Mass effect. Охотница: путь к свету

Два года скитаний пролетели в череде бесконечных перелётов, миссиях Альянса и открытиях неизведанного. Таинственные происшествия больше не повторялись, но галактика удивляла и без них: где-то команда получала неопознанные сигналы с заброшенных станций; где-то разбиралась с технологиями времён Первого Контакта и восстанавливала фрагменты информации людей, турианцев и азари. Порой они останавливались на Цитадели, порой — на Земле, но всегда держались вместе, даже расходясь по любимым уголкам и занятостям. София и азари по имени Ти’риана (или просто Тиа) устраивали себе настоящие “дни моды”, бродя по бутикам и лавкам одежды.       — Только посмотри, эти серьги идеально подойдут к монитору жизненных показателей! — восхищалась Тия, примеряя огромные серебряные кольца.       — Да хоть к сердечнику стационарного пациента, лишь бы выглядело эффектно, — подмигивала София. Посетители неловко старались не обращать внимания на их обсуждения, а продавцы делали вид, что не слышат очередных шуток о комбинировании медицинского оборудования с вечерними нарядами. А сами девушки откровенно умилялись — и друг другом, и всеобщим смущением. В это время Лиан, волус Балекс и саларианец Крио копались между трюмами и рынком техники.       — Только сегодня! Универсальный стабилизатор гравиполя! — кричал один из продавцов, перебивая остальных.       — Фшшш, брать надо! — загорелся Балекс. Однако не успел волус броситься за покупкой, как Лиан ловко шлёпнул его по голове планшетом и, не теряя хода, потянул за рукав — продолжая прочёсывать настоящий, а не иллюзорный список нужных покупке. Дариус патрулировал “Трэнквилити”, беря на себя роль капитана-охранника: никого не пускал в ангар, не отвечал на бессмысленные вопросы и придерживался простого девиза: “Главное — не впускать, а если впустил — сразу отключать”. Марго, в редких перерывах на Цитадели, ускользала к своей почти секретной квартире, где её всегда ждал Спаратус. Там они были уже не просто коллегами в галактических перипетиях — а настоящей семьёй: спорили, кто варит лучший кофе, делили караул у плиты, устраивали ночи кино и даже пикировались из-за разбросанных по полу перчаток. Иногда переходили к самому главному для отношений: любви и страсти, которая время от времени занимала не только спальню, но и каждый доступный угол квартиры. Однажды, во время гастрономических экспериментов, произошла неприятность. Марго попробовала популярную ягодную закуску с Палавана — и тут же почувствовала острую боль в животе. Корабль метнулся к докам, где София с Тией быстро приступили к анализам.       — Поздравляю! Это реакция организма на чужеродные биосоединения, — бодро объявила София, глядя на экран анализатора.       — Чего? — Марго побледнела, заморгала мутными глазами и перевела взгляд на Софию.       — Спокойнее. Это у многих случается, не только у людей. Турианцы питаются D-аминокислотами, а вы, капитан, относитесь к L-аминокислотным видам. Осознав масштабы проблемы, Спаратус нахмурился: до него наконец дошли все недавние ошибки в меню.       — А можно яснее? Ай! — Тия резко взяла Марго за руку, ловко обработала иглой вену и начала забирать кровь в колбу.       — У вас кардинально разные организмы не только физически, но и на клеточном уровне, — поясняла Тия, пока кровь наполняла пробирку. — Палаван — планета высокой радиации для таких рас, как вы, азари и саларианцы; их еда, равно как выделения турианцев, несут вам прямую угрозу. Реакция может быть разной: от быстрой или долгой смерти до смертельной аллергии или обычного насморка. Сейчас я выработаю лекарство, смешав вашу сыворотку с азарианской. Пока Тия работала в ритме слаженного медицинского танца, Спаратус обнимал Марго, которая слабо пыталась высвободиться, но, понимая тщетность, сдалась и обессиленно притулилась к нему.       — Минуточку! — внезапно заявила Тия. — Извините за откровенность, но Марго, Спаратус, у вас были... “контакты” с эякуляцией? Марго тут же оживилась, резко соскользнула с койки, но не сделав и двух шагов чуть не упала, и Спаратус успел мягко вернуть её назад. Он и сам побледнел, а София выронила планшет.       — Тия, пожалуйста, давай без таких вопросов на публике! — прохрипела Марго. — Я могу быть откровенной, но всё же не до такой степени.       — Ты сама показывала мне ваше “порно”, — невозмутимо парировала Тия. Марго бросила взгляд на Софию — зелёная от боли, но наполненная недовольством. София поспешила сбежать, что-то залепетав о срочных делах. Тия тем временем ловко смешала препараты, ввела лекарство Марго — и та почти сразу почувствовала облегчение. Вскоре она смогла уверенно встать с койки, даже попробовала махнуть рукой. Марго, ухватившись за молоток (по случаю оказавшийся первым под рукой), двинулась к Тии.       — Беги! — крикнула ей София, предчувствуя последствия. Тия не раздумывала: выскочила из медотсека, а Марго уже грозно обронила ей вслед:       — Не беги так быстро, а то догоню — и точно прикончу! Спаратус лишь усмехнулся. За два года ему стало привычно наблюдать, как Марго “воспитывает” экипаж. Ему же это не грозило: “Жалко тебя, а их — нет!” — частенько посмеивалась она. София выглянула из своего укрытия и покосилась на Спаратуса, который стоял, всё ещё сдерживая внутренний гнев.       — Марго очень страшная в гневе... — призналась она, осторожно выходя. — Но, между прочим, раз уж разговор зашёл — у тебя с ней всё было, ну… до конца?       — Нет, — ответ буркнул Спаратус, и София села к монитору, заметно оживившись.       — Хорошо... — устало вздохнула она, затем неожиданно повернулась: — Прости за вторжение, но у тебя был какой-то дискомфорт после близости?       — ...Нет, — нехотя согласился он, не очень понимая, к чему ведёт София.       — Очень странно. Если у вас такие несовместимые биохимии, Марго должно быть плохо каждый раз после контакта. А она, наоборот, чувствует себя всё лучше... Видно, привыкла к тебе — и теперь это для неё в порядке вещей… — задумчиво размышляла София, листая таблицы. Вдруг она подняла ладонь:       — Не беспокойся — даже если рассуждаю вслух, всё личное о пациентах останется только между мной и медкартой. София прятала взгляд, просматривая медицинские записи с неослабевающей задумчивостью. Внезапно она резко повернулась к шкафу, выудила оттуда толстую папку и прошептала себе под нос:       — А возможно ли... хотя нет... или да... — торопливо перелистывала страницы, комкая нервы. — Чтоб вас, да они же её... Она осеклась, только сейчас осознав, что чуть вслух не сказала больше, чем хотела бы. Спаратус молча перевёл взгляд на дверь, за которой сейчас находилась Марго. В груди у него скрутилось бушующий поток гнева и бессилия того что он не знал о ней. Дверь тихо скрипнула, впуская Лиана. Тот замер на пороге, наткнувшись взглядом на статую напряжённого Спаратуса, у которого даже дыхание стало резким, а глаза — жесткими.       — Я не вовремя, — сухо бросил Лиан, скорее утверждая, чем спрашивая. Но отступать не стал, шагнул внутрь, передал Софии планшет и внимательно на неё уставился. София забрала планшет, исподтишка задумчиво следя за Спаратусом, который отвернулся, будто пытаясь усмирить бурю внутри себя.       — После недавних данных от Элис... Я смог раскрыть часть той зашифрованной инфы во флешке, — заторопился Лиан. — Но, кажется, это только верхушка, там ещё много... Надеюсь, получится докопаться до сути.       — Спасибо, Лиан. Я знаю, ты с этим разберёшься, — София прервала его нервное тараторство мягким, но твёрдым голосом. Лиан кивнул, перевел дух и понизил голос:       — Ты... как там? Если всё в порядке, лучше бы остановила Марго. Тия уже к потолку в ангаре взбирается. София мгновенно выскочила из медотсека, спасать свою резвую помощницу. А Спаратус, тяжело выдохнув, не спеша последовал за ней, всё ещё пытаясь унять бушующую внутри ярость и тревогу за Марго.

***

Каждый раз, прибывая на Землю, Марго старательно скрывала инопланетных членов команды от бюрократических глаз Альянса. Стоило только ступить в порт СБЦ, как у "человеческой" части экипажа вытягивались лица: всем было ясно, сколько очередных отчётов предстоит заполнить. Транспортные документы, издержки на топливо, списание оборудования, гранты на “открытия”… В каждом пункте — новые графы, но только не в том, как им удавалось находить заброшенные базы или сталкиваться с чем-то по-настоящему странным. Прошло уже два года с того загадочного случая, когда скончалось найденное ими существо. Его смерть так и осталась тайной: София официально заключила — “переутомление”, хотя показатели организма до самого конца оставались стабильными, а ни на теле, ни в анализах не было обнаружено ничего подозрительного. Останки сожгли в одном из утилизационных отсеков Цитадели — тихо, по-капитански хладнокровно, вскрытие провели без лишних лишних свидетелей. Даже Спаратус не узнал о правде: ему просто сказали, что существо сбежало в момент высадки и далее исчезло без следа. Марго, однако, уже научилась считывать его тонкие изменения в мимике — она точно поняла, что он не поверил их версии. Но Спаратус не стал задавать вопросов, и на том спасибо. Каждый из человеческой команды занимался своими делами, пока корабль стоял на Земле. Лиан категорически не покидал «Трэнквиллити» в “земные дни”: в это время он взламывал сканеры Альянса, подменяя идентификаторы, чтобы у всех контролёров отображался исключительно «чистый, человеческий состав» экипажа. Дариус отвечал за поддерживающую болтовню с офицерами на рампе:       — А это что? — подозрительно спросил один из офицеров, показывая на аппарат у входа.       — Просто новый термостат для кофе, хотите попробовать? — невозмутимо ответил Дариус и тут же запустил процесс — из машины выехала кружка с какао. Офицер скептически повертел её в руках, но под напором Дариусова оскорблённого лица всё-таки попробовал. Дариус довольно усмехнулся. И так — раз за разом: ловко, быстро, без следа! Лиан осторожно покинул корабль через грузовой модуль и пробрался в укромное место, где спрятались остальные члены команды, замаскированные под оборудование.       — Они ушли… фшш... — выдохнул Балекс.       — Да, вы молодцы, — с облегчением заметил Лиан.       — Через месяц у вас на Земле будет этот "хэллоуин", да? Может, сможем выбраться на прогулку. — Тия выползла из укрытия.       — Что ещё за "хелоун"? — с трудом выговорил слово Крион, посмеиваясь.       — Хэ-лло-у-ин, — по слогам повторил Лиан. — Это такой человеческий праздник одной земли, хотя отмечают его не все и не всегда по традициям. Смысл простой: наряжаться в любые костюмы, можно стать персонажем фильма, сериала, книги, или придумать свой образ. Гулять по улицам можно днём и ночью, но ночью — куда интереснее, потому что больше народу...       — О чём это вы тут? — спросил Дариус, помогая Балексу вылезти из своего укрытия.       — Лиан рассказывает о Хэллоуине, — промурлыкала Тия, лёжа на полу и глядя снизу вверх на собравшихся.— У вас столько праздников, жаль только, что нет общего для всех,       — задумчиво добавила она.       — Если бы у нас было слишком много общих праздников, никто бы не работал, только гуляли и веселились, — усмехнулся Лиан.       — Вот это правда, — поддержал Дариус. — Лиан, продолжай.       — В основном народ выходит на улицу с детьми, — продолжил Лиан. — Детки стучатся в двери или звонят, и говорят: "Сладость или гадость". Если им не дадут сладости — готовься к пакостям.       — Стоп, что? Причём тут сладости и гадости? — перебил Крион, явно не понимая логику.       — Сладости дают, чтобы нечисть не пакостила, а "гадость" — это как месть за жадность, — пояснил Дариус. — Помню эти ночи: столько конфет, а потом обязательные посещения стоматолога.       — Можно продолжу? — спросил Лиан, увидев широкий интерес. — Вечером дети возвращаются домой с добычей, а подростки идут на вечеринки — танцевать до утра или смотреть ужастики. Часто проводят разные ритуалы и рассказывают страшилки.       — До сих пор удивляюсь вашему народу, — рассмеялась Тия. — Верите в инопланетян, а заодно и в вампиров, ведьм, кого угодно... Фэн... фэн... фэнтези! Вот вспомнила.       — Да мы такие, — подмигнул Дариус.       — И что за ритуалы делают? — спросил Крион.       — Кто что придумает, — развёл руками Лиан. — Были доски для общения с духами, ритуалы через зеркало... или просто страшные истории.       — Помню, девочки вызывали Кровавую Мэри или Пиковую Даму через зеркало, а потом три дня боялись даже умываться, — ухмыльнулся Дариус.       — Они были... фшш... призраками, как понимаю, — подытожил Крион.       — Да, и у каждого призрака — своя история. Так что на Хэллоуин вы точно не потеряетесь среди людей, — подвёл итог Лиан. Тем временем Марго навещала Джейн и Ханну, неизменно привозя из дальних уголков галактики то необычный сувенир, то редкий деликатес. Ханна встречала её на пороге с фирменной, чуть уставшей, но очень тёплой улыбкой, а Джейн со скоростью кометы влетала из своего уголка и с такой силой врезалась в Марго, что та едва устояла на ногах — а иногда и вовсе падала, если юная Джейн внезапно выросла за время разлуки. Разуваясь в прихожей, Марго всегда с интересом отмечала, что у Ханны за спиной то мелькала скалка, то сверкала сковородка. Значило это только одно: Джон опять что-то забыл — годовщину знакомства, день рождения дочери, её собственный праздник или обещанный семейный вечер. Список упущенных дат рос чуть ли не так же быстро, как росла Джейн. Оставив Ханну и Джейн обсуждать галактические подарки на кухне (и искренне любоваться очередным светящимся камешком или гравюрой с Ило), Марго выскользнула в ванную и вбила номер Джона. Он, предчувствуя бурю, сбрасывал вызов.       — Ты чего, придурок, совсем сдурел?! — возмущалась Марго в голосовое. — Да ты такую женщину теряешь из-за своей работы! Попутно она запускала специальный код, который Лиан как-то придумал для взлома чужого уни-инструмента на расстоянии. Был случай, когда Марго ворвалась прямо в календарь Джона, и с тех пор у него стабильно срабатывали “странные” напоминания.       — Ты бы хоть часы почаще заряжал, или нейрошокер с будильником настроил! — язвительно советовала Марго, вручая однажды Джону звоночек прямо посреди видео-конференции. Публика была шокирована этим коротким, но показательным уроком бытовой дисциплины. Из любой точки даже с Цитадели, Марго всегда могла "достучаться" — будь то видеозвонок, простой набат или молниеносное прибытие лично. У неё был свой собственный алгоритм важных напоминаний: Подзатыльник (неважно, чем) Намёк на забытое событие Грозное напоминание Усиленный первый пункт Осознание Пора бежать/исправлять И после этого у Джона не оставалось сомнений — он мчался исправлять забытое, сверкая пятками и сжимая в руке подарок, как талисман против капитанского гнева. Марго с упорством опытного взломщика всё-таки получила доступ к инструменту Джона и — не удержавшись — отправила себе энергичное ауди… через его же устройство:       — Ты там чего, совсем оборзел?! Лысый забывала! Ты, чертов придурок! Опять проморгал важный день семьи? Быстро поднимай свою задницу и лети домой… — нарастала грозная нота, но тут из-за двери раздалось:       — Мама Марго, ты чего кричишь? — Джейн тихонько постучала с другой стороны, явно взволнованная.       — Прости, малышка, — мгновенно перешла на ласковый тон Марго, глядя на дверь. — Я тут с твоим папой разговариваю, — добавила она, обернувшись к инструменту. — И напоминаю ему, что ПАПЕ ПРИШЛО ВРЕМЯ СРОЧНО ПОДНЯТЬ СВОЮ ЗАДНИЦУ И ЛЕТЕТЬ ДОМОЙ, — последние слова прозвучали так, что даже сканер на дверях вздрогнул.       — Мама Марго, а папа точно останется жив? — Джейн несмело спросила, а в голосе задрожали нотки беспокойства.       — Не переживай за него, крошка, — ласково заверила Марго. — Лучше ему переживать за себя. Тем временем по ту сторону, в офисе Джона, все присутствующие вздрогнули: по громкой связи доносился известный уже многим фирменный голос Марго и детский вопрос. Некоторые из коллег уже давились от сдерживаемого смеха, а другие откровенно таращились на его уни-инструмент, гадали — как тот включился сам? Особенно выделялись турианцы, наблюдавшие сцену без лишних эмоций, но Спаратус внимательно смотрел на Джона, чей цвет лица стал опасно бледным.       — Простите, коллеги... Думаю, каждый из вас меня поймёт, — с легким стыдом в голосе произнёс Джон и поспешно покинул комнату, не замечая взглядов. А Спаратус все ещё прокручивал в памяти, как Марго говорила: "Малышка" и "Крошка" С каких это пор Марго такая… ласковая? Квартира Шепардов Марго вышла из ванной и тут же столкнулась с Джейн, весело размахивавшей детской игрушкой — лазерным бластером.       — Эм, Джейн, откуда у тебя это?       — Папа подарил на день рождения. И ещё пару ружей! О, смотри, Мама Марго! — девочка вставила заряд, прицелилась и "бахнула", аккуратно попав в середину подлокотника дивана.       — Ого, да ты у нас снайпер!       — Да! — радостно подпрыгнула Джейн.       — Ты бы слышала, что эта проказница недавно выдала! — в кухню выглянула Ханна, улыбаясь.       — Ну и что же?       — Она хочет стать разведчицей... Хотя, пожалуй, лучше промолчу о причинах...       — Чтобы потом было меньше плохих людей! — гордо выкрикнула Джейн, вскидывая игрушечное ружьё вверх. Марго невольно замерла, не зная, как реагировать, пока взгляд не упал на неожиданно появившуюся биту, стоящую за дверью.       — Эммм... Ханна, это... бита?       — Ага, — с невозмутимостью ответила Ханна. — Были скидки в "СпортМастере", вот и купила. Хотя потом вспомнила, что никто из нас не играет в бейсбол… Но настоящая причина была другая, — на этих словах по кухне раздался звон ножа о разделочную доску. Марго и Джейн синхронно сглотнули.       — Мама жутко страшная в гневе...       — Это точно, Джейн.       — Но зато каждый приезд — праздник… и чуть-чуть экстрим, — добавила Ханна с озорной улыбкой.       — Джейн?       — Что?       — Если станешь как мама, вся галактика будет трястись от страха...       — А? — удивилась девочка. Джон вернулся только через четыре часа, когда Марго с Джейн уже возвели в гостиной целый “космический” форт из подушек и одеял. В прохадную дверь так резко открыли, знуки быстрого снятие обуви и на пороге стоял Джон с цветами. От данного появления все девочки замерли осознавая весь вид Джона. Опрятность солдата была полностью убита, кроме цветов. Ханна, оценив данное появление мужа встала с постройки приняла букет с его рук, попросив Марго прогуляться с Джейн, чтобы «спокойно поговорить» с Джоном. Марго была исключительно «за»: прогулка длилась целых три часа. Когда они вернулись, подушечный домик стоял целым и невредимым — а вот бита «испарилась». Прошлась взглядом по квартире в поисках «следов преступления» — ни крови, ни трупа. Услышав звук открывания двери с ванной, Джон только робко махнул из ванной на прощание возвращаясь в спальню. Марго поняла: он жив, просто приносит извинения по-своему. В это время, пока Марго упражнялась в "дипломатии", София и Тия занимались просвещением новых членов экипажа: они приносили блюда земной кухни (и лекарства на всякий случай). София приносила: пироги (сладкие, овощные), борщи в разных вариациях, жареную рыбу. Тия помогала с распаковкой и медициной, анализы ингредиентов, и экстренной помощью в медотсеке . Особый успех имела "практика" в медотсеке, когда Балекс впервые попробовал острый перец, а Крион исследовал, что такое “глютен” под микроскопом и потом желутком. София уже смеялась, что открыла новый научный раздел — “Эволюция пищеварения инопланетян на Земле”.       — Я бы лучше больше никогда не пробовала твой картофельный соус, — ворчала Тия, вытирая рот салфеткой после очередной атаки на ведро. — Мой биолюминесцентный анализатор чуть не сгорел! 28 октября, Цитадель. Подготовка и тени разлуки К Хэллоуину на Цитадели ребята собирались в полном составе: обсуждали список продуктов для межрасового застолья, примеряли костюмы поверх своих нарядов (особое веселье вызывали попытки инопланетян втиснуться в “типично человеческие” вещи). Пока остальные лампово спорили на тему шляп ведьмы и длины мумий, Марго ускользнула в свою тайную квартиру.       — Лайэль? Ты тут? — позвала она, обойдя все комнаты. Ответа не последовало — не было ни писем, ни заметок, и никаких сообщений о заданиях Спектра: пустота и тревогой щиплет грудь. "Где же ты, Лайэль?" Марго решила провести спа-ритуал, чтобы прийти в себя: ванна с солями азари и их волшебными гелями не только насыщала ароматом всё помещение, но и окрашивала воду в нежные оттенки. Их уходовые средства не щипали в глаза, и минутный отдых превращался в райское блаженство. Людские шампуни идеально подходили для её волос. Час уюта, ухода за собой, и мир снова как будто на месте. Обмотавшись полотенцем и убрав за собой, Марго вышла и… остановилась — Спаратус уже сидел на диване, вчитавшись в текст на планшете. Он мельком взглянул на Марго и тут же заметил красные пятна на её коже.       — Ты был здесь всё это время?       — Вернулся минут 20… 22 назад, — холодно уточнил турианец. "Перфекционист, чёртов…", — отметила про себя Марго.       — Что ты там долго делала? — Спаратус поднял бровную пластину.       — Купалась и расслаблялась, — пожала плечами Марго. — Кстати… Как ты смотришь на то, чтобы слетать со мной на Землю? Скоро Хэллоуин... Он тут же перебил её:       — Нет.       — Я ещё не договори...       — Я слышал от Джона о вашем Хэллоуине и его попытках устроить сюрприз семье. Уже наслушался. Мой ответ — нет.       — Но почему? Обоснуй…       — Хочешь — лети и веселись. Но без меня.       — Это не ответ…       — Для меня — ответ, — жёстко парировал он. Марго остановилась удивлённая, когда он положил планшет. Они оба подошли вплотную друг к другу.       — Я не хочу на вашу Землю. Это — финал разговора. Он отвернулся и вернулся на диван. Марго тихо попыталась повернуть тему:       — А если бы я попросила слетать с тобой на Палавен?       — Нет, Марго, — уже грозно прозвучало в ответ. После этого Марго не стала спорить. Прошла в спальню, быстро переоделась в гражданское, так и не просушив волосы — и вышла, оставив Спаратуса одного. Вечер пах солью азари, паром с дрожью в сердце и ощущением, будто не все маски к празднику готовы — и не каждое приглашение может быть принято… даже если ты старалась сделать всё по-человечески. Марго, ожидая уединения после неудачного разговора со Спаратусом, обнаружила в корабле Лиана — тот устроился с планшетом, изучая очередную схему или лог.       — Лиан? Почему ты не с остальными?       — Схожий вопрос. Почему вы не со своим парнем? Марго скривилась, вспомнив всю нелепость предыдущей ссоры.       — Он больше мне не парень, — буркнула она. Лиан, подняв бровь поверх очков и убрав планшет, уточнил:       — Вы просто… партнёры по… скажем, вечерним делам без чувств?       — Совсем сдурел, очкарик! — Марго тут же ткнула его в бок.       — Тогда что случилось? — не отставал Лиан.       — Разговор просто... неприятный получился, — скрестила руки Марго, отвела взгляд.       — На столько неприятный, что волосы забыла высушить? Он что-то натворил?.. И… из-за чего вы вообще поругались — из-за чуши?       — Из-за чуши, да! Он не захотел лететь на земной праздник! Я хотела показать ему, что на Земле его никто не увидит угрозой, что Хэллоуин — как раз тот день, когда можно быть собой. Он сказал "нет". Я даже спросила — а если бы он пригласил меня на свою родную планету, а он снова отказал! Вообще как это понимать? — Марго возмутилась и громко хлопнула ладонью по столу.       — То есть… наша Марго действительно может обижаться?.. Ого. — Лиан едва заметно ухмыльнулся. — Надо же, наша капитанша… Он не договорил — Марго схватила его за шею одной рукой, а второй энергично потерла кулаком его макушку.       — Ой! Марго, ай! Больно, прекращай, прекращай, ПРЕКРАЩАЙ! — заорал Лиан. В этот момент свет по кораблю завибрировал и резко замигал. Марго быстро отпустила друга, а тот стал потирать ушибленную голову.       — Извини… — и почти машинально протянула руку — но Лиан уже поднялся и отошёл, снова поглаживая себя по макушке. Он развернулся на пороге:       — У него могли быть свои причины. Если бы ты позволила всё обсудить спокойно, рассказать — возможно, ты бы услышала настоящую причину его отказа. А ты просто сбежала от разговора, не дав себе и ему шанса. Если ты ему дорога — он придёт, а если нет… — Лиан пожал плечами. — Не знаю, кто должен делать первый шаг, но иногда стоит просто подождать. Он зашёл в лифт, а свет по кораблю перестал мигать. Оставшись в одиночестве, Марго ощутила укол вины — сделала больно другу и почувствовала свою спешку в споре со Спаратусом. Его фраза “Я больше не хочу терять возможности” всё ещё звенела в голове, и всё равно — он ушёл, не объяснив почему. В своей каюте Марго села на кровать, задумчиво уставилась в потолок, а потом пересела к компьютеру: попыталась написать письмо… но каждое предложение выходило или слишком уговаривающим, или чересчур холодным, или вовсе обиженным. Она перечитывала строчки, стирала их — но нужных слов не приходило. Спустя долгие минуты она просто удалила письмо, решив, что праздновать Хэллоуин будет с ребятами, с Шепардами… или, если не получится — в одиночестве, гуляя по шумным улицам города в толпе чужих масок. 31 октября — Земля, стоянка челноков Команда приземлилась на Землю под вечер, когда горизонт был окрашен алыми и золотистыми полосами — классика осеннего заката. Челнок Дариуса стоял в самом обычном паркинге, и он, выйдя первым, внимательно осмотрел окрестности — никаких «чужих» не обнаружил.       — Можно идти, — коротко сообщил он всем внутри. Тия, Крио и Балекс буквально вывалились из раскалившегося челнока, каждый проявляя характер:       — Я думала, что умру, у вас на Земле всегда так душно! — протянула Тия, размахивая руками.       — Челнок превратился в парилку, — добавил Крио, треща скафандром. Балекс, тяжко вздыхая, достал веер Тии и стал ей обмахивать. Та с наслаждением склонилась ближе к потоку прохлады.       — Октябрь — время осени. — вмешался Лиан, глядя в прогноз погоды на планшете. — Три дня подряд лили дожди... А сегодня жара, как назло. Надеюсь, ночью хоть прохладно будет. Запасёмся термосами, ребята.       — Я подготовился, — гордо заявил Дариус, показывая свои трофеи. — Этот с L-аминокислотой, а этот — с D-аминокислотой. Как думаете, зря взял оба?       — Я на 87,956% уверен, что он придёт, — выдал свою теорию Лиан. — Спаратус мог сказать "нет" только если задумал сделать Марго сюрприз… возможно, вместе со Шепардом.       — Я знаю Спаратуса давно...Фшшш... — прокряхтел Балекс, всё ещё обмахивая Тию. — Если он говорит "нет", значит "нет"...Фшшш... Но если твоя теория верна — я отдам тебе 50 тысяч кредитов, идёт?..Фшш...       — Согласен! Если проиграю — тебе столько же, — невозмутимо пожал руку Лиан. — Дариус, разбей! — и Лиан с Дариусом «закрепили» пари. Вся остальная компания тут же начала делать свои ставки: кто поверит в сюрприз, кто — в суровую турианскую предсказуемость. София, наблюдая за этим тотализатором, буквально закипела:       — Вам что, совсем не стыдно? — все посмотрели на неё. — Вспомните, как мы уговаривали Марго прилететь на этот праздник, как она сама хотела, чтобы и турианец был рядом! Да, мы ею воспользовались ради уговора и…       — Софи, ты что заболела? — перебил её Дариус. — Это же Марго. Она серьёзная, но слово держит. Думаешь, она бы… — АЙ! — София со всего размаха врезала Дариусу коленом чуть выше колена (иначе бы тот успел перехватить её ногу). Все приумолкли.       — Фшшш… Лучше сами посмотрим, чем закончится. Но спор в силе… — прошипел Балекс, потирая шею. Марго наряжала Джейн в болотного цвета ведьму — костюм специально нашли на сайте ради самой капризной из семейства. Маленькая проказница очень хотела стать ведьмой — не просто страшной, а самой-самой заметной среди всех. Ханна ограничилась белой рубашкой и джинсами, а сверху собиралась надеть свой старый лабораторный халат, который Джейн щедро “украшала” красными пятнами "крови". Марго выбрала костюм валькирии, как и София. Тия надела наряд сирены: юбка выглядела как чешуя, лиф был из ракушек, а сверху — парик, чтобы скрыть её настоящие волосы. Все предлагали ей образ медузы, но она категорически отказывалась. Балекс остался в своем классическом скафандре. Крио нарядился в ковбоя — так сиял от счастья в подходящем костюме, что устроил зажигательный танец, а после немного смутился от собственных выкрутасов. Вспоминая это, Марго тихонько захихикала.       — Мама Марго, а чего ты смеёшься? Дурачиной стала? — спросила Джейн, и под косами у Марго невольно дрогнули руки, а Ханна уронила что-то на кухне.       — Джейн, солнышко, а где ты такое услышала? — осторожно уточнила Ханна, выглядывая из кухни.       — Папа. Мы шли как-то по улице, там человек сам с собой болтал и смеялся. Папа сказал: "Дурачина". Марго и Ханна переглянулись: обе подумали об одном и том же человеке. Через пару минут и ритуальный спор за сладкое возобновился:       — Мам, можно конфетку? Пожалуйста... От «пожалуйста» сердце у Марго дрогнуло — и она сдалась, выдала конфету, пока Ханна не заметила.       — Нет, милая, хватит тебе. Ты на днях столько сладости съела, что вся в пятнах ходила, — строго ответила Ханна, выливая что-то в раковину. Марго запила кофе. Как обычно, Ханна готовила еду чуть ли не на батальон.       — Ну мааам, пожалуйста! — Джейн начала цепко тянуть маму за свободную руку.       — Нет — значит нет, Джейн, — произнесла Ханна с такой интонацией, что даже Марго бы спорить не стала. Но Джейн после пары уроков у Софии знала, как действует драма: громко расплакалась, кинулась на диван, завопила:       — Мама, ну пожалуйста! Я хочу конфету!       — Как ты это вообще терпишь? — Марго скривилась, завидуя выносливости Ханны.       — Годы... — философски отозвалась Ханна, начав толочь картошку. — Ты не представляешь, Марго... Первое время после рождения Джей я вообще не понимала, что делать… Она плакала, а не понимала что с ней, чего она хочет. А Джон... — она пристально вгляделась в кастрюлю... Марго встала со стула положив ладонь ей на плече, — Нет он был рядом, но его постоянно вызывали на работу. И были такие что хотелось убежать, жить как раньше...Он будто почувствовал, что мне плохо — бросил работу, приехал домой, остался до конца декрета. На собрания Альянса ездил, но был с нами. Я ему за это благодарна. А сейчас его опять нет… — Ханна утерла непрошеную слезу. — Извини, я что-то расклеилась. Думала, хоть сегодня он приедет, — собралась и вернулась к готовке. Марго взяла свою кружку со стола. Внезапно резкий звонок в дверь.       — Я открою! — завопила Джейн, уже забыв про слёзы, и громко затопала по коридору. Звук удара по ковру эхом прокатился по потолку к соседям.       — Ааа! — прозвучал крик из прихожей. Ханна выронила полотенце, у Марго чуть из рук не выпала кружка. Они обе ринулись в прихожую, где Джейн, замерев у двери, держала ладонь на кнопке:       — Мама! Там огр Шрек с турианцем! Две пары глаз непонимающе встретились.       — Шрек? — уточнила Марго.       — Тур... турианец? — спросила Ханна.       — Не-е-е... — хором выдохнули. Покинув кухню они тихонько подошли к двери, нажала кнопку: дверь открылась, и действительно — за порогом стояли Шрек (ну, почти как настоящий) и турианец.       — При... — донёсся глухой голос через костюм. Ханна тут же захлопнула дверь, посмотрела на Марго:       — Дай я еще раз проверю, — сказала Марго, открывая дверь с другой стороны.       — ...вет, — услышали они и снова закрыли. Обе задумчиво посмотрели друг на друга, пытаясь понять, что вообще происходит.       — Ты тоже это видела?       — Про Шрека с турианцем? Да. И Шрек, вроде, сказал "привет".       — Как думаешь, много выпили?.. Джейн пыталась вставить своё слово, но Ханна быстро прижала ей ладонь ко рту.       — Лучше бы мне сейчас приснился принц на белом коне, который унес меня куда-нибудь подальше, — театрально возвысила голос Ханна.       — Мне сегодня явно не хватает алкоголя… Хотя, если подумать, я бы не отказалась повидать… Джейн, как звали того короля с мечом в камне?       — Артур!       — Вот-вот, только меч бы я у него отобрала — и "поигралась" б с ним! — после слов "поигралась" за дверью что-то тревожно скрипнуло.       — Мам, звонок сломался? — спросила Джейн.       — Похоже на то, детка, — вздохнула Ханна. Ханна заглянула в монитор видеозвонка:       — Слушай, Марго, сегодня же Хэллоуин.       — И?..       — Так что у нас сегодня будет завал "Артуров с мечами". Может, хоть одного заберём! За дверью звонок прозвучал снова, на этот раз особенно настойчиво.       — Ты же у нас сегодня научный работник или медик? — с улыбкой спросила Марго.       — Сегодня я — одинокий научный медик! — театрально заложив руку за лоб, отозвалась Ханна. — Подскажи мне, кого бы выбрать, — продолжила Ханна шутку. В этот момент за дверью "Шрек" поднял к камере букет из сладостей — Ханна засмеялась, Марго тут же отобрала букет когда дверь открылась:       — Ой, Ханна, смотри, что у меня появилось!       — Ух ты! Дай попробовать… ммм… — Ханна вытащила клубнику с шоколадом, — Вкуснятина! Попробуй!       — Ммм, и правда классно, — Марго облизала палец, а "Шрек" важно скрестил руки на груди. Ханна с Марго не торопились открывать дверь и, прекрасно слыша, как за ней гулко бродят «Шрек» с турианцем, начали шутить наперебой:       — Слушай, Марго, ты курьера случайно не заказывала? Или может, кого из знакомых пригласила? — с серьезным видом спросила Ханна, обернувшись к Марго.       — Я? Да ни за что! Может, это к тебе доставка, Ханна? — фыркнула Марго. В этот момент за дверью негромко, но настойчиво зазвонил турианец — звук электроники мягко заставил женщин подавить смех и замереть с клубникой и букетом сладостей.       — Слушай, а ведь сегодня Хэллоуин! — махнула клубникой Марго, выдавая Джейн угощение. — Так что мы обязаны найти себе хотя бы по партнеру на вечер, вдруг повезет!       — О, точно! — нахмурившись, поддержала Ханна. — Ты себе поищешь Артура, а я… — задумалась, глядя на монитор, где Шрек всей массой таращился в камеру. — Так… фермер у меня уже был, ученый был, военный был… В этот момент «Шрек» начал громко звонить в звонок, а турианец задал вопросительный тон.       — Может мне офисника попробовать? Как думаешь, Марго? Марго театрально замотала головой:       — Офисника? Фи, Ханна! Лучше уж бери какого-нибудь домашнего. Нет-нет! Бери кого душе угодно — сегодня же Ночь всех чудес! Обе прыснули со смеху, а Джейн с важностью сгрызала очередную клубнику. За дверью Шрек и турианец продолжали барабанить в дверь, нетерпеливо ожидая, пока им разрешат войти в самый загадочный дом на районе… Марго склонилась к монитору видеозвонка, жуя клубнику:       — Слушай, Ханна, я тут припомнила, что приглашала на праздник одного турианца... — Она специально повысила голос, чтобы за дверью тоже было слышно. — Но ты не поверишь, он мне ОТКАЗАЛ! Представляешь? На экране видеоглазка турианец заметно напрягся, начал тереть лоб от смущения. В этот момент он еще раз ткнул пальцем в звонок — настойчиво и чуть громче.       — А ты, кроме меня, хоть кого-нибудь приглашала на праздник? Ханна игриво притворилась обиженной, театрально приложила тыльную сторону ладони ко лбу.       — О, Марго, ты не поверишь! Я аж за месяц до Хэллоуина попросила своего мужа Джона приехать — ну, чтобы по-семейному, с дочкой, с друзьями! Он такой: "Да-да, конечно-конечно..." А за неделю до праздника пишет мне: "Не смогу прибыть."       — И что ты теперь? — спросила Марго, держась за плечо.       — А теперь одна с дочкой, с тобой и... с невесть кем за дверью, как всегда! — Ханна смачно вздохнула, подмигивая Марго. За дверью тем временем началось настоящее представление — то Шрек, то турианец стучали и звонили сразу поочередно, теперь уже совсем громко и с напором. Конфету выпрашивала не только Джейн, но и дверь стыдливо дрожала от усилий гостей.       — Мама, а может, им просто конфетку не дали? — шепнула Джейн, с хитрым лицом.       — Вот-вот! — поддержала Марго. — Может, если всем дать по сладкому, они уйдут искать Артуров в другом подъезде?       — Я могу поделиться! Только из моего пакета не отдам, — строго сказала Джейн.       — Да, Джейн, ты у нас деловая, — Ханна взъерошила дочке волосы. — Но, кстати, с таким упорством, как у этих гостей за дверью, давно никого не видела. Может, это судьба?       — Или Голодные духи, мам, — неожиданно серьезно выдала Джейн, прижав к себе клубнику. За дверью снова дружно набрали звонок и добавили короткую трель по корпусу.       — Упорные! Прямо настоящие кандидаты для вечеринки... — засмеялась Марго, подкидывая сладкую клубнику.       — Если совсем не отстанут, придется открывать... Вдруг там и правда судьба пришла или сам Артур! — Ханна театрально пошла к двери, а Марго взялась помогать дочери поправить ведьмовскую шляпу. Ханна ткнула в консоль — дверь медленно открылась, и "гости" стояли в полутёмном коридоре, стараясь выглядеть как можно внушительнее.       — Здравствуйте, дамы! — заявил Шрек с фирменным шепардовским акцентом, забрав букет у Марго, поднял букет сладостей на вытянутой руке.       — Счастливого Хэллоуина, — коротко кивнул турианец, чуть неловко переминаясь с ноги на ногу.       — А вы чего тут, курьеры? — подмигнула Ханна, делая приглашающий жест. — Или решили квартиру по обмену предлагать?       — Мне сказали, что здесь праздник и ведьмы угощают гостей пирожными, — не растерялся Джон, снимая маску Шрека и улыбаясь жене.       — Папа! — Джейн сразу побежала к папе ударив головой по животу так что тот сдержался чтоб не согнуться.       — А этот турианец? Он с тобой или отдельно заказывался? — Марго поддела Спаратуса, нарочито вскидывая бровь, и мельком злорадствовало над тем как Джейн неплоха так с инсценировала удар. И побежала за аптечкой.       — Отдельно, — честно кивнул Спаратус. — Меня приглашали... но обещали, что будет только я и одна дама очень радостная. В этот момент из дальней комнаты выскочила Джейн, в ведьминской шляпе, с игрушечным бластером наперевес:       — Стоять, незнакомцы! — Она тут же начала стрелять мечеными лампочками в ноги “Шрека” и в панцирь турианца. Джон сделал шаг назад, театрально закрыл собой букет:       — Я сдаюсь! Я всего лишь посыльный... не ешьте меня!       — Я не ем огров и турианцев, я ем шоколад! — возразила Джейн и "выстрелила" сладкой конфетой прямо Спаратусу под ноги.       — Джейн, аккуратнее! Он же только научился не пугаться детей, — Ханна подмигнула дочке, протягивая клубнику Джону. — Тогда давайте уже к праздничному столу, пока гости не разбежались! — обняла Джона Ханна и увела его за собой на кухню, тут же подмигнув Марго.       — Проходите, посыльный! — засмеялась Марго схватив под руку Спаратуса. В коридоре раздались смех, фырканье и чавканье — вечер начался по-настоящему по-семейному и с истинно галактическим размахом! В квартире воцарилась хаотичная атмосфера настоящего праздника. Шрек-Джон с довольной улыбкой дарил доске новые игрушки с Цитаделе и выдал конструктор одного корабля "Путь предназначения", та сразу раскрыла ее рассматривая детали и то что было внутри коробки.       — Папа, а мы вместе будем собирать?       — Конечно солнце. Как же без этого. Я же отпросился с работы на неделю так что в доволь поиграем с данным кораблем... Когда соберем. Вот возьми ещё бутон. — вынув из букета клубнику Джейн сразу её скушала с довольной морской поцеловав папу. Спаратус, немного смущённый, стоял в проёме между залом и кухни. И в той самой кухне Ханна с Марго упаковывали еду в контейнеры на выход. Как говорит Ханна: "Лучше взять с собой, а то зная их голодные рты то все продавцы озолотятся." Покинув кухню с рюкзаком оставив в прихожей.       — Ах да. Чуть не забыла, а зачем вы устроили данный спектакль? Джон с притворной обидой объяснил:       — Ну, мы думали, что, если явимся анонимно, может удивили бы. Да признаюсь врать не хорошо, но иначе сюрприз не вышел бы.       — Мх. Значит ты и так собирался полететь. - Марго посмотрела на Спаратуса.       — Ага! Видели бы вы, как он уговаривал меня не стать Шреком и не надеть на него мантию, — Ханна приобняла мужа. — если снова кто-нибудь скажет, что я не креативен, ты покажешь ему фотку моего грима.       — Конечно дорогой. Марго, смеясь, кивнула:       — Джейн, похоже, тебе надо бластер зарядить ещё сильнее, вдруг у нас тут клонированные гости! Все расселись по гостиной, но Джон с Ханной, поспешно урвав себе чашку какао, поднялись и ненавязчиво ускользнули на кухню разливать по термосам теплые напитки, оставив Марго и Спаратуса наедине. Усевшись на диван смотря как Джейн рассматривает детали корабля и на инструкцию на инопланетном языке. Спаратус решил сесть рядом, немного поёжился, нерешительно протянул Марго большую коробку с аккуратным лиловым бантом:       — Марго, я... хотел сделать тебе подарок. Для сегодняшнего вечера. Марго, приподняв бровь, с осторожностью развязала бант, открыла крышку. Внутри лежало изящное платье: серый полупрозрачный подол, верх из белого кружева.       — Если это розыгрыш, то я, конечно, оценю юмор... но на меня ты это не наденешь, — фыркнула она, захлопнув крышку. Спаратус положил руку на коробку:       — Это не шутка. Я узнал, что на Земле есть сказки... про Красавицу и чудовище, и про Золушку.       — Ты хочешь, чтобы я стала Золушкой? — усмехнулась Марго.       — Я решил, что образ Золушки тебе больше подойдёт. Но твое платье не должно быть скучным. Ты — не простая девушка, и твоя история не банальна. Поэтому попросил сшить особенное платье: с морским цветом, чтобы напоминало тебе о космосе, о твоих путешествиях. И о нас. Он аккуратно достал платье из коробки, продемонстрировал игру цвета ткани в свете праздничных гирлянд. И как верхняя часть белого кружева переходила вниз к морскому, аквамариновому цвету. Марго сдалась:       — Хорошо... Но если я буду выглядеть глупо — винить буду тебя! Тут в комнату выглянула Ханна, которая всё услышала:       — Платье — чудо! Если нужна рука для причёски или кисть для макияжа — я готова творить магию!       — Мам, а я буду феей! — Джейн тут же встала, побежала в свою комнату, вернулась пряча за спиной волшебную палочку. — Начинаем волшебство! — та помахав продемонстрировав жест феи, высунула руку показав разноцветные заколки.       — Договорились, у меня своя команда стилистов, — решилась Марго, принимая платье из рук Спаратуса. Он немного осторожно коснулся её руки, будто боялся разбудить сказку.       — Мне нравится быть твоей Золушкой, только — предупредила — ты у меня будешь вместо туфель искать челюсть, если я в ней споткнусь!       — Договорились. Главное, чтобы этот вечер ты запомнила, — тихо ответил Спаратус. Дальше начался весёлый девичник: Ханна показала чудеса укладки, сделала Марго стильную причёску, Джейн добавила капельку волшебства (и блёстки на волосы), сама Марго выбрала помаду под цвет подола. В итоге в зеркале засияла необыкновенная «Золушка» galactic edition — сильная, обаятельная, немного ироничная.       — Спаратус, — позвала она, выходя из комнаты, — готовься: теперь твоя очередь удивляться! Когда Марго, уже в новом платье, появилась в прихожей, все ахнули — даже Джон бросил свою маску Шрека и театрально поклонился, а Спаратус просто потерял дар речи на несколько мгновений.       — Похоже, мой эксперимент удался, — наконец вымолвил он, глядя восхищённо.       — Ну, если что, туфельки оставлю возле скамейки, а не на балу, чтобы легче искать, — шутливо ответила Марго. Семейство Шепардов дружно оделось потеплее, Марго накинула плащ на хрупкие плечи, и вся компания вышла на улицу — сырой весёлый ветер и разноцветные фонари как будто приветствовали их необычную «сказочную труппу». Перед самым выходом Марго получила сообщение в чате: "Кэп, мы кушаем сахарную вату и ищем лучший конкурс с пряниками! Тут так весело — не хватает только тебя. Приходите на ярмарку, мы вас ждём! Вот адрес..."       — Ну что, семейство, может, проведаем ребят? — предложила Марго с улыбкой.       — Отличная идея! — согласился за всех Джон. Их разношёрстная группа — Золушка космического разлива, турианец в строгом костюме, озорная Джейн-ведьма с бластером и семейство Шрек с дамой ученой в крови — неизменно привлекала внимание прохожих. Дети притормаживали, замирали и таращились на Спаратуса; подростки шушукались и просили фото.       — Простите… вы и вправду настоящий турианец? Или на столько всееее продумали... — робко спросила девушка в шапке-тыкве.       — Так не бывает! - прикрикнула к тыкве чудо-женщина.       — Можно фото?! — настойчиво добавил парень виде Геркулеса со смартфоном. Спаратус зарычал, Марго потянула его отступив чуть в сторону от камеры, когда один мальчик с энтузиазмом полез делать селфи, но тот отступился наступив на ножку Джейн. Джейн взвизгнула от боли.Спаратус схватил телефон так, что уже собирался сдавить, Марго попыталась сильно сжать его руку чтобы он обратил свое внимание то как она сильно обнимала. Экран жалобно треснул.       — Ой, осторожно, это самое современное устройство у нас! — всполошился парень. Тут же вступилась Ханна что поухаживала за Джейн после того как на её ножку наступили, встав перед ребятами она мягко улыбнулась:       — Простите, но сегодня наш друг инкогнито. Давайте просто улыбнёмся друг другу… и пообещаем, что ни одно фото не залетит в сеть, а настоящая встреча всегда прекраснее! — от того как последнее прозвучало Марго с Джоном дернулись. Толпа разрядилась, кто-то похлопал турианца по плечу, кто-то просто пошёл дальше, перешёптываясь о «классной реальности костюма". Впереди стали видеться огни ярмарка, по улице распространялся дразнящий аромат горячего шоколада и пряников, вместе с ними жаренное мясо и много другого готового. Родные уже ждали в очереди среди других посетителей, благодаря Лиану он добыл ещё билеты и скинул их Марго. Пока они стояли Марго увидела Софию что весело махала им демонстрируя что она тут в своей варакинском облачении.       — Капитан! — раздался её голос когда те оказались на территории ярмарки. — Ой точнее Золушка... и чудовище как полагаю. - посмеявшись от данного образа и вида парочки, Марго учуяла как София приняла много чего внутрь. — Смотрите, у нас есть космо-чудище! — народ что был рядом ответил ей "Вау!"       — Эй, кто попытался надеть это платье на Марго? — поддразнил Дариус держал в одной руке бутылку пива. А в другой шестирной набор пива. И два уже не было.       — Не волнуйся, Марго сегодня вне конкуренции! — рассмеялась Ханна, подмигнув. Больше Спаратусу чем Марго.       — Че встали ребят? Давайте веселиться! — крикнул Крио держась за ремень и потянув кулак в небо. Команда мгновенно оживилась приняв приглашение. В воздухе Марго заметила рисунок тайяки в одном из праздничных лотков потянув за собой Спаратуса чтоб тот не сильно потерялся, малышка Джейн тут же схватила папу за руку и утянула в королевство сахарной ваты.       — Милая ты договорилась с Джейн о тратах?- тот бежал следом в костюме Шрека только без головы.       — Я с ней да, а ты не знаю. От данного ответа он понял его кошелек сегодня будет пуст. Все вместе катались на ярмарочных горках у каждого была своя реакция: Тию укачало после восьмёрки, Балекс на столько укачало что он потерялся где земля и небо, Крио потерял глаза фигурально, Спаратус чувствовал себя хорошо сказав на это: "Были поездки и страшнее этого.". Фотографировались с бумажными тыквами, в фото будке, и многими другими людьми в костюмах и вместе. Смеялись, наблюдая, как Спаратус пробует карамельное яблоко — осторожно, будто изучая инопланетную технологию. Тия пыталась не уронить тайяки его только из форм достали. Крио пробовал хот-док, а Балекс попивал свой алкоголь. Прохожие уже привыкли к необычной компании, а Марго чувствовала себя по-настоящему счастливой: среди близких, команды, под мерцающим светом, где любые сказки сбываются, стоит только захотеть. Сборная команда из людей и инопланетян разделилась на маленькие "звёздные экипажи" и ринулась покорять развлечения ярмарки. Атмосфера самая праздничная после нескольких принятия алкоголя разгорела обстановку: музыка, огоньки, аромат сладкой ваты и карамели витает в воздухе! Были случаи когда ребята участвовали в таких играх. "Съешь пряник на скорость" — Балекс, Джон. Основная задача была съесть пряник большой тыквы с большим размером на скорость. Балекс по пьяни согласился и организатор конкурса дисквалифицировали Балекса за жульничество. "Лабиринт из сена" — Тия, Крио, Джейн. Основная задача пробежать, проползать, перекатиться, развлечение для детей и родителей. "Поймай шарик на удочку" — Дариус, Балекс, Джейн. Выиграл Балекс сказав всем "Я лучший рыбак...Фшшш.... В галактике! Ик!" "Художественный аквагрим" — Тия, София, Джейн. Тия согласилась на это после долгой просьбы Джейн. Инопланетяне — настоящие звёзды вечера! Тия, Балекс и Крио с удовольствием позировали для фото, даже фоткались с детьми и родителями. Крио показывал фокус с переменой цвета глаз, Балекс забавно мял свою маску угощающих его вареной кукурузой да так что Тия с Софией были готовы к первой помощи, а Тия позволяла плести ей венок из светящихся лент. От чего та так растрогалась что стала плакать. Потом он стала исполнять оперу в стиле азари с уличным музыкантами играющими на пианино, скрипке и виолончели. Те сразу вошли с ней в ритм. Шепарды закупились сладкой ватой, яблоками в карамели, хот-догами и парой детских игрушек для Джейн. Ханна с Джоном спорили, кто больше пронесёт на руках вкусностей, а Джейн бегала между мамой и папой, собирая "трофеи" пока те спорили. Марго прошептала Спаратуса что-то на ухо и они немного отошли от шума, перейдя парк, где осенние фонари подсвечивали дорожку. Марго не сдерживала улыбки на лице она была счастлива данному празднику и что рядом с ней были те кто ей близок и дорог. Отойдя чуть дальше Марго заглянула в глаза Лайэля:       — Ты мог бы сказать заранее, что прилетишь, знаешь? Я чуть не поставила на тебе крест. - она помнила что ответил тогда Джон Ханне, но она хотела получить ответ от Спаратуса.       — Хотел сделать сюрприз… Не хотел портить атмосферу. Извини что тогда грубо обошелся. — виновато пожал плечами Спаратус. Остановившись с Марго по середине дорожки. Он взял и вторую её руку.       — Ну, если ещё раз так поступишь, придётся тебе покупать не только платье, но и целый ларёк мяса, чтобы загладить обиду! — поддела Марго.       — Больше не повторится, обещаю, — мягко ответил он, чуть склонив голову. Сделав обещание они продолжили идти бок о бок, Марго посмеялась:       — Ну, как тебе праздник?       — Селфи, селфи… И слушать вопрос про "скил". Каждый второй хочет услышать, как я смог стать турианцем в костюме. И всё спрашивают про мои пластины, про мой взгляд и талиб!       — Увы, это земная слава, — пошутила Марго. Она вновь остановилась, заглянула ему в глаза:       — Почему платье Золушки, а не Красавицы? — Тебя трудно найти — как по следу, только по туфельке! Вот и Золушка. А красавица… Знаешь, я не чудовище, чтобы держать тебя взаперти, — смущённо проговорил он, опустив взгляд. Марго чуть не рассмеялась вслух, она подошла, легко коснулась его лица и поцеловала в мандибулу. И тут у Марго сработал инстинкт самосохранения: по другую сторону парка, среди гирлянд, мелькнул силуэт, целиком скрытый под чёрной мантией и маской. Незнакомец шёл неторопливо, но, заметив взгляд Марго, ускорил шаг и стал удаляться в сторону выхода из парка. Марго на секунду напряглась, взгляд стал холоднее — но рядом с ней был Спаратус.       — Всё хорошо? — спросил он.       — Да… — ответила Марго, не сводя глаз с исчезающей фигуры. Отодвинувшись Марго, мягко улыбнувшись Спаратусу, предложила: — Возвращайся к остальным, а я отлучусь ненадолго... "по гигиеническим делам".       — Могу проводить. Всё-таки, тут столько народу.— Слегка озабоченно ответил он.       — Теоретически могу себя от них спасти, но вот в женской комнате… Я так и не научилась разруливать массовую истерику у зеркал, — фыркнула Марго и мигом растворилась в толпе. Но вместо туалета она взяла курс на дальний угол парка, чтобы выяснить, что за неизвестная тень попалась ей на глаза. Запах карамели и жареных орешков быстро уступил место влажному осеннему воздуху и сумраку. Некоторое время Марго кружила между ларьками, притворяясь заблудившейся. Она уже собиралась сдаться, когда позади раздался тихий, с едва уловимой улыбкой, голос:       — Я так и думала, что ты выскользнешь. Марго развернулась, инстинктивно готовясь к любому развитию. Из сумрака выступил тот самый силуэт в тёмной мантии. Теперь, при ярмарочном свете, фигура сбросила маску. Перед Марго стояла азари: на её "косичках" — именно так называла эти гребни Тия после уроков причёсок с Софией — виднелись полосы нежно-розового цвета. Ещё одна тянулась по скуле, а глаза сверкали ядовито-зелёным. Аккуратно подкрашенные тёмные губы искривились в легкой, почти хищной улыбке.       — Давно не виделись… незнакомка с Анхуры, — прошипела азари, пронзая Марго взглядом. В памяти у Марго вспыхнула кровавая, пыльная сцена на поле: бой, где эта азари почти разделалась с ней и Спаратусом… Тогда они едва вырвались — и только командная работа спасла их обоих от минуемой гибели. И тогда Марго оставила её в живых.       — "Вот, черт," — мысленно ругнулась Марго, сжимая пальцы скрытно в кулаки.       — Ты пришла добить меня, или у тебя другая причина? — тихо, но твердо спросила она, вглядываясь в загадочно улыбающуюся гостью. Азари чуть склонила голову, играя уголком губ:       — Для всего своё время, незнакомка. Ты ведь скучаешь по загадкам, не так ли? Я бы не стала нарушать праздник просто из пустого любопытства. Хотя, быть может, некоторые "старые долги" рано или поздно возвращаются… Но сегодня я пришла не за этим. В этот момент где-то вдали вновь донеслись весёлые голоса и вспышки от головокружительных огней катапульт, а тень азари казалась частью совсем другого мира. Марго приготовилась слушать — и быть готовой ко всему. Азари, теперь известная Марго как Та'Лана, скользнула ближе, положив капюшон на плечи. Её зелёные глаза казались источником мягкого внутреннего света; улыбка едва заметно блестела в сумраке.       — На днях… — начала Тала, — я была на Цитадели. Ощутила нечто крайне… мощное. Как будто по эфирным волнам пронёсся всплеск, почти ударная волна силы. Это было настолько ярко, что даже трудно описать. Я почувствовала, будто огромная приливная энергия обрушилась на скалу. Марго озадаченно нахмурилась — о подобных "ударах" ей ещё не доводилось слышать.       — Я начала искать источник. Проследила путь… и вышла на ваш корабль. Люди, чужаки, курс — как раз к этому городскому празднику. И вот — я здесь, — Тала жестом обвела пространством вокруг.       — Ты хочешь забрать... что именно? — насторожилась Марго.       — То, что меня "ударило". То, что породило такую волну. Мне нужно это. Я пришла за своим, — голос Та'Ланы звучал ни с угрозой, ни с упрёком, просто неотвратимо. Марго пожала плечами, развела руками:       — У нас обычная команда, обычные гости. Никто не обладает какими-то... таинственными силами или артефактами, если ты об этом.       — Не стоит притворяться. Не все волны видны глазу, — Тала улыбнулась ещё шире, но без веселья. В этот момент у Марго завибрировал коммуникатор. "Кэп, мы все собираемся в квартире Шепардов! Давай скорее, у нас будет пир и несколько новых конкурсов!"       — Как видишь, у меня сегодня праздник, а не миссия. Если ищешь что-либо связанное со "всплеском", — пожала плечами подняла взгляд а Та'Лану как свет простыл. - что за народ блин. Марго, успевшая натереть ноги в туфлях, вздохнула с облегчением, наконец стянув каблуки у порога квартиры. Коротко пробурчав что-то весьма нелестное в адрес Та'Ланы и всех "странных всплесков биотики", она с удовольствием окунулась в уют и весёлую атмосферу домашнего праздника. Джейн уже мирно посапывала на руках отца. Вернувшись в квартиру Марго с Ханненой понесли её в детскую и стали снимать с неё костюм. Оказавшись в кроватке, укрытая любимым пледом Ханна с Маргой оставили спящую красавицу. Спустя время в детской растянулся рядом с кроватью положив под голову большую мишку Балекс: сумел отпраздновать Хэллоуин так, что теперь его даже не разбудил бы пожарный набат. В гостиной Тия и Крио устроили мини—караоке. Азари уверенно выводила "This Is Halloween" из мультфильма "Кошмар перед Рождеством" стараясь очень тихо петь, а саларианец пел настолько быстро, что порой никто не успевал уследить за словами и просто ждал когда появится новая строчка данной песни. Лиан и София снимали их на видео, а Дариус изредка подыгрывал какими-то забавными звуками на найденной бумажной дудке. Потом получил по голове от Джона указав в сторону где сейчас спит Джейн. Тот лишь показал ладони и стал засыпать на полу облакотившись на диван, закрыв лицо шляпой ковбоя. Джон и Марго сгружали в мешок остатки от закусок что они с собой прихватили с ярмарки, фантики, пластиковые тыквы и другие доказательства хорошего веселья. На кухне Ханна намывала посуду, а Спаратус — с растерянным выражением лица — аккуратно вытирал тарелки полотенцем.       — И как, вы меня на это только уговорили?.. — буркнул он себе под нос, вспоминая угрожающе ласковую фразу:       — "Мистер Спаратус, если вы не поможете, я опрокину на вас эту миску салата. И фамильные голубцы. А мои голубцы — оружие массового поражения!" Спаратус хмыкнул, протирая очередную тарелку, и решил не рисковать: у Ханны действительно талант убеждать спокойно, но настойчиво. Ханна воспользовалась моментом и спросила:       — Ну, как вам наш праздник? Спаратус, всё ещё не забывший наплывы песенных куплетов и внезапные просьбы о селфи, фыркнул:       — Многие Земные традиции для меня… шумные, яркие и чересчур сладкие. Но я рад, что Марго нравится этот ваш Хэллоуин.       — Вот как! А на вашей планете есть похожие праздники? — поинтересовалась Ханна, аккуратно поставив кружку в сушилку.       — Нет. У нас вовсе мало праздников. В основном это военные торжества, почитание павших, годовщины побед. Большинство турианцев даже не представляют, зачем костюмы и конкурсы по тыкве, — честно пояснил Спаратус.       — Тогда расскажите, как у вас отмечают день рождения?       — О, просто: близкие собираются на ужин, и, может быть, командир произнесёт речь. Всё строго. Иногда приглашают наставника или старого друга. Ханна, весело хмыкнув, спросила:       — А подарки? Дарят как у нас?       — Только практичные — если вообще подают. Бытовой прибор или, скажем, боевые инструменты. — Спаратус пожал плечами. Пока они перемывали оставшуюся посуду, Ханна задумалась — и вдруг осторожно спросила:       — А вы с Марго… планируете детей? В этот момент у Спаратуса чуть не выскользнула тарелка. Он с трудом поймал её, но Ханна, обладая ловкостью, достойной среди солдата у турианцев, перехватила посуду первой.       — Значит, пока не планируете, — с улыбкой заключила она. Спаратус побледнел, потом быстро замаскировал смущение:       — Это совсем… другой уровень переговоров, — пробурчал он.       — Извините за такую прямоту. Зато теперь я вижу — турианцев тоже можно поставить в тупик. — смешинкой в глазах и лёгкой улыбкой сказала Ханна, мягко похлопывая его по плечу и возвращаясь к тарелкам. В гостиной в это время поднимали бокалы за "самый сюрреалистичный Хэллоуин за последние годы". Спаратус, всё ещё немного смущённый вопросом о детях, не сразу решился ответить.       — Мы… — начал он, — мы не можем... Мы разные виды. Ханна, не теряя ни секунды, повернулась с тарелкой в руке и легонько хлопнула его по бедру (даже с турианской бронёй этот знак был вполне ощутим):       — Эй, красавчик, надо было думать о “различиях” раньше, когда согласились быть вместе. Вы с Марго уже два года, и это вас не останавливает! Он нахмурился, но в тоне Ханны чувствовалась не упрёк, а поддержка.       — Вероятность рождения ребёнка от двух разных видов, да очень мала, — добавила она, — но ведь не всё ограничивается генетикой. Можно взять приёмного ребёнка.       — Приёмного?.. — переспросил Спаратус, явно не зная термин. Ханна поставила кружку и объяснила, улыбаясь:       — Приёмный ребёнок — это малыш, у которого нет родителей. По разным причинам: кто-то потерял семью, кто-то оказался один ещё до рождения. Люди, которые решают стать его новой семьёй, “усыновляют” его: заботятся, воспитывают, дают любовь и дом. Иногда выбирают ребёнка из детского дома, иногда — родственники помогают сироте.       — То есть… он не связан кровью? — изумился Спаратус, задумавшись.       — Не связан, но становится настоящим членом семьи. Каждый человек, турианец или кто угодно — заслуживает любящих родителей. У нас тут Джейн, и если бы с ней что-то случилось… в нашем обществе для таких детей находят новую семью, чтобы они не остались одни. Спаратус замер с полотенцем в руках       — У турианцев такого почти нет: родственная линия — святое. Родители, указывают, кем должен стать ребёнок в будущем чтобы в будущем прославить их дом. Они принимают решения, чтобы их потомок был полезен и достоин семьи, чтобы не опозорил имя семьи, как и себя самого. Ханна в ответ снова стукнула его (на этот раз уже салфеткой):       — Вот это дикость! — фыркнула она. — Мы все, каждое живое существо, имеем право выбирать своё предназначение и кем быть! Ты вообще представляешь, тебе всю жизнь говорят: ты должен стать этим или заниматься тем, что придумал за тебя кто-то другой? Это же не жизнь, а кошмар!       — Но... — пытался возразить Спаратус, но Ханна отмахнулась и привела пример:       — Хочешь, расскажу? Мои родители оба фермеры, ещё и учёные. Мама — помешана на гибридизации, выращивала на земле картофель размером с арбуз и всё что растет с косточками без косточек! Отец — занимался разведением всякой живности: рыб, птиц, лягушек... Всё новее, и удивительнее. Хотели, конечно, чтобы я занялась их хозяйством на ферме. А я пошла своим путём: теперь изучаю марсианскую почву для колоний. Это что-то между делом матери и новым будущим для людей… А ещё на досуге работаю судмедэкспертом — разбираю ДНК, паразитов, всё, что приносит наука. Родители были в шоке, не понимали зачем мне это. Пытались отговорить — я ушла, занялась своим. А потом они… признали мой путь, извинились, и теперь гордятся мной. Главное — это выбор. Без него человек ломается. Даже если твои предки считают иначе. Спаратус кивнул, его голос звучал сдержанно, задумчиво:       — У турианцев всё иначе. У нас каждый — часть коллективной традиции. Турианец с малых лет знает: он — винтик в большой машине общества. Мои родители доверили меня наставнику в шесть лет. Потом — академия, потом воинская подготовка. Ожидалось, что я стану солдатом, как мой дед… Меня учили не столько слушать себя, сколько слушать долг. Мои решения были не "моими" до тех пор, пока я не заслужил право самому решить — после долгих лет службы.       — Тебе не было страшно так жить? — сочувственно спросила Ханна. Он пожал плечами, уже не так уверенно:       — А как иначе? Это почётно — продолжать линию. Стыдно — подвести. Те, кто пытается противиться, вроде как вредят всей семье.       — Но теперь ты ведь сам делаешь выборы, — мягко заметила Ханна. — Ты нужен миру не потому, что так решили твои родители, а потому, что решаешь ты. Он остановился, глядя на тряпку в руках:       — С Марго… Точнее сказать после встречи с ней все стало в моей жизни иначе. Меня называют правильным, но на самом деле я не столь правильный. - он положил тряпку.       — Тебе это по силам.— уверенно кивнула Ханна. — Главное — помнить, что иногда старые традиции мешают жить по-настоящему. А то что там говорят это не главное, главное ты сам. Они переглянулись, и Спаратус впервые за вечер улыбнулся по-настоящему:       — Спасибо, Мисс Шепард. Вы умеете направить в нужную сторону… чтоб без лишнего морализаторства.       — Просто привыкай: у людей всё страннее, чем кажется снаружи, — улыбнулась она, нежно хлопнув его по плечу. После уборки, Ханна вышла из кухни, довольная завершением дела, за ней — Спаратус. Он оглядел уставших гостей: Тия громко храпела прямо на кресле, а Софию аккуратно укладывал Крио на разложенный диван — заботливо прикрывая его пледом. Лиан куда-то исчез, возможно, отправился на виртуальные просторы своей любимой игры или просто на свежий воздух. Марго появилась из детской в уютном халате Ханны, волосы всё ещё влажные после душа. К ней подошла Ханна спросив тихо — "Где Джон?" — Марго ответила, что он ушёл в пальню отдыхать. Немного растерянная, Ханна направилась к свою спальню. Марго осталась на месте смотря как Ханна пропала в спальне к ней подошёл Спаратус очень тихо:       — Пойдём на балкон? Небо сегодня удивительно чистое. Марго с интересом согласилась — ведь ей всегда нравилось проводить время под ночным небом, особенно после шумных праздников. Они вышли на просторный балкон, выложенный серыми плитками, с парой мягких кресел из тканей с оранжевыми подушками и невысоким столиком. На перилах — старые бумажные призраки и миниатюрные гирлянды-тыквы. В воздухе чувствуется лёгкий холодок — осенний, свежий, лёгкий ветер. Отсюда открывается вид на ночную город: огни высоких домов с маленьким парком отражался через электронную сетку, а над облаками сияют звёзды. Слева виднеются пролеты прочих балконов, кое-где мерцает свет, тихо звенит музыка. Внизу — плавно движутся аэрокары, чьи огоньки парят как светлячки. Спаратус присел на руку балконного кресла, Марго — на другой, после указанний в планшете указав такие пункты на застекления, и потемнение между помещением и балконом.       — И что дальше? — негромко спросила Марго, проводя взглядом по небу что был виден виден через стекло как и через сетку. — Когда все миссии закончатся, исследования будут завершены. Ты думаешь о жизни… потом? Спаратус задумался, всматриваясь в земные звезды.       — Я привык, что всю жизнь мне диктовали путь: служба, долг, достижения. А теперь, рядом с тобой… иногда задаюсь вопросом: неужели можно просто выбирать?       — Можно, — улыбнулась Марго, обвив халат потуже. — Сколько всего ещё впереди. Можно отдыхать, можно — создать что-то новое: бизнес, научную команду. Хоть свою ферму под Марсом открой.       — Ферму… — тихо рассмеялся Спаратус, — для турианца это что получить удар лбом от крогана.       — Почему? На столько все сложно?       — Как сказать. Турианцы в основном делают так посадили первый раз и оставляют на этом месте. У нас в Палаване сложно найти землю для посевов. А ты хочешь открыть что-то своё?       — Я бы хотела лабораторию. Или, может быть, помогать таким как Джейн — учить, передавать опыт. Ну или путешествовать — видеть миры не как капитан, а как обычный человек. Они замолкли: слышно, как где-то за окном мелко звенит дождь.       — А как насчёт семьи? — робко спросил Спаратус. Марго посмотрела на него с шоком. Она замолчала на очень долгое время смотря то на звёзды, то на парк.       — Семья — это там, где тебя принимают. Неважно, кто рядом: родные или те, кого ты выбрал сам. Я не требую невозможного… но если мы вместе — значит, мы и есть семья. — решил Спаратус подбодрить.       — Я знаю. Просто... Иногда я боюсь, что… я никогда не оправдаю ожидания, — тихо на выдохе добавила она. Словно она погрузилась в воспоминания. И то что она сказала прозвучало так ему знакомо.       — Если говорить честно мне нравится как мы живём. Но... порой я думаю что мне мало квартиры. Я хочу гулять с тобой, ходить куда захотим, как сегодня. Но зная что в Цитадели тебя каждый знает это печалит. Они долго сидели на балконе, наблюдая, как город засыпает. Присев на край балкона, Спаратус вдруг неожиданно для себя самого, спросил, глядя поверх огней прямо в небо:       — Марго... а ты когда-нибудь серьёзно думала о ребёнке? О том, чтобы стать матерью? Марго ещё больше удивилась данному вопросу, чтобы скрыть растерянность, но вопрос застал её врасплох. Она торопливо спрятало лицо от него. Спаратус чуть наклонился ближе, мягко коснулся её плеча. Она вернулась словно от удара.       — Прости, не хотел напугать. Я… просто задумался после разговора с Ханной. Она сказала, что семья — это не только кровь. И если...       — Это Ханна тебя на это надоумила. Боже... — она стала тереть лоб. — Слушай я... Давай данный разговор на том что... Мне нравится то как мы живём... Спаратус видел она не хотела ему в чем-то сознаваться, её что-то пугало или печалило. Протерев глаза, наконец отдышавшись.       — Я… если честно, до сих пор не думала так далеко. Я всегда полагалась на сегодняшний день — экспедиции, друзья, заботы команды... Но рядом с тобой — да, иногда представляла. Иногда… просто боялась даже говорить тебе о таких мыслях, чтобы не сделать тебе больно. Я боюсь… что я не справлюсь, — тихо проговорила она. — Я первое время с Джейн шугалась и представляла всякое... Спаратус задумчиво посмотрел на неё, он прикрыл своей ладонью её что лежало на животе:       — Я тоже боюсь. И это свойствено каждому. Но теперь думаю, может быть, не всё решено заранее. Может, наше будущее не только о том, что прописано в крови, в уставах, но и в том как мы хотим жить и с кем. Настоящий путь — весь в этих вечерах, разговорах, шансах быть рядом. Если однажды ты решишь, что так лучше — быть семьёй для того, кто потерял свою, я… я готов стать частью этого шага. Вместе с тобой. Марго ещё немного отошла от неожиданного разговора, смотря на звёзды, улыбнулась и прижала его руку к груди.       — Тогда навсегда будем выбирать вместе, обещаешь?       — Обещаю, — просто ответил Спаратус. И над балконом впервые за ночь воцарилась тишина, наполненная чем-то новым и очень личным. Марго глубоко посмотрела Спаратусу в глаза, и на её губах появилась лукавая улыбка. Она медленно поднялась, подойдя ближе, чувствуя, как между ними будто искрит воздух. Сев на его колени, Марго обвила его за шею, и их взгляды встретились на мгновение, долгим, тёплым взглядом — в нём было всё: и обещание, и уверенность, и нежность.       — Раз и порешили можем заниматься нашим любимым делом.— чуть слышно прошептала она. Она мягко прижалась к нему всем телом, даря тепло уверенного прикосновения. Она начала двигаться, тереться об его штаны там где он начинал пульсировать. Она издавала свои мычания удовольствия рядом с его ухом. Спаратус на мгновение замер, давая своей отдаче сдержанности и долгу уступить место искренним чувствам. Заметив как халат стал спадать с ее плеч он увидел оставленные им же метки — его укусы. Что она принадлежала ему. Опустив взгляд к её груди. Спаратус осторожно провёл ладонью по её одной груди. Марго прижалась к нему ощущая как его мощная рука сейчас касается ее. Посмотрев на него она прикоснулась губами к его ротовым пластинам. Он крепко обнял Марго, чувствуя биение её сердца, такое быстрое и родное. Она тронула его щёку, легко скользя пальцами по рельефу его брони и кожи, и прижалась в поцелуе — тёплом, живом, по—человечески настоящем. В этом поцелуе было всё: прошлые страхи, недавно снятое напряжение, желание быть ближе и выбрать друг друга — здесь, сейчас, искренне, на чистом доверии. Спаратус осторожно провёл другой ладонью по её спине, ощущая под пальцами каждую неровность, каждый шрам — следы оставленные им. Он впервые за долгое время совсем отпустил страхи, позволяя себе наслаждаться этими моментами без оглядки на традиции или предписания. Прервав поцелуй, Спаратус опустил голову, его язык скользнул по её груди, шершавый и невероятно чужой, но от этого — ещё более возбуждающий. Марго закусила губу, пытаясь заглушить стон, когда он обвил её сосок, сжимая его, играя с ним, заставляя её тело дрожать.       — Тише… — прошептал он, но сам не останавливался, продолжая ласкать её с хищной методичностью. Она выгнулась назад, её пальцы впились в его плечи, но он тут же вернул её на место, не давая убежать от его ласк. Его когти слегка впивались в её плоть, оставляя едва заметные следы, и от этого её стоны становились громче, несмотря на риск быть услышанной.       — Марго… — его голос звучал хрипло, почти рычаще. — Ты сводишь меня с ума. Её пальцы скользнули вниз, к его брюкам, и резким движением расстегнула ширинку, освобождая то, что так долго жаждало её прикосновений. Спаратус резко втянул воздух, когда она, не медля ни секунды, опустилась на него, с силой вбирая его в себя. Губы её дрогнули, сдерживая громкий стон, но он всё равно вырвался — тихий, прерывистый, потерянный в шепоте ночи. Она прижалась к нему всем телом, чувствуя, как его руки впиваются в её бёдра, помогая ей двигаться. Первые движения были медленными, почти нерешительными, но с каждым мгновением её ритм ускорялся, становился жаднее. Она терлась о него, издавая тихие, сдавленные звуки удовольствия прямо у его уха, и каждый её вздох заставлял его сжимать её ещё сильнее. Она отвечала страстными движениями бёдер, ускоряя ритм, чувствуя, как напряжение в ней нарастает. Где-то вдали ещё звучали голоса, шаги, но они уже не имели значения. Всё, что существовало сейчас — это они, их тела, их дыхание, смешивающееся в едином порыве. И когда волна накрыла её, она прижалась к нему, заглушая свой крик в его шее, а он, не сбавляя темпа, довёл её до края ещё раз, и ещё, пока она не начала умолять — то ли остановиться, то ли не останавливаться никогда. Тепло балкона сменилось покоем — вдвоём, уставшие, но счастливые, Марго и Спаратус долго молчали, просто держась друг за друга. В их объятиях было не только желание, но и важное понимание: что все самое серьезное уже решено. Спаратус первым нарушил тишину, его голос звучал твёрдо, но мягко:       — Марго… После всего, что было, я больше не хочу жить полумерами. Я уйду из Спектров. Буду рядом. С тобой. Всегда. Марго чуть улыбнулась, уткнувшись в его плечо.       — Знала, что рано или поздно ты сам это скажешь. Я… тоже на пороге перемен. Мне осталось еще немного и подам последние материалы по Организации, разоблачу их, выполню свой долг… А потом — вместе. Дом. На Цитаделе. Они взялись за руки, будто запечатывая секреты собственной судьбы:       — Обещай… что если станет сложно, ты не уйдёшь, — прошептала Марго. Спаратус притянул её к себе, с такой нежностью, какую редко показывал:       — Я не уйду. Никогда. Ты — мой выбор. Моя семья. Мой смысл. Прошу — тоже не бросай меня. Ночь сгущалась вокруг них, словно бархатный занавес, скрывающий их страсть от посторонних глаз. Воздух был наполнен жаром их тел, смешанным с прохладой вечера, а где-то внизу, в туманной дымке города, мерцали огни, будто подмигивая их тайне. Марго прижалась к Спаратусу, её пальцы впились в его плечи, а губы дрожали от сдерживаемых эмоций.       — Я не хочу, чтобы это заканчивалось… — прошептала она, её голос звучал хрипло, почти надтреснуто. Он ответил не словами, а движением — мощным, глубоким, заставившим её вскрикнуть. Его руки обхватили её бёдра, прижимая её к себе ещё сильнее, будто боясь, что она исчезнет.       — Это не закончится, — его голос был низким, насыщенным обещаниями. — Никогда. Она закинула голову назад, чувствуя, как волны удовольствия накатывают снова и снова.       — Клянись… — её пальцы скользнули по его лицу, касаясь ротовых пластин. — Клянись, что не уйдёшь. Что не оставишь меня одну. Спаратус приподнялся, его глаза горели в темноте, как угли.       — Ты — моя, — прошептал он, и в его голосе звучала не только страсть, но и что-то большее. — Моя семья. Мой дом. Я не уйду. Ни за что. Она ощутила, как её сердце сжалось от этих слов.       — Я люблю тебя, — вырвалось у неё, и она сама удивилась, насколько легко эти слова сошли с её губ. Он замер на мгновение, будто поражённый, а затем притянул её к себе, сливая их тела в ещё более тесном объятии.       — И я тебя, — его язык коснулся её шеи, горячий и влажный. — Больше, чем ты можешь представить. Их ритм стал медленнее, но глубже, каждый толчок — как клятва, каждое движение — как обещание. Марго чувствовала, как её тело напрягается, приближаясь к краю, но она не хотела, чтобы это заканчивалось.       — Я не могу… — она застонала, цепляясь за него.       — Лети, — прошептал он ей на ухо, и его голос был как приказ, как молитва. — Я с тобой. И она полетела — в вихре ощущений, в огне его прикосновений, в море его слов. Её тело содрогнулось, а губы впились в его плечо, заглушая крик. Спаратус последовал за ней, его рычание потерялось в ночи, а руки держали её так крепко, будто он боялся, что её унесёт ветром. Когда волны удовольствия отступили, они остались лежать, сплетённые в объятиях, их дыхание постепенно выравнивалось.       — Мы остаёмся вместе, — прошептала Марго, уже не спрашивая, а констатируя.       — Всегда, — ответил он, целуя её в макушку. И где-то вдали, за балконом, город продолжал жить, шуметь, смеяться. Но для них существовала только эта ночь. И их будущее, которое начиналось прямо сейчас. Пока балкон утопал в тёплых объятиях, по другую сторону здания в тени стояла неизвестная женская фигура. Затаившись за стеклянной колонной, наблюдая — в её взгляде горела искорки и восторженность тому что происходит. Она достала из кармана телефон, быстро набрала номер продолжая смотреть:       — Что? - по другую сторону трубки ответил мужской голос.       — Вы просили передать что-то интересное. - она посмеивалась с того что видит.       — Ну, и что там? - голос стал холодным и режущим.       — Она занимается… спариванием с турианцем. И, кажется, весьма… интересно, босс. На той стороне звонок резко прервался. Мужчина, не сдержавшись, сжал телефон так, что тот треснул — осколки впились в ладонь, хлынула кровь. Он процедил сквозь зубы, глядя куда-то вдаль:       — Зря ты посмела другому себя трогать, Маргоша. Моя драгоценная лисичка… В темной помещение его силуэт растаял, оставив холодное предчувствие перемен. После Хэллоуина каждый проснулся в разном состоянии от алкоголя, а Ханна сразу протрезвела заметив как ее халат стал тряпкой, одна из кресел впитала синее выделение от чего Марго сама ее успокаивала из своих денег. Джон смотрел и любовался тем как его жена глазами ругала Марго. Но вывод был один у каждого праздник удался. Спустя время. Корабль мягко коснулся посадочной платформы, и привычная процедура проверки началась снова. Лиан, не отрывая пальцев от консоли, в очередной раз подменил идентификаторы, делая экипаж "чисто человеческим" в глазах сканеров Альянса. Дариус, как всегда, стоял у трапа с беззаботной улыбкой, готовый завалить проверяющих ненужными деталями.       — А это что за оборудование? — хмурый лейтенант ткнул пальцем в подозрительный модуль.       — О, это новый термостат для кофе! — Дариус широко улыбнулся. — Хотите протестировать? Говорят, теперь даже дегидрированная бурда из наших запасов будет на вкус как свежесваренная! Лейтенант фыркнул и махнул рукой, но его напарница — лейтенант Элли Гаррет — даже бровью не повела. Её острый взгляд скользил по отсеку, выискивая малейшие несоответствия. Лиан, не отвлекаясь, глушил сканеры, стирая следы нелегальных пассажиров. "Ещё пара минут, и они уйдут", — думал он, но тут Гаррет резко повернулась к холодильнику для сверхинертных сплавов.       — А это кто у нас тут? — её голос прозвучал как выстрел. Из-за панели выглянул Балекс, его волуское округлое тело.       — Фамилию, идентификатор и приглашение на борт! — Гаррет уже доставала планшет, активируя протокол нарушения. Дариус вздохнул.       — Ну вот, мы влипли в бюрократическую проблему… Лиан закрыл лицо ладонью. "Всё. Теперь придётся объяснять, почему на корабле Альянса прячется вольус-нелегал." А Балекс, потирая лапкой переносицу, только пробормотал:       — Я же говорил, Фшшш... что холодильник — плохая идея… Фшшш... Гаррет торжествующе подняла бровь.       — Поздравляю, господа. Вы только что заработали себе кучу проблем и большую проверку на все. Команда переглянулась. "Ну хоть не арест…" — промелькнуло у всех в голове. Но Лиан уже мысленно составлял список взломанных баз данных, которые придётся "подправить". Снова.