Ты станешь моей погибелью, Грейнджер

С каждым дюймом огонь подбирается всё ближе

Это у меня в крови, и это никогда не закончится

Как скрученная, запутанная верёвка

Не могу отпустить

Я чувствую, как моя плоть слабеет

С каждым вдохом я становлюсь глубже

Потерять контроль несложно

Нет

Я пытаюсь убежать, но надежды нет

Искушение

Я не могу убежать от тебя, убежать от тебя.

Желание

Ты мой запретный плод, запретный плод

Я попробовал его на вкус, нет ничего слаще

На своих губах я целовал жнеца

Стоит ли это того, чтобы потерять свою душу

Нет

      Она изучала его, ожидая его смеха, но это было не похоже на шутку, даже плохую. Она была даже готова к ней. Драко стоял уверенно, пристально глядя на неё, приподняв брови в ожидании ответа. — Прекрати, — поморщилась она, скрестив руки на груди. — Ты ведь не серьёзно… — Вполне серьёзно. Более того, мы активно готовимся, — спокойно ответил Драко. — Пэнси… — Пэнси? — она не поверила своим ушам. В шоке она обошла его по кругу. — Ты и её втянул? Как она могла согласиться? — Пэнси и Гарри сами изъявили желание, — пожал плечами Драко. — Не думай, что я заставляю людей… Она нервно засмеялась, что давно не делала. Все эмоции, выходившие за рамки душевного спокойствия, она оставила в прошлом, в подземелье своего дома, над котлом, в котором варилось зелье. Она скривила губы и покачала головой. — Это не моя война. Свою я уже отвоевала. Меня, — она ткнула пальцем себе в грудь, — это не касается. Прекрати всё это, если считаешь, что делаешь так лучше для меня. Драко хмуро смотрел на неё. — Как бы ты ни считала, это будет для всех благом… — Благом? — она в шоке посмотрела на него. — Война никогда не бывает благом. Ты ведь сам знаешь. Сколько талантливых волшебников мы потеряли на войне. Не будь глупцом, думая, что всё обойдётся и будет так, как ты хочешь. — Даже если ты против, мы будем работать дальше. Бруствер — не худший министр, но и не лучший. Возможно, до активных действий не дойдёт. Всё решит открытый протест. Ты можешь помочь нам… Она отвернулась, её плечи затряслись от быстрого поверхностного дыхания. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Глаза жгло, сердце ныло. — Уходи, прошу тебя. Не оставайся здесь, — хрипло прошептала она. — Ты говорил о безопасном доме, вот и ночуй там. Здесь моё тихое убежище, а я снова из-за тебя схожу с ума, — она посмотрела на свои руки, сжатые в кулаки. Пальцы дрожали. — Я… я просто хочу побыть одна. Пожалуйста. Секунды тянулись, словно резина. Она превратилась в слух. Драко исчез с тихим хлопком, не сказав ни слова. Тяжело дыша, она опустилась на пол, сдерживая рвущийся из груди крик. Этой ночью он не вернулся. Она чутко прислушивалась к границе барьеров, но тщетно.

⚡︎⚡︎⚡︎

      Нервы были натянуты до предела. Шаги были быстрые, неровные и торопливые. Следов от его же ног, конечно, не было — он бы никогда этого не допустил. На тонких нижних ветках деревьев висели травинки — неприметный знак, который исчезнет после первого же дождя, словно его и не было. Он оставлял ей подсказки, помимо одной явной — след своей энергии Ци, который она пока не могла почувствовать. Но очень старалась. Гермиона вздрогнула, услышав хруст ветки под ногой, и нервно огляделась. Палочка осталась в хижине, и она была безоружна. Но она не позволила этому случиться в полной мере. В руке она сжимала грубо вытесанную палку с острым концом. Созданную втайне от учителя. Если лесные существа попытаются напасть, она постарается лишить их хотя бы зрения. Когда между деревьями показался просвет, она облегчённо выдохнула и ускорилась, почти выбегая наружу, к ласкающим кожу солнечным лучам. Солнце давно прошло зенит, и до наступления ночи оставался всего час. Высокая фигура в развевающейся от ветра одежде стояла почти на краю обрыва. Руки были сложены за спиной, а лицо поднято к солнцу, наслаждаясь его теплом. Короткие светлые пряди выбились из хвоста и мягко касались его лица. Гермиона коварно улыбнулась, пригибаясь к земле и расслабляя колени, как он учил. Учитель казался почти дремлющим или покинувшим своё тело, следуя какому-то непонятному для неё Пути. Но сейчас он был уязвим. Гермиона крепче сжала свою заострённую палку и бесшумно шла по нагретым солнцем камням. Босые ноги, закалённые мозолями, почти не болели. Ветер дул ей навстречу, принося звуки воды из озера, скрывавшие её за спиной учителя. Гермиона остановилась почти за его спиной, занося палку тупым концом, чтобы ударить его плашмя по боку. Бесшумный вздох для храбрости… — Тут красиво, правда?.. Гермиона поперхнулась, тут же пряча руку за спину, подтыкая своё оружие за пояс костюма, выданного им. Быстро встала сбоку, приветствуя его кулаком, обёрнутым ладонью другой руки, и быстрым поклоном. — Красиво, но… — Опасно, — раскрыл глаза учитель. — Не стоит об этом забывать. Гермиона оглядела долину. Обнажённые скалы омывались кристально чистой водой, которая пенилась у их подножия. Озеро лежало в природной чаше, а противоположный берег выглядел так же безжизненно иссушенным. Вековые сосны с золотыми стволами стояли по краям. На каждом дереве висели таблички из дерева и кости. Гермиона знала, что бриз с озера безопасен для дыхания, но всё равно задержала его. Ей был непонятен ритуал учителя — каждодневная медитация, чтобы насытиться от озера Ци и обновить охрану. Вейж прикрыл глаза, погружаясь в свои мысли. Он делал так часто, чтобы сосредоточиться. Она не выдержала. — Зачем вы здесь? — Здесь? На этом месте? — не открывая глаз, спросил он. — Или рядом с озером? Или ты спрашиваешь, почему я живу в горах? — Он открыл глаза и повернулся к ней с тихим спокойствием в глубине взгляда. — Или ты хочешь узнать о моём существовании на этой земле в ожидании просветления? Она поджала губы. Он всегда умел заставить её думать глубже, чем она задавала вопросы, и искать ответы внутри себя. — Почему вы живёте здесь, а не в деревне внизу? — всё же уточнила она. Уголки его губ слегка дрогнули, заставив её сердце забиться быстрее. Вейж качнулся на носках. — Я всегда любил уединение и природу, — пожал плечами он. — Хотел, чтобы мирские процессы шли своим чередом, без моего вмешательства. Мы лишь созерцатели этого мира. — Не пытайтесь обмануть меня, как будто это ваш выбор, — возразила она, подняв руку и указав на ближайшее дерево. — Ваши, как вы их называете, амулеты… Вейж бросил на неё серьёзный взгляд. — Это моя плата за вмешательство в течение жизни, — сказал он. — Теперь я его охраняю. — Охраняете? — она удивлённо подняла брови. — От кого? — она огляделась, подчёркивая, что они одни. — Здесь никого нет, ни единой живой души, кроме нас. — Значит, я хорошо выполняю свою работу, — благосклонно ответил он. — Моя миссия — защитить «злую воду» от людей и их недобрых намерений. Гермиона взглянула на беспокойное озеро. Волны бились о скалы, как и месяц назад. — Я хотела использовать их, — тихо сказала она, — недобрые… намерения. Вейж изучающе посмотрел на неё. — Ты так думаешь, но твоя душа не стремилась к мести. Она искала своё место в жизни. Я лишь уберёг её. Она посмотрела на него. Вейж был молод, крепок и силён, но сколько ему осталось? — Почему бы вам просто не уйти отсюда и не жить обычной жизнью? — вырвалось у неё. Добровольное лишение себя плодов цивилизации казалось ей сумасшествием. — А что произойдёт, когда вас не станет? Вейж задумчиво склонил голову. — На моё место придёт другой хранитель. Ничто не происходит случайно, помни об этом, — сказал он, протягивая ей руку ладонью вверх. Его пальцы были в свежих мозолях — он вырезал новые амулеты для защиты, пока она тренировалась у хижины. — Идём, скоро сядет солнце. Они голодны. Гермиона вздрогнула при упоминании «они». Вой и стоны по ночам становились всё громче. Ей казалось, будто они скребутся зубами у границы амулетов, охранявших их опушку. Она вложила пальцы в его ладонь, и их окутал вихрь.

⚡︎⚡︎⚡︎

      Она проснулась в одиночестве, впервые за долгое время чувствуя себя по-настоящему отдохнувшей. Гермиона традиционно обновляла амулеты, капая на них свою кровь, чтобы потом исцелить порез и погрузиться в медитацию на берегу озера. Сейчас это удавалось ей с трудом, она чувствовала себя неуравновешенно. То, о чём она запрещала себе думать, то, что Драко принёс с собой, возвращалось к ней. Хоть он больше не нарушал её личное пространство, но его пристальный взгляд изучал её, словно пытаясь проникнуть в самую глубину души. О чём он думал, оставалось загадкой. Она вздрогнула, когда охранный барьер вокруг озера был нарушен. Тихие шаги привлекли её внимание. Драко остановился рядом с её правым плечом спокойно, словно вчерашнего разговора и не бывало. Он словно начинал всё сначала, обнуляя все достижения. От него исходили дразнящие ароматы. Желудок Гермионы сжался от голодного спазма и громко заурчал. — Проголодалась? — мягко спросил он. Гермиона тяжело вздохнула. Новый рацион из тяжёлой и сытной пищи давал ей больше сил, но и делал более живой. Чего она не хотела. Отказ от животной пищи прояснял разум. — Да, — буркнула она. Драко протянул руку, и она её приняла. Он выглядел привычно: в мантии и с объёмной сумкой, с лицом, раскрасневшимся от мороза. Гермиона стряхнула снег и посмотрела на бушующие волны озера. — Почему ты сидишь здесь? Я с трудом тебя нашёл. Гермиона задумчиво посмотрела на него, склонив голову. Стоит ли рассказывать? Может, если он поймёт важность её миссии, то оставит её в покое? — Я живу здесь, чтобы охранять это озеро, — она кивнула вниз. — Так же, как и мой учитель до меня. Драко медленно приподнял брови, кивая и кривя губы. Было видно, что он борется с чем-то, что желает покинуть его рот. — А что с ним станется? — всё же насмешливо спросил он. Гермиона строго взглянула на него, затем тяжело вздохнула. Она сама восприняла эту новость легкомысленно. Сложила руки перед собой, стараясь не обращать внимания на ароматы, которые с каждой секундой становились всё менее насыщенными. — Его существование само по себе противоестественно. По одной из легенд, здесь произошёл излом Ци, что привело к каре для всего живого. Другая легенда гласит, что боги разгневались и создали это озеро, чтобы напомнить людям о своей власти. Хранители появились давно, и Вейж был одним из них. Теперь эта роль досталась мне. Драко слегка закатил глаза. — А жребий кидали или сама вызвалась? — спросил он, кивая в сторону деревни. — Пусть местные жители этим занимаются, а не героиня войны. — Нашёл о чём вспоминать, — фыркнула Гермиона, выпустив облачко пара. — Я наблюдала за учителем и училась у него. Обереги нужны, чтобы никто со злыми намерениями не проник за границу. Лес также защищает озеро от вторжения. Яогуаи, обитающие здесь, очень опасны и после захода солнца нападают на всех. — Я заметил, — мрачно ответил Драко, и его весёлость исчезла. Гермиона бросила быстрый взгляд на его щёку. На ней остался едва заметный след. Значит, он встретил кого-то, пока она приказала ему уйти. И, видимо, это был лишь детёныш, раз он так легко отделался. — Они черпают силы из этого озера, — задумчиво произнесла она, глядя вниз. — Защищают его, как саму смерть. И питаются теми, кто пытается приблизиться. Чаще всего заманивают ближе, чтобы потом напасть и поглотить, потому что здесь их сила максимальна. — Звучит очень романтично, — сказал он с лёгкой насмешкой. — И долго ты собираешься этим заниматься? Она внимательно посмотрела на него. Драко прищурился, изучая её, его глаза блестели. — Всю жизнь, — ответила она без колебаний. Драко кивнул, как будто принял её ответ и согласился. Обычно так уговаривают упрямых детей. — Понял. Пойдём поедим? — он протянул ей руку, которую она взяла уже с охотой. Он был теплее, чем она. Драко аппарировал их к хижине. Снова вёл себя так, будто давно здесь. Накрыл на стол, упрямо положив перед ней вилку. Сегодня он принёс куски прожаренного, но не нарезанного мяса. Гермиона деловито поставила на стол свои припасы: ломти испечённого постного хлеба, густую похлёбку и небольшое лукошко с засушенными ягодами, собранными этой осенью. Драко молча приподнял брови, глядя на её скромный ужин. Гермиона загребала палочками гущу из похлёбки, затем выпила бульон и закусила хлебом. Желудок запротестовал. Она безмолвно налила себе свежего чая из своего чайника и закинула в рот несколько сухих ягод, чтобы размочить их в глотке. Драко не притронулся к еде, лишь внимательно наблюдал за ней с лёгкой насмешкой в глазах. — Вкусно? — спросил он. — Очень, — ответила Гермиона, снова закидывая ягоды в рот. Она запила их чаем и бросила на него строгий взгляд. — Полезно для духа. Тебе тоже стоит попробовать. Желудок голодно заурчал в наступившей тишине. Конечно, организм приготовился к вкусному мясу, что принёс Малфой, а получил очередную порцию своей диеты. Уголки губ Драко победно растянулись. — Пожалуй, я останусь не столь одухотворённым, но зато сытым, — он взял вилку и нож и медленно отрезал аккуратный кусочек от куска, положил в рот и прикрыл глаза от наслаждения. — Ммм, какое сочное. Если я съем оба, то объемся. Ты готова слушать мои страдающие стоны ночью? Желудок снова свело от голода. Гермиона смотрела, как мясной сок стекает с нарезанного куска, и чувствовала, как во рту скапливается слюна. Она громко сглотнула. Драко подвинул вилку ближе к ней кончиком ножа. — Ешь. Я ни одному духу не скажу, что ты ела мясо на ужин ни вчера, ни сегодня. Гермиона закрыла глаза, веки затрепетали. Она вдохнула аромат еды. Драко продолжал резать ножом по тарелке, издавая тихий скрип, отправляя в рот очередной кусок. Палочки не справятся с таким весом, значит, остаётся… Гермиона взяла кусок мяса с максимальной осторожностью и впилась в него зубами. Желудок тут же отозвался довольным урчанием. Она закрыла глаза, осознав, что Драко готовит лучше всех, кого она знала. — Приятного аппетита, — прошептал он. — Не надо притворяться кем-то другим. Я знаю тебя лучше, чем ты можешь представить. В его глазах мелькнули смешинки, что выдавало его маленькую победу. После ужина она вымыла руки и убрала со стола. Внезапно Драко достал из сумки, на которую явно наложил заклятие незримого расширения, пышное одеяло и две подушки. Она замерла, ожидая объяснений. — У меня болят бока и спина, — пожаловался он. — Мне хватает увечий с Арены, чтобы ещё и тут страдать. — Мне это привычно. Это всё излишне. Драко посмотрел на неё с пола, разделяя каждое слово: — Ты живёшь тут, наказывая себя, спишь на полу. Очень твёрдом, надо сказать. — Он ловко рванул к ней, поднимая полу её халата. — У тебя синяки. Скажи, что ты ещё не видишь. Гермиона отступила, яростно глядя на него, и одёрнула халат. — Это не твоё дело, где я живу и как сплю. И что ем. Я никого не заставляю. Драко присел на пятки, расправляя одеяло на бамбуковом полу. Его взгляд скользил по хижине, задумчивый и изучающий. Лёгкая улыбка тронула его губы. Гермиона закатила глаза, не выдержав. — Что? — Просто вспоминаю твой роскошный дом с огромной мягкой кроватью и всеми удобствами. А теперь ты говоришь, что тебе это не нужно. Она посмотрела на него недовольно, но ничего не сказала. Спорить было бессмысленно. Драко склонил голову, изучая её в ответ. — А где ты принимаешь душ? — В роднике. Драко удивлённо открыл рот, переводя взгляд за окно, где снова начался снегопад. — Сейчас же зима. Гермиона усмехнулась, отворачиваясь от него. — Это закаляет. Попробуй. — Я не собираюсь морозить свои яйца, — медленно произнёс он. Она почувствовала, как его передёрнуло. — Ты с ума сошла, Грейнджер. Я думал, здесь можно освежиться. — Другого выхода нет, — пожала она плечами, бросив взгляд через плечо. — Но ты можешь сделать здесь кадку с водой и помыться. — Уголки её губ тронула лёгкая улыбка. — Я отвернусь. Что ответил ей Драко, она уже не услышала. Она склонилась, чтобы собраться. День зимой в горах быстротечен, нужно было успеть посетить источник и помедитировать. Она взяла холщовую сумку и повернулась к Драко. Он задумчиво смотрел в угол её маленькой комнаты, словно планировал устроить здесь банный уголок. — Ты пойдёшь или останешься? — спросила она, приподняв брови. — Я иду к роднику. — Иду, — ответил Драко, наклоняясь за своей сумкой. Он помог ей надеть мантию, и она не возражала. Путь был недолгим, она редко использовала аппарацию здесь, предпочитая наслаждаться природой. Драко шёл за ней, и его шаги выдавали недовольство. Шум воды слышался издалека. Они оказались на каменном перешейке над горной рекой. Сверху был выступ, откуда начинался поток, устремляясь к деревне. Здесь река была небольшой, достаточно, чтобы омыться, но не упасть на выступающие камни. Гермиона остановилась у серых, заледеневших камней, оставила сумку и быстро сняла обувь. Затем избавилась от одежды и взяла кусок мыла. Она замедлилась, чтобы распахнуть свою укороченную мантию. Под ней ничего не было. Она знала, что Драко стоит у неё за спиной и наблюдает. Но он видел её и прежде, так что ей не стоило стесняться. Она сделала шаг вперёд, проверяя поверхность обнажёнными ступнями. Гермиона глубоко вдохнула перед тем, как шагнуть под поток воды. Но вода всё равно выбила воздух из лёгких, и её руки инстинктивно поднялись, обхватывая тело в попытке согреться. Это было лишь временно. Она перетерпит. Она повернулась к Драко и прошла чуть дальше. Драко внимательно смотрел на неё своим непроницаемым взглядом, оставаясь полностью одетым. Она подняла руки с куском мыла и начала намыливать волосы, осторожно пробираясь сквозь кудри, что всегда было непросто. Драко, наблюдая за нею, начал раздеваться: скинул мантию, стянул футболку через плечи, снял джинсы с ремнём и, переминаясь с ноги на ногу, схватился за трусы. Она закрыла глаза, подставляя лицо под струи воды, чтобы промыть его и волосы. Каменная опора под ней слегка качнулась, и она, на ощупь протянув ему руку, почувствовала, как он тут же схватился за неё. Она потянула его дальше, где поток воды был не таким сильным. Не было смысла скрывать дрожь, и она застучала зубами, глядя на него. Зрачки Драко расширились, скрывая радужку, он хватал воздух ртом и смотрел на неё с какой-то злобой и возмущением. Это её рассмешило, но смех был похож на скрежет льдин. — Как твои яйца? Драко притянул её к себе, схватив за плечи. Его тоже била дрожь. — Спрятались подальше. Проклятый Салазар, ты что, хочешь меня убить, Грейнджер? — Ты же сам хотел освежиться, — она протянула руку к его мокрым волосам и начала намыливать. — Как ощущения? — Великолепно, — попытался усмехнуться он, но губы, уже начавшие синеть, не слушались. Драко никогда бы не признал поражение, но выдержать это было непросто. Гермиона намыленными руками быстро скользила по его плечам, рукам и груди, опускаясь ниже, чувствуя, как его кожа покрывается мурашками. Драко прикрыл глаза и дышал поверхностно. — Достаточно, — свистящим шёпотом попросил он. Она втолкнула его под струи воды, смывая пену. Сама быстро обмылась. Через несколько секунд Драко, не выдержав, выругался, схватил её в объятия и вытащил на сухое место. Призывом вернул их одежду и аппарировал. Внезапная перемена температуры заставила её задрожать ещё сильнее. Драко бросился к очагу, который едва тлел, энергично растирая плечи и бока. Он бросил на неё раздражённый взгляд. — Если заболею, приду к тебе. Ты будешь меня лечить, — с трудом проговорил он, стуча зубами. — Отправлю тебя к Поттеру, — она слегка закатила глаза. — Я тебя не принуждала. Ты сам это выбрал. Всё это лишь твой выбор. Она подошла к коряге, которая служила ей чем-то вроде шкафа. Сняла с неё домашний халат и материю, перевязанную поясом. Покупка, которую она сделала сегодня в деревне. Которую она совершила, очень сомневаясь. — Это тебе, — она протянула Драко сверток, не обходя его, а глядя только на его обнажённые ягодицы. — Что это? — недоверчиво спросил он, оборачиваясь через плечо. — Оплата за еду. Она села, отвернувшись от него, и начала сушить волосы тёплым воздухом, одновременно расчёсывая их гребнем. Это займёт у неё не меньше часа, чтобы волосы выглядели прилично. Драко жестом попросил у неё расчёску. Он привычным движением зачесал волосы назад, оставляя в их мягкости глубокие борозды. Гермиона окинула его взглядом. Как она и думала, ханьфу идеально сидел на его высокой и подтянутой фигуре. Драко немного покрутился, чтобы она могла получше рассмотреть. — Оплата принята. Очень приятный к телу материал, спасибо, — с кивком поблагодарил её Драко. — Просто твой внешний вид совсем не подходит моему жилищу, — ответила она, забирая расчёску и снова принимаясь за волосы. — Как будто ты сама подходишь… — с лёгкой усмешкой ответил Драко. Она не ответила ему, погрузившись в созерцание огоньков в очаге. Драко, кажется, не смог понять, почему она это делает. Сама она не знала ответа. Возможно, ей хотелось, чтобы он чаще бывал у неё. Теперь у него была одежда, чтобы жить здесь. Она раздражённо вздохнула, пытаясь избавиться от этих мыслей. Драко молча наблюдал за ней, и от этого её сердце начинало биться быстрее. Она не выдержала напряжения. — Ты ведь не оставишь меня в покое? — Всё верно. — Но я не могу согласиться. — Я буду ждать. Я уже доказал свою способность к терпению. Буду столько, сколько потребуется, — сказал он мягко. — Я не заставляю тебя, просто хочу, чтобы ты перестала себя изводить. Она покачала головой, обошла его и устроилась на принесённой подушке. Забралась под одеяло и закрыла глаза. Одеяло приподнялось с другой стороны. Драко лёг рядом, и она почувствовала тепло его тела. — Не думай, что здесь так уж плохо, — тихо произнесла она. — Здесь я ощущаю жизнь. Ци буквально повсюду. Летом здесь красиво, цветут цветы, осенью можно собирать ягоды. Небо здесь потрясающее, всё в звёздах… Такого не увидишь в Британии. — Повернись, — попросил он. Гермиона обернулась и посмотрела на него. Его волосы, зачёсанные назад, выглядели по-мальчишески молодо. Несколько влажных прядей подсохли и отлипли от висков. В свете тёплого огня его серые глаза казались янтарными. Ханьфу, в который он был одет, напоминал… Он выглядел как человек, с которым она когда-то была здесь, на этом самом месте. Драко поднял руку и указал на потолок. — Caelum sidereum. Из кончика его пальца вырвалась чёрная аура, которая, поднимаясь, окутала бамбуковый потолок, скрывая его из виду. Маленькие яркие участки разорвали тьму, замигали и переместились на свои места, собираясь в звёздные скопления. Гермиона выдохнула, узнав карту звёздного неба, которую они обычно видели в Британии. Но здесь она выглядела иначе. — Ты знаешь, где созвездие Дракона? — спросил Драко, указывая в сторону. Она перехватила его руку и прижала к одеялу. — Я знаю, не надо умничать, — прошептала она, не в силах бороться с собой, и улыбнулась. — Очень красиво, правда, Драко… Но я не знаю такого заклинания. Она посмотрела на его профиль. Драко чуть улыбнулся в ответ. — Это моё изобретение. Звёздное небо будет с тобой везде, где ты захочешь. Цветы и ягоды растут в Британии, а Ци — точно не меньше. Там есть горячий душ и даже ванная с пеной, — он бросил на неё быстрый взгляд. — И друзья. Её улыбка исчезла, она нахмурилась и снова посмотрела на небо. Падающая звезда прочертила небосклон, и она закрыла глаза, загадав желание. Рука Драко нежно коснулась её руки, лежащей на одеяле. — Всё, что ты пожелаешь, сбудется. Я обещаю. Она кивнула, но не улыбнулась. Говорить больше не хотелось. Драко мог попытаться сдержать обещание, о котором не знал всех деталей. Но если она согласится, то исполнить его будет почти невозможно. Ведь она хотела, чтобы все её друзья и близкие остались живы. Война этого не допустит. Подушки и одеяло, которые он принёс, пахли им. Возможно, Драко принёс их из своего безопасного дома. Этот запах был волнующим, манящим. Она закуталась в одеяло, наслаждаясь его мягкостью, чувствуя, как веки тяжелеют. Драко не отпускал её руку, и она наконец уснула.