Потерянное время Оминиса Мракса

      Я всегда любила короткий промежуток между ранним утром и началом занятий, когда башни еще были окутаны легкой дымкой тумана, а солнечный свет только начинал пробиваться сквозь высокие окна, заставляя древние камни казаться чуть менее холодными. Обычно в такие минуты Хогвартс выглядел почти мирным. Но сегодня это ощущение исчезло.       Оминис Мракс молча следовал за мной, придерживая одной рукой край мантии, а другой сжимая палочку. Он двигался уверенно, будто замок все еще был ему знаком, хотя каждая новая деталь вокруг должна была напоминать о том, насколько сильно изменился мир.       Иногда я замечала, что он замедлялся, потому что слушал шаги студентов, голоса портретов, движение воздуха в коридорах — будто собирал из этих звуков картину окружающего мира.       Мне хотелось спросить, насколько тяжело ему все это воспринимать, но понимала, что подобный вопрос прозвучит слишком личным.       Я открыла дверь архива, и нас снова встретил запах старой бумаги, чернил и магии, которая за долгие века впиталась в стены.       — Здесь я нашла ваше дело, — сказала я, проведя Оминиса к стеллажам.       Несколько секунд его лицо оставалась неподвижным, а затем он тихо выдохнул:       — Забавно.       Я посмотрела на него.       — Что именно?       — Вчера я оказался в будущем, а сегодня мне придется изучать собственное прошлое.       Я не смогла не улыбнуться.       — Согласитесь, у вас довольно необычный первый день.       — Необычный — слишком мягкое слово, мисс Нотт.       Мы сели за тот же стол, где вчера я впервые открыла папку с его именем. Теперь она лежала между нами, но сегодня уже не казалась просто старым документом. Я снова открыла дело.       — Нам нужно понять три вещи, — сказала я, перелистывая страницы одной рукой и загибая пальцы на другой. — Что произошло в вашем доме. Кто сказал вам эти слова. И почему Министерство решило скрыть расследование.       Оминис кивнул.       — Согласен.       — Но есть еще одна деталь. — Я достала лист с последней записью. — Кто-то хотел, чтобы информация исчезла.       Оминис долго молчал.       — Тогда вопрос не только в том, что произошло. А в том, кто пытался это скрыть и почему.       Следующие несколько часов прошли в тишине, которую нарушали только шелест страниц и редкие звуки пера.       Мы изучали все, что было связано с родом Мраксов: старые документы, номера «Еженедельного пророка», записи о владениях, списки артефактов, упоминания в книгах по древней магии.       Чем больше я читала, тем яснее становилось, что семья Оминиса была гораздо сложнее, чем казалось со стороны. В архиве практически не было информации об Оминисе, кроме его пропажи, зато о его семье говорилось много. И почти никогда — хорошо.       — В вашей семье было принято хранить секреты? — спросила я, не отрываясь от очередной страницы.       Оминис невесело хмыкнул.       — Вы удивитесь, как много у нас было секретов.       — Значит, вы не удивлены?       — Я удивлен только тому, насколько люди прошлого и будущего похожи.       Я подняла взгляд.       — В каком смысле?       Он провел пальцами по старой книге.       — Люди всегда думают, что время меняет. Но страх, гордость и желание контролировать других остаются прежними.       На это мне было нечего ответить, потому что он был прав, и я продолжила искать. Вскоре одна из газетных вырезок привлекла мое внимание.       На верхней части листа было написано «Драгоценности рода Мракс». Я почувствовала, как внутри появилось странное предчувствие.       — Мистер Мракс…       Он сразу поднял голову.       — Что вы нашли?       Я осторожно перевернула страницу. Там были изображения различных предметов, принадлежавших семье. Кольца, кулоны, старинные украшения, но один из них особенно привлек мое внимание. Это был медальон из темного металла с серебряными линиями и змеей, свернувшейся кольцом.       Я посмотрела на изображение, а затем на Оминиса.       — Вы знаете этот предмет? — протянула я газету. Он ответил не сразу, но протянул волшебную палочку, слегка коснулся ей газеты, и выражение его лица изменилось.       — Да.       — Что это такое?       Оминис осторожно провел рукой по странице.       — Реликвия моей семьи. Древний защитный артефакт.       В архиве словно стало холоднее.       — Вы уверены?       — Да.       Его голос стал тише.       — О нем мне рассказывали в детстве. Он был создан очень давно, едва ли не первым Мраксом и связан с наследием Слизерина.       Я посмотрела на изображение. Этому артефакту сотни лет!       — В нашей семье нечасто говорили об этом артефакте, — продолжил Оминис. — Я знаю только, что он должен защитить от смерти того, кого посчитает достойным.       Я почувствовала, как внутри все напряглось.       — Защитить от смерти? — повторила я.       Он кивнул.       Я снова посмотрела на дату его исчезновения.       — А вы видели этот артефакт в день исчезновения?       Оминис замер и я поняла, что попала в точку. Он закрыл глаза, пытаясь вспомнить. Затем он тихо ответил:       — Я не уверен… Я помню комнату, холодный камень под ногами, магию… Но дальше все так размыто, словно кто-то специально стер мои воспоминания.       Я медленно выдохнула. С тех пор, как Оминис вспомнил загадочные слова, сказанные ему кем-то перед исчезновением, у меня в голове крутилась одна теория.       — «Если я останусь жив, род Мраксов прервется», так вы сказали, верно?       — Да, кто-то очень боялся того, что я мог узнать.       Даже после того, как я услышала эти слова в прошлый раз, они всё равно заставили меня почувствовать холод. Это звучало как будто человек, сказавший это, действительно верил, что смерть Оминиса необходима.       — Кто мог такое сказать? — осторожно спросила я.       Оминис отвел взгляд.       — Мой отец.       В архиве стало так тихо, что я услышала, как кто-то перелистывает страницы книг. Я осторожно закрыла одну из папок и посмотрела на Оминиса.       — Почему вы думаете, что это он?       Он долго молчал.       — Потому что для него фамилия Мракс была важнее всего. Даже важнее тех, кто ее носил.       В его голосе не было злости, только обреченность и смирение.       — Вы думаете, он хотел вам навредить?       Оминис не ответил, и эта тишина звучала страшнее любого обвинения.       — Мистер Мракс, а что, если, чисто гипотетически, вы смогли найти артефакт, и он посчитал вас достойным спасения?       — Тогда мисс Нотт, мне очень интересно узнать, что именно произошло в поместье Мраксов в тот день, когда артефакт решил, что единственный способ спасти меня — забросить на сто тридцать три года вперед? Почему именно в это время? И почему именно сюда, а не в поместье Мраксов?       Я еще несколько секунд смотрела на изображение медальона, будто надеялась, что старый лист сам подскажет мне ответ, который мы искали. Но изображение оставалось неподвижным, холодным и безразличным, как и все тайны, которые люди пытались спрятать на протяжении веков.       Оминис молчал, но я чувствовала, что его мысли заняты тем же. Еще вчера его исчезновение было просто старым делом из архива, загадкой, которая казалась интересной только потому, что случилась так давно. Но теперь мы догадывались, что за этой тайной скрывалась его собственная семья. Его отец.       — Нам нужно поговорить с профессором Макгонагалл, — тихо сказала я, закрывая папку. — Думаю, она должна знать об этом.       Оминис не возразил, хотя я заметила, как его пальцы чуть сильнее сжали край стола.       — Вы полагаете, что она сможет помочь нам разобраться?       В его голосе не было привычной уверенности       — Не знаю, — честно ответила я. — Но если кто-то в Хогвартсе и способен найти ответы, то это она.       Оминис слегка кивнул, и мы поднялись.       Архив снова погрузился в привычную тишину, но теперь она казалась мне совсем другой. Еще вчера это место было наполнено любопытством и ожиданием открытия, а теперь каждая полка, старая книга и пожелтевший документ словно хранили в себе предупреждение. Я вдруг поняла, что прошлое никогда не исчезает полностью. Оно просто ждет момента, когда кто-то снова откроет нужную дверь.       Мы вышли в коридор, и прохладный воздух замка сразу напомнил мне, что Хогвартс жил своей обычной жизнью, несмотря на тайну, которая могла изменить судьбу человека, стоящего рядом со мной.       Студенты проходили мимо, кто-то смеялся, кто-то спорил из-за домашних заданий, а кто-то, как обычно, пытался незаметно использовать магию там, где делать этого категорически не следовало. Обычный день в Хогвартсе, но только мы с Оминисом знали, что среди этих стен сейчас находится человек, которого история давно должна была забыть.       — Вам тяжело осознавать это? — неожиданно спросила я.       Он повернул голову в мою сторону.       — Что именно?       — Все это.       Я указала рукой на коридор, студентов вокруг, сам замок.       — То, что мир продолжил существовать без вас.       Несколько мгновений он ничего не отвечал.       — Да, — наконец ответил он. — Но, мисс Нотт, думаю, было бы гораздо страннее, если бы мир этого не сделал.       Я посмотрела на него, Оминис говорил спокойно, но в этом было что-то болезненное.       — Все люди думают, что являются частью чего-то большого, — продолжил он. — Семья, наследие, имя. Нам кажется, что если мы исчезнем, мир остановится. Но он не останавливается.       Я сглотнула. Сердце пропустило удар. У меня в голове не укладывалось, насколько Оминис был… мудр. Он думал о тех вещал, которые мне и в голову бы не пришли и реагировал так спокойно, как никогда бы не смогла я. Это… интриговало меня.       Кабинет директора встретил нас мягким светом камина и привычной тишиной, которая всегда царила в этом месте. Здесь время словно двигалось иначе. Старые книги на полках, портреты бывших директоров, древние механизмы и предметы, назначение которых я даже не пыталась угадать, создавали ощущение, будто мы находились не просто в кабинете, а в сердце самого Хогвартса.       Профессор Макгонагалл подняла взгляд от документов, которые подписывала, когда мы вошли.       Ее лицо почти не изменилось, но я уже успела понять, что у нее это означало гораздо больше, чем у большинства людей. Она внимательно посмотрела сначала на меня, потом на Оминиса и сразу поняла, что мы пришли не просто выпить чаю.       — Я полагаю, что вы нашли нечто важное.       Я положила папку с документами на стол.       — Мы нашли кое-что о реликвии семьи Мраксов.       Профессор Макгонагалл посмотрела на документы, которые я положила перед ней. Оминис рассказывал все сам. Его голос оставался спокойным, хотя я видела, насколько трудно ему было говорить о семье.       Профессор Макгонагалл долго молчала. Она не удивилась, и это показалось мне подозрительным.       — Вы знали? — спросила я.       Она вздохнула.       — Я знала, что в роду Мраксов существовала древняя реликвия. Многие древние чистокровные семьи хранят вещи, о которых предпочитают не рассказывать всему миру, — Она посмотрела на изображение медальона. — Но я никогда не видела его своими глазами.       Оминис нахмурился, а профессор тяжело вздохнула и поднялась из-за стола. Подойдя к нам она тихо сказала:       — Мистер Мракс, мисс Нотт, существует несколько способов узнать правду о прошлом.       Я замерла.       — Каких способов?       Профессор посмотрела на меня.       — Ваша семья, мисс Нотт, всегда интересовалась временем.       Я почувствовала, как внутри все сжалось.       — Моя семья?       Она слегка кивнула.       — Ваш отец. Теодор Нотт.       Имя прозвучало слишком неожиданно. Я нахмурилась.       — Но при чем здесь мой отец?       Профессор Макгонагалл посмотрела на старые часы на стене, будто собиралась с мыслями.       — Ваш отец много лет изучал теорию временных потоков. Его исследования были... необычными.       Я почувствовала, как неприятный холод прошел по спине. Я знала, что отец интересовался древней магией. Знала, что он проводил эксперименты, которые большинство людей считало опасными. Но я никогда не слышала, чтобы он был связан с чем-то настолько серьезным.       — Вы знаете о его работах? — спросила я.       — Я знаю достаточно, чтобы понимать, что некоторые знания лучше не использовать без крайней необходимости.       В ее голосе не было обвинения, только осторожность и намек, который я уловила.       — У него был проект, связанный с артефактами, способными взаимодействовать со временем. В частности, особый маховик времени.       Я недоверчиво посмотрела на нее.       — Маховик времени? Но их ведь запретили и уничтожили больше тридцати лет назад.       Профессор Макгонагалл медленно кивнула.       — Да, но ваш отец тайно работал на Министерство магии и экспериментировал с маховиками.       Оминис молчал, но я заметила, как он напрягся.       — Вы думаете, что с помощью этого устройства можно узнать, что произошло в тот день? — спросил он.       Профессор посмотрела на него.       — Не узнать. Увидеть.       Слова повисли в воздухе. Увидеть прошлое, вернуться к моменту, который разрушил всю жизнь Оминиса Мракса. Я должна была испугаться этой идеи. Любой нормальный человек испугался бы. Но вместо страха я почувствовала то же самое любопытство, которое привело меня вчера в архив.       — Где находится этот маховик? — спросила я.       Профессор Макгонагалл посмотрела на меня и улыбнулась, словно я спросила самую очевидную вещь на свете.       — У вашего отца.       Я открыла рот, но не смогла сразу ничего сказать, я слишком хорошо знала, что отец всегда был занят исследованиями и почти никогда не говорил о своих работах.       — Этот маховик не перенесет вас в прошлое напрямую, он лишь покажет то, что было. Но использовать его крайне опасно.       Она посмотрела на нас обоих.       — Я дам вам разрешение отправиться в поместье Ноттов.       Я радостно улыбнулась. Прошла всего неделя как я уехала из дома в Хогвартс, но уже успела соскучиться по маме, папе и нашему псу.       — Но не сейчас, — профессор подняла руку, прежде чем я успела возразить. — Следующая пятница.       — Почему так поздно?       Я скривилась. Даже мне самой голос показался капризом пятилетнего ребенка. Профессор с легкой улыбкой покачала головой и посмотрела на Оминиса.       — Потому что некоторые двери нельзя открывать, пока вы не готовы узнать, что находится за ними. А еще мисс Нотт, не забывайте, что вы все еще студентка Хогвартса и на носу у вас ЖАБА, — профессор мягко улыбнулась. — Не забудьте о консультации в понедельник с профессором Долгопупсом и профессором Уайттом, если, конечно, все еще хотите в будущем стать журналисткой.       Я ничего не ответила, но профессор была права. Я так увлеклась поисками правды, расследованием тайны Оминиса Мракса, что совсем забыла о подготовке к экзаменам. А ведь это мой последний год в Хогвартсе и от экзаменов зависела вся моя жизнь.       Но посмотрев на Оминиса я также осознала, что когда мы узнаем правду о той ночи в поместье Мраксов, ничто уже не будет прежним.