Identity Theft

— Пссс… у меня есть идея. Любопытство кошку сгубило, и Роуди знал, что он не исключение из этого правила. Он поднял глаза от книги, не слишком тихий шёпот Сэма легко привлек его внимание — даже если бы они были не единственными в общей гостиной, он бы его услышал. Тот факт, что Сэм стоял прямо за диваном, не помогал. Роуди поднял бровь. — Это идея из разряда «мы собираемся улучшить себя и общество», или «мы вляпаемся в кучу неприятностей»? Сэм помедлил, кратко обдумывая ответ. — Может быть и то, и другое. Я больше склоняюсь ко второму варианту, — на лице Сэма появилась улыбка. — Определённо, второй вариант. Роуди скривился — скорее, нахмурив брови, чем выразив какие-либо эмоции — прежде чем положить книгу на журнальный столик и убрать свои тяжеловесные ноги с пуфика. — Ну ладно, — сдался он, — мне не помешает немного развлечься. Спустя пару часов гостиная опустела. На территории комплекса Мстителей было довольно тихо, даже несмотря на то, что сотрудники время от времени бродили по основным секциям здания. Редко, когда на территории комплекса не кипела жизнь. Снаружи тренировались солдаты ЩИТа, механики работали над джетами и вертолётами, а повседневная жизнь шла своим чередом. Конференц-залы были заполнены участниками совещаний, а технические специалисты всех мастей работали за своими компьютерами. Наташа наслаждалась этим затишьем. Шум мог быть слишком утомительным даже для неё. Спокойствие наступало редко, но когда оно появлялось, она находила время, чтобы насладиться им. День без задания от ЩИТа был днём, которым стоило насладиться. Тем не менее, она никогда не теряла бдительности. Нож в её руках изящно нарезал клубнику, лежащую перед ней, каждый кусочек ягоды отправлялся в её фруктовый салат. На кухне комнаты отдыха Мстителей царила тишина — и так продолжалось уже несколько часов. Поэтому, когда тяжёлые шаги приблизились, она услышала их задолго до того, как они ступили в комнату. — Тони, — Наташа даже не подняла головы, продолжая нарезать клубнику. — Не ожидала увидеть тебя здесь сегодня. Тони вошёл в комнату с уверенностью, которая казалась такой же фальшивой, как и его улыбка, поправил пиджак и расправил плечи так, что это выглядело слишком наигранно. Хотя Наташа лишь мельком взглянула на него, было очевидно, что он старается вести себя убедительнее, чем обычно. — Ох, дорогая, я обижен, — Тони подошел к кухонному острову, встав у края, недалеко от неё. — Разочарована моим великолепным присутствием? Удар ножа замедлился, когда Наташа посмотрела на него, сразу понимая, что что-то не так. Она знала этого человека уже довольно долго, достаточно долго, чтобы понимать, что Тони Старк говорил исключительно благодаря своей личности — личности, более яркой, чем у Халка. Его внешность ничего не значила, пока он сохранял свой чрезмерно сильный образ. Он мог бы носить мешок из-под картошки и всё равно владеть вниманием всех присутствующих. Это казалось фальшивым, как пластик. — Прости, ты только что назвал меня «дорогая»? — Наташа не скрывала своего резкого тона. Ещё немного, и он мог бы составить конкуренцию ножу. Тони улыбнулся — самодовольной, глуповатой улыбкой, которая казалась скорее комичной, чем чем-то ещё. Он небрежно, но неуклюже прислонился к кухонному острову и с легкостью закинул клубнику в рот. — Ну же, сладкая, в чём проблема? — спросил он, демонстративно облизывая губы. — Не хочешь попробовать этого миллиардера? Наташа резко разрубила фрукт, едва не выронив нож. Её разум замер, как проколотая шина, слова едва не застряли в горле. Тони снова облизнул губы, и она без колебаний окинула его долгим взглядом. — Есть ли что-то, о чём я должна знать? — Наташа высоко подняла бровь. — Может быть, что-то, о чём должна знать вся команда? Возможно, лабораторная авария с химикатами, которая убила твои оставшиеся функционирующие клетки мозга? Тони продолжал ухмыляться, уголки его рта были натянуты до самых ушей. — Нет, ничего такого, что я мог бы вспомнить, — протянул он низким, чувственным тоном. Комично чувственным. Наташа ещё крепче сжала нож. — Но почему бы тебе и мне не пойти в более… уединенное место? Ты можешь сесть мне на колени, и мы обсудим всё, что придёт в голову. Бровь Наташи почти подскочила к потолку. — Прости, — она посмотреть ему прямо в глаза, держа в руке блеснувший нож. — Я не очень люблю пустые разговоры. Тони не растерялся. — Если подождёшь, тебе это понравится. — Ладно, Старк, — Наташа направила остриё ножа прямо на него. — Какого ху… — Воу, воу, воу! — Тони отшатнулся назад, подняв руки в защитной позе и судорожно размахивая ими, что было совершенно не в духе Тони Старка. Наташе не нужно было этого видеть, чтобы понять, что к чему. Но она всё равно продолжала держать нож направленным на него, наслаждаясь тем, как он сверкал под кухонным мансардным окном. И Тони сделал столько шагов назад, что расстояние до острова увеличилась почти вдвое. — Успокойся на секунду, Нат, — настаивал он, всё ещё размахивая руками. — Это я. Наташа с трудом сдержала желание закатить глаза. — Кем бы «ты» ни был, — она скривила лицо, в нём смешались подозрение и замешательство, — ты ведешь себя, как полный кретин. Из коридора донёсся истерический, откровенно противный смех. Наташа резко повернула голову, наконец опустив нож на стол, но не убирая с него руки. — Нет, нет — это я, Нат, — Тони тут же прижал обе руки к вискам, сильно надавливая на кость за ушами. На мгновение показалось, что он касается только кожи. Его пальцы даже запутались в волосах возле мочек ушей. Когда Наташа снова перевела взгляд на Тони, она увидела мерцание света, последовавшее за его прикосновением — всевозможные синие, розовые и фиолетовые помехи наполнили кухню световым шоу, слишком уж похожим на одно из изобретений Тони Старка. Изобретение. Лицо Наташи помрачнело. Конечно. — Это я, Нат, — Сэм щёлкнул по бокам чистого, белоснежного шлема. С дрожащей улыбкой он снял его с головы. — Просто розыгрыш. Наташа поняла, что произошло, ещё до того, как голографическое изображение исчезло. Всё это время из коридора продолжал доноситься завывающий смех, который десятикратно усиливался по мере того, как хмурое выражение на её лице становилось всё более суровым. — Это… это того стоило! — Роуди, спотыкаясь, вошёл на кухню, согнувшись пополам и обхватив руками живот от смеха. — О боже, как жаль, что я это не заснял. — Радуйся, что не заснял, — прошипела Наташа в его сторону. — Мне пришлось бы тебя убить, если бы ты это сделал. — Ой, расслабься. — Сэм протянул ей шлем, и белый металл отразил солнечный свет. — Можешь попробовать. Это действительно очень весело. — Очень весело? — повторила Наташа, нахмурив брови. — Нет, спасибо, мне и так хорошо. К тому же что-то мне подсказывает, что ты не получал разрешения «играть» с этим. То, как в её словах сочилось неодобрение, не осталось незамеченным ни одним из мужчин. Оба замолчали, смех Роуди утих, а Сэм смущённо засунул шлем под мышку. — Всё в порядке, Нат, — попытался отмахнуться Роуди, сдерживая желание снова усмехнуться. — Я знаю Тонса. Он делал гораздо худшие вещи. — Старк вернётся только поздно вечером, — оправдывался Сэм, но то, как он отводил взгляд, говорило о том, что даже он сам не верил в свою ложь. — Он даже не заметит его отсутствия. Наташа глухо промычала. И продолжала это делать ещё долгое время. — Ну, это объясняет, почему ты был замешан, — сказала она, обращаясь прямо к Роуди. Роуди знал, что лучше не отвечать. Ведь он невиновен, пока не доказано обратное. И судя по тому, как он стоял, как собака с зажатым между ног хвостом — Наташа решила, что он будет сильно полагаться на это предположение. В конце концов, они оба знали, что у него были коды доступа для входа в лабораторию Тони. Даже Тони знал, что у него были коды для входа в лабораторию Тони. Ни один из них не решился прокомментировать это. Тем не менее, несмотря на то, что оба мужчины вели себя как идиоты — и Наташа была готова это подтвердить, они вели себя как дети, — они были правы. У Тони были дела в Stark Industries, и, судя по разосланным служебным запискам, он не планировал возвращаться в комплекс до позднего вечера. Его приходы и уходы с объекта были гораздо проще, чем у неё, поскольку она являлась официальным сотрудником ЩИТа, а он — благодаря упорной борьбе с Ником Фьюри — нет. После всей этой катастрофы с Соглашениями она считала невероятным то, что все они могли и хотели держать друг друга в курсе своего местонахождения, в любом смысле этого слова. Вдвойне невероятным было то, что Тони был готов так часто оставаться в своей комнате на территории комплекса. Оправдание нежеланием восстанавливать свой некогда знаменитый особняк в Малибу со временем перестало быть убедительным. Но, как и в большинстве случаев, Наташа только наблюдала, оставляя комментарии при себе. Упоминание о записках, казалось, всколыхнуло её память — среди горстки расписаний, которыми обменивалась команда, она вспомнила, что Бартон предупреждал: сегодня он заглянет на спарринг. К тому же он всё ещё должен ей за то, что в прошлые выходные съел весь её запас несолёного миндаля. — Вообще-то, знаешь… — теперь настала очередь Наташи усмехнуться. — Дай-ка мне это на минутку.

***

Всемирная история была его самым нелюбимым предметом. Раньше это была физкультура, но укус паука решил эту проблему. Питер прикусил нижнюю губу, перелистывая страницы учебника и время от времени печатая заметки на стоящем рядом ноутбуке. За окном его спальни садилось солнце, подсвечивая скотч, который держал ноутбук в целости, а нога нервно постукивала от нарастающего желания тайком выбраться из дома и отправиться патрулировать город. Изучение каст, илотов и Канагавского договора было скучным занятием после битвы с 65-футовым Человеком-Муравьём и победы над бандой преступников, занимавшейся контрабандой инопланетных технологий. Питер внезапно оттолкнул книги с чрезмерно преувеличенным стоном. — Боже, меня это уже достало! То, что Мэй узнала его секрет, стало для него одновременно и лучшим, и худшим событием. По крайней мере, теперь ему не нужно было скрываться и переживать из-за того, что она узнает правду. Обратная сторона медали заключалась в том, что она знала правду. И теперь стало гораздо сложнее тайком выходить из дома и прогуливать уроки, когда она находилась рядом. Было невероятно осознавать, что она узнала правду всего полгода назад. Питер откинулся на спинку стула, вспоминая, в каком стрессе они оба тогда находились. — Следи за своими оценками, — Мэй крепко ткнула пальцем ему в грудь. — Если я увижу оценку ниже «B-», можешь не сомневаться, клянусь твоей маленькой паучьей задницей, я заберу этот костюм. — Да, Мэй, — пообещал Питер. — Учёба на первом месте! — настаивала она. — Экзамены важнее борьбы с преступностью. Пусть Старк и остальные разбираются с любыми проблемами. Сначала получи диплом. — Я понял, я понял, — простонал он, закидывая рюкзак на плечо. — Боже, если мне приходится выслушивать это, я даже знать не хочу, какую лекцию пришлось вытерпеть мистеру Старку. — О, ты и половины не захочешь знать, — Мэй схватила его за щёки и, несмотря на протесты, поцеловала в лоб. — Ты же знаешь, что я тебя люблю, правда? Питер не смог сдержать улыбку и кивнул. — Да, я знаю. Я тоже тебя люблю, Мэй. Вскоре после этого Питер узнал, насколько ужасную лекцию пришлось выслушать мистеру Старку. Слово «смущён» не совсем точно описывало его чувства — возможно, он чувствовал себя униженным, но даже это едва ли передавало суть. Это было совершенно новое чувство, достойное занесения в Книгу рекордов Гиннесса. Честно говоря, после такого Питер почти не ожидал снова увидеть миллиардера. И он бы точно не винил его, особенно после того, как Мэй устроила ему разнос. Поэтому, когда Питер начал получать еженедельные приглашения в комплекс, удивление стало ещё одной эмоцией, которая не могла в полной мере описать его чувства. Он и мистер Старк проводили вместе больше времени, чем он когда-либо мог себе вообразить. Это стало настолько привычной частью его «новой реальности», что Питер чувствовал себя странно, если не получал сообщения о том, что Хэппи заедет за ним, чтобы забрать на вечер. Правда, обычно это были всего лишь пара часов в одной из многочисленных лабораторий мистера Старка на территории комплекса Мстителей, где он обычно возился со своим костюмом — иногда с костюмами Тони, эти вечера были потрясающими. Но всё же. С ума сойти, если подумать, насколько всё было иначе полгода назад. Так что да, в том, что Мэй всё узнала, определённо были свои плюсы и минусы. Ему не составляло труда поддерживать хорошие оценки ради неё, на самом деле, естественные науки и математика давались ему легко. Больше всего его раздражали скучные предметы вроде чёртовой Всемирной истории. Он не мог удержать эту информацию, даже под страхом смерти. Как по команде, блуждающие мысли Питера прервал назойливый писк мобильного телефона. Краем глаза он заметил, как экран засветился от входящих сообщений. Питер устало потянулся за устройством, едва не опрокинув при этом наполовину пустую коробочку с тайской едой.

Сообщение от: Парень в кресле

Вт, 28 мар., 18:28

Чувак, я знаю, что нам задали домашку на вечер и я знаю, ты говорил мне не беспокоить тебя сегодня а, ладно, проехали Питер нахмурился, яростно печатая одним большим пальцем на сенсорном экране, а другой рукой потянулся за палочками для тайской еды. Очередной писк оповестил о новом потоке сообщений. Питер прожевал порцию Кхао Пад, вчитываясь в текст.

Сообщение от: Парень в кресле

Вт, 28 мар., 18:31

Странное дело. Тут какой-то чувак похожий на фокусника, наводит шороху на Таймс-сквер мама новости смотрит всё становится довольно плохо

Сообщение для: Парень в кресле

Вт, 28 мар., 18:31

погоди, ЧТО???

это сейчас в прямом эфире на youtube!

Сейчас гляну

Питер резко вскочил со стула, опрокинув при этом коробочку с тайской едой. Сразу же после открытия ссылки из динамиков телефона зазвучала прямая трансляция с Таймс-сквер. Он запаниковал, когда громкость врубилась на полную мощность и быстро нажал на кнопку, чтобы сделать потише. Бросив быстрый взгляд через плечо, убедился, что из двери его спальни не доносится ни звука — Мэй всё ещё возилась на кухне, а значит, ничего не услышала. Он очень надеялся, что она не собирается снова готовить мясной рулет. Питер удостоверился, что дверь плотно закрыта, прежде чем прибавить громкость, ровно настолько, чтобы самому всё расслышать. «-- если вы только что подключились, мы ведём прямой репортаж с Таймс-сквер в Нью-Йорке, где полиция в данный момент находится в противостоянии с каким-то… Я не совсем уверена, Келли, он похож на персонажа в костюме? Обычные артисты, изображающие Элмо и Могучих рейнджеров, которые работают на Таймс-сквер, говорят, что никогда раньше не видели этого фокусника. Чего бы он ни хотел, он, кажется, выглядит достаточно враждебно, чтобы вмешалась полиция Нью-Йорка. Марк, будь осторожен, нам сообщили, что этот фокусник не является твоим сотрудником и вполне может представлять угрозу для окружающих тебя граждан.» Нед не врал. В самом центре Таймс-сквер какой-то человек сеял хаос и полиции никак не удавалось его задержать. Его окружали полицейские в форме, все с поднятым оружием, готовые действовать в любой момент. Питера больше всего беспокоили искры и туман. Какие бы трюки этот парень ни собирался выкинуть, они могли серьезно навредить невинным мирным жителям — а это было совсем не круто.

Сообщение от: Парень в кресле

Вт, 28 мар., 18:36

да, но ты успеешь вовремя? это, типа, в 15 милях от дома Мэй

Чувак, я мигом доберусь, я летаю

на паутине супербыстро

Питер, как можно быстрее натянул свой красно-синий костюм, спотыкаясь о разбросанные по полу спальни футболки и боксёры, на которые он давно забил. Одним шлепком раскрытой ладони он ударил по эмблеме паука в центре. Ткань мгновенно стянулась, плотно облегая каждый дюйм его тела. Он как можно незаметнее открыл окно своей спальни и выпрыгнул наружу, выпустив струю паутины, которая понесла его над улицами Куинса. Одна за другой нити паутины цеплялись за здания и крыши города, унося его вперёд, пока за спиной ярко догорало закатное солнце. Всё это время телефон продолжал вибрировать в рюкзаке.

Сообщение от: Парень в кресле

Вт, 28 мар., 18:36

это просто так круто чертовски круто хотел бы я жить твоей жизнью

***

— Это ваше последнее предупреждение! — крикнул полицейский, высоко подняв пистолет и крепко сжимая его в руках. — Вы арестованы! Бросьте всё оружие — немедленно сдавайтесь! Таймс-сквер и без того был местом вечного хаоса: из-за туристов, офисов и толпы людей там никогда не оставалось места для неспешных прогулок или разглядывания витрин. Напуганные гражданские, сгрудившиеся за полицейскими заграждениями, только усугубляли ситуацию. Некоторые снимали происходящее на мобильные телефоны, другие просто пытались убежать. Человек, стоявший в центре событий, похоже, не горел желанием потерять свою аудиторию. — Что вы думаете, господа? — спросил человек в костюме, его голос звучал слегка приглушённо из-за стеклянного шлема на голове. — Я произвел грандиозное впечатление? Легенда, что была до меня, всегда говорила: производи незабываемое впечатление! — Полиция Нью-Йорка, вы арестованы! Мы открываем огонь через три, два… Прежде чем полицейские успели хотя бы подумать о том, чтобы нажать на курок, на землю опустилась пелена дыма, быстро поднявшаяся высоко в воздух. Женщины закричали и в страхе оттащили своих детей назад, а полицейские начали выкрикивать приказы в рации. Вскоре все поняли, что дым не опасен, хотя прохожие продолжали истошно кричать от паники. — Чтооо? Да ладно, бесплатное магическое шоу? — Человек-паук, прилетел на паутине с неба, зацепился за цифровой экран Coca-Cola и с привычной лёгкостью спрыгнул на землю. — А я-то думал, что мой вечер будет скучным! Его поприветствовали короткими аплодисментами. Следом раздался раздражённый крик: — Оставьте это полиции, Паук-человек! Питер нахмурил брови под маской. — Я — Человек-паук. — Какая разница! — крикнул голос в ответ. Питер спрыгнул с вывески Coca-Cola, закатив глаза. — Эй, ты в курсе, что для выступлений здесь нужно разрешение, — Питер с лёгкостью пробрался сквозь расступившуюся перед ним толпу. — Тебе стоило бы… Не успел он закончить свою шутку, как в его сторону полетел шар размером с кулак. Питер быстро выстрелил паутиной, поймал его на лету и зашвырнул в воздух. — Пошёл вверх! Секунду спустя шар взорвался, создав в небе впечатляющую грозу с молниями. Питер закрыл голову обеими руками, защищаясь. — Чёрт возьми! — Питер в шоке наблюдал, как высоко над ними вспыхнули искры, осыпаясь дождём электрических разрядов. — Это была бомба?! — Человек-паук, у нас всё под контролем! — крикнул офицер. — Мы сами справимся, Человек-паук! — Да, Человек-паук! Питер прикусил язык, изо всех сдерживаясь, чтобы не наорать на офицеров: было предельно ясно, что ничего у них не под контролем. Как будто только что взорвавшейся бомбы было недостаточно, чтобы это подтвердить. — Чувак, если ты хочешь, чтобы у твоего шоу была аудитория, постарайся сначала их не убивать! — Питер открыл рот под маской от изумления, когда гроза над головой утихла, а его механические линзы дважды моргнули, очищаясь от искр. — Ах, Человек-паук, — мужчина вышел из густого тумана, подняв одну руку и обхватив запястье другой с видом крайнего самодовольства. — Я о тебе много слышал. Питер скривился — не то, что бы кто-то мог увидеть это под маской: — Да неужели? Если человек в костюме и скривился в ответ, Питер этого тоже не увидел. — Похоже, ты — новый гвоздь программы в Нью-Йорке, — сказал он, обводя жестом толпу вокруг них. — Но имей в виду, у меня тоже припрятано несколько фокусов в рукаве! Прежде чем Питер успел вставить хоть слово — а ведь ситуация явно заслуживала хорошо продуманной остроты — странно одетый мужчина бросил в его сторону четыре игральные карты. Каждая вонзилась в землю вокруг него: спереди, с боков и сзади. Питер заметил, что одна была Королём, а другая — Джокером. Он не стал рассматривать остальные, и сразу выстрелил паутиной в воздух, готовясь улизнуть. На этот раз он оказался недостаточно быстр. В мгновение ока обстановка вокруг начала меняться — частица за частицей, секунда за секундой. Всё вокруг него. Таймс-сквер исчез. — Чт… что… а-а?! — Питер закружился на месте, лихорадочно оглядывая окружавшую его стеклянную клетку. В ответ на него смотрело лишь собственное отражение — линзы костюма расширились до предела, казалось, они вот-вот треснут, если станут хоть на миллиметр больше. — Карен, что это?! Сначала послышался лишь треск помех. «Похоже, это иллюзия, Питер» — наконец ответила она. Ох. Питер почувствовал, как немного — совсем чуть-чуть — успокоился. Настолько, что линзам больше не грозила опасность выпасть из маски. Может, этот парень всё-таки был фокусником. — Иллюзия? — Питер прищурился, сосредоточившись на фальшивых стенах вокруг себя. Они выглядели точь-в-точь как стекло. Он даже протянул руку, чтобы дотронуться до них, и с удивлением обнаружил, что палец встретил сопротивление. Этого не может быть. — Что-то вроде фокуса? «Возможно» — отозвалась Карен, её голос сопровождался таким «снежным» шипением, какое бывает в телевизоре, когда Мэй забывает оплатить счёт за кабельное. Это было необычно: он никогда не слышал помех от своего ИИ. — «Насколько я могу судить, стены каким-то образом проецируются через карты на земле. Полагаю, если ты уничтожишь их, реальность вернётся» — Умная мысль! — Питер вытянул руку и выпустил четыре отдельные паутинные гранаты в землю. Каждая прилипла к картам, как комок клея, и в тот же миг стеклянные стены вокруг него разлетелись вдребезги. Питер наблюдал — одновременно в замешательстве и в полном восторге — как Таймс-сквер появился снова. Если это был фокус, то чертовски крутой фокус. Он завертелся на месте, стараясь как можно быстрее оценить обстановку. Полиция Нью-Йорка окружила и его, и, конечно же, странно одетого фокусника. — Неплохо, чувак с аквариумом, — Питер шагнул вперед, указывая на своё лицо. — Я должен знать: там внутри правда есть рыбки? Потому что я не думаю, что это лучшая среда обитания для них. У меня когда-то была золотая рыбка, которую я держал в бутылке из-под Mountain Dew и… Низкое рычание послужило достаточным предупреждением, но паучье чутьё подсказало ему всё, ещё до того, как что-то произошло — или, по крайней мере, Питер предположил, что это было оно. Он всё ещё пытался разобраться с этим. Выстрелив паутиной в цифровой билборд перед собой, Человек-паук отпрыгнул в сторону, прежде чем следующий снаряд успел в него попасть. Шар взорвался при ударе о землю, выбросив облако тумана, которое окутало полицейских. Пролетая на паутине над билбордом, Питер вытянул обе ноги и врезался в грудь фокусника, повалив его навзничь. Цепляясь пальцами рук и ног за ближайший билборд, Питер повернул голову и наблюдал, как фокусник с аквариумом на голове кувыркнулся на спину. Он едва не рассмеялся, когда мужчина чуть не запутался в собственном плаще. Кто вообще сейчас носит плащи? «Питер, мои датчики фиксируют уникальный нейротоксин, в составе выделяемого газа» — внезапно сказала Карен. — Нейротоксин?! — Питер мгновенно спрыгнул с билборда. — Святые угодники, нам нужно вывести отсюда всех! «Нейротоксин, похоже, не представляет опасности» — быстро добавила она. — «Жизненные показатели окружающих граждан находятся в пределах нормы для данных обстоятельств. Однако, я бы посоветовала действовать с осторожностью и продолжить эвакуацию из этого района. Хотя он и не опасен, возможны неизвестные побочные эффекты» Питер уже вовсю занимался этим. — Ребята, вам нужно увести отсюда всех! — крикнул он, отчаянно размахивая рукой в ​​сторону полицейских. — Газ этого парня может быть опас…! Белый свет вспыхнул перед глазами Питера, одновременно ослепив его. Сначала электрическая бомба, потом дымовая — конечно же, этот парень не удержался и применил световую бомбу. Обострённые чувства Питера не выдержали внезапного воздействия. Его зрачки расширились, глаза горели, он изо всех сил пытался адаптироваться, пока мир медленно возвращался перед глазами. Яростно моргая — глаза маски повторяли его движения — он заметил сжатый кулак, несущийся к нему, но был было уже слишком поздно. Один удар в челюсть. — Что за…! Облако дыма, а затем удар по затылку. — О, да ладно! Ещё одно облако и удар в живот. — Оо- фпх! Туман сгущался, и как бы Питер ни напрягал зрение, он ничего не мог разглядеть сквозь него. Его чувства притупились, почти приглушились — Питер знал, что ещё не до конца овладел своим паучьим чутьём, но никогда ещё оно не подводило его так сильно. Пошатываясь, Питер не мог сориентироваться в пространстве. В панике он оглядывался по сторонам, пытаясь понять, откуда нападёт противник. Каждый раз, когда он поворачивал голову, тот внезапно оказывался где-то ещё, в совершенно другом месте. Как будто он просто «пуф» и оказался там. — Этот чувак реально играет на публику! — крикнул Питер, не обращаясь ни к кому конкретно. Тем не менее, Карен добавила: «Похоже, он рассчитывает на элемент неожиданности» — Да, ты так думаешь? — фыркнул Питер, потирая подбородок. — Очень загадочно с его стороны. Он слышал, как каждая газовая бомба — или туманный шар — как бы это ни называлось — падало на землю. Они разбивались, как стекло, но не оставляли следов, лишь густой покров тумана. Сознание Питера стало затуманенным и неясным, его обычно обострённые чувства полностью подводили его — и в самый неподходящий момент, вот такая у него, видимо, удача. «Питер, мои… перегружены и… перестали… функционировать» Нет. Просто это его удача. Голос Карен начал прерываться, в ушах раздались сильные помехи, а затем наступила полная тишина. — Карен?! — Питер похлопал себя по ушам, а затем ударил ладонями по обеим сторонам головы, наблюдая, как интерфейс в его маске начал мерцать. — Карен, что происходит?! Тишина. — Полиция Нью-Йорка, повторяю, вы нас слышите? Полиция Нью-Йорка, приём! — О боже, это же золотая жила для YouTube! Кто-нибудь это снимает? Кто-нибудь ведёт запись? — Чувак, мой телефон не включается! — Мой тоже! — Посмотрите на билборды! Чёрт возьми, всё отключается! Питер внимательно прислушивался к многочисленным разговорам вокруг, подмечая всё происходящее. Он крутанулся на пятках, наблюдая, как гаснут билборды — один за другим, Таймс-сквер погружался во тьму. Полицейские рации замолчали, а люди в толпе запаниковали, глядя на тёмные экраны своих телефонов. Как будто этого было недостаточно, разбросанные по земле газовые бомбы окутали их всех такой гущей тумана, сквозь который не мог видеть даже Питер. — Что за… Воцарилась зловещая тишина. Вдвойне тише без привычного гула техники вокруг. Кожа Питера оставалась прохладной, а нервы спокойными — ничто не предупреждало его об опасности. Никакого паучьего чутья. Никакого шума. Ничего. — Ну и шоу ты устроил, Человек-паук. Человек-аквариум возник из плотного тумана, от его голоса Питер заметно вздрогнул — и подпрыгнул так высоко, что едва не задел билборды над головой. — Я восхищаюсь этим, — его голос отозвался эхом под стеклянный шлемом, сопровождаемый сюрреалистичной вибрацией. Питер склонил голову набок — как он вообще дышит в этой штуке? — Да уж, а ты обеспечил мне мигрень, и этим я совсем не восхищаюсь, — парировал Питер, указывая на толпу офицеров позади себя. — Почему бы тебе не прекратить эту таинственную игру и не сдаться? Я слышал, в исправительном центре Метрополитен подают отличные сэндвичи с индейкой. Просто спроси офицера Дейтона, я тусовался с ним на прошлой неделе после того, как сдал кучу грабителей в центре! Мужчина рассмеялся. Питер не понимал, почему он смеется. И ему совсем не нравилось, что смех становился всё громче. — Quieres defender a la pequeña araña inocente? — спросил он, и слова легко сорвались с его языка. — Ого, практика испанского! — Питер хрустнул костяшками пальцев — он мог бы сыграть в эту игру. — Мне это пригодится. Он постучал пальцем по подбородку, обдумывая, что сказать дальше. Тем временем Таймс-сквер становился всё темнее — даже уличные фонари в милях отсюда не давали никакого света. — Estás causando problemas, — попытался сказать Питер. Он не виноват, что испанский стоял в его рейтинге ненависти на одном уровне со Всемирной историей. — Deja ir el misterio. Фигура мужчины медленно исчезла в тумане, его прощальный жест был едва различим в облаках дыма, которые казались гуще самой темноты. — До нашего следующего шоу, Человек-паук! Лицо Питера под маской быстро вытянулось. — Эй, подожди! — Питер стрелял паутиной за паутиной, пытаясь схватить его, но каждая попытка оказывалась тщетной. — Чувак, стой! Ты не можешь… вернись! Питер продолжал стрелять паутиной, но она просто падала на землю — ей не за что было зацепиться. К тому времени, как он добрался до места, где стоял мужчина, того уже и след простыл. — Чёрт возьми! — выругался он, раздраженно опустив руки. Одновременно с этим, его интерфейс начал мерцать и шипеть, а огни и билборды вокруг последовали его примеру. Один за другим свет возвращался на Таймс-сквер. Зазвонили мобильные телефоны, и ожили полицейские рации. — Нет, он сбежал. Повторяю, ему удалось сбежать. Местонахождение неизвестно. Человек-паук вмешался и позволил ему уйти. Питер резко обернулся туда, где офицеры говорили в рации — их ответы были паническими и суматошными. Дым рассеивался, и люди вокруг снова начали снимать происходящее на телефоны. Он видел себя на множестве экранов, слышал приглушенный смех и, больше всего остального, чувствовал разочарование и злость офицеров и гражданских. — Ого. Поверить не могу, что это только что произошло. — А я могу. Вот что бывает, когда позволяешь этим фрикам в спандексе совать нос не в своё дело! — Да ладно тебе, он же пытался помочь. — Нет, вот поэтому я и была за Соглашения. Им не нужно помогать, с этим справятся полицейские! — Неужели, Джанет? Я имею в виду… — Заткнись, Брэд. — О, вы издеваетесь… — Питер закрыл лицо руками в перчатках, прячась так, словно гигантские светодиодные билборды не транслировали его в высоком разрешении. Какое хамство. Решив, что лучше не задерживаться, Питер выстрелил паутиной и взмыл в воздух, поспешно покидая Таймс-сквер. Он не стал дожидаться последствий, которые его поджидали — и в переносном, и в буквальном смысле. Пока он летел от небоскрёба к небоскрёбу, его костюм начал оживать с характерным гулом. Вскоре, всего в паре кварталов от Таймс-сквер, интерфейс полностью вернулся в поле зрения, прокладывая путь через Нью-Йорк. «Снова здравствуй, Питер» — сказала Карен. — «Похоже, мои системы снова в сети» — Круто, — уныло протянул Питер, низко пролетая, а затем выбрасывая нить паутины выше. — Как раз вовремя. Я возвращаюсь домой. «Ох» — Карен сделала паузу, словно действительно обдумывала ответ. — «Значит ли это, что ты победил?» Солнце к этому времени уже скрылось, в небе остались лишь розовые и оранжевые отсветы. Это означало, что он, скорее всего, пропустил ужин, а значит, Мэй поймёт, что он улизнул. И если того, что весь Нью-Йорк дышит ему в задницу, было недостаточно, теперь ему предстояло иметь дело с «последствиями» в лице тёти. — Нет, Карен, — Питер вздохнул, ухватившись обеими руками за нить паутины, пока летел через весь город. — Не могу сказать, что победил.

***

— Мстители, общий сбор! У меня для вас очень, очень важное сообщение. Команда расположилась на диванах и креслах в общей гостиной: кто-то тихо посмеивался, а кто-то уже вовсю хохотал. «Ник Фьюри» прошёл к ним в центр комнаты, длинный кожаный плащ развивался за его спиной. Даже Стив позволил себе улыбнуться — пусть и едва заметно — скрестив руки на груди. — Да, сэр? — спросил Стив самым наигранно твёрдым тоном, на какой только был способен. — Я хотел, чтобы вы все знали, — «Фьюри» прокашлялся. — Что я — Ник Фьюри — самый бесполезный человек на этой планете! — Сэр! — Наташа притворно ахнула. — Это абсолютно не так! — Нет, выслушайте меня, — он поднял руку. — Я действительно такой. Я высокомерный, суровый, жестокий и требовательный. Но я безмерно уважаю вас, Мстители, за то, что вы выходите в мир и делаете то, чего я себе представить не могу. Да я бы спину сорвал, делая такое! Потому что я старый, разумеется. Вы все — замечательные, потрясающие, талантливые герои. Вы заслуживаете того, чтобы вам это говорили каждый день — каждую минуту каждого дня. У меня есть восемь дополнительных недель отпуска для вас всех! Комната взорвалась смехом, Клинт хлопал себя по колену, задыхаясь. Компания откинулась на спинки кресел: в руках — напитки, на столах — еда. В воздухе царила лёгкая атмосфера, шутки сыпались одна за другой, между ними ощущалась дружелюбная атмосфера, которой не было уже давно. Стив не упустил этого. Он позволил своей улыбке стать чуть шире. Внезапно Роуди с грохотом поставил бутылку пива на журнальный столик. — Не верю, — сказал он и решительно покачал головой. «Ник Фьюри» тут же нахмурился. — Не веришь? Почему? — Не знаю, это как-то… — Роуди пожал плечами, неопределённо взмахнув рукой. — Недостаточно по-чёрному. — О, дерьмо! — Клинт подавился от смеха напитком, брызнув им прямо в воздух. Если бы «Фьюри» и мог выглядеть ещё злее, то сейчас был именно тот момент. — Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду под недостаточно по-чёрному? — воскликнул «Фьюри». — Ты говоришь мне, что это недостаточно по-чёрному?! — Мужик, я не пытаюсь тебя оскорбить, — Роуди снова потянулся за пивом. — Я просто говорю… — Сейчас исправим. У меня есть решение, — «Ник» откашлялся, выпрямил спину и продолжил: — Я уважаю этого ублюдка… — Так-так, следите за языком, сэр. Голос прорезал их смех, словно острый нож. В комнате мгновенно воцарилась тишина. Клинт замер на полпути потянувшись за своим напитком и в итоге вообще передумал его брать. «Ник Фьюри» резко обернулся — как раз вовремя, чтобы увидеть Тони в дверях: плечи расправлены, осанка напряжённая. Костюм-тройка только усиливал его устрашающий взгляд. — Мы же не хотим расстроить Капитана, верно? — Тони склонил голову набок, держа руки в карманах пиджака и направился к группе — его шаги были такими тяжёлыми, что вполне могли вызвать землетрясение. «Ник» покачал головой: — Тони, чувак, мы просто… — Сними это, — потребовал Тони тихим и напряженным голосом. Ни секунды колебаний. Нажав пальцем за ухом, Сэм разблокировал шлем. Образ Ника Фьюри замерцал и рассыпался в ярком световом шоу, оставив перед Тони только Сэма — который выглядел, как побитая собака с поджатым хвостом, как Наташа и предполагала. — Слушай… мы просто веселились, — начал оправдываться Сэм, без лишних слов протягивая шлем Тони. Тони выхватил шлем прямо у него из рук. — Веселились? Для вас это так называется? — Тони обернулся к остальным, указывая не держащей шлем рукой на всю компанию. — Это было заперто. Кто-нибудь хочет объяснить, как оно здесь оказалось? Роуди, наклонившись вперёд на диване, тяжело вздохнул. — Тони… — Да. Так я и думал, — резко перебил он, качнув головой в сторону Роуди. — Ты лишён права читать нотации на ближайший год, медвежонок. Роуди поднял обе руки в знак поражения. — Тони, никто не хотел ничего плохо, правда, — Стив поставил стакан на журнальный столик и встал с дивана. — Они просто веселились, вот и всё… — Это мои вещи, Роджерс. Опасные вещи, — резко ответил Тони, гораздо жёстче, чем прежде. Напряжение, возникшее, когда Стив приблизился к нему, было видно из космоса. — Их взяли без разрешения, и, честно говоря, я в шоке, что ты вообще на это согласился. Взгляда, которым Стив после этого одарил Сэма, хватило бы, чтобы заставить Статую Свободы сгореть от стыда. — Сэм, ты же сказал мне… Сэм покачал головой. — Технически, я не говорил… Стив тут же повернулся к Тони. — Я понятия не имел, что это взяли без твоего разрешения. Тони закатил глаза, глядя на них обоих. — Конечно, ты не знал. Наш маленький мистер Совершенство, — он потёр виски одной рукой и положил шлем на консольный столик у входа. — Знаете, если вы собираетесь… «Босс» - голос ПЯТНИЦЫ раздался из динамиков под потолком. — «В Манхэттене зафиксировано нападение. Район 46 -й улицы» Клинт нахмурился, медленно поднимаясь с дивана. — Таймс-сквер? Все без исключения обменялись взглядами — тревога смешалась с недоумением: ни одна из сигнализаций комплекса не сработала, ни одно из устройств связи не активировалось. В конце концов, ЩИТ знал, как связаться с ними, когда это было необходимо. Стробоскопы, сирены, всё как положено. Комплекс ведь частично принадлежал ЩИТу. И на такие вещи они денег не жалели. И всё же было тихо. — Отлично, — Тони закатил глаза. — А я-то надеялся, что нам не придётся запускать Квинджет на этой неделе. Давайте… «Возможно, вам стоит сначала ознакомиться с инцидентом, прежде чем вмешиваться, сэр» — произнесла ПЯТНИЦА то, о чём они все уже подумали. — «Похоже, полиция Нью-Йорка уже на месте, а Человек-паук прибыл не так давно» Если остальные ощутили хоть какое-то облегчение, то Тони, наоборот, напрягся ещё сильнее. Новость о причастности Человека-паука нисколько не улучшала ситуацию. Не для него. Не тогда, когда речь шла о Манхэттене, а не о Куинсе — где Питер клятвенно обещал оставаться в своём районе. Кого он обманывал? Пацан никогда не слушал, что он говорил. Недолго думая, Тони начал печатать на своих смарт-часах, выводя на экран прямую трансляцию нападения. Как только изображение появилось, он развёл его пальцами, чтобы остальные тоже могли видеть. Перед ними развернулась голографическая проекция: Человек-паук в спандексе дрался с каким-то фриком в шлеме, похожим на аквариум. — Они становятся всё страннее и страннее, — пробормотал Роуди себе под нос, озвучивая общую мысль. Тони скривился. Странный — слишком мягко сказано. Если уж аквариум на голове не впечатлил, то плащ определённо сделал это. Тем временем Нью-Йорк получил бесплатное шоу: Человеку-пауку на глазах у всех надирал задницу очередной гастролирующий цирковой экспонат. — Нам нужно спуститься туда, — настаивал Тони, взгляд метался между двумя дерущимися фигурами на экране. Стив покачал головой, встав рядом с Тони, скрестив руки на груди. — Даже не знаю, — заметил он, внимательно наблюдая за новостными кадрами и чуть склонив голову набок. — Похоже, Куинс вполне справляется. Тони промолчал. То ли потому, что был слишком занят просмотром прямого эфира, то ли потому, что предпочёл проигнорировать Стива — сказать сложно. Но, в любом случае, он промолчал, и это было к лучшему. Стив не знал, что Куинс на самом деле подросток, едва переживший вступление в пубертат, и, по просьбе самого Паркера, так всё и должно было оставаться. Он хотел верить, что парень держит всё под контролем, но пока в новостях продолжали крутить кадры того, как этот чокнутый фокусник выбивает из Человека-паука всё дерьмо, его не покидало тревожное чувство: даже какой-то тип в плаще может оказаться за пределами возможностей Спайди. К сожалению, один урод в маске — это всё ещё слишком мелко для «тарифа» Мстителей. Даже если и полиция, и Человек-паук с трудом пытались его задержать, это всё равно был не тот случай, в который они обычно вмешивались. А это могло раскрыть тайну Паркера перед всей командой. Тони не хотел с этим разбираться. Орда инопланетян, падающих с неба, ликвидация ГИДРЫ, Альтрон — это были угрозы уровня Мстителей. А вот пьяный работник с Таймс-сквер? Не совсем. По крайней мере, так он думал, пока в новостной трансляции не показали густой туман, затопивший всю Таймс-сквер. И тут видео внезапно прервалось из-за помех. — ПЯТНИЦА? — спросил Тони, постучав по часам, а затем ещё раз, когда помехи не исчезли. «Похоже, выпущенный дым полностью обесточил Таймс-сквер» — пояснила ПЯТНИЦА. — «Поступают сообщения о сбоях мобильной связи, полицейские рации на месте происшествия так же не работают» Тони не стал терять ни секунды. — Ладно, я проверю, — Тони развернулся так быстро, что Роуди даже не успел решить, бежать ли за ним. Стив, в отличие от него, уже догонял. — Эй, подожди, Тони, — окликнул он, вытянув руку вперёд, будто мог физически его остановить. — С каких это пор ты берёшься за такие мелочи? — Мелочи? — Тони резко обернулся к нему, едва не впечатавшись в дверной косяк. — Ты называешь отключение всей Таймс-сквер мелочью? Стив поднял руку, раскрытой ладонью к нему. — Ладно, не мелочь, но послушай — Куинс со всем справится. — Стив бросил взгляд на помехи в новостных кадрах, а затем снова на Тони. — Это же ты его завербовал, так? Ты ему доверяешь, верно? Тони снова промолчал. Любой ответ застрял у него на языке — языке, который он прикусил так сильно, что коренные зубы едва не оставили порезы на внутренней стороне щеки. Тони встретился взглядом со Стивом и ничего сказал. Ему нечего было сказать. Личность Паркера держалась в секрете от команды. Парень хотел, чтобы так и оставалось. Признать, что он ему доверяет, но считает его слишком молодым для таких боёв в одиночку… это означало бы открыть ящик Пандоры. «Босс» — ПЯТНИЦА избавила его от необходимости отвечать на вопрос Стива. — «Радиосвязь и видеоканалы снова подключаются к сети» Они оба подняли глаза к потолку, и Стив высоко изогнул бровь. — Видишь? Куинс со всем справился сам. Если бы ПЯТНИЦА могла прочистить горло, Тони был уверен — она бы так и сделала. «Вы должны знать, Капитан, что преступнику удалось скрыться» Тони сердито посмотрел на Стива, морщины вокруг его глаз стали ещё глубже. Стоит отметить, что Стив выглядел по-прежнему спокойно — почти умиротворяюще — на фоне всего произошедшего. — Кто знает, насколько густым был этот туман, — попытался он оправдаться. — Это могло случиться с любым из нас. Тони не стал отвечать, повернулся к нему спиной и быстро ушёл. — Только не с ним, — пробормотал он, вытаскивая телефон из кармана и набирая единственный номер, который имел значение в данный момент.

***

Питер не спешил возвращаться домой, вялый и угрюмый после поражения. Обычно долгие полёты на паутине помогали ему прояснить мысли, это была своего рода медитация, которую он успел полюбить. Но к тому времени, как он добрался до Куинса, в висках уже пульсировала тяжёлая мигрень. Мозг ощущался мячиком-антистрессом, который слишком долго сжимали. — Боже, Карен, у меня голова раскалывается, — пробормотал он, крепко зажмурив глаза, когда спускался с высокого здания. «Твои обострённые чувства испытали значительные трудности из-за тумана, созданного тем человеком» — ответила она. — «Похоже, перенапряжение вызвало у тебя мигрень. В данной ситуации я рекомендую отдых» Питер застонал, прикрепив последнюю паутину на здании их с Мэй дома и подтягивая себя вперёд по воздуху. — Поверь, это и есть мой план. Прилипнув к кирпичной стене здания, он пробрался к восемнадцатому этажу, где они с Мэй жили, окно всё ещё было приоткрыто после его недавнего «выхода». Всё, чего он хотел, это плюхнуться в постель, забыть о проблемах и лечь спать. Если удача будет на его стороне, Мэй не станет доставать его расспросами о Таймс-сквер после того, как он выспится. «Питер, тебе звонит мистер Старк. Хочешь, я соединю тебя с ним?» Повисла пауза. Питер в итоге покачал головой, прекрасно понимая, что ИИ этого жеста не видит. — Нет, спасибо, Карен, — наконец ответил он. — Я могу поговорить с ним позже… «Мистер Старк подключился сам» — Что?! — глаза Питера расширились. — Нет, я сказал… ох, приве-е-ет, мистер Старк. Лицо Тони появилось на экране интерфейса. Питер не ожидал, что тот будет выглядеть счастливым, но он точно не был готов увидеть его в такой ярости. А мистер Старк выглядел по-настоящему взбешённым. — Завтрашние заголовки: Человек-паук повержен местным уличным фокусником. Приветствие было резким и холодным, но вполне в его духе. Питер вздохнул, прислонившись к кирпичной стене за спиной и удерживаясь на ней кончиками пальцев рук и ног. — Послушайте, мистер Старк, я могу объяснить… — Какого чёрта, парень? — Тони шёл по какому-то коридору, его лицо то появлялось в кадре, то исчезало. — Тебя немного пошвыряли, и этого уже достаточно, чтобы дать преступнику уйти? — Я не давал ему уйти! — настаивал Питер, отлепив одну руку, чтобы взмахнуть ею в воздухе — хотя и знал, что его никто не видит. Или мистер Старк его всё-таки видит? Надо будет спросить об этом позже. — Я ничего не видел, он просто исчез и… — Ты не видел? То есть, ты хочешь сказать, что какой-то дешёвый реквизит из Party City, способен обойти твоё шестое чувство? Я всё ещё разговариваю с тем парнем, который утверждал, что его слух, зрение и обоняние выкручены на максимум после какого-то там… как это было? Ах да. Укуса радиоактивного паука? — парировал Тони. — Да-да, мистер Старк, в этом-то и проблема! — Питер закивал — слишком быстро, слишком сильно. Голова от этого заболела в десять раз сильнее. — Обычно я бы без проблем мог видеть сквозь эти штуки. Такого никогда раньше не было! Не знаю, что именно он использовал… это было странно. Оно вырубило всё электричество — вообще всё! — А твоё жутковатое шестое чувство? — Тони вскинул бровь. — Что с ним случилось? — Моё паучье чутьё? — переспросил Питер. Повисла пауза. — Сделаю вид, что я этого не слышал, — наконец произнёс Тони. Питер закатил глаза. — Оно не срабатывало, — объяснил он. — Всё было каким-то… приглушённым. Я пытался поймать его, но… — Парень, нельзя позволять таким типам уходить, — вздохнул Тони и покачал головой. — У него явно есть какая-то опасная технология, раз он сумел вырубить весь Таймс-сквер. И я не знаю, что это за фишка со шлемом-аквариумом, но это может быть явным признаком психоза. Мы не связываемся с психами. — Я не давал ему уйти, мистер Старк! — голос Питера предательски пискнул в попытке оправдаться. — Карен отключилась и…! — Теперь оставь его большим дядям, ясно? — Что? Нет! Я… я справлюсь с ним, я…! — Я серьёзно, пацан. Если он появится снова, пусть с этим разбираются Мстители, — отчитал его Тони. Питер замялся, подбирая слова. — Ну, я как бы… в некотором роде Мститель, так что… — Э-э, нет, — быстро поправил его Тони, и его указательный палец занял добрую половину экрана. — Ты чётко сказал «нет» моему предложению и «нет» моему костюму. Так что можешь и дальше оставаться своим маленьким Дружелюбным соседом Человеком-пауком, пока взрослые дяди разбираются с по-настоящему плохими парнями. Capiche? — Мистер Старк! — Тебе уже пора баиньки, Пит. Спокойной ночи. Видеосвязь прервалась прежде, чем Питер успел хотя бы вдохнуть, не говоря уже о том, чтобы попрощаться. Раздражённый, он пробормотал несколько ругательств себе под нос, пробираясь через окно в свою спальню и очень тихо карабкаясь по стенам, чтобы не побеспокоить Мэй. Впрочем, это не имело значения. Рано или поздно она всё равно увидит новости и наслушается о нём по полной программе. Казалось, если мистер Старк не критиковал его работу, то Мэй была расстроена тем, что он вообще этой работой занимался. А Нью-Йорк? Ну, тут и говорить нечего после событий на Таймс-сквер. Он никогда не победит. Слишком уставший, чтобы переодеваться в нормальную пижаму, Питер нажал на эмблему паука на груди, сбросил костюм и небрежно пнул его под кровать. Он знал, что с костюмом стоимостью в несколько миллионов долларов стоит обращаться бережнее, но сейчас у него просто не было на это сил. Он плюхнулся на односпальный матрас животом вниз, оставшись в одних боксёрах и натянув одеяло до самого подбородка. При этом он издал совершенно мужественный стон — который абсолютно точно не сорвался на писк в конце. У него ужасно болела голова. Словно маленькая бомба пыталась взорваться изнутри, давя прямо за черепом. Питер застонал в подушку, готовый заснуть, чтобы забыть о стрессе и унижении прошедшего дня. На мгновение приоткрыв глаза, он наткнулся взглядом на школьный учебник и ноутбук с открытым — почти насмешливым — приложением: «Всемирная история: модели взаимодействия». — У-у-угх! — Питер отвернулся к стене, натянув подушку на голову в попытке отгородиться от всего мира. С последствиями он разберётся завтра. А сейчас он просто хотел спать.