Истории

      Сетос любовался ею. Сначала, издалека, а потом, подбираясь всё ближе. В Кандакии всё казалось ему дивным, почти божественным. Начиная от тёмных волос с необычными глазами, и заканчивая лёгкой, практически бесшумной походкой. Сетос прекрасно знал, что Кандакия только кажется нежной и беззащитной. На деле же она была подобно цветку дикой пустыни — её сила воли поражала. Хотелось подчиняться ей. Всегда и во всём.       И вот сейчас, лёжа под ней, Сетос понимал — ей достаточно просто взглянуть, и он подчинится. Он уже ей подчинился. Женщина, на которой была лишь полупрозрачная накидка на обнажённое тело, казалась ему нереальной. Прямо как те самые богини, про которых он слышал от самых разных людей.        — Ты такой тихий, — тонкие пальцы провели по тяжело вздымающейся груди. — Мне начинать беспокоиться?        — Нет, — Сетос с улыбкой качнул головой, — я просто любуюсь тобой, моя богиня.       Кандакия заглянула ему в глаза. На её губах играла лёгкая улыбка. С губ слетел тихий смех, похожий на шуршание песка. Сетос обожал его. В этот смех нужно было вслушиваться, уловить тонкие смены настроения. И он обожал это. Вот, например, сейчас он был практически на сто процентов уверен, что его любимая была более чем довольна его комплиментом.        — И когда ты только стал таким романтичным, м? — женщина коснулась его подбородка.        — С тех самых пор, — он перехватил её руку, касаясь губами горячей кожи, — как был очарован тобой.       Кандакия вновь рассмеялась, прикрывая свободной рукой рот. На её щеках проступил нежный румянец. Сетос улыбнулся шире. Слушать её смех было для него лучшей наградой.        — Люблю тебя, ты знаешь? — она нагнулась к нему.        — Знаю, — не без тени самодовольства улыбнулся Сетос. — И так рад этому!        — Льстец, — она прикоснулась своими губами к его губам.       От неё пахло цветами пустыни и совсем немного воском. От этого запаха у парня кружилась голова. От этого запаха он чувствовал себя дома.       Их языки переплетались в танце. Сетос мягко гладил бёдра Кандакии, пока её руки слегка щекотали его живот и грудь. У Кандакии нежные, мягкие руки. Никогда и никто не сказал бы, что она держит в них копьё и щит. Женщина оттянула нижнюю губу парня, выбивая из горла стон. Сетос прекрасно знал — если Кандакия кусается, значит, она разошлись. Остановить её вряд-ли получится. Впрочем, Сетос и не собирался.       Оторвавшись от его губ, защитница деревни Арау прикусила мочку его уха. Руки жреца Храма Молчания перешли на упругие ягодицы. Кандакия над ним равно задышала. От поцелуев и прикосновений кружилась голова. Сильные пальцы мяли упругую ткань. Нежные и тонкие пальцы очерчивали грудь, порой задерживаясь на груди. Это было самое большое счастье — просто растворяться друг в друге и никуда не спешить. Казалось, в этом мире больше нет никого, кроме них двоих.        — Ты позволишь мне дарить тебе удовольствие этой ночью? — шёпотом поинтересовался парень, проходясь руками по её обнаженной спине.        — Разумеется, — она коротко поцеловала его в губы, — мог и не спрашивать, дурачок.       Сетос улыбнулся шире. Подхватив свою богиню под бёдра, он осторожно перевернулся, меняя их местами. Кандакия часто сама брала инициативу, прыгая на его члене, как безумная. Однако сегодня Сетос хотел подарить ей новое, незабываемое ощущение. Женщина заинтересованно наблюдала за ним из-под опущенных ресниц. Сухие губы коснулись пышных бёдер. Сетос на мгновение зажмурился. Запах женщины кружил голову, и он тыкался в мягкую кожу, точно слепой котёнок. Пальцы Кандакии зарылись в его пышные волосы. Ей нравилось играться с ними, особенно дёргать на себя, заставляя этого неугомонного мальчишку подчиняться. Губы Сетоса подбирались всё ближе к её лону. Сильные руки придерживали дрожащие бёдра. Кандакия задышала чаще. Её тело поддавалось на ласку, приближаясь. Юркий язык скользнул внутрь. Женщина ахнула. Сетос прижался к её клитору и принялся вылизывать. Вначале он просто осторожно, на пробу, касался языком самых краёв, немного поддразнивая. Однако постепенно ритм менялся. Язык входил всё глубже. Сетос прижимался теснее, удерживая женщину на месте. Наслаждаться нектаром, сочившемся из его богини — высшая радость для него. Запах тела и сока дурманил. Сетос посасывал чувствительный клитор, громко и пошло хлюпая. Кандакия прикусила кисть руки. Её бёдра уже двигались навстречу ласкающему языку. Внизу пульсировало и жгло огнём. Порой она коротко вскрикивала, стоило Сетосу углубить толчки языка. Это было какое-то безумие… И ей это дико нравилось.       Сетос толкнулся глубже языком, царапая слегка бёдра его богини. Он не мог остановиться. Жажда, у него определённо была самая страшная жажда. Сердце ускоряло ритм. Голова шла кругом. Должно быть, именно это люди называют наивысшим счастьем?       Кандакия дернулась. Сладкий нектар обильно потёк из неё. Сетос довольно прикрыл глаза, прижимаясь щекой к её бедру.        — Кто-то очень доволен, м? — женщина рассмеялась хрипло, потрепав его по голове.        — Я всегда счастлив дарить тебе удовольствие, моя богиня, — парень с улыбкой заглянул ей в глаза.        — Ох… — её сердце вновь затрепетало, прямо как в первый раз. — Иди сюда, льстец.       Сетос тут же оказался рядом, отпечатывая на её губах новый поцелуй. На его губах был привкус её сока. Это будоражило. Кандакия чувствовала, как снова возбуждалась. Только с ним она становилась… Такой.        — Когда мы закончим, сыграю тебе на гитаре, — промурлыкал Сетос, слегка отстраняясь.        — Ты и это умеешь? — Кандакия провела руками по его груди.        — Научился у торговцев, когда помогал им пересечь пустыню, — парень с удовольствием прикрыл глаза. — А пока… Не поможешь ли мне немного, моя богиня?       Женщина усмехнулась. Её рука уверенно легла на его член. С губ парня слетел новый стон. Их ночь ещё не закончилась. И Сетос молился, чтобы она никогда не заканчивалась.