Гости

Сырой, липкий запах гнили проник в ноздри, вызывая волну тошноты. Тео напрягся, стараясь не дышать глубоко. Он посмотрел на папу с мамой: те спокойно сидели за столом и ели, не обращая внимания на ужасную вонь. А рядом с ними происходило что-то пугающее. Что-то неправильное. Вилки поднимались, зачерпывали еду, ножи двигались, разрезая мясо, но в руках их никто не держал. Ложка зависла на мгновение в воздухе, словно невидимый рот медлил, прежде чем отправить еду внутрь. Слышалось лёгкое постукивание столовых приборов о тарелки, будто за столом действительно сидели ещё несколько человек. Тео почувствовал, как его пульс затрепетал в висках, с каждым ударом становясь всё быстрее и громче. — Не стой столбом, Тео, — раздался голос матери. — Садись рядом с Лили. Её рука указала на незанятый стул, который стоял рядом с ещё одним таким же. Тео, вспомнив недавний разговор с отцом, сел на свободное место, ощущая, как напряжение в воздухе накаляется с каждой секундой, проведённой на кухне. — Мам, пап, я не голоден. Можно я пойду к себе в комнату? На мгновение за столом повисла тишина. Только еле слышный скрип ножа о тарелку нарушал её. — Ты расстроишь наших гостей, — тихо, но отчётливо произнесла мама. — Они так ждали этого ужина. Мальчик открыл рот, собираясь возразить, но в тот же миг что-то холодное и цепкое сомкнулось вокруг его запястья. Словно чьи-то детские, крошечные пальчики, которые были невидимы, но крайне ощутимы. Тео попытался вырваться, но незримая хватка не ослабела даже на долю секунды. Он чувствовал, как запястье начинает ныть всё сильнее и сильнее, пока наконец не услышал: — Достаточно, Лили, наш Тео уже всё понял, — мягко произнесла мама. Хватка исчезла так же внезапно, как и появилась, оставив после себя отчётливый красный след и ощутимую боль. Тео поспешно убрал руку под стол, сжимая запястье. В голове пульсировало одно: сохраняй спокойствие, не выделяйся. Иначе случится нечто ужасное. — Всё в порядке, сынок? — отец улыбнулся, но в его глазах не было тепла. — Ты же не хочешь меня огорчить? Тео молча замотал головой. — Вот и отлично. — Отец повернулся к своей тарелке и принялся скользить ножом по мясу с предельной аккуратностью. Внутри мальчика бушевала буря, но снаружи он оставался совершенно спокойным и безразличным. Невозможно было поверить и принять, как сильно изменились родители с того момента, как Тео подслушал их разговор и вышел в коридор. Они больше не были теми людьми, которых он знал. Теперь они казались пустыми, как куклы — бездушные оболочки, играющие роль идеальной семьи для этих «Хендерсонов». Взгляд Тео невольно остановился на пустом стуле, где сидела «Лили». И в голове тут же мелькнула мысль: «А что если...» Он схватил телефон, включил его экран и стал делать вид, что отвечает на непрочитанное сообщение. — Ох уж эти мессенджеры, — произнёс Тео с невольной улыбкой, скрывая тревогу в собственных глазах. Однако вместо того, чтобы скользить по экрану мессенджера, его пальцы открыли приложение «Камера». Он незаметно направил телефон в сторону пустого стула, и то, что он увидел, пробудило в нём настоящий, животный ужас. Он едва сдержал крик, чувствуя, как железная хватка страха пронзает его грудь. Экран смартфона показывал нечто, что могло бы родиться лишь в самых тёмных уголках воображения художников-сюрреалистов. Высокая, истощённая фигура с руками, которые вытягивались далеко за пределы человеческих пропорций, и с пальцами, тонкими и детскими, словно кукольными. Рёбра, отчётливо выступающие под кожей, которая была не просто бледной — она была мёртвой, лишённой всякого цвета. Глаза, глубоко впалые, казались пустыми, а огромный рот был переполнен тонкими зубами, напоминающими иглы, которые росли в несколько рядов, заполняя всю челюсть. На месте носа зияла лишь глубокая впадина, пустота. Телефон едва не выпал из рук мальчика.