Identity Theft

Восьмичасовой сон — штука переоценённая. Тони осознал это ещё в молодости. Пока он получал достаточное количество фаз быстрого сна, он мог спокойно продержаться два-три дня на коротких пересыпах то тут, то там. Даже четыре, если мозг работал на полную. Это была пагубная привычка, за которую Роуди его нещадно песочил. Но в такие моменты она оказывалась как нельзя кстати. Он спал в перерывах между циклами обработки данных, во время которых пересобиралась броня Марк 37. ПЯТНИЦА сообщала ему, сколько времени потребуется костюму для синхронизации, и он использовал эти паузы в неустанной работе, чтобы провалиться в дрёму. Шея была явно не в восторге от нелепых поз для сна, но он не останавливался. Короткие сны прерывались голосом ПЯТНИЦЫ, сообщавшим, что очередная синхронизация завершена, и он просыпался, возвращаясь к реструктуризации брони. В какой-то момент Дубина притащил ему жёсткую подушку и положил рядом. Тони она особо не пригодилась. Эти краткие мгновения отдыха, по крайней мере, дарили вдохновение. Где-то между финальной процедурой синхронизации костюма и пятым по счёту коротким сном он начал работать над аналоговыми веб-шутерами. Ему не хотелось об этом думать, но шансы на то, что у Питера осталось хоть какое-то оружие для самозащиты, были близки к нулю. Исходя из собственного опыта пребывания в плену, похитители обычно не позволяли ему оставлять при себе броню Железного Человека. Его бы не удивило, если бы парень остался без своих паучьих гаджетов — особенно учитывая, что сколько бы раз он ни запускал поиск трекера в костюме, тот не выдавал никаких результатов. Тони была невыносима сама мысль о том, что Питер где-то там, совсем без защиты. От этого его буквально мутило. Честно говоря, он надеялся, что новые веб-шутеры вообще не придётся использовать. И всё же он хотел быть готов. Он находился в самом разгаре испытаний, когда в мастерскую вошёл Роуди. — Тони, ПЯТНИЦА сказала, что ты… воу! Роуди отпрянул в сторону как раз вовремя — густая струя паутины шлёпнулась прямо в автоматические двери в тот самый миг, когда он вошёл. Проследив за нитью взглядом, он обнаружил, что её источник — Тони. Его рука была вытянута, а два пальца плотно прижаты к устройству на запястье. Роуди выгнул бровь. — Это ещё что такое? Тони опустил руку, попутно отстёгивая веб-шутер. — Усиленный состав паутины, — ответил он, вертя в руках металлическое устройство. — Я подправил формулу Питера, так что предел прочности при растяжении увеличился с 1,3 гигапаскаля до примерно 1,8. Не густо, я смог сделать лишь то, что позволили пара свободных часов. Пришлось пожертвовать пропиткой эфирами, но я рассудил, что если пацан будет этим пользоваться, нам всё равно не захочется, чтобы эта штука растворилась, верно? Мания, пропитавшая каждое слово Тони, слышалась отчётливо, как день. Пока он возился с гладкими металлическими устройствами, Роуди наблюдал за ним с отсутствующим выражением лица. Он пытался переварить услышанное и одновременно осознавал, что Тони дошёл до крайней степени переутомления из-за перегрузки мозга. Оглядевшись, Роуди заметил, что в мастерской, как обычно, царил бардак. А Тони так и не сменил ту повседневную одежду, в которой был вчера вечером. Его футболка с Black Sabbath была помята и заляпана белой жижей в большем количестве мест, чем можно сосчитать. Роуди указал на устройства, которые Тони снял с запястья. — А браслеты? — Не браслеты, — Тони бросил их на ближайший стол. — Полностью автономные веб-шутеры. Пацан изначально их такими и задумал, я просто немного их уменьшил. Если эти Пенн и Теллер хотят превратить наши технологии в рухлядь, у меня будет готов запасной план. Роуди не удивился. Десятилетия дружбы с Тони лишили его способности испытывать эту эмоцию. Он не знал, стоит ли комментировать завалы вокруг них или новые изобретения, на которых его друг явно был зациклен всю ночь. На заднем плане он видел, как несколько роботизированных рук собирают новый костюм Железного Человека. Господи, а чего он не успел сделать за последние несколько часов? — Ты вообще спал этой ночью? — решил спросить Роуди. Тони не поднял взгляда от пола, решив вместо этого отпихнуть ботинком кучу использованной паутины. — А ты? К ним подошёл Дубина и попытался смести паутину в сторону. Роуди сделал шаг назад, чтобы машина могла убрать беспорядок. — Немного, — рассеянно ответил Роуди. — Я тоже, — пробормотал Тони, глядя на Дубину, когда тот начал издавать скулящие звуки. Уперев руки в бока, он указал на паутину, прилипшую к щетине метлы. — Что я тебе говорил? Зачем ты вообще пытаешься это сделать? Роуди, к сожалению, ожидал подобного ухода от ответа. Он покачал головой и тяжело вздохнул, понимая, что самым честным ответом, который он получит от Тони, будут тёмные мешки, залёгшие у того под глазами. Его внешний вид всегда говорил больше, чем слова. — Стрэндж и Наташа вернулись, — Роуди указал на дверь позади них. — Они ждут нас в лаборатории восточного крыла. Голова Тони взметнулась вверх с рекордной скоростью. — Отлично, — он уже выскочил из комнаты, впопыхах бросив паутину и веб-шутеры. — Пошли. Роуди на мгновение задержался, наблюдая, как Дубина тщетно пытается распутать паутину с метлы. Липкая жижа застревала между металлическими зажимами, вызывая у робота всё большее разочарование с каждой новой попыткой избавиться от неё. Роуди закатил глаза и вышел, решив, что этот беспорядок лучше оставить для кого-нибудь другого. Тони был уже на полпути к выходу, когда Роуди его догнал. — У тебя есть скотч? — спросил Тони, резко сворачивая за угол. — Я умираю с голоду. Роуди снова закатил глаза. — Как насчёт кофе? К моменту их прихода остальная команда уже была в сборе. Все сидели на своих местах за столом, и только Стрэндж с Клинтом продолжали стоять. Последнее Тони не удивило: лучник всегда настаивал на том, чтобы следить за помещением, словно ястреб. Кофе, само собой, при данных обстоятельствах было в избытке. Приблизившись к команде, Тони отметил, что Наташа выглядит подозрительно свежей для человека, который не спал всю ночь. Её шпионская закалка никогда не переставала его удивлять. Стрэндж, стоявший в ближайшем углу, кивнул в знак приветствия. Край его тяжёлого красного плаща приподнялся вверх — Тони мог лишь предположить, что в мире неодушевлённых предметов это заменяло приветственный взмах рукой. Приветствие показалось ему издёвкой. Он нахмурился, быстро решив держаться подальше от магической верхней одежды. — Ну, — начал Тони, придвигая кресло к столу. — Есть что-нибудь хорошее? Наташа поднялась со своего места, наклонилась и с силой нажала на поверхность стола. Когда она подняла руку, комнату осветило голографическое 3D-изображение здания. Клинт оттолкнулся от стены, подходя ближе, чтобы рассмотреть всё получше. — Разве я когда-нибудь тебя разочаровывала? — спросила Наташа. Роуди встал рядом с ней, выводя свои собственные экраны с многочисленными секретными правительственными отчётами. — Оказывается, ты был прав насчёт того, что с OsCorp что-то нечисто. Тони вскочил с кресла, не успев толком сесть. — Сукины дети, — пробормотал он, наклоняясь вперёд и вращая 3D-изображение лёгким движением руки. — Где эти ублюдки вообще это прятали? Здание было не очень большим — может, четверть от размера Рафта, если не меньше. Но оно было детально проработано. Множество уровней со схемами, предназначенными для серьёзной научной практики. Не похоже на то, что можно было так легко скрыть от глаз общественности. Тони свёл пальцы на изображении и увеличил его, что позволило лучше изучить чертежи. Стрэндж, не отрывая взгляда от голограммы, ответил: — В Бермудском треугольнике. — В Бермудском… — запнулся Брюс, быстро переводя взгляд с одного на другого. — В Бермудском треугольнике? — Дальше — интереснее, — сухо произнесла Наташа. — Вся база находится под водой. Как минимум на глубине тысячи трёхсот футов, построена на какой-то скальной породе. Использует ту же технологию жизнеобеспечения, что и Рафт, а доступ туда имеют только водолазы и субмарины. Роуди пролистал данные на своих экранах. — Я провёл небольшое расследование. Выяснилось, что именно этот объект OsCorp использовал для своих экспериментов над «улучшенными». Клум, должно быть, рассказал о нём Дмитрию, и они решили использовать его как базу. Туда легко добраться, если умеешь телепортироваться туда и обратно. Стив покачал головой, ещё сильнее нахмурившись. — Я думал, ты сказал, что правительство их прикрыло. — Так и есть, — лаконично ответил Роуди. — Но это не накладывало на них обязательство уничтожать объект. Их заставили покинуть корабль, но сам корабль так и не был потоплен. Сэм издал неопределённый звук. — Она на дне океана. С деньгами OsCorp они, вероятно, просто бросили её там ржаветь. На глубине тысячи трёхсот футов — Тони не сомневался, что так оно и есть. Лишь сдвинутые брови мешали его глазам расшириться ещё больше, морщины на лбу залегли так глубоко, что это выглядело болезненно. — Какого чёрта мы об этом не знали? — спросил Тони, адресуя вопрос Наташе. Она лишь пожала плечами. — Правительство передало объект ЩИТу, а те по-тихому всё уладили, — её ответ, похоже, его не успокоил. Впрочем, она этого и не ожидала. — Ты же знаешь, как они работают. Всё строго конфиденциально: они посчитали, что нам об этом знать не положено. Тони позволил очередному смешку вобрать в себя все те ругательства, которые он с трудом сдерживал. Движением руки вернув изображение к обычному размеру, он снова сел в кресло, едва удерживая бормотание на грани слышимости. Конечно, ЩИТ скрыл бы это от них. Так было всегда с тех пор, как Соглашения отменили. ЩИТ больше всего на свете любил подключать команду в самый последний момент и вводить в курс уже по ходу дела. Честно говоря, Тони почувствовал даже некое злорадство от того, что они не доложили им о спасении Питера. К чёрту всё, если они хотят хранить секреты — он тоже может. — А вот и самое интересное, — Наташа сменила голограмму, переключившись с подводного объекта на нечто, очень похожее на огромную механическую систему насосов. — Тот туман, который использует Мистерио? Тот самый, что вырубает нашу технику? Его создали в OsCorp, чтобы спрятать базу. Вижн хмыкнул, потирая подбородок. — Ну конечно. Построить подводную базу в Бермудском треугольнике, где и так ходят слухи о паранормальной активности. Роуди кивнул. — Никто и глазом не моргнёт, если там из-за тумана разобьётся самолёт. — А если они используют туман из нанитов, — Тони сдавил переносицу пальцами, — самолёт обязательно разобьётся. — И они используют его, — подал голос Стивен. — Мистерио пользуется им не только ради собственной выгоды, как в том шоу, что он устроил на Таймс-сквер. Им окружали здание и после того, как OsCorp покинул объект. Они полностью вне радаров. Сэм потёр лицо обеими руками. — Похоже, в ближайшее время на Квинджете мы туда не полетим. Стив подался вперёд, глубоко задумавшись. В то же время Тони откинулся назад, всё ещё крепко сжимая переносицу. Напряжение в комнате казалось настолько плотным, что им можно было захлебнуться. Здесь и так трудно дышать, а с каждой новой порцией информации становилось только хуже. Поэтому, когда Наташа слегка, почти незаметно улыбнулась, остальные тут же обратили на неё внимание. — К счастью для нас, — начала она, — в этот раз на нашей стороне есть новый элемент. Словно напрочь забыв о фокуснике — чародее — Тони резко вскинул голову, и развернул кресло к Стрэнджу. Он даже не пытался скрыть отчаяние, которое к этому моменту уже намертво отпечаталось на его лице. Если мужчина и заметил это, то не подал виду. — Я смогу доставить вас туда с помощью двойного кольца, — Стивен указал на золотой металлический предмет, который достал из своего тканевого пояса. — Если вы позволите мне помочь, я открою портал прямо в здание. Вы найдёте мальчика, Паркера, а я изгоню Мистерио в измерение, куда даже Дормамму не сможет войти. Тони вскочил с кресла ещё до того, как Стивен закончил фразу. — Ладно? Так какого черта мы ждём? — Тони нетерпеливо хлопнул в ладоши. — Погнали! — Мы не можем идти все, — произнёс Стив с таким внезапным и мрачным осознанием, что Тони так и замер. — Мы все не можем… И почему, чёрт возьми, не можем? — Тони запнулся, его брови расслабились, сменив яростную гримасу на мучительное осознание. То же самое, что пришло к Стиву секундой ранее. — Оу. Дерьмо. Первым его порывом было взглянуть на Роуди и на громоздкие фиксаторы, закреплённые на ногах. Челюсть мужчины была заметно напряжена, руки скрещены на груди, голова опущена. — Раз они используют туман, чтобы скрыть базу, то некоторые из нас окажутся в глубокой заднице без весла, если попадут под его воздействие, — констатировал Роуди. Тони на мгновение закрыл лицо рукой, растирая уставшие мышцы вокруг глаз. У него не было сил смотреть на друга, когда он заговорил. — Роуди… — Всё нормально. Правда, — перебил его Роуди, примирительно подняв руки. — Если останусь, я смогу какое-то время сдерживать ЩИТ. Это даст вам немного времени. От этого ответа Тони не стало легче. Его плечи опустились под нарастающим давлением, от которого ныли спина и шея. — Мне придётся остаться с ним, — объявил Брюс. Тони был не единственным, кто выразил недоумение по поводу этого заявления. Остальные разделяли это чувство, глядя на Брюса так, будто у него выросли три головы. — Что? — Наташа нахмурилась. — Почему? Брюс взмахнул рукой в ​​воздухе, запинаясь, прежде чем наконец заговорил. — Я… я не могу туда идти, Нат, — излишне пояснил он. — Подводный бункер? Если… если «другой парень» вырвется наружу, всем там крышка. Мы не можем так рисковать. Тони запрокинул голову к потолку. Точно, ну конечно. Мозг превратился в такую кашу, что он даже не сложил два плюс два. И вот, участники команды начали отсеиваться один за другим, словно мухи. От этого и без того несвоевременная спасательная миссия казалась ещё более пугающей из-за нехватки рук. К счастью для него, Стив уже вовсю решал возникшие проблемы. По тому, как его глаза метались по комнате, было видно, что в голове проносятся сотни различных сценариев. Пока он наконец не остановился на том, который имел больше всего смысла. — Хорошо. Тогда мы разделимся — разобьёмся на группы, — чётко скомандовал Стив. — Одна группа останется здесь на случай любых непредвиденных обстоятельств. Раз мы не знаем, что планируют эти двое, нам нужно, чтобы кто-то оставался здесь и был готов обороняться в любой момент. Ванда вскочила с кресла так быстро, что колёсики скрипнули по полу. Остальные обернулись к ней. Её поведение напоминало Вижна — в том смысле, что она подавала голос только тогда, когда считала это необходимым. — При всём уважении, я не останусь, — настояла она, глядя прямо на Стива. — Я иду. Клинт окинул Ванду взглядом с ног до головы и твёрдо кивнул. — Я тоже, — бросил он так буднично, словно речь шла об ужине в заурядный вторник. — Старые добрые стрелы так же смертоносны, как и те, что бьют током. — Я иду, — глаза Наташи не отрывались от пола, впившись в ботинки так пристально, что Тони пришлось присмотреться дважды, чтобы убедиться, не пропустил ли он там чего-нибудь важного. Там ничего не было. Но её тон сказал ему обо всём задолго до того, как он понял это сам. Глубокий, угрожающий оттенок в голосе говорил сам за себя, а пронзительный взгляд, застывший на лице, дополнял картину. Тони точно не собирался в это лезть. Как и Стив, пришедший к тому же выводу одновременно с ним. С Наташей спорить не стоило. Она идёт. — Вижн, — начал Стив, разворачиваясь в кресле к андроиду. — Можешь остаться с Роуди и Брюсом? Думаю, будет разумно, если кто-то с твоей силой останется здесь на случай, если они решат напасть, пока нас нет. Не стоит рисковать всем сразу. Вижн просто кивнул. — Я сделаю это, Капитан. — Сэм, — Стив повернулся в кресле ещё раз. — Тебе тоже нужно остаться. Понадобилась всего миллисекунда, чтобы всё самообладание Сэма испарилось. — Что?! — воскликнул он, с силой упёршись ладонями в стол, словно готовый вскочить в любую секунду. Стив смерил его взглядом. — Твои крылья… — К чёрту мои крылья, Стив! — Сэм вскочил, отпихнув кресло. То откатилось назад, пока Сэм яростно жестикулировал. — Я был параспасателем, чёрт возьми! Ты серьёзно думаешь, что оставить меня в запасе — хорошая идея? А если парень ранен? Если ему нужна медицинская помощь? Тони бросил на него взгляд — что-то между удивлением и насмешкой. Сэм был слишком занят тем, что прожигал Стива взглядом, чтобы это заметить. Клинт заметил. И даже не стал скрывать ухмылку. — Будем надеяться, что успеем доставить его сюда вовремя, — Стив поднял руку ладонью вперёд — открытый жест, настолько примирительный, насколько это вообще было возможно. Губы Сэма сжались в тонкую линию. — Ты собираешься полагаться на «будем надеяться»? Ты серьёзно хочешь отстранить единственного парня, который специально для этого обучен? — Сэм, Стив прав, — вмешалась Наташа. — Ты нужен нам здесь на случай, если что-то пойдёт не так. — Да это бред собачий, — огрызнулся Сэм, ткнув пальцем в её сторону. — Единственная причина, по которой идёшь ты — это твоё желание лично пустить пулю в башку Дмитрию. Испепеляющий взгляд Наташи мог бы поджечь всю комнату. И Стив, и Тони одновременно сдержали свои раздражённые вздохи — оба знали, что в это лучше не лезть. Сэм же никогда не отличался умением фильтровать свою речь. Стив покачал головой. — Сэм… — Ты хоть понимаешь, о чём просишь? — Сэм посмотрел Стиву прямо в глаза. — Это идёт вразрез со всем, ради чего я живу! Если парень ранен, а меня не будет рядом, чтобы помочь… Он не стал договаривать. И никто не стал его подталкивать. Это было не то, что они хотели слышать. Все они знали, как проходят спасательные операции. Все знали, что почти всегда это заканчивается травмами. Им не всегда выпадала возможность вернуть пленного живым. Такова была прискорбная реальность их работы. Никто не хотел, чтобы Питер оказался в такой ситуации. Они и так прекрасно осознавали все возможные исходы, но услышать это вслух — совсем другое дело. — Я понимаю, — настаивал Стив, примирительно выставив ладонь. — Правда понимаю, Сэм. И мне приятно видеть, что он тебе не безразличен. Ухмылка Клинта стала ещё шире. — На самом деле это довольно мило. Сэм резко повернул голову к Клинту. В ответ на подколку прозвучало жёсткое: — Заткнись. — Но ты нужен мне здесь, во главе команды, — продолжил Стив, игнорируя их обоих — исключительно ради дела. — Я рассчитываю, что ты возьмёшь на себя мою роль, пока меня не будет. Сэм неохотно перевёл взгляд обратно на него и какое-то время просто смотрел. А потом, с тяжёлым выдохом, сдался. Настолько громким, что казалось, именно он и оттолкнул его кресло назад. Сэм потянулся за ним, подкатил обратно и ответил Стиву лишь твёрдым кивком и плотно сжатыми губами. В любой другой день Тони сказал бы, что тот дуется. Возможно, даже отпустил бы шутку, не хуже Клинта. Но сил на шутки у него не было. И никакое количество выпитого кофеина не могло это исправить. Особенно после потери четырёх ключевых членов команды в этой импровизированной спасательной миссии, которую он всё ещё с трудом укладывал в голове. — Тони… Звук собственного имени прорвался сквозь его мысли, как бульдозер. Тони резко обернулся, его глаза широко распахнулись в тот самый миг, когда Стив открыл рот, чтобы заговорить. — Чёрт с два! — практически выкрикнул Тони, яростно мотая головой при одной только мысли, что Роджерс попытается его отстранить. — У тебя тут нет права голоса, Кэп. Я иду. Точка. Когда Стив приоткрыл рот, чтобы заговорить — предпринять вторую попытку, Тони просто перебил его. — У меня есть костюм, готовый к бою, и он раскидает их всех даже с этим грёбаным туманом из нанитов, — Тони опустил взгляд, и в глазах зажглась такая ярость, что она отразилась в каждой чёрточке его лица. — Я верну своего ребёнка. Всё, что Стив так настойчиво пытался сказать, вдруг застряло у него на языке. Он замолчал, плотно сомкнув губы после нескольких неудачных попыток вымолвить хоть слово. Его выражение лица замерло где-то между ошеломлением и лёгким восхищением. Никто не оставил без внимания то, что Тони снова назвал Питера своим ребёнком. Но даже Клинт не посмел подшутить над этим. — Я… и не собирался с тобой спорить по этому поводу, — излишне пояснил Стив, не в силах скрыть улыбку, тронувшую уголки его губ. — Я просто хотел убедиться, что у тебя есть план, прежде чем мы нападём. Взгляд Тони чуть смягчился — ровно настолько, чтобы напряжение перестало буквально распирать его изнутри. Поняв, что на него снова все смотрят, он демонстративно закатил глаза. — Ты же меня знаешь, Роджерс, — протянул Тони, плотно скрестив руки на груди. — Мой план — атаковать. Клинт первым покачал головой. — Идея так себе, — сказал он, настороженно оглядывая остальных. — Нам нужно знать, во что мы ввязываемся, прежде чем соваться. Мы будем бесполезны, если пойдём вслепую. Как быстро мы сможем раздобыть чертежи этой базы? Полную планировку, чтобы мы знали, куда идти, когда окажемся внутри? Наташа уже переключила внимание на голограммы — холодный голубой свет отражался на её лице. — Мне нужно будет пробиться в пару серверов… — пробормотала она, смахивая и перетаскивая изображения в воздухе. — Дайте мне пол дня, в лучшем случае. Думаю, к ночи у меня что-то будет. Тони снова закинул голову к потолку. — Серьёзно, народ? — не глядя ни на кого, он взмахнул рукой в воздухе — раздражение читалось в каждом вялом движении кисти. — Мы просто собираемся и дальше просирать время? — Они правы, Тони, — твёрдо настоял Стив. — Мы не можем дать Клуму и Дмитрию преимущество, бросаясь в бой сломя голову. Нам нужно знать структуру базы и решить, разделимся ли мы на группы, когда окажемся там. Если мы заблудимся в этом бункере, от нас не будет толка для Питера. Брюс облизнул губы и оперся локтями о стол. — Хотя присутствие Ванды и… — он повернулся к чародею, — доктора Стрэнджа, безусловно, нам на руку, не помешало бы иметь кого-то ещё с магическими способностями, — Брюс сделал паузу, высоко вскинув бровь. — Например… Бога? Стивен быстро сообразил, о ком речь. Он прислонился спиной к стене и покачал головой. — Тор покинул Сакаар, он сейчас в другом мире, — бесстрастно сообщил он им. — У него там… семейные дела, с которыми нужно разобраться. Брюс скривился, словно внезапно об этом вспомнив. — А как же Тик-Так? — спросил Сэм, поворачиваясь к Стиву. — Может, он снова мог бы нам помочь. Тони ответил гораздо раньше Стива. — Скотт Лэнг и его технологии уменьшения? — Тони хмыкнул, резко качнув головой. — Он будет бесполезен для нас. Нет технологий — нет помощи. Стив молча встал на его сторону в этом вопросе. У Сэма тоже не нашлось особых аргументов. — Нас будет шестеро против двоих, — Стивен шагнул вперёд, приближаясь к команде с такой уверенностью, которая могла бы легко составить конкуренцию Старку. — По факту, самое большее, что у них есть — это остатки технологий OsCorp… и шлем Старка, — его недовольный тон не остался незамеченным. — Стоит нам его отобрать, и мы выиграем битву. Бровь Тони едва не взлетела до потолка. — Ты довольно уверен в себе для того, кому не позволено наколдовать с помощью вуду исход этой битвы. Стивен склонил голову набок, едва ли не метая кинжалы глазами в сторону Тони. — Мы выдвигаемся, как только твоя команда изучит планировку базы, — констатировал он, кратко и по делу. — Будь готов к этому времени. Наташа уже начала работу по взлому серверов, чтобы получить чертежи объекта. Её концентрация казалась непоколебимой, пальцы с невероятной скоростью стучали по клавишам. Клинт в мгновение ока оказался рядом, делая всё возможное, чтобы помочь — взмахом руки он выводил новые голографические экраны. Тони решил, что с него хватит. Раздражённый и слегка преувеличенный вздох вырвался из его груди. Он вылетел из комнаты, всю дорогу бормоча себе под нос. Ему стоило огромных усилий не вызвать броню Железного Человека и не улететь немедленно. Он бы сам полетел в этот чёртов Бермудский треугольник — для него это было бы не сложнее, чем полёт в Гульмиру. Если бы всё зависело только от него, он бы послал всех куда подальше, в одиночку отправился на Восточное побережье и покончил с этой проблемой. Играть в команде — это одно, но совсем другое — когда речь идёт о спасении Паркера, ребёнка, запертого в грёбаном подводном бункере с кучкой безумцев. Но они были правы. Тони ненавидел это признавать — действительно ненавидел — но идти вслепую означало потерпеть неудачу. Одно дело, если бы там с ним была ПЯТНИЦА. Но знать, что они останутся без какой-либо работающей техники… Они не могли позволить себе сейчас потерпеть неудачу. Питер не мог позволить им потерпеть неудачу. Мельком взглянув на наручные часы, Тони отметил время. С момента инцидента на Бруклинском мосту прошло чуть больше двух полных суток. Это было примерно на сорок восемь часов больше, чем Тони мог вынести. Он не сказал бы этого вслух, чёрт, он бы даже не стал задерживаться на этой мысли — но всё ещё существовала мучительная, пугающая вероятность того, что он найдёт Питера мёртвым. Сорок восемь часов — это слишком долгий срок. С мучительным упрямством Тони отказывался думать о чём-либо, кроме тех глаз, что показал ему Стрэндж. Он видел их — так отчётливо — эти мягкие карие глаза, от которых щемило в груди. Питер всё ещё жив. Он должен быть жив. — Тони, эй! — голос вырвал его из мыслей. — Постой! Тони остановился, через секунду развернувшись на каблуках. Его трясло от разочарования, которое он больше не мог сдерживать. — Роуди, пожалуйста, — он практически умолял. А Тони никогда не умолял. — Не сейчас. Я не могу… — его руки сжались в тугие кулаки. — Я знаю, что ты в бешенстве, ладно? Не думай, что я не замечал, какой ты в последнее время. Не думай, что я не… Слова вырвались прежде, чем он успел обдумать, что говорит. Всё это начало давить на его совесть, ослабляя тот фильтр, который обычно помогал ему сохранять спокойствие и самообладание. Назвать его состояние взвинченным было бы слишком мягко — и он это знал, Тони это прекрасно понимал. Но он был чертовски не в своей стихии. Начиная от магии Стрэнджа и заканчивая мелочами — например, ожиданием команды для спасательной операции, которая должна была начаться сорок восемь чёртовых часов назад. Почему он всё ещё стоял здесь? Почему они ничего не предпринимали? Почему они не делали больше? Тони внезапно понял, что Роуди пытался привлечь его внимание. — Тонс, я не… я не злюсь, — искренне произнёс Роуди, шагнув в поле зрения Тони так, чтобы тому больше не на что было смотреть. — Я раздражён, это да. Но я не злюсь. — Я стараюсь, — Тони всплеснул руками, его лицо выражало полное поражение. — Я правда стараюсь. Роуди, терпеливый, как и всегда, кивнул. — Я знаю. Тони — ходячая катастрофа с самого рождения — продолжал: — Очевидно, у меня это хреново получается, я имею в виду, посмотри на себя, но я… — У тебя всё нормально получается, Тони, — с нажимом прервал его Роуди. — Я не хочу оставлять тебя в стороне, — продолжал Тони, словно не слыша друга, его голос становился всё более хриплым и надрывистым. — Я хочу, чтобы ты был там, сражался вместе со мной. — Я знаю, друг. Я тоже хочу там быть, — Роуди подошёл ближе, хотя между ними и так почти не осталось свободного пространства. Он твёрдо положил ладонь Тони на плечо. — Но у меня здесь своя задача. Не вини себя за это. Роуди говорил искренне. И если тяжёлого акцента на последних словах было недостаточно, он сжал плечо Тони чуть крепче для поддержки. Это был его способ сказать: «Держись, дружище, ты должен взять себя в руки». Мощный поток эмоций, исходивший от них обоих, не нуждался в словах. Всё было сказано годами дружбы между ними. Тони с трудом расслабил сведённую челюсть, глядя Роуди прямо в глаза. — Я должен его вернуть. Боль в его голосе ударила Роуди под дых. Он убрал руку с плеча, коротко похлопав по нему и заметив, что налитые кровью глаза Тони блеснули от влаги, которой тот не давал вырваться наружу. — Я знаю, — в голосе Роуди звучали доверие и вера, которым Тони мог только позавидовать. — И ты вернёшь. Пронзительный рингтон прервал их разговор. Тони подавил раздражённый вздох, а Роуди молча кивнул, развернулся обратно к лаборатории и оставил его отвечать на звонок. Секунду спустя Тони вытащил мобильный из кармана, проверил определитель номера и решил ответить. — Надеюсь, у тебя что-то важное, Хэппи. Боже, он слишком устал для этого. Тони слышал какой-то шорох на том конце, неуверенную тишину прерывал только звук автомобильного поворотника. В то же время ПЯТНИЦА немедленно активировала функцию шифрования в телефоне, скрывая каждое его слово от камер наблюдения, мимо которых он проходил. Гарантируя, что ни одно слово из его разговора не будет перехвачено технологиями ЩИТа. — Босс, — приветствие Хэппи было пропитано недовольством. — Тётя Паркера хочет знать, когда будут организованы похороны. Похороны для… Тони прошипел сквозь плотно сжатые зубы. Из-за всего этого хаоса он почти забыл, что Мэй до сих пор считает парня мёртвым. Он с силой потёр лоб тыльной стороной свободной руки, оставив на коже розовый след. — Похорон не будет. Пока Тони сворачивал за угол коридора, снова возникла пауза, на этот раз сопровождаемая звуком глохнущего двигателя. Он почти видел, как Хэппи поворачивает ключ в замке зажигания — так резко, что рискует его сломать. — Похорон не будет… Что, чёрт возьми, значит — похорон не будет? Тони наконец позволил себе тот самый вздох. — Это долгая история, — боже, ему казалось, что за последние несколько часов он произносил это уже раз в пятнадцатый. — И у меня сейчас нет на неё времени. Усмешка Хэппи отозвалась вибрацией в динамике телефона. — Нет. Знаешь что… Абсолютно нет, здесь я провожу черту. Я закрыл глаза на то, что Роджерс делал за тебя всю грязную работу. И одно дело — выбирать за тебя гроб. Я сделал это по дружбе, как твой друг… Тони застонал. — Послушай меня, Хэппи. — Ты мне не босс, и ты знаешь, что технически я на тебя больше не работаю. Это было сделано из добрых побуждений. Тони перестал идти по коридору. — Хэп, тебе нужно… — Но не организовать похороны ребёнка?! У меня есть пара ласковых на этот счёт… Тони убрал телефон от уха, поднёс его прямо ко рту и заорал: — Хэппи, заткнись! Последовала пауза. Сотрудники комплекса, бродившие по коридорам, остановились и уставились на него, но Тони было плевать. Пытаясь собрать последние остатки терпения, Тони глубоко вдохнул, чтобы успокоиться, прежде чем медленно вернуть телефон к уху. — Да пошёл ты, Тони, — Хэппи словно знал, когда именно нужно заговорить. Тони закатил глаза так сильно, что едва не увидел собственный затылок. — Ты сама любезность, — слова сочились сарказмом. — Эй, кстати, пацан всё ещё жив. — Что?! — Тони снова отдёрнул телефон от уха, но на этот раз — чтобы барабанные перепонки не лопнули от крика Хэппи. — Какого чёрта, почему ты сразу не сказал?! Тони скорчил гримасу. Хэппи не мог её видеть, но Тони всё равно её скорчил. — Я предпочту это проигнорировать, — решил он, прежде чем снова зашагать по коридору. Он поворачивал практически вслепую, точно зная, куда идти, и не нуждаясь в подсказках. — Послушай, я знаю, что в последнее время многого от тебя требовал. Ты прав, технически ты на меня не работаешь, ты не обязан это делать… — Что тебе нужно? Облегчение накрыло Тони подобно цунами. Сейчас он был готов ухватиться за любую крупицу позитива — и то, что Хэппи вызвался помочь, стало одной из тех бесценных мелочей, которые он больше не смел принимать как должное. Казалось, когда весь мир ополчился против него, только на такие мелочи он и мог полагаться. — Мне нужно, чтобы ты потянул время с Мэй Паркер, — сказал ему Тони. — Просто дай ей знать, что всё под контролем, но пока ничего не начинай. Если всё сложится в нашу пользу, похорон вообще не будет. — Я вчера купил гроб, — в голосе Хэппи сквозило замешательство. — Хороший гроб. Тони тихо промычал. — А его можно вернуть? Хэппи фыркнул. — Вряд ли это тот товар, который люди обычно возвращают в магазин, Тони. Тони протиснулся сквозь группу солдат ЩИТа, идущих по тому же коридору и те едва расступились, чтобы пропустить его. Он не постеснялся наградить их парой испепеляющих взглядов, проходя мимо. — Плевать, — бросил Тони, едва не врезавшись в стену на очередном повороте. — Это не важно. Просто… что бы ты ни делал, Хэппи, ни в коем случае не говори ей об этом. — Не говорить ей, что её племянник всё ещё жив? Да уж, звучало это не очень. — Да, именно, — выдавил Тони. — Именно так. У нас есть план. Мы идём за ним, но… Внезапно Тони остановился. Кто-то врезался в него на ходу — по утрам в коридорах всегда было столпотворение, и замереть посреди прохода было всё равно что встать посреди шоссе. Тони было плевать. Он проигнорировал ругательства в свой адрес, с силой потирая глаза. — Если мы найдём его, а он не… если он будет… Внезапно Тони почувствовал, как горло начало сжиматься. Оно сжалось самым мучительным образом, заставляя сердце биться в бешеном ритме. Невысказанные слова являлись предвестником панической атаки. Образ трупа Питера всё ещё стоял перед глазами. Он видел его среди тел остальных Мстителей, безжизненного — это видение преследовало его даже наяву. Тони яростно тряхнул головой. — Я не могу давать ей ложную надежду, — закончил он. К счастью, Хэппи такой ответ устроил. — Понял, босс. Тони спускался по лестнице на нижний этаж комплекса, прямо туда, где находилась его мастерская, когда в голову пришла мысль. — О, и не дай слухам расползтись, — от каждого шага вниз его колени ныли в знак протеста. Хотя Тони был почти уверен, что Пеппер уладила вопрос с прессой, лишняя осторожность не помешает. — В течение следующих двадцати четырёх часов держи это в строжайшей тайне. ЩИТ всё равно не позволит нам делать официальные заявления, пока они не закроют дело, но нам не нужно вызывать подозрения, отзывая некролог. Внешний мир знал только то, что Человек-паук пропал после взрыва здания, а не Питер Паркер. И если бы это зависело от Тони, он бы костьми лёг, чтобы так оно и оставалось. А там, где это от него не зависело, он был полон решимости взять контроль в свои руки. — Понял, — Хэппи замолчал, на заднем плане послышался звук заводящегося двигателя. — И Тони? Тони приложил ладонь к биометрическому сканеру, чтобы войти в мастерскую. — Хм? — Я правда… я правда надеюсь, что ты найдёшь пацана, — Хэппи тихо усмехнулся, но не настолько тихо, чтобы его не было слышно из-за шума мотора. — Чёрт, после такого я буду сидеть с ним в качестве няньки, когда только попросишь. Тони улыбнулся, входя в мастерскую. — Ловлю тебя на слове, приятель. — Погоди, тогда я… постой… — Мне пора, Хэп. Езжай осторожней. Он завершил вызов прежде, чем кто-то из них успел сказать хоть слово. Стоя посреди мастерской, Тони медленно убрал телефон в карман, глядя на готовую броню Марк 37 перед собой. К чёрту магию. У него есть наука.

***

Питер заснул. Вот дерьмо. С трудом перекатившись на спину, он издал тихий стон и потянулся рукой к шее, пытаясь размять затёкшие мышцы. Похоже, наркотики оказались тяжелее, чем он думал. Он даже не помнил, как закрыл глаза. Питер покрутил головой из стороны в сторону, но так и не смог понять, как долго он был в отключке. Без часов и окон у него не было никакой возможности узнать, который сейчас час — или даже какой сегодня день. Здесь он просто существовал. Повернувшись на бок, он увидел собственное отражение. Зеркала — точно. Он всё ещё заперт в «комнате смеха» Мистерио, где было совсем не весело. — Так… просыпаемся, — пробормотал Питер, неуклюже вставая на колени. Хорошая новость заключалась в том, что голова болела чуть меньше, чем раньше. Плохая — его всё так же тошнило. — Нет… никакого бекона. Никакой… еды. С трудом сглотнув, Питер подавил подступившую слюну. Ему нужно было двигаться — и быстро. Если наркотики всё ещё так сильно действуют на организм, у него не будет ни единого шанса на побег, если они снова применят тот галлюциноген. И всё же он был здесь. Питер огляделся, запустив руку в волосы и снова наткнувшись на собственное отражение. Ни один из двух психопатов не пришёл за ним. Прошли, должно быть, часы с тех пор, как он вырвался на свободу, а он всё ещё был здесь. Заперт в какой-то дурацкой зеркальной комнате. «Они говорили, что им нужны деньги мистера Старка…» Питер взъерошил волосы, ещё больше запутывая жирные пряди. Когда он вернётся домой, ему определённо понадобится душ. «Значит, они сейчас заняты своим… планом» Это могло сыграть ему на руку. Не мистеру Старку — уж точно не мистеру Старку. Но это давало Питеру время для манёвра. Это давало ему шанс на побег. Питер медленно поднялся на ноги. — Окей, ты без веб-шутеров… паучье чутьё не работает из-за этого дурацкого тумана… и ты понятия не имеешь, где находишься. Всё могло быть хуже. Всё могло быть гораздо хуже. Не могло. Попытка Питера подбодрить самого себя не убедила даже его самого. Однако звук собственного голоса подарил ему чувство спокойствия, возвращая обратно к реальности. Даже после сна в голове всё ещё стоял туман. Галлюцинации казались такими реальными — он изо всех сил пытался стряхнуть воспоминание о дяде Бене, умирающем у него на руках. И холод в здании совсем не помогал забыть ту кошмарную зимнюю ночь. — Соберись, Паркер, — пробормотал Питер себе под нос, крутанувшись на месте, чтобы осмотреться. — Шаг первый: сбежать из адской комнаты смеха. Из этого определённо получился бы отличный хоррор. Питер сделал мысленную заметку рассказать об этом Неду позже. Сначала — побег. В стеклянной клетке было темно, и только собственное отражение смотрело на него в ответ. Коснувшись стен, Питер был готов поклясться, что они ощущаются максимально реальными. Может, если он пробежит сквозь них, они разобьются? Он рискует получить несколько порезов, но это того стоит. — Нет, нет, это не так… — Питер покачал головой. Иллюзии работают иначе. Ему нужно было отключить сам трюк. А это значило… «Стены проецируются с помощью карт на земле» — эхом отозвался в его памяти голос Карен. — «Полагаю, если ты уничтожишь их, реальность вернётся» — О, спасибо, Карен! — воскликнул Питер, расплываясь в улыбке. Он наклонился в угол, проводя рукой по грубому цементу в поисках… Есть. Карта номер один. Питер разорвал её в клочья и тут же проделал то же самое с остальными тремя картами. Каждая из них издавала шипящий звук, слишком сильно напоминающий Питеру змеиное шипение — он даже отпрянул в первый раз. Это было похоже на уничтожение газовых баллончиков. А затем иллюзия дрогнула и разлетелась вдребезги, осыпаясь вокруг него, словно разбитое стекло. — Окей… — протянул Питер, глядя на обрывки игральных карт на полу. — Если бы я не находился в ситуации «жизнь или смерть», я бы определённо хотел знать, как это работает. Что-то подсказывало Питеру, что это была не просто иллюзия. Что-то подсказывало ему, что этот шипящий звук имел прямое отношение к тем самым наркотикам, которыми они накачали его организм. Ему не хотелось задерживаться и выяснять это. Питер быстро оглянулся, убедившись, что в другом конце коридора никого нет, и рванул с места. Его ноги тяжело ударяли по полу, каждый шаг был наполнен решимостью. Он врезался в стены на поворотах — их было ровно четыре, причём третий заставил его растеряться и очень, очень сильно обеспокоиться. Никакого намёка на выход. Даже окон поблизости не было. Дерьмо. На мгновение, показавшееся вечностью, Питер начал опасаться, что он только глубже забегает в здание, в котором его заперли. Углы оставляли синяки на плечах, а коридоры продолжали тянуться бесконечно. Только когда он побежал — побежал на полной скорости — он наконец добрался до освещённого места. Питер замер на входе. — Ничего… себе. Это была лаборатория. Огромная лаборатория. Вдоль стен стояли большие резервуары, пустые и покрытые пылью. Сверху тускло мерцало несколько лампочек, всё ещё работающих на аккумуляторах, и это всё. Не считая оборудования, от которого Питер не мог отвести глаз, всё открытое пространство было заброшено. И дело было не только в лаборатории. Питер начал догадываться, что где бы он ни находился, всё это место было заброшено. КкккрррриииааККК! От раздавшегося звука он подпрыгнул и в шоке схватился за грудь. Питер затаил дыхание, его глаза лихорадочно забегали по сторонам в поисках источника, ожидая, не подкрался ли к нему кто-нибудь. Паучье чутье сейчас было бесполезно — никакого преимущества, которое могло бы предупредить его о чём-либо. Никого не было. «Или кто-то прячется. Готовится напасть» Питер нерешительно шагнул в большое открытое пространство. «Терпеть не могу, когда на меня нападают исподтишка» Без паучьего чутья он чувствовал себя невероятно беззащитным. Они наполнили здание туманом, и это значительно сказалось на его восприятии. Стараясь быть максимально внимательным, Питер заметил, что здесь стояла жуткая тишина. Это не мешало его сердцу биться со скоростью тысячи миль в секунду, и он начал всерьёз опасаться, что упадёт замертво от сердечного приступа, вызванного собственным страхом. Он буквально слышал, как кровь шумит в ушах. Только стены издавали звуки, скрипя под давлением. Это напомнило ему тот очень старый фильм — «Титаник». Ту сцену, где девушка идёт по затопленным коридорам с топором, чтобы спасти персонажа Леонардо Ди Каприо. Питер внезапно остановился, его лицо исказилось от ужаса. Зачем он вообще об этом подумал? Это была самая неутешительная мысль из всех возможных. Он тряхнул головой. Последнее, что ему сейчас нужно — это ещё больше стресса, а сама идея пребывания на тонущем корабле определённо вызывала у него ненужную тревогу. Выйдя из лаборатории, он попал в другой коридор. На этот раз в конце виднелся гораздо более яркий свет. «Окей, хорошо! Ты движешься в правильном направлении, Паркер. Дела налаживаются!» - Питер быстро побежал по коридору. — «Вот видишь, такие безумные мысли тебе не помогут. Какой ещё корабль? Что за чушь. Уверен, что этому звуку есть очень логичное объяснение…» Питер резко остановился в конце коридора. У него отвисла челюсть, а кровь застыла в жилах. Ледяные мурашки пробежали по спине — и не только из-за внезапного шока, лишившего его способности двигаться. Питер наконец-то нашёл окна. Огромные окна от потолка до пола. Бледно-голубой свет океана отразился на его лице, пока мимо проплывала стайка рыб. Его широко распахнутые от изумления глаза следили за морскими существами за стенами, напоминавшими стенки гигантского аквариума. КкккрррриииааККК! Питер сглотнул. Где бы он ни находился, он был под водой. Здание полностью находилось под водой, глубоко в океане — типа, очень глубоко. Питер буквально ущипнул себя, чтобы убедиться, что это не очередная галлюцинация. Он ошибался. Всё стало гораздо хуже. — <Глупый мальчик>, — русский акцент заставил его вздрогнуть, вырывая из оцепенения. — Тебе не положено здесь находиться. Питер поморщился. Да уж, всё просто стало намного хуже.