Танец для двоих

      На несколько минут в баре будто исчезли все звуки — ни гула толпы, ни звона бокалов, ни играющей на фоне ненавязчивой джазовой музыки. Кросс очутился в полнейшем непроницаемом вакууме, где даже собственные мысли казались чем-то далеким и недостижимым.       Киллер не давил. Он дал время своему собеседнику осознать вес произнесенных слов. Он внимательно следил за его реакцией. Так обычно наблюдает адвокат после вынесения невиновному приговора — с сочувствием и ощущением, что мог бы сделать больше.       Когда молчание затянулось на слишком долго, Бланш осторожно дотронулся до лежащей на столе ладони.       — Кросс?       Имя выдернуло его из оцепенения. Он рвано мотнул головой. Звуки вернулись, вмиг оглушая.       — Ты уверен? — Голос дрожал. Как и пальцы под накрытой рукой.       «Прошу, пусть это будет ложь».       — Да.       Хис вздохнул. Но не из-за разочарования — из-за бессилия.       Сейчас все то, что они с Эпиком делали на протяжении года резко обесценилось, потеряло всякий смысл. Он вернулся в начальную точку. Остался ни с чем.       Гастер мертв. Но до сих пор продолжает портить ему жизнь. Какая злая ирония.       — Кросс. — Киллер вновь привлек его рассеянное внимание. Черные глаза смотрели мягко, а пальцы в митенках застыли, обхватив его. — Пусть я его не убивал, но я действительно получил заказ. И мне за него заплатили. — Блондин сжал пальцы сильнее. Будто пытался удержать Кросса в реальном мире. — А значит кто-то подчистил хвосты, и выставил все как заказное убийство.       Смысл слов Кросс понял не сразу. Киллер выжидал. Очередной раз позволил Хису ненадолго уйти в себя, в надежде, что он отыщет там что-то важное.       И это помогло. Мысли снайпера прояснились, взгляд стал более осознанным, а ладонь освободили из хватки — слишком резко, почти грубо.       «Если это не он, значит мы все еще не выяснили, кто убийца. Пора заканчивать с этим цирком и заниматься делом».       Кросс встал со стула. Киллер не дернулся. Все продолжал наблюдать внимательным оценивающим взглядом.       — Спасибо, что сказал, — холодно произнес Кросс, задвигая стул обратно. — Я возобновлю свои поиски. — Он повернулся спиной и уже сделал несколько шагов к выходу, но все же обернулся через плечо. Блондин не двинулся с места, даже позу не сменил — все так же сидел с протянутой рукой и склоненной головой. — Прощай, Киллер.       Ответа не последовало. Как и возражений. Темноволосый постоял еще с несколько секунд, и быстро вышел на улицу.       Ближайшая урна с громким звоном перевернулась, рассыпая по земле все свое неприглядное содержимое. Кросс дышал слишком быстро и рвано, будто воздуха ему вовсе не хватало. Глаза застилала пелена. В ушах гудело.       Только он подумал, что способен дальше жить, что он правда смог найти человека, окончившего его страдания, сумел ему открыться, впервые за очень долгое время показал свои чувства и получил что-то такое ценное взамен — это все оказывается лишь глупой шуткой.       Его снова оставили в дураках.       Киллер — не тот, кого он искал. А значит в его жизни ему больше не место.       Он обязан начать с чистого листа. Снова папки, улики, тупики. Теперь есть новые вводные — это было не заказное убийство, а его имитация. Все-таки наводка на Бланша оказалась полезной, вот только…       Кросс посмотрел на свою ладонь, сжав пальцы в кулак.       «Почему на душе так паршиво?»       Он навалился спиной на холодную стену, запрокидывая голову. Глаза прикрыл. Здоровой рукой достал сигарету. Уронил. Достал еще одну.       А зачем ему вообще что-то делать? Он хотел узнать, как убили отца, как киллеру это удалось. Но действительно ли это важно? Он даже не спросил Бланша о способе, не поинтересовался, как тот преодолел систему безопасности, как отвлек охрану, как подобрался к Гастеру настолько близко… Может ему вовсе было нужно не это?       Так и не зажженная сигарета чуть помялась в руке.       Когда у него был шанс все узнать — он лишь выразил слова благодарности. И ему правда показалось, что стало легче дышать.       А затем Киллер одной фразой снова перекрыл ему кислород.       Сигарета переломилась пополам.       Цель, к которой он шел на протяжении года, эгоистичное желание, которое он объявил смыслом жизни, каприз, который он навязал своему единственному лучшему другу — больше не имеет для него смысла.       Возможно, встреча с Киллером стала его реквиемом по прошлой жизни.       Сломанная сигарета упала на землю.       Кросс вдохнул прохладный воздух всей грудью.

***

      Киллер не стал его останавливать. Не попытался отговорить от дальнейших поисков, не попробовал предложить помощь, не стал убеждать, что может быть полезен. Он просто позволил ему уйти. Даже не попрощался.       В глубине своей темной души он надеялся на то, что Кросс вернется. Пройдется по улице, разгрузит голову, соберется с мыслями, и вновь войдет в этот бар.       Он не позволил официанту забрать его недопитый лимонад и пиво, к которому тот едва прикоснулся.       Киллер не понимал, что сейчас чувствует. Прошло меньше двух суток — смешной срок, чтобы привязаться к человеку. Так почему ему не смешно?       После того, как Найтмер рассказал историю их недолгой дружбы с Гастером Хисом, Киллер взглянул на Кросса иначе.       До этого внезапно появившийся парень вызывал в нем исключительно азартный интерес. Он даже позволил себе сделать ставки до того, как посмотрит выданные карты — не стал искать о нем информацию и не поручил это Дасту. Весьма опрометчиво для профессионального наемника, но Киллеру было плевать. Он поверил в то, что этот ангел мог стать его искуплением.              После убийства Калора жизнь потеряла цвет, и, иронично, но именно парень в черно-белом одеянии вновь добавил в нее краски.       Это была игра. Загадочный красавчик, просьба стать наставником, неподдельный интерес. Он окунулся с головой в свои фантазии, осторожно расставлял фигуры, обдумывая следующий ход.       Вот только, как оказалось, играли именно с ним.       Киллер не был идиотом.       Он даже не удивился словам Найтмера — но был очень разочарован. Очередной раз он стал лишь чьим-то инструментом, способом достичь своей цели. Только он разрешил себе почувствовать хоть что-то, как ему вновь показали, где его место в этом чёртовом мире.       Гастер был строгим отцом. С детства прививал своим сыновьям любовь к дисциплине и порядку — изнурительные тренировки, преодоление своих физических способностей, умение терпеть боль. Хис полагался на силу и холодный расчет. Хотел, чтобы его семья была в безопасности — и эту безопасность обеспечила себе сама. Он был политиком в администрации города, знаменитым и влиятельным человеком. Хорошим семьянином, добропорядочным гражданином. Хоть его методы и были в некоторой степени жесткими, они давали плоды. Кросс в свои десять уже мог посоревноваться в стрельбе с опытными спортсменами, а Чара, старший сын Гастера, — был лучшим фехтовальщиком во всем городе. Отец и мать гордились успехами детей, а сами братья с трепетом и пониманием относились к возложенной на их плечи ответственности.       Но несчастный случай с женой и старшим сыном навсегда изменил семью Хис.       Найтмер говорил это с грустью, почти с жалостью, чего от Принца Киллер точно не ожидал.       После смерти двух членов семьи Гастер стал закрытым, отстраненным, холодным. Его все реже можно было увидеть в общественных местах, он перестал посещать клуб, в котором Найтмер и Хис как раз и познакомились, а на все вопросы отвечал сдержанно «В норме». Оставшийся сын, Кросс, тоже стал намного меньше похож на жизнерадостного ребенка. Он перестал ходить в школу — Гастер перевел на домашнее обучение, а затем и вовсе пропал. Если бы не периодически появляющиеся статьи об очередной медали за стрельбу Найтмер бы засомневался, что Кросс до сих пор жив.       Кроме поведения, Гастер изменил и свой подход к бизнесу. Принц не мог сказать точно, но в городе ходило много слухов о том, что его конкуренты таинственно исчезают. Кто-то говорил, что Хис сам от них избавляется, кто-то — что это дело рук его сына, которого он вынудил стать собственным наемником. Истина была спрятана за высокими и прочными воротами его загородной резиденции.       И была похоронена вместе с его телом год назад.       Найтмер показал ему некролог, и Киллер сразу же вспомнил тот странный заказ. За всю карьеру это был первый раз, когда он, проникнув на место, увидел уже мертвое тело. Шок и непонимание быстро сменились равнодушием и холодным расчетом. Он избавился от следов борьбы в комнате и выбросил орудие преступления, брошенное прямо рядом с телом, чтобы было более похоже на «чистое» заказное убийство.       А потом решил просто забить на этот странный факт. Получив вознаграждение, он вернулся домой, продолжая топить горе утраты в алкоголе и психотропных.       Может, если бы его эмоциональное состояние в тот момент было стабильнее, он бы не оставил этот случай без объяснения. Но в тот момент ему было плевать вообще на все. Лишь яркие голубые глаза, мучительно долго становящиеся стеклянными в его руках, всплывали в памяти.       Наймер подытожил: хоть Кросс и Гастер не были близки, они были семьей. И самое вероятное объяснение, почему Кросс внезапно появился в жизни Киллера, назвавшись чужим именем, — это желание отомстить.       Бланш не стал упоминать о том, что не убивал Гастера.       Мотивация Кросса звучала логично, и он тут же в нее поверил.       А затем правда о намерениях Кросса окатила его ледяным душем.       Киллер не понимал. Привычная картина мира с его закономерными умозаключениями рассыпалась вдребезги. Хису была нужна не месть. Он искал человека, который избавил его от страданий, сделал то, что сам Кросс довести до конца не смог.       И блондин почти физически ощутил, как Кросс освободился. Вот только это было ложью.       И Киллер не смог промолчать.       Винил ли он себя в том, что подарил Кроссу надежду, а затем своими же руками ее уничтожил? Быть может, нужно было просто подыграть и позволить Кроссу, наконец, жить дальше?       «Нет. Жизнь во лжи — это не жизнь».       Кросс ушел, оставив Киллера захлебываться в противоречивых чувствах и мыслях. Он не попытался его остановить, хоть в ту секунду это было ему необходимо. Он не пошел за ним, практически физически ощущая боль от отсутствия движения.       Неужели их встреча была лишь горьким напоминанием о том, кем он является и чего ему никогда не получить.       Телефон в кармане завибрировал. Он нехотя вытащил устройство. Звонок был от Даста, что само по себе странным не являлось, но у Киллера отчего-то сразу появилось нехорошее предчувствие.       — Дасти?       — Угол улицы Фелл, у парка. — Голос друга звучал натянуто, как струна. И как-то слишком механически. — Авария. Нужна помощь.       У Киллера задрожали руки.       «Блять. Только не это».       На последнем слове Даст болезненно закашлялся, и звонок сбросился. Киллер встал настолько резко, что полупустой бокал перевернулся, разливая золотистую жидкость по поверхности стола.       Киллер поморщился, положил в сухое место несколько купюр и вылетел из бара.       Силой распахнутая дверь едва не врезала по лбу успевшего отскочить в последний момент Кросса.       Бланш не позволил себе обрадоваться возвращению ангела, он лишь рвано выдохнул:       — Даст в опасности.       И стремительно бросился к улице Фелл.       Кросс, не говоря ни слова, поспешил за ним.       «Только бы не опоздать. Только бы не опоздать» — звучало мантрой в голове.       Впереди уже показались очертания парка, и знакомый синий автомобиль, смятый ударом о фонарный столб.       Киллер ускорил бег.

***

      Он не засомневался ни на секунду, когда побежал вслед за Киллером. Настолько испуганное и почти отчаянное выражение на побледневшем лице было красноречивее всех объяснений. Они бежали быстро и молча. Перевязанная рука мешала, ощущаясь дополнительной тяжестью, но он не обращал на нее внимания. Видел, как Киллер напряжен, замечал, как тот оступался, с трудом сохраняя равновесие.       Бланш не оглядывался. Он остановился только тогда, когда они оказались рядом со входом в городской парк. Блондин сразу же рванул к покореженному автомобилю, смятому о высокий фонарный столб. Одна из дверей была распахнута настежь, и Киллер заглянул в салон, скрываясь внутри.       — Блять! — крик убийцы был похож на рев дикого зверя.       Он с силой захлопнул дверь. Из-за повреждений металла та закрылась не плотно.       «Дело плохо».       В руках у Киллера оказался телефон и пистолет. Первый предмет он оставил себе, второй уверенным движением сунул в руку Хису.       — Ты, кажется, хорошо стреляешь. — Не вопрос — утверждение. Кросс кивнул и убрал оружие за пояс.       Киллер принялся копаться в смартфоне, усевшись на относительно целый задний капот. Его внимание полностью сосредоточилось на содержимом телефона. Кросс заметил, как пальцы в митенках дрожат.       Снайпер же решил внимательно изучить обстановку, пытаясь в голове воссоздать реконструкцию событий аварии.       «Гастер всегда учил: сначала анализируй, затем делай выводы».       Хис присел на корточки рядом с пассажирской дверью. Переднее правое колесо оказалось спущенным. Боковина шины разорвана. Если шина лопнула во время движения, автомобиль могло увести в сторону. Водитель потерял управление и въехал в столб. Кросс поднялся, заглядывая внутрь салона. Все шесть подушек безопасности сработали — удар был на большой скорости, сильный. Капот машины согнулся практически пополам. Лобовое стекло разбилось — последствие столкновения. Других повреждений он не отметил.       Кросс обошел машину.       Вновь заглянул в салон уже со стороны водителя. С этого ракурса стали заметны свисающие под рулем провода.       «Странно. Может, машина Даста была сломана?»       Кросс перевел взгляд на дорогу.       И его реконструкция окончательно развалилась.       Вокруг не было ни единого следа борьбы с потерявшим управление автомобилем. На асфальте не осталось ни следов протекторов шин от экстренного торможения, ни характерных дуг от заноса. Даже газон возле столба выглядел нетронутым.       «Так не может быть».       — Килл, — Кросс позвал убийцу, медленно отходя к нему. С каждым шагом ощущая растущее беспокойство. Ответа не последовало. — Килл, — гораздо громче и с большим нажимом. Бланш отвлекся от экрана и повернулся.       — Что-то нашел? — спросил он, резво спрыгивая с капота.       И именно в этот момент заднее стекло разлетелось на осколки.       Киллер отреагировал мгновенно, сбив Кросса с ног.       Хис сквозь зубы выругался, рухнув на поврежденную руку, но смысл происходящего уловил сразу.       Отталкиваясь здоровым локтем, он прополз к передней части автомобиля и вжался за колесо. Киллер оказался по другую сторону машины, уйдя за противоположную шину перекатом. Они пересеклись взглядами.       — Это не авария.       — Да понял уже. — Бланш вытащил несколько крупных осколков из предплечья, брезгливо откинув их в сторону. — Это наживка.       «Блять. Как я сразу это не раскусил».       — Я даже не стану спрашивать, кто хочет тебя убить. Иначе мы тут до утра просидим.       Киллер лишь хмыкнул, не утруждаясь ответом.       Вытащил из кармана нож, осторожно разрезал рукав свитера. Избавился от более мелких осколков, осмотрел раны, подсвечивая телефоном Даста. Внимания заслуживали только два глубоких пореза. Остальные он проигнорировал.       — Дай зажигалку. — Кросс, не спрашивая, положил предмет в протянутую руку. Он внимательно наблюдал за действиями Киллера. Профессиональные, отточенные, почти равнодушные.       Поднес зажженную зажигалку к кончику лезвия, несколько секунд нагревая его. Приложил нож к ране. Ни звука, ни дрожи. Лишь поморщился. Повторил с другим порезом.       Кросс наблюдал. В какой-то момент показалось, что он перестал дышать.       Нож вновь рассек ткань свитера, отрезая тонкую полоску. Киллер перевязал предплечье, туго завязывая края ткани на узел.       Протянул зажигалку обратно.       — Почему вернулся? — Киллер выглядел так буднично, словно происходящее — его типичный вечер пятницы.       «Но я знаю — ты боишься».       Кросс задумался лишь на мгновение.       — Решил, что не дам отцу снова испортить мне жизнь.       — Вау. Какие громкие слова. — Киллер ухмыльнулся. Больше ничего не сказал.       Повисла тишина — некомфортная, колючая. Кросс захотел от нее избавиться.       — Машину Даста угнали, — поделился ранее сделанным выводом. Бланш коротко кивнул.       — Мне позвонили с его телефона. Назвали адрес. — Киллер с силой сжал кулак, впиваясь ногтями в шершавую ткань перчаток. — Точно знали, что сорвусь.       Он задержал на Кроссе взгляд дольше, чем хотелось бы. Хис практически себя заставил выдержать этот мучительный зрительный контакт.       — Я отвлекся на телефон. Если бы ты меня не окликнул, — Киллер не окончил предложение. Кросс и так понял суть.       — Это случайность. — Хис не привык слышать «спасибо», даже между строк.       — Как-то многовато случайностей за последние два дня. — Киллер произнес почти шепотом, но Кросс услышал. И снова промолчал. Не соглашаясь, не отрицая.       — Можешь определить, где снайпер? — обратился он к Кроссу, доставая свой мобильный и набирая какой-то номер из телефона Даста.       Тот осторожно выглянул из-за колеса, изучая местность.       — Хей, Дасти. Ничего не потерял? — Голос Киллера звучал непринужденно, весело. Кросс снова сфокусировал внимание на нем. — Да-да. Машина тоже тут. — Бланш улыбнулся. В улыбке Кросс прочел облегчение — с его другом все в порядке. — Обязательно найдем, кто. Ты пока посиди дома. Я сам все улажу. — Киллер машинально стал крутить между пальцев нож. — Нет. Все в порядке. Не стоит. До связи.       Нож подкинули, ловко поймали, убрали в карман.       — Ну? — напомнил Киллер о вопросе.       «Хватит отвлекаться, идиот».       — С позиции должна просматриваться и дорога, и место аварии. Стрелок находится ниже по улице. На возвышенности. Предполагаю, что он может быть на третьем-четвертом ярусе одной из тех автомобильных парковок. — Киллер осторожно повернулся в направлении указанных зданий. — Хороший обзор. Расстояние для выстрела комфортное.       Бланш удовлетворенно кивнул.       — Неплохо.

***

      Киллер не был идиотом. Не велся на провокации. Всегда мыслил разумно и холодно. Но этот чертов звонок пришелся именно на тот момент, когда его рациональное мышление ушло на второй план, давая управление эмоциям и чувствам.       И это было его ошибкой. Из-за которой они оба теперь находились в ловушке.       А он даже не заметил этого изначально. Схватил мобильный, в котором у Даста была вся жизнь, и потерял бдительность.       Если бы Кросс не вернулся к бару — он бы уже лежал с простреленной башкой.       Даст бы, наверное, посмеялся. Такая глупая смерть, почти нелепая. Он бы не простил себе то, что стал приманкой для лучшего друга.       «Думай, Киллер. Как выкрутиться из этого дерьма?»       Бланш осторожно высунул руку из-за укрытия, поддевая пальцами приоткрытую дверь. С силой толкнул металл. Буквально через секунду дверь пробила пуля. Киллер занял прежнее положение.       — У нас два варианта. Найти способ избавиться от него. Или переждать, пока ему надоест, и он сам свалит. К тому же, до утра осталось не так долго — появятся люди, вызовут полицию. Мы и съебем под шумок.       — Не самая плохая компания, чтобы скоротать ночь, — отозвался Кросс, ухмыляясь. — Но ты уверен, что он не сменит позицию, чтобы нас достать?       — Не уверен. — Киллер пожал плечами. Едва сморщился от натяжения кожи на ране. — Так что будем смотреть в оба, да? — Занял более удобное положение: облокотился спиной на частично уцелевший бампер, одну ногу подогнул под себя, вторую вытянул. Повернул голову. В черных глазах вновь зажегся огонек. — Не так я себе представлял наше первое свидание, конечно.       Снайпер удивленно склонил голову. Он развернулся боком, опираясь на бампер здоровым плечом.       «Хотя я, в общем-то, и не против».       — А это не будет нарушением субординации? — спросил игриво, почти с вызовом.       Киллер усмехнулся.       — Определенно будет. — Уголки губ слегка приподнялись. Не в фирменную «Киллеровскую» улыбку. В настоящую.       Кросс улыбнулся в ответ.       А затем он вдруг нахмурился, начиная оглядываться по сторонам. Посмотрел на поврежденный капот, под машину. Киллер проследил за взглядом, замечая тонкий ручеек темной жидкости, под светом фонарей переливающейся разноцветным. В нос ударил резкий запах бензина.       — Что ж, — протянул Киллер, вздыхая. — Второй вариант стал чуть более менее предпочтительным.       — Если где-нибудь коротнет — нам конец.       — Он не даст отойти нам от машины, — заметил Бланш, с опаской глядя на увеличивающуюся протечку.       — Значит, нужно, чтобы ушел он. — Кросс сморщился, тяжело вздохнул — явно собирался сделать что-то, что ему не нравилось. — Одолжи телефон. У меня есть идея.       Киллер протянул свой мобильный, внимательно наблюдая за действиями ученика.       «Сохраняет хладнокровие даже в такой момент».       Хис по памяти набрал телефонный номер. С несколько секунд посмотрел на него, будто сомневаясь, затем нажал кнопку вызова и приложил к уху. Но сразу же отодвинул его: после обрыва монотонных гудков послышался громкий недовольный голос, сыпящий возмущениями и угрозами. Киллер слышал каждое слово.       — Эррор. Это Кросс. — Собеседник замолчал. Кросс провел пальцами по переносице. — Мне нужна твоя услуга. — Пауза. Ответа Киллер уже не слышал — Эррор явно сбавил громкость. — Угол Фелл. Вход в парк.       Киллер проследил за взглядом Кросса. Он смотрел на дорожную камеру, что была направлена в противоположную сторону. Телефон не убирал, но больше ничего не говорил. Через секунд тридцать камера двинулась, повернулась, направляя объектив прямо на машину Даста. Киллер хмыкнул.       «А ты полон сюрпризов, Кросс».       — Да-да. Очень смешно, — процедил сквозь зубы. — Ниже по улице есть три автомобильные парковки. Судя по углу стрельбы и скорости реакции, снайпер на верхнем ярусе одной из них. — Камера приподняла объектив, устремляя «взгляд» вдаль. — Можешь найти способ его отвлечь? — Кросс выдохнул с облегчением. — Жду сигнала. — Помедлил, затем все же произнес: — За мной должок.       Камера заняла свое привычное положение. Запах бензина усилился. Киллер брезгливо убрал руку, до которой добрался ручей горючей жидкости.

***

      Когда они отсюда выберутся, Кроссу придется смирится с нескончаемым потоком шуток Эррора. Этот парень никогда не умел держать язык за зубами, из-за чего каждая встреча с ним — настоящая пытка для холодной выдержки снайпера. Рядом с ним она закипала как чайник. Но, стоит отдать должное, несмотря на все его недостатки, Эррор был очень полезен. Как человек с глазами и ушами повсюду. Он не раз выручал Эпика, да и самого Кросса. Правда тот, в силу своей гордости, не хотел признавать этого.       Естественно, эта история не обойдет и лучшего друга. Эррор наверняка расскажет Эпику свою «слегка» приукрашенную версию событий. Кросс уже представил, насколько будет зол Шейн. Зол и в ужасе от того, что мог потерять друга по чистой случайности. Зол и в ярости от того, что тот вновь влез в неприятности. Кросс уже готовился выслушивать многочасовую лекцию. И почему-то от этого становилось теплее.       Мысли об Эпике навели его на вопрос, который он решил озвучить:       — Почему ты не сказал Дасту?       Киллер не повернул голову, все продолжая прожигать взглядом камеру. Или, может, просто смотрел на небо. На нем как раз начинали зажигаться первые звезды.       — Не хотел, чтобы он волновался за меня. Или винил себя в том, что произошло. Или подъебывал за непрофессиональное поведение. — Кросс услышал смешок — искренний, немного печальный. — Он итак сделал для меня слишком многое. Я могу отплатить хотя бы тем, что не стану причиной его сердечного приступа.       Снайпер улыбнулся. Слишком знакомые слова. Слишком отзываются в его сердце.       «Может, мы и не настолько разные».       Слух пронзил вой сирен пожарных машин. Кросс заглянул в зеркало заднего вида, замечая мигание проблесковых маячков. Они направлялись к парковкам. Телефон Киллера зазвонил. В этот раз он включил динамик.       — «Все чисто. Можете выпархивать, голубки».       Звонок сбросился, не дожидаясь ответа. Кросс даже не почувствовал раздражения. Киллер лишь хмыкнул, не прокомментировав.       — Уйдем через парк.       Кросс кивнул. Неуклюже пытаясь подняться — ноги затекли, из-за зафиксированной на груди руки сместился центр тяжести. Его осторожно подхватили под локоть, слегка подтягивая вверх. Хис принял помощь, облокачиваясь на блондина. Они отошли в сторону от автомобиля. Никто не стрелял — Эррор не обманул. Хотя Кросс ни секунды в нем и не сомневался. Когда они уже были в нескольких метрах от машины, Киллер хитро ухмыльнулся.       — Дай-ка зажигалку.       Серые глаза удивленно прищурились, но Кросс все же передал предмет в протянутую руку.       Бланш был похож на чертенка из преисподней.       «Он явно что-то задумал».       — Хей, Кросси. — Киллер улыбнулся. Широко. Искренне. Притягательно. Он помедлил. Щелкнул колесиком зажигалки. — Крутые парни не смотрят на взрывы.       Кросс не успел осознать смысл слов, как ладонь в митинке притянула его, увлекая в поцелуй. Осторожный. Настойчивый.       Хис позволил себе на миг не думать ни о чем: ни о недавней смертельной опасности, ни об отце, ни о том, что Эррор, наверняка, сейчас смотрит и ржет, ни о том, что они лично знакомы с Киллером всего лишь два дня. Это все было неважно. Белый шум. Отвлекающие факторы.       Кросс непроизвольно дернулся, когда за спиной Киллера раздался взрыв. Бланш отстранился — не отпуская, улыбаясь, внимательно следя за реакцией.       Довольно кивнул. Осторожно сместил руку к запястью и потянул в парк.       За спиной догорал автомобиль Даста.       А между Кроссом и Киллером разгоралось что-то важное.       Что-то, что поможет каждому из них снова начать жить.