Чёрный бархат, белый снег

Девчонка сжалась, еще сильнее втискиваясь в сырой камень, а её огромные зеленые глаза застыли на мне с такой смесью ужаса и дикого, затравленного непонимания, что у меня внутри на секунду поплыло все хваленое самообладание. Она ждала новых издевательств, побоев или очередной порции того кошмара, который устроил ей настоящий Барс. Но я не собирался тратить время на пустой пафос. Мне нужно было спасти свою шкуру. Я сделал один медленный, бесшумный шаг вперед. Мой длинный хвост плавно мазнул по холодному полу, а уши на макушке уловили, как судорожно перехватило ее дыхание. — Слушай меня очень внимательно, принцесса, — заговорил я, и мой новый, низкий голос с опасной хрипотой эхом отразился от каменных сводов. — У тебя есть два пути. Ты можешь остаться здесь, гнить на этой соломе и ждать, пока твой ненаглядный жених Тэхён соберет армию и придет штурмовать мои стены. Но к тому моменту, когда он разобьет ворота, от тебя может ничего не остаться. Либо мы договоримся прямо сейчас. Она не ответила, лишь ее пухлые, искусанные губы дрогнули, а в глубине глаз промелькнула слабая, отчаянная искра надежды, смешанная с недоверием. — Я отпущу тебя, — произнес я тише, наклоняясь чуть ближе, чтобы стража за дверью точно ничего не услышала. — Прямо сегодня. Ты вернешься к своему клану живой и невредимой. Но у меня есть одно жесткое условие. Принцесса судорожно сглотнула, не отрывая от меня взгляда. — О том, что произошло в этой камере этой ночью... — я сделал паузу, чувствуя, как внутри все переворачивается от двусмысленности ситуации, но продолжал давить ледяным тоном Барса, — никто не должен узнать. Ни одна живая душа. Ни твои соклановцы, ни твой святоша-Тэхён. Ты вернешься домой и скажешь, что я держал тебя под замком ради выкупа, но не прикоснулся к тебе ни разу. Твоя честь останется чистой. Твой позор не станет достоянием общественности, а у Тэхёна не будет повода для кровавой вендетты. Ты закроешь свой рот и будешь молчать до конца своих дней. Согласна? Девчонка замерла, осмысливая мои слова. По ее лицу было видно, какой хаос творится в ее голове. С одной стороны — перед ней стоял монстр, который надругался над ней, с другой — этот же монстр предлагал ей спасение и, что важнее всего для высокородной леди в этом жестоком мире, спасение ее чести. Если Тэхён и клан узнают о потере девственности, она станет изгоем, испорченным товаром. А так... ее тайна умрет здесь. Она медленно, едва заметно кивнула, утирая слезы грязной ладонью. — Я... я буду молчать, — прохрипела она, и в ее голосе прорезались фамильные, гордые нотки. — Клянусь богами юга. Никто не узнает. — Отлично, — я выпрямился, пряча руки с темными когтями в карманы. — Но просто так открыть ворота и вывести тебя я не могу. Моя репутация в этом замке — единственное, что удерживает этих тварей от бунта. Поэтому мы провернем это иначе. Я подошел к двери, прислушиваясь к шорохам снаружи, а затем снова обернулся к ней, прокручивая в голове план, достойный лучшего стратега исторического факультета. — Сейчас я отведу тебя в купальню. Ты смоешь с себя эту грязь, кровь и переоденешься в чистые одежды, чтобы выглядеть по-человечески. После этого я сделаю вид, что смертельно напился в своих покоях. Стража расслабится, зная, что их господин в отключке. А ты... ты сбежишь. Принцесса нахмурилась, прижимая к груди лохмотья платья. — Но как? Твой замок — неприступная крепость. Если я просто пойду к выходу, меня убьют на первом же посту. Никто не поверит, что я могла сбежать сама. — Именно, — хищно усмехнулся я, чувствуя, как клыки слегка мазнули по нижней губе. — Сама бы ты не вышла. Поэтому твоя официальная история для всех будет такой: тебе помог сбежать один из моих стражников. Незнакомый волк или крыса, которого ты подкупила обещаниями золота со стороны твоего клана, и который вывел тебя по тайным ходам, а сам скрылся. Это звучит правдоподобно. Я останусь грозным Барсом, у которого за спиной крысятничают подчиненные, ты останешься чистой принцессой, а Тэхён останется сидеть на своем святом заду. Я протянул ей руку, но на этот раз мое движение было спокойным, почти приглашающим. — Вставай. Пора смывать с себя это наследие. Бесшумно ступая по холодным плитам коридора, я вел принцессу по самым темным переходам замка. Она едва поспевала за мной, тихо шурша своей изорванной юбкой. Из-под грязного подола её платья то и дело испуганно и нервно дергался длинный тонкий хвост, покрытый редкой золотистой шерстью — гордость и визитная карточка её южного клана пантер. Настоящий Барс жестоко обошелся с этой гордостью, но сейчас её хвост, как и мой собственный, был лишь индикатором дикого, пульсирующего напряжения. Я толкнул массивную дверь, ведущую в личную купальню правителя. Воздух здесь был влажным, густым и теплым, пахнущим лавандой и распаренным деревом. Посреди зала в каменном полу высился огромный бассейн, из которого поднимался ленивый белый пар. На пороге нас уже ждал тот самый испуганный слуга-крысеныш. Заметив меня, он упал на колени, едва не впечатавшись носом в пол. — Принеси сюда лучшего вина. Много вина, — ледяным тоном скомандовал я, проходя мимо него к резному креслу у стены. — И еды. Жареного мяса, свежих фруктов. Быстро. — Да, Мой Повелитель! Сию минуту! — слуга испарился так стремительно, словно его и не было. Я повернулся к принцессе. Она стояла у кромки воды, нерешительно сжимая пальцами разорванный ворот платья. Её огромные зеленые глаза лихорадочно блестели в полумраке купальни. — Раздевайся и смой с себя всё это, — бросил я, отворачиваясь к окну, чтобы не смущать её еще больше и, главное, не выдать свою чисто человеческую неловкость. — У тебя мало времени. Сзади послышался тихий шорох ткани, а затем тяжелый всплеск горячей воды. Я облегченно выдохнул. В этот же момент дверь тихо скрипнула, и слуги на цыпочках занесли несколько огромных подносов, заставив ими тяжелый дубовый стол, после чего испуганно испарились. Запах жареного мяса, приправленного дикими травами, и сладкий, пьянящий аромат спелых фруктов мгновенно ударили мне в нос. Мой желудок предательски сжался. Я ведь с самого вчерашнего дня, маковой росинки во рту не держал. А это новое, мощное тело хищника требовало топлива, и требовало незамедлительно. Я сел за стол, рванул шнуровку на груди рубашки, освобождая шею, и потянулся к кубку. Тяжелый кувшин был до краев налит темным, почти черным вином. Я сделал осторожный глоток и замер. — Охренеть... — вырвалось у меня едва слышное бормотание. Это было не то дешевое пойло, которое парни из общаги таскали на третьем этаже. Вино оказалось невероятно вкусным — густым, терпким, с отчетливым привкусом спелой вишни и легкой горчинкой. Оно мгновенно обожгло горло приятным теплом и тяжелой волной скатилось в желудок. Схватив кусок сочного, идеально прожаренного мяса, я впился в него зубами. Мои новые острые клыки с легкостью разрывали волокна, а вкусовые рецепторы Барса, казалось, сошли с ума от удовольствия. К мясу пошли сладкие, истекающие соком фрукты, названия которых я даже не знал. Пока за спиной слышались тихие всплески воды — принцесса отмывала следы кошмарной ночи, — я опустошал кубок за кубком. Голод и истощение сделали свое дело. Очень скоро я почувствовал, как по венам разливается приятная, тяжелая слабость. В голове приятно зашумело, а мысли, до этого лихорадочно бьющиеся в панике, наконец-то замедлили свой бешеный бег. Я действительно пьянел. Мой хвост расслабленно растянулся по полу, а уши довольно пошевелились. Алкоголь приятно туманил мозг, и играть роль пьяного в стельку Барса теперь даже не придется — я и так был на грани. Я откинулся на спинку кресла, крутя в пальцах пустой кубок, и повернул голову в сторону бассейна. Пар немного рассеялся, и принцесса как раз выходила из воды, прикрывая мокрое тело чистой шелковой простыней. По её спине плавно скользил длинный золотистый хвост, с кончика которого капала вода, оставляя темные следы на сухом камне. Пора было переходить к финальной части нашего плана. Дверь купальни снова тихо скрипнула — вернувшиеся слуги молча оставили на резной скамье чистые одежды для пленницы и мгновенно испарились, не смея задерживать взгляд на своем пьянеющем господине. Принцесса нерешительно подошла к вещам, скинула мокрую простыню и оделась в простое, но чистое платье глубокого изумрудного оттенка. Ткань выгодно подчеркнула её яркие глаза. Её длинный золотистый хвост все еще нервно ходил из стороны в сторону, выдавая внутреннее смятение. Она замерла у стола, бросая голодные, робкие взгляды на остатки жареного мяса и сочных фруктов. — Сядь, — уже гораздо мягче, чем планировал, буркнул я, лениво махнув рукой в сторону соседнего стула. Вино знатно развязало мне язык, смывая остатки напускной жестокости Барса. — Тебе нужны силы, если собираешься бежать. Ешь. Это не отравлено. Она помедлила секунду, а затем осторожно опустилась на край стула и принялась за еду. Ее пухлые губы испачкались в соке спелых плодов, а движения стали чуть спокойнее. Я довольно прикрыл глаза, чувствуя, как алкоголь окончательно туманит сознание. Все шло просто идеально, по моему плану. Я открыл рот, собираясь шепотом изложить ей финальные детали её «побега с помощью подкупленного стражника», как вдруг мои чуткие барсовые уши резко встали торчком. Сверху, со стороны высоких готических окон купальни, раздался оглушительный звон разбитого стекла. Я даже сообразить ничего не успел. В одно мгновение, прямо с потолка, разбивая темноту и пар, на нас камнем рухнул чья-то стремительная тень. Все произошло на долю секунды. Огромный силуэт, полностью облаченный в черное, прорезал воздух. Единственное, что я успел разглядеть сквозь хмель и летящие осколки — это дикие, налитые яростью янтарные глаза пантеры, опасно блеснувшие когти и длинный, мощный черный хвост, яростно хлещущий по воздуху. — Ублюдок! — прорычал незнакомец. Я инстинктивно попытался вскочить, мои кошачьи рефлексы кричали об опасности, но выпитое терпкое вино сыграло со мной злую шутку. Ноги показались свинцовыми, координация подвела. Разразилась короткая, бешеная стычка. Черный силуэт навалился сверху, сминая меня своим весом. Я яростно защищался, выставляя вперед свои темные когти, пытаясь достать нападавшего, но промахнулся — удар прошел вскользь. Тяжелый кулак в черной перчатке врезался мне прямо в челюсть, в глазах на секунду вспыхнули искры, и я со стоном отлетел в сторону, опрокидывая дубовый стол. Кубки и остатки еды с грохотом полетели на каменный пол. Пока я дезориентировано пытался подняться, тяжело дыша и опираясь на подрагивающие руки, парень в черном уже не тратил на меня времени. Он рванулся к закричавшей от неожиданности принцессе, мертвой хваткой вцепился в ее запястье и буквально дернул ее на себя. — Бежим! — рявкнул он. Они метнулись в сторону разбитого окна, уходя в глубокую ночную темноту замкового двора быстрее, чем я успел хотя бы крикнуть стражу. Я так и остался лежать на полу среди пролитого вишневого вина и осколков посуды. Я тупо смотрел в пустой, темный проем окна, куда только что исчезла принцесса со своим внезапным спасителем, и в моей пьяной студенческой голове билась только одна мысль: «Какого черта?! Кто это, блять, вообще был?! Этого точно не было в сюжете игры!» План сломался, даже не успев начаться, и я абсолютно не понимал, что произошло.