Последний день Пандоры

      Рассвет над Пандорой окрасил лес в яркие тона, когда Джейк Салли первым заметил странное свечение за грядой холмов. Не то, чтобы он искал неприятностей — они с Нейтири и детьми возвращались с охоты. Но старый солдатский инстинкт, привитый ещё на Земле, а затем отточенный в боях с RDA, требовал проверить. — Отец, там дым, — Нетейам указал на тонкую струйку, поднимавшуюся над кронами. — Не похоже на костёр, — Ло’ак прищурился, его хвост нервно дёрнулся. — Слишком густой.       Джейк поднял руку, останавливая отряд. Нейтири, идущая рядом, замерла, её уши поворачивались, улавливая звуки, недоступные людскому слуху. Маленькая Туктири прижималась к матери, а Кири, склонив голову, словно прислушивалась к Эйве. Паук, единственный настоящий человек в их семье, поправил респиратор и кивнул Джейку. — Там старая база RDA, — сказал Паук тихо. — Та, которую мы не стали до конца доламывать. Слышиш? Там кто-то хозяйничает.       Джейк колебался всего секунду: — Проверим. Тихо. Если это люди RDA — мы их просто прогоним. Если аватары… — он не договорил.       Они двигались бесшумно, как умеют только на’ви. Огибая светящиеся грибы и переступая через корни, отряд вышел к краю вырубки, где когда-то стоял ангар. Теперь здесь было… нечто иное.       В центре бетонной площадки, залитой тусклым аварийным освещением, стояли на коленях шесть людей из RDA. Их руки были скручены за спиной грубыми пластиковыми стяжками, на головах — мешки. Вокруг них, построившись квадратом, замерли солдаты, каких Джейк никогда не видел.       Они были невысокими — обычного человеческого роста, по сравнению с На’ви — вовсе карлики, но их броня болотного цвета и чёрного металла была чужой, угловатой, с нашивками в виде черепов и двуглавых орлов. У каждого в руках — винтовки, но не те, что использовала наёмники корпорации. Короткие, с толстыми стволами, они издавали низкое гудение. И эти люди стояли с идеальной выправкой — никакой суеты, никаких разговоров. Только треск радиостанций и лязг металла. — Что это…? — выдохнул Ло’ак, но мать зажала ему рот ладонью.       Вдруг из толпы солдат вышел человек. Высокий, его чёрный мундир был расшит золотом, на голове фуражка с черепом, вместо правой руки — огромная металлическая клешня, а левый глаз заменял красный светодиод. Человек шагнул вперёд, заговорив на гортанном, рубленом языке, но Паук, хоть и выросший среди На’ви, уловил несколько слов, похожих на древний диалект людей Земли: «Именем Императора Человечества, вы, предатели, приговорены к смерти за присваивание важных ресурсов Империума и угрозу человеческим жизням.» — Они не из RDA, — прошептал Паук. — Я не знаю, кто они. Но у них есть… свои законы.       Человек в мундире, Джейк позже узнает, что это — комиссар Себастьян Яррик, герой войны за Армагеддон, поднял свою металлическую руку. Солдаты вскинули винтовки и прежде чем кто-либо из наёмников успел закричать или рвануться, раздался треск лазганов. Прозвучал короткий, почти музыкальный звук. Первый связанный дёрнулся и осел, его грудь была прожжена насквозь, края раны спеклись, кровь даже не потекла. Прозвучала серия выстрелов, и ещё пятеро упали, даже не успев понять, что их убили.       Тишина после залпа была оглушительной. Шесть тел лежали на земле, а под ними начала разливаться кровь, что текла из тех мест, которые не прижгло выстрелом. Солдаты невозмутимо опустили оружие. Яррик кивнул кому-то из офицеров и сказал: — Уберите это и подготовьте следующих. Планета должна быть очищена.       В отряде Джейка никто не дышал. Туктири мелко тряслась, зажимая рот обеими ладонями, Нейтири смотрела на тела с выражением, которое Джейк видел лишь однажды — в день гибели её родного древа. Кири широко раскрыла глаза, её пальцы впились в землю, словно она пыталась позвать Эйву. Нетейам медленно, дрожащими руками, начал поднимать лук. — Нет, — голос Джейка был каменным. — Мы уходим. Сейчас. — Но… — попытался что-то сказать Ло’ак. — Посмотри на них, сын, — Джейк указал на солдат, чьё обозначение вскоре вскроется — кадианцы. Те уже развернулись в другом направлении, будто казнь была для них рутиной, будничным делом. — Они не люди RDA. Они военные, причём настоящие. И их слишком много. Мы вернёмся, но не сейчас. А теперь тихо уходим.       Они отступали так же беззвучно, как пришли. И только когда лес снова сомкнулся за ними, скрыв бетон и кровь, Паук прошептал: — Джейк… их оружие. Оно не оставляет ран. Оно прожигает насквозь. У RDA такого не было. — Я знаю, — ответил тот. — И это меня пугает больше всего.

***

      Той же ночью огни факелов и биолюминесценция Древа Душ озаряли сотни лиц. Собрались вожди почти всех кланов восточного побережья. Джейк, хоть и был человеком в теле аватара, говорил первым, потому что видел то, чего не видели они. — Мы не знаем, кто это, — он выдавил из себя эти слова. — Они не торгуют, не договариваются. Они просто приходят и убивают. Я видел, как шесть человек упали за три секунды.       Нейтири стояла рядом, её хвост хлестал по бокам: — Они даже не спросили имён. Не предложили сдаться. Просто… казнь. — Значит, это ещё одние тавтутэ, — фыркнул вождь клана Типани, огромный На’ви со шрамами на груди.— Они всегда бегут в ужасе, когда видят торука. — Это не люди RDA, — повторил Джейк, стараясь говорить спокойно. — RDA использовала пули. Эти… у них лучи прожигающие кости. — Ты стал мягким, Джейк’Сули, — усмехнулась шаманка из клана Тайранги. — Уже забыл, как мы уничтожили их корабли? Как заставили летающих демонов бежать прочь? Пандора защищает нас. Эйва защищает нас!       Среди На’ви пронесся ропот одобрения. Победа над RDA, всего несколько лет назад, всё ещё была свежа в памяти. Они потеряли деревья, но выиграли войну. И теперь, каждый молодой воин мечтал повторить подвиг. — Мать говорит, что эти пришельцы… другие, — тихо проговорила Кири. Она сидела в стороне, переплетя пальцы, и её глаза были закрыты. — Она говорит, что от них пахнет железом и болью. Что они… не такие, как люди, которых мы знали. — Эйва боится? — спросил один из вождей. — Нет, — Кири открыла глаза, и в них отражались огни Древа. — Она злится.       Этого оказалось достаточно. Вожди заговорили громче, требования немедленной атаки. Доказывали, что эти люди — не более чем ещё одна группа грязных тавтутэ, которых нужно вышвырнуть с Пандоры. Джейк пытался их образумить, но его голос тонул в ревах одобрения.       Ло’ак вскочил первым: — Я поведу икранов! Мы ударим с воздуха! — Мы зажмём их в долине, где они не смогут развернуться. — добавил Нетейам, встав рядом с братом.       Только Джейк и Паук молчали. Паук сжимал в руке старый армейский нож RDA — его единственную связь с человечеством. Джейк смотрел на детей, на жену, на этих опьянённых своей последней победой воинов, и понимал: их не остановить. — Хорошо, — сказал он наконец. — Но мы сделаем это по-моему. Мы ударим на рассвете, с трёх сторон. И если что-то пойдёт не так — мы отступаем к Древу. Эйва не даст нас в обиду.

***

      Утро встретило кадианцев грохотом сотен барабанов. Джейк никогда раньше не слышал, чтобы На’ви издавали такие звуки — это была песня войны, древняя, как сама Пандора. Икраны взмыли в небо тучами. Впереди всех летел Ло’ак, его копьё светилось ядом. — УРА-а-а-а! — крик На’ви прокатился по долине.       Первый залп стрел обрушился на лагерь Империума. Тысячи стрел с бионическими наконечниками дождём падали на палатки и технику. Казалось, это невозможно пережить. Но кадианцы даже не побежали. Да, многих гигантские стрелы и копья убили, но люди не отступили. Они просто… заняли позиции. Щиты — настоящие, тяжелые, из металла — встали стеной. Солдаты вскинули лазганы и начали стрелять. Первый выстрел прилетел в икрана, и тот рухнул с прожжённым крылом. Следующая очередь убила трёх наездников, что упали, даже не закричав. — Что⁈ — Ло’ак не верил своим глазам. Его стрелы отскакивали от щитов, копья испепелялись на лету. А каждый выстрел кадианцев находил цель.       Джейк вёл наземный отряд, но, едва они вышли из леса, как земля под ногами взорвалась. Артиллерия! Два танка «Леман Расс» выехали из ангаров, начав стрельбу по ксеносам. Снаряды разрывались среди воинов, оставляя воронки с оплавленными краями. — Отступаем! — закричал Джейк, но было поздно. Кадианцы перешли в контратаку.       И тут он увидел мужчину с клешнёй вместо руки. Яррик шёл впереди своих солдат, не прячась. Лазерный глаз сканировал поле боя, и каждый его взгляд, казалось, приносил смерть. Он стрелял из болтера — оружия, которое разрывало тела На’ви на куски, и рубил других цепным мечом. Один выстрел разнёс голову лютоконю. Другой — оторвал руку вождю. — Вот вам, ксеносы! — кричал Яррик, и его голос, усиленный вокс-динамиком, перекрывал шум битвы. — Во славу Императора! Очищение!       Потери были ужасны. Треть атакующих лежала мёртвой. Икраны падали с неба, сбитые болтерами. Нейтири, раненная осколком в плечо, пыталась прикрыть Туктири, которая плакала от страха. — Кири! — закричал Паук. — Зови Эйву! Сейчас!       Кири, стоявшая на коленях в центре бойни, закрыла глаза. Её коса впервые ярко засветилась, не синим, а белым, почти болезненным светом. Она закричала — не своим голосом, а голосом, в котором слышался шум миллиардов нервных окончаний.       И лес резко ожил. Деревья, которые казались просто фоном, вдруг начали двигаться. Корни, словно змеи, вырывались из земли и обвивали ноги кадианцев. Гигантские папоротники выпускали облака едких спор, от которых люди задыхались. Стаи змееволков и лютоконей с рёвом бросились на солдат. Казалось, сама планета восстала против захватчиков.       Но даже это не остановило кадианцев сразу. Они стреляли по животным, рубили корни цепными мечами, надевали респираторы против спор. Яррик, весь в чужой крови, разорвал шею змееволка клешнёй и пристрелил другого. Но натиск был слишком силён. Имперцы привыкли сражаться с врагами, которых можно победить огнём и сталью. Но когда земля под ногами становилась живой, когда каждый куст стрелял ядовитыми иглами, а воздух превращался в кислоту — даже они дрогнули. — Отход! — приказ Яррика прозвучал как проклятие. — Мы встретились с неизвестным противником! Планомерное отступление к базе! Не бежать, а отходить!       Имперцы пятились, стреляя и прикрывая друг друга. Их дисциплина была железной. Они теряли солдат, но не ломались. За час они отошли на пять километров, закрепившись на старых позициях RDA, которые успели частично укрепить.

***

      У Древа Душ стоял крик радости. На’ви обнимались, танцевали, пели. Они потеряли почти двести воинов — но враг бежал. Враг, который казался таким страшным, отступил перед гневом Эйвы. — Ты видел их лица? — смеялся Нетейам. — Они испугались и побежали! — Как те собаки RDA, — вторил Ло’ак, хотя его правая рука была перевязана и кровоточила.       Нейтири, морщась от боли в плече, посмотрела на Джейка. Тот не смеялся. Он просто сидел на корточках у костра и смотрел на огонь. — Ма Джейк, — тихо сказала она. — Мы победили. — Мы выиграли битву, — поправил он. — Но они не убежали, а всего лишь отошли. Организованно. Строем. Такие, как они, не убегают насовсем. Они ещё вернутся. — Но Эйва их остановит, — возразила Кири. Она была бледна, из носа текла кровь — цена, которую она заплатила за призыв планеты. — Мать сильнее их. — Я надеюсь, — вздохнул Джейк. — О, Эйва, я надеюсь.       Вокруг них На’ви уже праздновали лёгкую победу. Кто-то играл на флейтах, кто-то рассказывал о своих подвигах. Маленькая Туктири спала на возле Паука, убаюканная песнями. Сам мальчик смотрел в сторону базы RDA, откуда всё ещё тянулся тонкий дым. И почему-то ему было не по себе.

***

      Внутри полуразрушенного ангара, где ещё сохранились голографические карты RDA, собрались командующие. Яррик, залитый кровью — не своей — стоял у стола, протирая протез. Кадианские генералы докладывали потери: — Двести тридцать два погибших. Сорок семь тяжелораненых. Два «Леман Расса» потеряны — их утянуло под землю. — Потери незначительны, — сухо заметил один из присутствующих техножрецов. Его красный плащ был изодран, а меходендриды нервно подёргивались. — Но поведение биосферы… аномально.       В этот момент в ангар вошла Иврейн, чем сразу привлекла внимание. Её корсетное платье бордово-красного цвета с огромным пышным шлейфом тянулось за ней, длинные белые волосы, убранные в хвост, падали на спину, а рядом величественно вышагивал верный бирюзовый джиринкс Алоринис. Многие до сих пор не понимали, почему аэльдари позволяется так спокойно расхаживать среди людей, но её наличие здесь — личный приказ Робута Геллимана, одобренный Императором, поэтому, никто не возмущался в слух. Её лицо, обычно невозмутимое, было серьёзным. Эмиссар Инеада подошла к столу и положила на него странный светящийся камень. — Я почувствовала колебания варпа на поле боя, — не объясняясь заявила она. — То, что местные называют «Эйвой» — не просто нейросеть планеты. Это… варп-сущность. Формирующееся сознание, которое уже обрело волю и может воздействовать на материю. Оно ненавидит чужаков. Особенно людей. — Демон? — с усмешкой поинтересовался Себастьян. Он даже не поинтересовался, зачем она пришла — знал, что не имеет смысла, тем более сейчас. — Хуже, — ответила Иврейн. — Демоны рождаются из эмоций разумных рас. А это… это целая планета, ставшая варп-разумом. Если его не остановить, оно может разрастись до уровня малого бога. Пандора станет миром-ульем варпа.       Впервые на лице Яррика промелькнуло что-то похожее на беспокойство: — И что ты предлагаешь?       Иврейн обвела взглядом присутствующих. Кадианцы молча разошлись по углам, понимая, что это не их дело. Техножрецы исдали низкочастотный гул, уже готовые записывать информацию. В углу молча стоял Азек Ариман. Его псайкерский посох тихо гудел, пока приглашённый библиарий Тысячи Сынов что-то бормотал под шлемом. — Мы не можем просто экстерминировать планету, — сказала Иврейн. — Робут сказал, что ресурсы слишком ценны. Но мы можем убить Эйву. Не её тело — её душу. Для этого нужны… особые средства. — Давай без загадок и конкретнее. Меня с Армагеддона вызвали на ребусы решать, — приказал Яррик. — Первое: нужно её изучить, — Иврейн демонстративно начала загибать пальцы. — Варп-сущность подобного характера — это нечто из ряда вон. Этим должны заняться ваши специалисты: насколько я помню, Белизариус Коул со своим приглашённым коллегой тоже здесь.       Эти слова заставили комиссара поморщиться, ибо этому «коллеге» он не доверял больше всего. — Второе: — продолжала аэльдари — Коул и его техножрецы разработают резонатор, который обратит варп-энергию Эйвы против неё самой: может оглушит или тому подобное. Ну и третье: Ариман своими способностями сможет её задавить, или даже убить, тут нужно выяснить её порог. — Она замолчала, глядя на всех присутствующих и ожидая какого-либо реакции. — Согласуйте с примархом и делайте, — бросил Яррик. — Уничтожите эту планетарную тварь. И синих ксеносов… всех до единого.       Техножрецы склонили головы в согласии. Ариман пошевелил пальцами, прислушиваясь к колебаниям варпа, но тоже не высказался против. Иврейн чем-то ещё присутствующих не удостоила: просто развернулась и исчезла в дверях.       А в лесу, в шести километрах от базы, На’ви всё ещё танцевали, уверенные, что их победа окончательна.