Ты станешь моей погибелью, Грейнджер

Ты скрывала свои секреты, в то время как я тебе открыл свои.

В тебе проснулся демон, который, как я думал, уже в прошлом,

Я видел тому доказательство, насквозь пропитанное кровью.

Десять тысяч обещаний, десять тысяч способов проиграть... У тебя было всё, но ты беспечно позволила всему потерпеть крах,

У тебя было всё, и я был рядом с тобой —

Не в силах что-либо сделать...

      Жёлтые и ярко-оранжевые штрихи переплетались между собой. Ободок радужки был чёрным, словно сама тьма. Вертикальные зрачки гипнотизировали, притягивая с невероятной силой. Громкий рык, наполненный треском статического электричества, заставил глаза затрепетать. Невидимые узы затягивали его в черноту зрачков, пока бездна не поглотила полностью. Резкий голос выдернул его из сна. — Малфой! — прозвучало недовольно. Небольшой тычок в бок добавил раздражения. Драко резко открыл глаза, сел и выставил руку перед собой. Он был готов атаковать любого, кто посмел застать его врасплох, даже не успев толком проснуться. Гермиона холодно отстранила его руку от своего лица. Между пальцев Драко мелькали яркие белые искры. — Попробуй только напасть на меня в моём доме, — угрожающе произнесла она. — И я покажу тебе, куда можно засунуть эту руку. — Куда? — хрипло спросил он, оглядываясь. Он был в хижине Гермионы, там же, где заснул накануне. Она сидела перед ним на коленях, строго глядя на него, и снова толкнула в плечо. — Вставай. Ты обещал работать со мной, а сам спишь, будто приехал в отпуск. Гермиона встала и отвернулась, продолжая собираться. На столе остыл чай и стояла плошка с остывшим супом. Драко сел, протирая глаза. Он не помнил, когда в последний раз так глубоко спал. Здесь было тихо и спокойно, без шума за стеной и грохота. Гермиона бросила на него ещё один недовольный взгляд и поднялась. Драко всё ещё сонно жмурился, пытаясь прийти в себя. Казалось, его выдернули из глубокого омута за шкирку и швырнули на раскалённую сковороду. — Догонишь, — сказала она и стремительно выбежала из хижины, оставив за собой вихрь снежинок и ледяной ветер. На улице было темно. Драко выругался, натянул одеяло на голову, а затем вскочил, натянул джинсы и, прыгая на одной ноге, направился к столу. Схватив горсть сухих, отвратительных на вкус ягод, он отправил их в рот. Хоть какой-то завтрак. Быстро накинув мантию, он выбежал за дверь и огляделся. Драко нагнал Гермиону за пару минут. Она шла по свежему рыхлому снегу к роднику. Он схватил её за плечи, обошёл и начал протаптывать широкие следы впереди. Ледяной снег тут же набился в ботинок. Драко закатил глаза. Отлично. Очень бодряще. Гермиона потянула его за руку чуть дальше, там, где были лишь тонкие струи воды. Закатала рукава своей мантии и откинула капюшон, наполняя водой свои ладони и умываясь. По спине Драко пробежали мурашки. Снова эта ледяная вода. С тоской он вспомнил, как Миппи по утрам в детстве для него готовила красивый таз с ромашковой водой и самым мягким в мире полотенцем. — Держи, — сухо сказала Гермиона, протягивая Драко сучок. Он принял его, но с определённой долей скептицизма посмотрел на неё. Гермиона засунула кончик своего сучка в рот, ловко откусила кожицу и быстро размяла его зубами, превратив в подобие… — Хочешь, я привезу тебе десяток лучших зубных щёток? — поморщился Драко. Гермиона, не говоря ни слова, взглядом указала ему на сучок и начала чистить зубы. На вкус сучок был горьковатым с мятным оттенком. Драко пожевал его, как мог, и склонился над раковиной, что образовалась сама собой из-за капель, которые годами стекали по скале, создавая углубление. Он умылся ледяной водой, чувствуя, как воздух выбивает из лёгких, и ополоснул руки. Гермиона терпеливо ждала, пока он повернётся. — Идём. Они спустились на пару футов к тому месту, где, по воспоминаниям Драко, должно было быть озеро. Гермиона остановилась у первого дерева на границе охраняемой территории и вытащила из-за пазухи небольшой клинок с рукоятью из зелёного материала с прожилками и острым чёрным лезвием. Проткнув мякоть большого пальца, она даже не поморщилась и, закрыв глаза, коснулась первого вырезанного из кости амулета на дереве. Драко, следуя за ней, на пятом амулете не выдержал и спросил: — Зачем это? Гермиона резко открыла глаза, словно только сейчас вспомнила, что он рядом. — Кровь хранителя должна регулярно обновляться, чтобы защита оставалась максимальной. Я чувствую связь с каждым местом, которое охраняю. — Твоя халупа и этот, — Драко приподнял брови. — Прудик. — И деревня, — она без эмоций проглотила его насмешку и пошла к следующему дереву. — Там я не обновляла защиту две недели, зная, что барьер будут пытаться прорвать слишком много людей, — нахмурилась она. — Поэтому я тебя не заметила. — А если бы заметила? Что бы ты сделала? Она замерла, повернувшись к нему. — Не спрашивай, если не готов услышать правду. Он молча следовал за ней, пока они не достигли начальной точки. Гермиона повернулась спиной к солнцу, восходящему за её спиной, и медленно опустилась на снег. Лёгкий ветер оседал снежинками на её лице. Драко сел напротив на камень, подперев голову кулаком. Она сложила пальцы на коленях, подняла голову к небу и замерла. Драко ощущал, как от неё исходит энергия, распространяющаяся вокруг, словно солнечные лучи, покрывая озеро и питаясь от него, а затем возвращаясь обратно. Он просто наблюдал, не вмешиваясь. Когда она закончила, то посмотрела на него. — Не думала, что ты не попытаешься что-то испортить. Драко прищурился. — Я терпелив. — Отлично, потому что я изначально не просила тебя оставаться. А теперь ты обязан быть со мной до пятнадцатого дня. Драко только сокрушённо вздохнул. Как будто у него был выбор. Если это успокоит её, то он готов выслушать от Поттера лекцию о том, какой он безответственный, и сколько седых волос это стоило герою войны. Они аппарацией спустились в деревню, где жизнь больше не кипела, а мягко струилась. Из каждой трубы поднимался дым, принося ароматы еды. Гермиона остановилась в тени дома и резко свистнула. Драко удивлённо посмотрел на неё, но из небольшой группы людей отделилась фигура в длинном голубом одеянии. Луна, с длинными волосами, заплетёнными в косу, несла корзинку. — Доброе утро, — приветливо улыбнулась она Драко, который коротко кивнул. — Ничего необычного не заметила? — сразу спросила Гермиона, впиваясь в неё взглядом. — Нет, все обычные люди. — Хорошо, — кивнула Гермиона. — Тогда запечатываю. Она направилась к деревьям, проходя мимо домов. Подойдя к одному из них, Гермиона проткнула палец кинжалом, как сделала это у озера. Драко поморщился. — Я принесла золотые рулетики, хочешь попробовать? — спросила Луна с интересом. Драко молча протянул руку. Ягоды оказались даже хуже, чем он ожидал. В его руке оказался поджаренный до золотистой корочки брусочек в тонкой бумаге. Он откусил кусок. Внутри был рис с пастой из какой-то незнакомой еды, абсолютно безвкусной. — Это бобы, — мягко улыбнулась Луна, заметив его гримасу. — Очень полезно. — Я понял. Всё, что едят китайцы, очень полезно. Удивительно, как они вообще живут так долго, питаясь этой дрянью. Луна рассмеялась, как и он, откусив свой брусочек. Гермиона шла впереди, иногда касаясь окровавленным пальцем белых фигур на деревьях. Гермиона остановилась и приняла от Луны свою порцию, поблагодарив кивком головы, и задумчиво посмотрела на неё. — Ты не останешься? — уточнила она. — Нет, раз у тебя есть компания, то я поеду. Всё равно я сделала всё, что хотела, — улыбнулась она. — Не ждите меня на фестивале фонарей. — Спасибо, что приехала, — Гермиона обняла её, крепко сжав в объятиях. — Когда теперь будешь проездом? Её глаза весело сверкали, и она посмотрела на Драко, отвечая Гермионе. — Не думаю, что здесь смогу тебя найти. Встретимся в другом месте и в другое время, — она помахала Драко кончиками пальцев и, коснувшись заткнутого за пояс древка, растворилась в снежинках. — Почему все всё решают за меня? — чуть задумчиво обратилась в никуда Гермиона. Её брови были нахмурены. — Не одной же тебе решать за других, — усмехнулся Драко и обвёл взглядом вокруг себя. — Загадочные ритуалы закончены? Я представить себе не могу, что мы будем делать здесь целых две недели. — Охранять людей, — ответила Гермиона мрачно. — Яогуаи, напуганные вчерашним салютом, не прочь полакомиться свежими мыслями и телами, как только всё уляжется. Нам нужно не пустить людей в леса и особенно к озеру. А оно будет манить их. Драко нахмурился, глядя на неё. Она, кажется, говорила серьёзно. — Грейнджер, это всего лишь маглы. Ты не можешь спасти всех. Кто хочет умереть, умрёт, несмотря на твои усилия. — Я не хочу этого допускать. За то время, пока здесь жил Вейж, в деревне не было ни одной человеческой жертвы. Китайцы верят, что их деревню охраняет божество. Что здесь абсолютно безопасно. Поэтому они приехали сюда со всех концов Китая. Она отвернулась и, выйдя за границу амулетов, направила световой луч в дерево. Едва заметный щит распространился от края леса и поднялся вверх, образуя купол над деревней. Драко почувствовал, как у него слегка заложило уши. — Божество? — спросил он, встретившись с ней взглядом. — Богам строят храмы, восхваляют их и приносят дары. А ты? Отдаёшь свою жизнь, но тебя так никто и не узнает. — Они думают, что это Чэнхуан, — лишь мельком взглянув на него, ответила она. — Собираются построить храм в его честь на пожертвования. Он подошёл к ней, возвышаясь над Гермионой. Ей пришлось поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Ещё больше людей. Ещё больше охраны, — в его голосе сквозило негодование. — Ещё больше ответственности. Ты и так на пределе. Как ты можешь защищать их, если тебе самой нужна помощь? Гермиона холодно посмотрела на него. Внутри него что-то сжалось и замерло. Она отвернулась и бросила через плечо: — Я сильнее, чем ты думаешь. Она исчезла в вихре снега, оставив его одного. Драко выругался. Он нашёл её через десять минут по потоку энергии. Она снова сидела у большого камня, окружённая ликорисами, и медитировала. Её Ци осторожно ощупала его, когда он подошёл ближе. Её закрытые веки трепетали. Драко остановился у дерева, прислонившись к нему боком, отломил ветку и задумчиво её сломал. — Сколько ещё ты будешь жить в этой временной петле, которую сама создала? — спросил он, глядя на её прямой стан. — Я уже отвечала на этот вопрос, — ответила она, не отрываясь от медитации. — Да, я помню, но мне интересно, что ты будешь делать, если упадёшь и сломаешь ногу, — продолжил Драко, сохраняя холодный тон. — Когда наконец простудишься из-за постоянного холодного душа. Когда подхватишь вирус. Когда что-то выйдет из строя в твоём организме. Здесь тебе никто не поможет. Даже если китайцы построят храм несуществующему богу. — Я справлюсь сама. — Если ты сможешь аппарировать, — продолжил он с лёгкой горечью в голосе. — А если Луны не будет целый месяц? Как она себя почувствует, когда найдёт тебя? Он замолчал, но слова так и повисли в воздухе. Гермиона смотрела на него с немым укором. Они оба понимали, что он хотел сказать. Его взгляд упал на камень в центре опушки. Он кивнул в его сторону. — Он не смог, — тихо произнёс он. — Почему ты думаешь, что у тебя получится лучше? Она резко поднялась, волосы взметнулись, а глаза вспыхнули синим пламенем. — Потому что он стал слабым из-за меня! Я виновата в его смерти. Я сделала его менее осторожным. Я просила его меньше заботиться о защите. Это мой долг, — крикнула она. — Кем бы ни был тот убийца, он пришёл за ним, а не за озером смерти или жителями деревни. Ему даже не нужна была ты, — спокойно сказал Драко. — Поверь, я внимательно изучил воспоминание, что ты мне оставила. Ты точно не была причиной его смерти. В её глазах блестели слёзы, а пламя бессильной ярости почти угасло, оставив лишь синие отражения в зрачках. — Это просто традиция, которая больше не нужна. Возможно, когда-то озеро было опасным, но раз даже монастырь здесь исчез, то и нам здесь делать нечего. Если твой учитель искал утешение в этом месте, то тебе точно не стоит идти по его пути. — Ты обещал остаться со мной, — она поджала губы. — Я не отказываюсь от своих слов, просто делюсь мыслями. Я всегда честен с тобой. — А доверяешь ли ты мне? Он внимательно посмотрел на неё. — Нет. Гермиона поднялась на ноги. — Это верное решение. Дни ускользали незаметно. Драко просыпался за час до рассвета, готовясь к новому дню с Грейнджер. Рутина проникала в него сквозь поры кожи, словно яд, разъедая внутренние органы. Скудный рацион, который она ему предлагала, не давал достаточно сил. Он покупал в лавке внизу еду, которая хотя бы выглядела съедобной, и готовил из неё. Ночами засыпать становилось всё труднее. Вой за пределами опушки не стихал. Китайцы следовали своему календарю и, вопреки опасениям Гермионы, не покидали своей деревни. А вечер они коротали за тихими разговорами у очага. Гермиона монотонным голосом рассказывала ему о традициях и важности каждого дня. Самое странное для него было то, что он не мог прикоснуться к ней. Она была так близко и так далеко. За исключением случая под водопадом, когда они вместе мёрзли, она больше не касалась его без необходимости. Только передавала тарелку или аппарировала вместе с ним. Под бесформенными халатами он помнил её изгибы и мысли, которые они вызывали. Но она не смотрела на него. Если она вернётся с ним, какой будет их жизнь? Сможет ли он вечно ходить на расстоянии вытянутой руки, не тревожа её сердце, душу и тело? Драко сглотнул, когда она заметила его взгляд. — Они сегодня особенно голодны, — сказала она, предупреждая его. — Нам, скорее всего, придётся ночевать снаружи, охраняя деревню. — Хочешь стать демоническим ужином? — взглянул на неё Драко с ухмылкой. — Не хочу, чтобы им хоть кто-то достался на ужин, — ответила она, не теряя серьёзности. Чуть закатив глаза, Драко быстро собрался, рассовывая зелья по карманам. Не факт, что они им понадобятся, но идея идти в тёмный, зимний лес его совсем не радовала. Однако спорить с Гермионой было бесполезно: она уже вооружила пояс множеством коротких, но острых ножей. Гермиона прикусила палочку, ловко заплетая длинные волосы в жгут и закрепляя его на макушке. Она одёрнула короткое ханьфу, которое надевала поверх штанов, чтобы оно не задиралось. Она протянула ему два длинных клинка, что он закрепил за поясом, и они вышли за дверь, чтобы аппарировать вниз. Здесь было значительно теплее, чем наверху. Благодаря дыму и теплу из домов, снег растаял, превратившись в серую грязь. Деревня спала, окутанная тихим дымом, который поднимался над остроконечными черепичными крышами. Во многих окнах на подоконниках горели красные бумажные фонарики. У каждого порога были прибиты их старшие братья — такие же фонари, но большего размера. В каждом из них мерцал одинокий огонёк. — Обереги, — тихо подсказала Гермиона. — Надеются, что сегодня их не тронут. — Пустим всё на волю судьбы? — с лёгкой улыбкой спросил Драко, но, увидев её недовольный взгляд, усмехнулся. — Ладно, зря что ли готовились? Замерзающий туман обволакивал ноги и тянул их назад. Гермиона шла вдоль деревни, обходя деревья и проверяя амулеты. Драко следовал за ней. Вдруг раздался вой. Гермиона подняла голову. — Всего один, — посмотрел на неё Драко, стараясь успокоить. — Ничего страшного. Но тут же до них донеслись ещё два воя — справа и слева. Вой и стоны слились в единый мотив. Драко быстро прикрыл Гермиону собой, пригибаясь к земле. В правой руке он держал клинок, а левую поднял для атаки. Из тени медленно выплыла огромная, уродливая морда. На ней ярко выделялись глаза, которые светились жёлтым светом. Вертикальные зрачки не двигались, уставившись прямо на них. Послышался скрежет, напоминающий рычание. — Чёрт, — выругалась Гермиона. Она сделала что-то за спиной, быстро говоря на неизвестном Драко языке. Он успел заметить, как над деревней замерцал щит. — Ещё не поздно сбежать, — шепнул он. — Не со мной, — ответила Гермиона. Она встала рядом с ним справа. — Это детёныши. — Какая прелесть, — усмехнулся Драко с сарказмом. — Мамочка отпустила их погулять одних? Лунный свет, пробиваясь сквозь ветви обледенелых деревьев, играл на снегу. Глаз становилось всё больше, они окружали их полукругом. — Мои слева. Твои справа, — коротко бросила Гермиона. Она уже пригнулась, выставив одну руку вперёд. Драко с вызовом посмотрел на макушку Грейнджер, смех сам собой вырвался из груди. — Чёрта с два я позволю тебе вести в счёте, — улыбаясь, ответил он. — Я дам тебе убить одного или двух, но на большее не рассчитывай. Сначала надо увести их отсюда. — Маглы не услышат. Они под пологом. Не думаю, что они даже проснутся. Теперь, помимо ярко-жёлтых глаз, был виден нос с большими ноздрями. Широкая пасть напоминала кошачью и лягушачью одновременно. Вместо ушей торчали тяжёлые вихры шерсти, которые блестели в лунном свете. Лапы были крепкими, как у основательного стола. Хвост с кисточкой на кончике нервно подрагивал. Шерсть была тёмной, с белыми и тёмно-оранжевыми пятнами. Яогуай наклонил голову к земле, принюхиваясь и поднимая клубы снега. Тяжёлая лапа ступила ещё ближе, и раздался треск снега. Драко закрыл глаза, позволяя Ци полностью овладеть собой. Она пробегала по его телу, наполняя каждую клетку силой, а грудь — возбуждённым дыханием. Драко слегка улыбнулся. Вот где можно наконец полностью расслабиться. Он аппарировал прямо перед первым чудовищем, не касаясь его, и пронзил его первой вспышкой, которая возникла из центра его ладони. Существо успело издать визг и умолкло. Нож метнулся к другому, который попытался прыгнуть сбоку. Потоком воздуха, который послал не он, третьего откинуло в сторону. Драко оглянулся. Тем временем Гермиона сомкнула два валуна, размозжив голову демону, и бросилась, как стрела, на спину другого. Один за другим короткие ножи вонзились в голову, пробив череп, и существо упало замертво. Драко приоткрыл рот от восхищения, чувствуя, как кровь устремилась к паху. Это было самое сексуальное, что он видел. Гермиона откинула волосы, выбившиеся из пучка, и бросила на Драко испуганный взгляд. — Драко, сзади! — крикнула она. Он успел выхватить второй клинок, но его сбило с ног. Лапы прижали его к снегу, а лезвие оказалось в пасти, упираясь в челюстные кости. Драко с трудом пытался оттолкнуть его, руки дрожали. Длинный шершавый язык скользнул мимо лезвия и коснулся его щеки. Жёлтые глаза остановились на нём. Чудовище урчало от удовольствия, предвкушая вкусную добычу. Лицо обдавало зловонное дыхание. — Ты бы хотя бы зубы почистил, — хрипло бросил Драко, морщась от отвращения и с силой отталкивая существо. Он пнул его ногой в живот, и демон заскулил, ослабив хватку. Драко оттолкнул его, используя вес тела, и тот упал на спину. Драко навис над ним, продолжая давить лезвием на его пасть. Пасть демона начала трескаться, разрывая плоть. Он мельком оглянулся, чтобы посмотреть, чем занята Гермиона, и наткнулся на её напряжённый взгляд. Она только что прикончила очередного демона и кивнула ему с облегчением в глазах. Череп с противным, хлюпающим звуком раскололся на две части. Драко вдруг понял, что никто больше не атакует их. Белый снег был покрыт чёрными пятнами крови и подтёками. Вокруг царила тишина. Серые облака скрывали лунный диск. В воздухе висел тяжёлый запах крови, затруднявший дыхание. Яогуаи беззвучно отступали, образуя полукруг вокруг незнакомого существа. Оно было ниже их ростом, но выделялось среди остальных. Драко внимательно смотрел на чудище, застывшее на задних лапах. Его тело, покрытое серебристой шерстью, напоминало смесь звериного и человеческого. Длинные лапы, резкое, будто сломанное тело с впалым животом и торчащими рёбрами. Острая пасть с множеством зубов блестела в свете, голубые светящиеся глаза прищурились, а уши с кисточками повернулись в их сторону. Голова наклонилась, изучая их с почти человеческим интересом. — Разумный? — шепнул Драко, глядя на Гермиону. Она покачала головой, не отрывая взгляда от чудища. — Отчасти. Старший демон, — шепнула в ответ она. — Мать, которую ты искал. Она их создаёт. Прищур голубых светящихся глаз чуть опустился вниз, смотря на поверженные туши своей стаи. Лапа, так сильно походящая на человеческую, провела когтями, царапая один о другой, и тела растворились в голубоватой дымке, что втянулась между рядами обступивших его яогуаев и вошла в зрачки, растворившись в них. На снегу осталась только чёрная кровь. — Ест их? — с отвращением и удивлением прошептал Драко. — Нужно не дать ему добраться до них. — Значит, не оставлять ничего. С тихим шелестом лап демон отдал приказ. Три яогуая с рыком бросились вперёд. Драко рассёк первого клинком, чувствуя, как лезвие легко отделяет плоть. Тело зверя с хрустом упало за его спиной. — Они не дадут ей добраться до него, — крикнула Гермиона. Она резко оттолкнула одного из монстров потоком воздуха. Яогуай, пролетев назад, с грохотом врезался в сосну, которая рухнула на соседнее дерево. По лесу прокатился громкий хрустящий звук. Драко опустил руку, проверяя разряд молнии между пальцами. Мысленно он уже наметил мишень между ушей демона. Ловким прыжком он отвлёк внимание третьего демона и выпустил разряд на камень, где стоял старший. Камень треснул и взорвался осколками, задев других демонов. Они трясли головами, сбрасывая раскалённые куски. Когда дым рассеялся, старшего демона уже не было. Драко поднял голову и увидел его на толстой ветке, изучающего его прищуренными глазами. Драко бросил злобный взгляд и поманил его к себе пальцем. Пасть демона растянулась в подобие улыбки, а его голубые светящиеся глаза быстро метнулись к яогуаям. Демоны бросились вперёд, окружая Драко и Гермиону. Она прижалась к нему спиной, выставив перед собой руки с короткими ножами. Драко посмотрел на неё через плечо и усмехнулся. — Не перестарайся, Хани. Молнии вспыхивали между деревьями. От их разрядов стволы деревьев раскалывались, разлетаясь на куски. Ци бурлила в венах, питая и подстёгивая. Воодушевление переполняло грудь. Драко искренне наслаждался боем, впервые абсолютно не сдерживаясь. Гермиона же металась среди существ, уничтожая их точным ударом ножей прямо в лбы. Глаза демонов тускнели, меняя цвет с ярко-жёлтого на серый. Снег растаял от повышенной температуры, сладкий запах смерти вызывал тошноту. Драко, прикрыв рот и нос грязным рукавом ханьфу, закашлялся. Демоны были повержены. Земля была залита кровью, а тела чудовищ больше не двигались. Балансируя на кончиках пальцев, на ветке сидел старший демон, упираясь передними лапами в задние, молча наблюдая, но не вмешиваясь. Гермиона повернулась к нему и приложила руки к земле. Она вздрогнула, и под деревом, где сидел демон, поднялись длинные обледенелые корни. Из них со звериной грацией выпрыгнул демон. Существо имело длинный хвост с пушистым кончиком. Оно взмахнуло им, склонило голову и спрыгнуло на четыре лапы. Затем существо бросилось прочь от них, скрывшись в поднявшемся снеге. Драко рванул было за ним, но его остановил усталый голос Гермионы: — Ты не догонишь его… Слишком быстрый. — Ты знакома с ним? — Драко повернулся к ней. — Пару раз пересекались, — хрипло ответила Гермиона, покачиваясь. — Удирала от него по лесу. Мне повезло. Драко почти с недоверием посмотрел на неё, она устало подняла на него взгляд. — Салазар меня побери! Ты знаешь, кто здесь живёт, и всё равно остаёшься? Ты точно сумасшедшая. — Поверь, я прекрасно осведомлена, что здесь опасно. Но кто, кроме меня, встанет между людьми и демонами? Драко сплюнул вязкую слюну и покачал головой. — Таких деревушек по всему Китаю множество. В каждой свои демоны. Собираешься помогать всем или только этим счастливчикам? Гермиона не ответила, лишь напряжённо смотрела на него. Упрямая. Мышцы слегка подрагивали от напряжения и усталости. Он чувствовал себя так, будто пробежал марафон. Опершись руками в бёдра, Драко пытался восстановить дыхание. Гермиона, тяжело дыша, прижалась к его спине, положив голову на плечо. Вокруг лежали тела, на которые Драко бросил взгляд. — Что с ними делать? Не думаю, что маглы их не заметят. Гермиона с трудом отстранилась. — Маглы их не видят, а лишь ощущают их рядом. Как дементоров. Мёртвые они не представляют для них никакой угрозы. Драко выпрямился, поправил ханьфу и призвал к себе один из брошенных клинков. Лезвие было покрыто чёрной кровью, и он вытер его о снег. Гермиона опустила взгляд на деревню, где мирно спали люди. На востоке небо начинало светлеть, первые лучи рассвета пробивались сквозь кроны деревьев. — Мы можем идти, — устало сказала она. — Они не вернутся. Час до рассвета — самый страшный, тогда-то они и предпочитают нападать. Солнце их пугает и манит одновременно. Гермиона схватила его за руку, и он ответил на пожатие. От усталости она покачнулась и прислонилась лицом к его груди. Драко обнял её, и они аппарировали. В хижине всё так же горел очаг, словно они отходили ненадолго. Драко очистил заклинанием свою и Гермионы одежду. Она устало опустилась на спину, даже не добравшись до их спального места. Драко же прошёлся вперёд, где на столе остался стоять кувшин с водой, и опустошил его одним махом. Устало упав на пол, он сгрёб в объятия Гермиону, которая успела заснуть прямо в одежде. — У меня пятнадцать, Грейнджер, поняла? У тебя только десять... — одними губами прошептал он, прижимаясь носом к копне её волос. Она пахла битвой и чем-то приятным, родным. — Я выиграл тебя, так что давай не задирайся... Гермиона едва слышно усмехнулась, но не стала сопротивляться, и не прошло и секунды, как Драко провалился в долгожданный сон.