоминала она нашу троицу Богов, никто из них не спустится в земной мир из Нодэма *(Прослойка в которой живут боги Солариса, она позволяет скрыть планету от земных астрономов). Забавно, что тетя употребляет в своих молитвах за меня даже Каону, которой в принципе нет дела до магов и волшебниц. Она помогает с гормонами, чувствами и развитием. А вот упоминание Уфоса вообще опасно для ее здоровья! Он занимается всем остальным, что не касается нас: связями между другими планетами, устройством безопасности и функционирования Сорабиса… Я даже думать боюсь о том, кто изначально создал целую планету и первых мага и волшебницу, а она еще осмеливается о чем-то просить его. Для меня эта троица – что-то безумно страшное. Я могу соблюдать правила по отношению к ним и упоминать их имена только в самые крайние моменты… Обычно это либо полное отчаяние, либо сильные эмоции. Но моя внимательность пострадала не потому, что я решила рискнуть жизнью, а из-за сидения дома, и редких выходов на курсы профподготовки. Но от мыслей о своей семье и проблемах меня отвлек кашель этого странного парня. Я внутренне напряглась и закусила кожу щеки внутри, чтобы не поддаться панике. Молодой человек все больше косил на меня взгляд и этим сильно нервировал. Что ему надо от меня? Как будто по моей позе с книгой не видно, что я не горела желанием с кем-то общаться. Но... Он продолжал пялиться. Еще и, ухмыляясь, поправлял волосы. — Привет! — подал он признаки адекватного человека и, напряженно улыбаясь, поправил кожаную куртку с символикой Джуллиарда. Забавно, рубашка тоже с эмблемой школы. — Я видел, что ты смотрела на меня и компанию, с которой я стоял раньше, и решил подойти. Нет, а вот это уже откровенная наглость! Мало того, что он помешал мне заниматься любимым делом, так еще и врал! Я никогда не проявляла интереса к прохожим, дольше положенных секунд для оценки угрозы. Другое дело, когда мне самой нужно с кем-то заговорить. Или кто-то нужный сам подходил ко мне. Но тут точно не было никакой выгоды. Не люблю навязчивое общение. Тем не менее, мне надо ему ответить. Показываться грубиянкой в первый день в новом месте, не лучшее начало. — Неправда, я... Всего на секунду, одним глазком, кто окружал меня, и кто нагло помешает наслаждаться обществом книги, — прокашлявшись, чтобы выровнять голос, я совершенно не думала, что говорила, и вышло как-то несуразно, еще и пялилась на парня. Придется признать, ненадолго, но все же меня заинтересовало его скульптурное лицо. Он похож на итальянца или француза. Я не могу точно определить, потому что его скулы и губы имеют немного острые черты, как будто он собрался ими резать сердца людей, как плейбои в современных романах. Волосы уложены на левую сторону, а с другой стороны короткие волосы и висок, подбритый в виде молнии. Но больше выделялись его глаза. Эти выразительные темно-карие озера, которые смотрели на меня, словно бездонная пропасть, и грозили утопить в своих глубинах. Нос его слегка вздернут вверх, и на нем можно заметить небольшую россыпь веснушек. Кончик носа выглядит изящно и утонченно, а длинная переносица только подчеркивает это. Но в его поведении наглость настолько зашкаливала, что мне стало интересно, что он еще выкинет. — Значит, все-таки смотрела и интересовалась. Похвально! Меня Беорегард зовут, можешь называть просто Бер или Бео, меня так друзья прозвали. Чего читаешь? — Он резко наклонился вперед, а я закрыла от него книгу. Это просто потрясающе! Он вообще имел границы? Или у него такое заоблачное самомнение, что он считал нормальным делать то, что его не просят? Я очумело раскрыла глаза и даже задержала дыхание ненадолго, внутри надрывалось биение сердца. Такого я не ожидала! Обычно так наглела только моя подруга или те, кто хотел получить удовольствие от издевательств в моей школе. Поэтому я возмущенно закатив глаза, сделала вид, что мне не интересен этот разговор, и снова уткнулась в книгу, подмечая на задворках памяти, что мне нужно повторить иностранную внешность и имена людей. Все же этот парень оказался германцем. Узнай отец о моих провалах в знаниях расовых признаков людей, я бы уже отрабатывала наказание в его компании. Беорегард терпеливо ждал, пока я отвечу, видимо не замечая мое отношение к нему и к разговору, но потом не выдержал: — Да ладно тебе красотка, зажиматься-то, я же просто решил поговорить с милой девушкой, чтобы скоротать время. А то та, с которой я общался, смотрит только на своего качка-парня и никакого интереса к другим. Вот мне и стало скучно. Я тяжело вздохнула, стараясь набрать как можно больше воздуха, потому что понимала его, в школе я так и завела одно знакомство. Но вдруг я почувствовала что-то странное в запахе от парня, проходившего мимо дивана, на котором сидел Бер. Он пах, смесью кислого винограда и приторно-сладкой клубники. Меня передернуло от тошнотворного запаха. Но потом я заметила на его шее кулон похожий на амулет магов... Я готова поклясться, это был он! Но мне не удалось нормально разглядеть. Это было что-то острое и желтое, похоже на солнце. Проходя мимо меня, парень проводил рукой по своим рыжим, как ржавчина на металле, волосам и покачивал кулон, словно хотел размахнуться и бросить! Он остановился около мулатки с короткой светлой стрижкой под каре и смуглым черноволосым парнем чистой латиноамериканской внешности. Они о чем-то переговаривались и смеялись, а блондинка улыбалась, глядя на меня и Бера. Что они собрались делать? Или у меня уже паранойя? Я нервно перебирала руками подол блузки и старалась отвлечься, чтобы не впасть в паническую атаку от странного внимания. Чтобы не показаться ненормальной, переключилась на прошедшего мимо нас парня. Меня задел странный запах и кулон, будто огнестрельное оружие, направленное на меня. Я зажала в кулак большой палец правой руки, до характерного мягкого щелчка. Снаружи это выглядело, как будто я разминала сустав пальца, но на деле включила свою семейную функцию “обзор аур”. Правда, иногда, она доставляет неудобства. У каждого человека, мага, оборотня, вилена есть ауры. Они отличаются по цветам. Красный - у магов и волшебниц. Зеленый - у виленов, так как они природные маги и помощники стихийных магов. Правда, их уже сто лет никто не видел. И это минимум, говорили, что они пропали гораздо больше времени назад. Причину, естественно, никто не знал, у кого бы я ни спрашивала, кроме архива, которому разрешено предоставлять информацию только первому классу волшебных существ. Желтый - у всей прислуги, от пикси до троллей и гоблинов, так как они преимущественно имели чистую белую кожу. Оборотням достался голубой цвет из-за предрасположенности к небу. А вот у людей -мерцающий белый, от которого мои глаза начало щипать. Я сильно зажмурилась и потерла глаза. Мне понадобилось время, чтобы привыкнуть к яркости, но потом я увидела черную дымку среди пепелища белых костров. Через пару мгновений черного цвета как не бывало... Это странно, убирать ауры могут только артефакты... Я попыталась стереть из глаз пятна от яркого света аур, разгибая обратно правую ладонь. Обычно с выключением способности уходят и последствия. Надо запомнить, чтобы я больше не включала эту особенность нашего рода в публичных местах, а то так не выдержит зрение. Но эта черная дымка... Странно, как будто померещилось. Не хочу об этом думать! Надо было что-то ответить этому парню. Но я почему-то снова начала волноваться, словно разговор с этим Беорегардом меня волновал, хотя внутренне, буквально пару минут назад, я ощущала совершенно другое. — Если... ненадолго. Я читаю фэнтези про разные миры, забавно иногда почитать как... про что-то необычное... Нервно выдохнула, чувствуя, как щеки налились теплом, а сердце на мгновение остановилось, пропуская удар. Нет! Я не буду признавать, что моя родня была права, что я не умею держать себя в руках, когда говорю о мире магов. Нужно и правда потренироваться в разговорах с незнакомыми людьми, может тогда станет легче во владении собой и эмоциями? Я буду хотя бы знать свое отношение к людям. Но... кажется, Беорегарду понравились мои красные щеки. Он ничего не заподозрил и… улыбался, а я нервно сглатывала. Эту улыбку нужно запретить законодательством! И вообще, способность кожи во время улыбок показывать ямочки на щеках - это не честно. Ох! Так и коньки от откинуть недолго. — Это хорошо, что тебе интересно погружаться в вымышленные миры, и ничего плохого в этом нет... Эвалин Стефани Уотерс. Красивое имя. — Он самодовольно посмотрел куда-то в сторону моей груди, и я вспомнила, что повесила бейдж с моим именем. А у этого парня наглости хоть отбавляй, я была права! Нет бы спросить, проявив кроху вежливости, а не таращиться на меня, как остолоп! Злость придала мне мотивации быть более активной, надо придерживаться установленного плана! Не хочу больше повторять свое прошлое. Я резко вздохнула и сжала свободную руку в кулак надавливая ногтями на ладонь, для стимуляции. — Спасибо, но, может, я не хотела говорить свое имя, не подумал? И я погляжу, ты любишь слушать собственный голос, — я раздраженно вздохнула, а он все шире улыбался. Придурок! — Да, я люблю поговорить, привычка. И все говорят, что я слишком открытый человек. Не вижу в этом ничего плохого, если хочешь расположить к себе людей. А насчет бейджа... Если бы не хотела, то не вешала бы его себе на грудь. Как же он меня раздражал! Я откровенно бесилась, вставая с кресла, чувствуя, как дыхание начало учащаться от злости, и кровь приливала к лицу. Я двинулась в сторону автомата с чаем. Мне нужна доза успокоительного. — Если ты до сих пор не догнал, то это требование Джуллиарда! И тебе сейчас сделают замечание. Беорегард. Как могла отвратительнее проговорила его имя и прошла мимо дивана, чувствуя себя победителем. И именно в это мгновение пришел администратор и, увидев, что у него нет бейджа, сделал замечание и попросил достать подтверждение, что он студент, или проваливать из института. Даже не пыталась сдержать улыбку. Хоть что-то хорошее за этот день. ***Беорегард*** Боже! Никогда бы не подумал, что кто-то сможет заставить меня содрогнуться от настолько противно произнесенного моего имени. Подойдя к этой нерешительной красотке, я подумал, что познакомиться с ней и переспать сегодня вечером будет проще простого. Да и проигрывать нельзя. Выглядела она довольно красивой, но ее лицо выдавало ее задолбанность, словно перед приходом сюда ее пытали. И мне было все равно, как и чем именно. Но когда она начала дерзить мне, я сначала завелся, и ее румянец только подстегнул мой интерес, но, оказалось, я сделал что-то непростительное. Обычно мне бы пофиг, и я бы пошел дальше искать следующую жертву. Не составило бы труда уложить какую-нибудь нимфу и успокоиться на несколько дней. Всегда было просто, девчонки сами снимали трусики и падали ко мне в объятья. Я профессионал в обольщении тех у кого есть вагина, но тут... Это что-то странное, не просто желание к ней подойти и завладеть. Я не знал, что именно! Расправившись с бейджем и администратором, я подошел к рыжей бестии, и решил все же попытать удачу снова. Мне было интересно, кто она такая и почему я не мог отделаться от непонятного, странного чувства внутри. Мне никто не смел отказывать и уж тем более что-то запрещать в этой жизни! В предыдущих, возможно, но, сколько себя помню, мама и бабушка только поощряли все мои цели и достижения, и мне хотелось добиваться большего. Но ей об этом знать необязательно, а то начала бы еще жалеть меня. Нет уж, спасибо, натерпелся! К тому же мне стало интересно, откуда она взялась такая наглая и набралась такой отваги. В педагогике принято считать, что родители мальчиков воспитывают их бойкими и наглыми, когда оно нужно, а девочек — более нежными и, в зависимости от ситуации, учат защищать себя. Но в ней будто все вместе, включая сучную натуру. Не уверен, что это досталось ей от родственников. Нужно расположить ее к себе. Вот только подействует ли. Так, стоп, с фига я начал сомневаться? — Прости, если я тебя обидел, просто мне хотелось узнать твое имя. А ты бы мне не сказала, учитывая, что не особо горела желанием вообще чем-то делиться. Но мы же поступили в университет, и вокруг нас куча людей, ни с кем не общаться тут... — я провел рукой по комнате отдыха первокурсников где уже началась давка от количества людей, которые ждут, когда откроются двери актового зала, а потом снова посмотрел на нее, активно игнорирующую меня. Это начало раздражать. — Было бы стремно. Что это? Удивление на лице или мне удалось ее пронять? На секунду ее голубые льдинки в глазах увеличились в размере, и потом она протяжно вздохнула, сто пудов, осознала, что я прав. Интересно, признает ли. Черт, и как я раньше не заметил ее глаз... Стоп хватит! Слишком много мыслей для одного перепихона! Купив себе чай, она освободила проход к автомату, и я оплатил эспрессо, так как будет фееричное представление, показывающее, насколько этот университет крут и гордится своими студентами. Мне нужно что-то, чтобы не уснуть. Пока я поправлял рубашку, которая помялась от сидения на диване, я услышал неуверенный голос Эвы: — Хорошо, я согласна пообщаться, но только если ты будешь соблюдать дистанцию и не совать нос не в свое дело. А там посмотрим. Она смотрела куда угодно, но не на меня, постоянно крутила чертов стакан в руках, и по ее побелевшей коже было видно, что она сильно волновалась. Мне даже стало неудобно, словно принуждал ее идти в кровать, а не просто поговорить. Странная она. — Первокурсников просьба занять места, через пять минут начнется представление и вручение документов. Раздался голос из громкоговорителя, и сразу же открылись двери зала, моя радость от довольно странного разрешения на взаимодействие с ней быстро улетучилась. Обреченно вздохнул, убрав улыбку с лица, и зачарованно посмотрел на автомат, желая, чтобы тот поторопился. Она это заметила, и я услышал нервный смешок. — Тоже не сильно горишь желанием смотреть это представление? Если не секрет, на какое отделение поступил? Мои брови быстро взметнулись вверх от такого выпада с ее стороны, и я медленно и осторожно повернулся в ее сторону. В ответ ее щеки покраснели, а глаза опустились вниз, когда она увидела мое изумление. Эва сильно прикусила губу, почти до крови, отводя взгляд, и я понял, что заставил ее нервничать еще больше. Хочется снова это повторить! — Ничего себе... Я уже и не надеялся услышать от тебя предложение темы, собирался сам начать разговор. Но да, показушничество меня раздражает, у нас нашлась общая черта. И я на музыкальном, я записывался на курсы вокального факультета как дополнительные, но не знаю, пропустили ли меня. Видимо, сейчас узнаю. Хочу быть педагогом в музыкальной школе, в идеале — открыть свою. Решил поощрить стремление Эвы заговорить со мной. Она сначала часто дышала, от волнения, наверное, но потом слушала с интересом, отпивая из своего стакана с чаем. Мой кофе наконец приготовился, и мы вышли из комнаты проталкиваясь через толпу людей. Меня это не волновало, но краем глаза я заметил как Эва хмурилась. — Я просто подумала, что лучше не быть злобной сукой и не наживать себе врагов сразу. Но ты заслужил, поэтому извиняться не буду. И я на вокальном факультете, записалась на фортепиано и гитару. Жаль, у меня другие инструменты в приоритете. Я надеялся, они будут стоять одновременно и в одном зале, или я смогу присутствовать на ее уроках. Интересно, для чего она хотела заниматься вокалом? Самое странное: я вообще не мог ни черта понять! Мысль о ее поведении настолько вышибла все из моей головы, что я сначала даже не знал, как себя вести. Просто таращился на кофе, забывая, как спокойно дышал до этого, но потом прокашлялся, стараясь унять неловкое ощущение внутри, с какого-то пня оказавшееся у меня, и успокоил свои мысли поняв, чего хочу. Эта девушка своим поведением провоцировала мой интерес. И наверняка заметила как долго я молчу… надо что-то предпринять. Черт, впервые в жизни не знал, что говорить! Но для мысленных дебатов не время, нужно действовать, хотя это и трудно без проработанного плана. А главное — потом вытерпеть подколы Николаса. — Благодарю за предельную честность в оценке моего поведения, Мисс Конгениальность*(Фильм 2000 года, про девушку из ФБР, которая становится красивой для задания и участвует в конкурсе красоты, чтобы уличить преступника) — я саркастически поклонился ей, припоминая красивую актрису-гения из моего любимого фильма. Черт, главное, чтобы она не обратила на это внимание. Я выпрямился и нервно поправил свой псевдоофициальный наряд из черных джинсов и кожаной куртки с белой рубашкой, держа при этом кофе ровнее, чтобы не пролилось. Надо перевести тему и срочно! Пока она не догадалась, что я нервничаю… Черт и откуда только оно взялось! — Но буду благодарен, если ты расскажешь, почему ты хотела быть злобной сукой, и если мы подойдем к группе, с которой я раньше общался. Они хорошие, не стесняйся, не съедят. Фирменно подмигнув ей одним глазом и улыбнувшись, заметил, что она не сказала про фильм ничего, что могло бы меня задеть, но почему-то начала краснеть еще больше, когда я выпрямился. А от этого ее неловкого взгляда и яростного покусывания губы внутри меня что-то екнуло, и, готов поклясться, если бы не толкающиеся люди вокруг нас, то вышел бы большой конфуз с моим желанием из-за ее холодных глаз, огненных волос и красного лица. Черт, я не мог отвести от нее взгляда, она словно приковывает! Интересно, она хоть представляла насколько сексуальна? Я видел много девушек и все разной национальности, но, чтобы одна, и имела столько противоречий в себе – это впервые. Она нервно мяла ручку от сумки, а потом шумно вздохнула. Вся эта ситуация заставила сильно сжать куртку свободной рукой и более широко шагать, чтобы успокоиться. — Я... Меня научили быть такой и защищаться от всего, что мне не нравится. Повторения причин, почему я изменилась после выпуска из школы, я не хочу, поэтому и согласилась пообщаться с тобой, чтобы не выглядеть снобкой... Но с ними... Их же много! У меня плохой опыт в общении с группами людей. Я онемел! Сначала открывал и закрывал рот, стараясь совладать с упавшим в пятки сердцем, но потом просто остановился, чтобы спокойно прийти в себя. Не знаю почему, но мне стало жаль ее. Уверен, что этого она до жути не хотела. Я бы мог поглумиться или еще как-то поддеть насчет ее прошлого, но я не хотел портить и без того натянутое впечатление. Потом, если мы будем чаще общаться, возможно, но, если я хотел добиться цели, в чем я уже не уверен, мне стоило приблизиться к ней и втереться в доверие. А там посмотрю, чего я добьюсь, но это «нечто» грызущее изнутри. Странно и непонятно, она совершенно не похожа на тех, кто просто трахается. — Слушай, они же не монстры. Я... Боже... — Хотел сказать, что я тоже не монстр, но потом вспомнил об изначальной цели. Теперь неудивительно, почему она так реагировала на меня! Мне нравилась моя беззаботная жизнь, но в ее глазах я полный придурок! И мне это не нравилось! — Я не гарантирую тебе, что будет все идеально, но, если не попробуешь, не узнаешь, кто есть кто. Давай так: если что-то пойдет плохо, то я буду рядом и поставлю урода или стерву на место, хорошо? Черт, я основательно попал! На что я только что подписался?! Предлагаю защиту, девушке с которой хотел просто переспать! С какой стати мне вообще это нужно? У меня же есть множество других девушек, которые готовы прыгнуть ко мне в койку, стоит сказать слово, но... — Я сама могу поставить любого на место, вон тот администратор, который тебя чуть не выкинул из института, тому доказательство. Но спасибо за предложение... — она протяжно вздохнула и посмотрела на меня, потом на группу знакомых мне людей и снова на меня, видимо рассчитывала риски. Набралась смелости, и наконец, перестала мучить бедную сумку. — Ладно, пойдем, попробуем. Не обращая внимания на мое нервное дыхание и шумные глотки, Эва ушла вперед с гордо поднятой головой и смотрела куда-то в сторону. Она почему-то не отводила взгляд от одного и того же человека уже довольно продолжительное время. Нужно было срочно переключиться. Иначе я с ума сошел бы от этих мыслей. Нужно попросить парней не давать мне пощады в The King of Fighters XIV*(не самая популярная бойцовская игра, но любители ценят). А потом побью грушу. Нужно восстановить свои мысли! Мой мир пошатнулся после того, как были введены новые критерии для открытия школы и привычный уклад жизни нарушился. Мне пришлось снова приспосабливаться к новым условиям. Ненавижу переезды и оставлять родных одних без помощи. Похоже, у нас есть что-то общее с Эвой помимо неприязни к пафосу. Рассказав ей вкратце свои мысли по поводу переезда, чтобы отвлечься, я внезапно почувствовал легкость. Не сказал, что привык к одному образу жизни и люблю контролировать все, что имею, чтобы она не испугалась раньше времени. Но на самом деле испугался больше, когда понял, как Эва относится к моим словам. — Я тоже не очень люблю резкие перепады, но постоянно стоять на месте и не развивать свою жизнь, тоже нехорошо. Она вроде не сказала ничего особенного, и это вполне логичные вещи, но почему-то теперь я постоянно думаю о ее словах.