Принцесса против правил

После всего случившегося Блум не хотела даже слышать о Скае. Он предал её доверие — человек, к которому она успела привязаться, оказался не тем, кем казался. Он солгал. У него была девушка, и, что хуже всего, он даже не попытался объясниться или встать на её сторону. Просто стоял в стороне, как посторонний. Три дня отработки прошли как в тумане. Ни Диаспро, ни Ская — никого из тех, кто вызывал бы хоть какое-то волнение. Всё было серо и молчаливо. В один из дней, возвращаясь по длинному коридору, Блум свернула не туда и оказалась в незнакомом зале, заполненном портретами фей и магов прошлого. Тишина там стояла почти гнетущая. Осторожно проходя вдоль стены, она оступилась и, теряя равновесие, задела плечом раму. Портрет с глухим стуком упал ей под ноги. Она поспешно подняла его, уже готовая выругаться — и застыла. На картине была Дафна. Её сестра. Молодая, сияющая, гордая. — Что она тут делает?.. — прошептала Блум, ощущая, как по спине пробежал холодок. Это было странно. Почему её портрет здесь, среди великих? Почему никто ей об этом не говорил? — Потом разберусь, — сказала она себе и осторожно повесила картину обратно, надеясь, что никто не заметит. Во дворе её настиг Скай. — Блум, подожди! — его голос прозвучал неожиданно резко. Он догнал её и осторожно коснулся плеча. — Почему ты от меня бегаешь? Она развернулась медленно, глаза сверкали. — Серьёзно? Ты ещё спрашиваешь? — Я... Я хотел всё объяснить, — начал он неуверенно. — Объяснить? Что именно, Скай? То, как ты промолчал, когда я стояла в центре зала, опозоренная перед всеми? Или то, что у тебя есть девушка, о которой ты "забыл" упомянуть? — Это не так просто... — О, правда? — перебила Блум, её голос дрожал, словно струна, натянутая до предела. — Мне кажется, всё было предельно ясно. Ты сидишь на двух стульях, играешь в героя, а на деле — просто лжёшь. Захотел себе принцессу Домино? Мудак. Скай открыл рот, будто хотел что-то сказать, оправдаться — но она уже отвернулась и пошла прочь, не оставив ему ни шанса. *** Блум ворвалась в комнату, её шаги — быстрые и резкие. Подруги оторвались от своих дел, глядя на неё с удивлением. — Дафна. Её портрет висит в зале славы, — выпалила она, всё ещё не справившись с бурей эмоций. — Я... Я не понимаю. Почему он там? Почему никто не сказал мне? Лейла задумалась, откидываясь на спинку кресла. — Может, потому что она — одна из сильнейших нимф своего времени? Такое место ей по праву. — Или есть что-то, чего мы не знаем, — осторожно сказала Флора. — Что-то, что скрывали. — А может, спросим напрямую у Фарагонды? — пожала плечами Стелла. — Вряд ли это секрет, если портрет висит на всеобщем обозрении. — Хорошая идея, — кивнула Блум, сжав кулаки. — Пора перестать быть в неведении. Если мне что-то принадлежит — я хочу знать об этом всё. Через несколько минут шестёрка подруг уже уверенно шагала по коридорам школы, словно одна единая сила. У дверей в кабинет Фарагонды Блум остановилась, вдохнула и решительно постучала. — Войдите, — послышался мягкий, но строгий голос директриссы. Девушки вошли, и Фарагонда сразу отложила свои бумаги, заметив напряжение на лицах. — Что-то случилось? Блум сделала шаг вперёд. — Я видела портрет Дафны. В зале славы. Почему он там? Что она сделала, чтобы заслужить это место? И почему мне никто об этом не рассказывал? Фарагонда посмотрела на неё долго, почти с грустью. Затем медленно встала. — Это долгая история. История, которую тебе действительно пора услышать, Блум. Но я должна предупредить — то, что ты узнаешь, изменит многое. Возможно, даже тебя саму. — Я готова, — твёрдо ответила она. — Хорошо, — кивнула директриса. — Тогда послушайте. Всё началось задолго до того, как ты родилась. Фарагонда подошла к большому витражному окну, за которым начинал сгущаться вечер, и на мгновение замолчала, будто собираясь с мыслями. — Всё началось десятилетия назад. Это были тревожные времена, о которых не принято говорить вслух. Тогда стали бесследно пропадать сильнейшие маги — стражи, хранители, защитники своих миров. Один за другим. — Как пропадать? — спросила Муза, нахмурившись. — Их убивали? — Мы не знаем. Никто не находил ни тел, ни следов боя. Сначала думали, что это совпадения. Потом — что кто-то охотится за магами. Но вскоре всё стало гораздо страшнее. Фарагонда сделала паузу. Девушки слушали, затаив дыхание. — Каждый раз, когда исчезал сильный маг или фея, начинали происходить необъяснимые вещи. Королевства исчезали с лица измерений. Целые города — стертые, будто их никогда не было. Жители — бесследно исчезнувшие. Даже хроники и артефакты переставали упоминать их существование. Словно кто-то вырывал целые куски из ткани реальности. — Это... невозможно, — прошептала Текна. — Так мы думали. Пока всё не дошло до порога Домино. Блум почувствовала, как внутри всё сжимается. — Моей родины? Фарагонда кивнула. — Дафна, твоя сестра, была одной из первых, кто понял, что за этим стоит. Она чувствовала приближение великой тьмы, ещё когда другие считали это просто исчезновениями. И когда никто не верил, она встала между этой тьмой и Домино. — Она знала, что ей грозит? — тихо спросила Флора. — Прекрасно знала, — ответила Фарагонда. — И всё равно пошла. Она использовала древнюю магию нимф — ту, которую даже я не в силах постичь до конца. С её помощью она укрепила защиту Домино, отразила первую волну нападения. Но цена... — Она пропала, — закончила за неё Блум. — Не просто всё. — Фарагонда снова повернулась к ним, её взгляд стал жёстче. — Возможно, она отдала больше, чем жизнь. Возможно, она всё ещё где-то… за пределами нашего мира. — А что это была за тьма? Кто за этим стоял? — спросила Стелла. Фарагонда медленно подошла к книжному шкафу и достала оттуда пыльную книгу с символом закрытого глаза на обложке. Она положила её перед Блум. — Мы называем её Пустотой. Это древняя сила, старше времени. Мы не знаем, кто или что её направляет. Но мы знаем одно — она возвращается. И если ты увидела Дафну в портрете неслучайно… возможно, она пытается что-то сказать. Блум сжала кулаки, в груди полыхало. — Тогда я её найду. И узнаю правду. Обо всём. Фарагонда кивнула. — Будь осторожна. С тех пор как ты выросла, магия снова шевелится. А тьма — никогда не забывает тех, кто когда-то её остановил. Девушки вышли от Фарагонды в полной тишине. Даже самые разговорчивые из них не спешили нарушать повисшее над ними напряжение. Они шли по коридору, будто в параллельной реальности — всё казалось прежним, но в то же время всё изменилось. — Что делать будем с этой информацией? — первой нарушила молчание Стелла, глядя вперёд, будто сама не ожидала, что спросит это. — Не знаю... — устало ответила Блум, остановившись у окна и опершись на подоконник. — Текна, скажи честно: то, что забрала тьма... вообще возможно вернуть? Найти? Или всё это — конец без надежды? Почему никто не пытался? Почему все просто... ждали? Текна слегка нахмурилась, сосредоточившись. — Если Пустота — это не разрушение, а перемещение… если всё было не уничтожено, а изолировано, скрыто — тогда шанс есть. Но... зачем? Какая у этого цель? Кто за этим стоит? — Может, ответы есть в библиотеке? — тихо предложила Флора. — Возможно, в разделах, куда доступ только у преподавателей... или глубже. — Сомневаюсь, — покачала головой Текна. — Фарагонда ясно сказала: ни одна книга не упоминает исчезнувшие королевства. Будто они никогда не существовали. — Она говорила, что стерта информация о мирах и их жителях, — заметила Блум. — Но не о Пустоте как явлении. И самое странное — почему про Дафну что-то осталось? Почему её портрет висит в зале славы , если всё, связанное с другими исчезнувшими магами, стёрто подчистую? — Ты думаешь, она оставила след специально? — осторожно спросила Муза. — Возможно, — Блум медленно кивнула. — Может, она борется с Пустотой до сих пор. Или нашла способ связаться с этим миром. *** Ночь опустилась на Алфею мягким, бархатным покрывалом. Луна, наполовину скрытая облаками, бросала бледный свет в окно, освещая комнату Блум. Она давно уже заснула, устав от эмоций, разговоров и внезапных откровений. Но сон был беспокойным, и вскоре — совсем особенным. Сначала была темнота. Густая, словно покрывало из дыма. Потом — вспышка. Мягкое золото, как отблеск заката на воде. Блум стояла на берегу странного озера, вода которого светилась изнутри. Всё вокруг было нереально чётким: звёзды над головой, словно миллионы огоньков, трава у ног — серебристая, холодная. — Блум… Голос. Знакомый. Она обернулась — и дыхание перехватило. Из золотой дымки медленно вышла девушка, словно сотканная из света. Высокая, величественная, в доспехах, украшенных древними символами. Длинные, развевающиеся волосы. — Дафна… — прошептала она. — Это... сон? — Да. Но не простой. Я пришла не как воспоминание. Я пришла с предупреждением. Дафна подошла ближе, её шаги не издавали ни звука. — Сестра, твой путь стал опаснее, чем ты думаешь. В мире пробуждаются силы, которым не место в равновесии. И одна из них — ты сама. — Я? — Блум отступила на шаг. — Я не понимаю... — Твоя магия Дракона сильнее, чем даже ты себе позволяешь думать. Это не просто энергия. Это живое пламя. Созидающее... и уничтожающее. Дафна коснулась груди Блум, и от её пальцев по телу разлилось тепло. На секунду она увидела себя в ином виде — глаза светятся, тело окружено вихрем пламени, а под ногами рушится каменный пол. — Если ты потеряешь контроль, ты сможешь разрушить не только Алфею. Ты сможешь изменить магический баланс всего Магикса. Блум побледнела. — Но я не хочу разрушать. Я хочу защищать! Помогать! Я… — Поэтому ты и должна знать правду, — перебила Дафна. — О себе. О своей силе. О тех, кто уже охотится за ней. Дафна взмахнула рукой, и в воздухе перед ними появилась картина — старая карта Магикса, исписанная знаками. — Под Алфеей есть древнее святилище. Оно скрыто с тех времён, когда магия только зарождалась. Там хранится ядро, источник знаний о каждом носителе силы Дракона. Но путь туда закрыт для всех… кроме обладателей этой силы. — И что мне делать? — Найди его. Ответы там. И предупреждение. Но помни: чем глубже ты нырнёшь, тем больше рискуешь стать не собой. Ветер поднялся, ночь задрожала, словно сама ткань сна рвалась на части. Дафна начала медленно исчезать. — Подожди! — крикнула Блум. — Дафна, ещё один вопрос! — Верь себе. Даже когда остальные — нет, — её голос уже звучал, как отголосок. Блум проснулась с громким вдохом. Комната была тёмной, но в воздухе всё ещё чувствовалось нечто незримое. Она сидела, прижав ладонь к груди, где во сне коснулась её Дафна. — Найти святилище… — прошептала она. Сердце стучало быстро. Что-то начало меняться. И сон… был слишком реальным, чтобы быть просто сном.