Я заберу тебя у него.

Следующая неделя пролетела в привычном ритме встреч, отчётов и переговоров. Брюнетка старалась сосредоточиться на работе: новый филиал в Екатеринбурге требовал внимания, поставщики косметики задерживали партию, а бухгалтеры готовили квартальный отчёт. Но каждый раз, когда телефон вибрировал, она ловила себя на том, что проверяет экран быстрее обычного. Этери писала не часто, но каждый раз точно в тот момент, когда Женя меньше всего этого ожидала. Первое сообщение пришло поздно вечером в среду: «Прочитала твои заметки по предложению. Всё очень профессионально. Но мне интересно другое — как ты отдыхаешь? Или ты из тех, кто даже в отпуске проверяет почту?» Женя лежала в постели рядом с Ильдаром, который уже тихо посапывал после долгого дня. Она улыбнулась и ответила: «Проверяю. Привычка. А ты?» Ответ пришёл почти мгновенно: «Я тоже. Но иногда позволяю себе забыть о делах. Например, сейчас пью вино на балконе и думаю о тебе.» Сердце девушки пропустило удар. Она вышла из спальни на кухню, налила себе стакан воды и долго смотрела на экран. Ответила нейтрально: «О бизнес-предложении?» «И о нём тоже. Спокойной ночи, Евгения. Приятных снов.» С тех пор переписка стала ежедневной. Утром Этери присылала короткое «Доброе утро, красавица» с фотографией кофе на фоне окна с видом на реку. Днём — деловые вопросы, которые постепенно превращались в личные. Вечером — голосовые сообщения с низким, бархатным голосом, от которого по спине пробегали мурашки. Алина заметила изменения первой. Они встретились в их любимом маленьком ресторанчике на Патриарших в четверг вечером. — Ты светишься, — заявила подруга, тыкая вилкой в салат. — И не говори, что это от нового крема. Я знаю этот взгляд. Кто-то появился? Брюнетка помешала ложкой в чае. — Никто не появился. Просто… общаюсь с Этери. По работе. Алина фыркнула. — По работе. Жень, я видела, как она на тебя смотрела. И ты на неё — тоже. Ильдар ничего не замечает? — Ему нечего замечать, — твёрдо ответила девушка. — Мы просто переписываемся. Она интересный человек. Много знает, много путешествовала. Рассказывает такие истории… — Ага. И от этих историй у тебя щёки розовые, — Алина наклонилась ближе. — Будь осторожна. Она старше, опытнее и явно привыкла брать то, что хочет. А ты замужем. Ильдар хороший парень. — Я знаю, — тихо сказала та. — Я ничего не делаю. Но внутри она уже понимала, что это не совсем правда. В пятницу Этери предложила встретиться снова — на этот раз не в кафе, а на закрытой презентации новой коллекции ювелирных украшений в галерее на Тверской. «Будет интересно, и Даниил тоже придёт. Можем обсудить детали сотрудничества», — написала она. Ильдар в тот вечер улетел в командировку в Новосибирск на два дня, поэтому Женя согласилась. Она выбрала элегантное чёрное платье с открытыми плечами и приехала чуть позже назначенного времени. Блондинка ждала у входа. Когда она увидела ту, её глаза потемнели от удовольствия. Она подошла, обняла за талию и поцеловала в щёку — медленно, почти нежно. — Ты выглядишь сногсшибательно, — прошептала она. — Я уже соскучилась. — Мы виделись всего неделю назад, — ответила Женя, но улыбнулась. — Для меня это целая вечность. Внутри галереи играла тихая музыка, бокалы с шампанским искрились под светом софитов. Даниил Глейхенгауз стоял у стенда с украшениями и, увидев их, понимающе улыбнулся. — Добрый вечер, Евгения. Рад, что ты пришла. Этери весь день была сама не своя. — Даниил, — шикнула блондинка. Они ходили между экспонатами, обсуждали возможную совместную акцию: салоны Жени могли предлагать клиентам эксклюзивные украшения от партнёров женщины . Разговор шёл легко, но под ним всегда тлел другой, более глубокий слой. Когда Даниил отошёл к знакомому инвестору, Этери взяла ту под руку и подвела к тихому уголку у окна. — Скажи честно, — тихо спросила она, глядя прямо в глаза. — Ты думаешь обо мне так же часто, как я о тебе? Женя отвела взгляд на огни города за окном. — Этери… Это неправильно. У меня есть муж. Мы планируем семью. — Я знаю. — Голос старшей был мягким, но настойчивым. Она провела пальцем по обнажённому плечу Жени — едва заметно, но достаточно, чтобы та вздрогнула. — Я не прошу тебя бросать всё прямо сейчас. Я просто хочу быть рядом. Узнать тебя лучше. Показать, какой может быть жизнь, когда рядом человек, который понимает тебя полностью. Каждую твою мысль. Каждое желание. Девушка повернулась к ней. Их лица были очень близко. — А что, если я не хочу ничего менять? Этери улыбнулась уголком губ. — Тогда я буду ждать. Но я видела, как ты смотришь на меня. Ты уже меняешься, Медведева. Они вернулись к остальным гостям. Остаток вечера прошёл в лёгких разговорах, но Женя постоянно чувствовала на себе взгляд Тутберидзе — тёплый, собственнический, полный обещаний. Когда презентация закончилась, блондинка проводила её до машины. — Поедешь домой? — спросила она. — Да. Завтра много дел. — Напиши мне, когда доберёшься. Чтобы я знала, что ты в порядке. Женя кивнула. В машине она включила музыку и долго ехала по ночной Москве, пытаясь разобраться в себе. Дома она приняла душ, легла в пустую постель, так как Ильдар ещё не вернулся, и взяла телефон. Сообщение от Этери уже ждало: «Ты дома? Расскажи, о чём думаешь перед сном.» Медведева долго набирала ответ. Потом стёрла. Набрала снова. «Думаю, что ты опасная женщина, Этери.» Ответ пришёл сразу: «Опасная для тех, кто пытается мне сопротивляться. А для тебя — та, кто сделает тебя счастливой. Спокойной ночи, моя хорошая.» Женя выключила свет, но ещё долго лежала в темноте, чувствуя, как внутри разгорается огонь, который она не могла — или не хотела — потушить. На следующий день Ильдар вернулся из командировки с букетом цветов и планами на выходные. Он крепко обнял её, поцеловал и заговорил о будущем: — Может, съездим куда-нибудь вдвоём? Без работы. Просто мы. И… поговорим о малыше…? Брюнетка улыбнулась, ответив поцелуем, но когда вечером они легли спать, она поймала себя на том, что думает не о муже, а о блондинке, которая теперь занимала слишком много места в её мыслях. А Этери в это время в своей квартире говорила по телефону с Глейхенгаузом : — Она уже моя, Даня. Просто ещё сама этого не знает. Я заберу её у него. Красиво. Нагло. И она останется со мной навсегда.