Замена Неба

*** Тсунаеши внимательно рассматривал нового знакомого. Он вызывал у него странные чувства. С одной стороны, хотелось бежать куда подальше, ибо собеседник вызывал невольный страх, будто на его руках было море крови, необоснованная жестокость, отрешенная холодность, и он невольно утягивал в это, а с другой, в нем чувствовалось какое-то родство, что-то близкое, понятное, какая-то печаль, хотелось обнять, успокоить, поддержать. И что это такое Савада определить не мог. И не мог оценить, перевешивает ли страх желание узнать этого странного союзника. Но одно он мог сказать точно, это было что-то древнее и глубокое, что-то на грани инстинктов, а потому, ещё более непонятное. Незнакомец, в ответ, рассматривал его так же пристально, невольно делая какие-то выводы для себя. Он щурился, словно кот, поймавший мышь. Тсунаеши слегка поежился, чувствуя себя этой немощью в зубах у хищника. Хотелось отступить, чтобы стоять как можно дальше от незнакомца. Попав в этот мир мафии юноша осознал, что стоит держать подальше от всех, кто вызывает внутренний ужас. Еще были свежи шрамы от знакомства с Хибари. Такие люди принесут ему только боль и страдания. Разноглазный мужчина невольно шагнул вперед, видя, что жертва отступает. Этот юный дон интриговал его все больше и больше. И этот невольный страх в карих глазах привлекал все больше и разжигал инстинкт охотника. Чувствуя себя, как лев в засаде, так и хотелось вонзить клыки в мягкую плоть антилопы. - Кто ты? - невольно спросил Савада. - Оя?! Я? Я это я. А вот ты кто? - красный глаз прикрылся и мужчина стал выглядеть не так зловеще, а даже немного игриво. - Я? - невольно пискнул Тсунаеши. - Зачем тебе? Символ в красном зрачке изменился на другой. Савада невольно залюбовался красивым иероглифом, но по спине побежал предупреждающий холодок и все вокруг заволокло тьмой. Словно отрезали весь свет. Юный дон запаниковал и хотел позвать на помощь, но из открытого рта не раздалось и звука. Ужас в глазах собеседника восхищал разноглазого мафиози. Он только собирался толкнуть жертву в стену, как неожиданно кареглазый юноша неумело оступился, запутавшись в собственных конечностях и неуклюже рухнул на незнакомца, уронив обоих на землю. Такого иллюзионист предусмотреть не мог. Слишком уж хаотично двигалась жертва, так что и его поступки предсказать было сложно. Неожиданно выскочившее из шатена пламя оранжевого цвета повлияло на иллюзиониста. Мужчина ошеломился, потеряв контроль над своим творением, подобного не было уже более десятка лет и чуть сам не запаниковал. Как никогда он боялся своего безумия. Если иллюзия выйдет из-под контроля, то пострадает в первую очередь он сам. А такого с ним никогда не случалось. Больше всего людям их профессии сложнее всего оставаться в сознании, когда сам уходишь в мираж, что обретает свою собственную волю и ты уже ничего не контролируешь. А когда ты теряешь контроль, то собственное пламя Тумана жалит именно своего хозяина, а не жертву. +++ Тсунаеши обнаружил себя на лестничном пролёте, освещённом несколькими тусклыми лампами. Серые стены, ничем не примечательная лестница. Рядом дверь. Савада толкнул дверь и вошёл внутрь. Там были белые стены с облупившейся краской и множество дверей. Парень прошёл вперёд, увидев несколько ответвлений коридоров. Тут послышались чужие шаги. Савада запаниковал и ломанулся в первую попавшуюся комнату. К счастью, после некоторого сопротивления дверь открылась, и шатену удалось втиснуться внутрь, тихо защёлкнув замок. Тсунаеши вздохнул с облегчением, привалившись к двери спиной и слыша, как чужие шаги удаляются по коридору. Оттолкнувшись от шелушащейся поверхности, Савада стал оттряхивать костюм и поправлять манжеты, медленно подняв голову. Его глаза столкнулись с широко раскрытыми голубыми глазами. Перед ним был ребёнок, одетый в свободную больничную робу. Та была ему так велика, что свободно свисала с одного плеча, являя миру худое плечико и ключицу. Савада смог оценить насколько ребёнок перед ним тощий. Парнишка обладал копной непослушных коротких чёрных волос, огромными глазами, в которых отражался страх и любопытство. Тсунаеши почесал в затылке, растерянно хлопая глазами. Он понятия не имел, как вести себя с детьми. - Привет, - неуверенно поздоровался Вонгола. Мальчик склонил голову на бок, изучая его внимательным и настороженным взглядом. Он ещё не решил, как относиться к чужаку, хотя угрозы от него и не чувствовал. - А ты тут живёшь? - Тсунаеши и сам понимал, что несёт полный бред, но надо же было разбавить эту неловкую тишину. - Ты извини, я не знаю, как я сюда попал. В ответ — всё то же молчание и внимательный взгляд. - А где это мы? Ты не в курсе? Мальчик покачал головой в знаке отрицания. - Ты тоже не знаешь? Плохо. Я думал, хоть ты меня просветишь. Савада осмотрелся. Комната была просторной. На полу, возле стены, лежал матрас с серой выцветшей постелью, видно что ее чуть ли не до дыр застирывали. В углу туалет в полу и рядом серая крохотная раковина, почти сливающаяся со стеной, так что сразу и не заметишь. Отовсюду тянуло сырость и холодом. Тсунаеши невольно перевёл взгляд на голые ноги ребёнка, невольно осознав, что тот должно быть замёрз. Савада потёр шею неуверенным жестом и не смело шагнул вперёд. Ребёнок дёрнулся назад от неожиданности. - Давай сядем на постель, а то ты, видимо, замёрз стоять на полу. Савада неуклюже протянул руку и ему удалось сцапать чужую ладошку, после чего шатен неуклюже приземлился на постель, потянув за собой ребёнка. Брюнет бухнулся на кровать на колени с немым ужасом смотря на гостя, ожидая его дальнейших ужасных действий. За столько лет он привык, что в этих стенах ничего хорошего не происходит, а любой человек, что пытается казаться добрым, причиняет потом ещё большую боль. Тсунаеши подивился насколько холодной была маленькая ладошка, словно у него в руках был кусок льда, а не живой человек. Ребёнок, нахмурив брови, смотрел на чужую руку, тот ничего больше и не делал. Это выводил из равновесия. Впервые он так чётко ощущал так чётко чужое прикосновение. Кожа незнакомца была мягкая, гладкая и тёплая. Хватка шатена была хоть и сильной, но боли не причиняла. При том, от чужой руки шёл такой жар, что было совершенно новым ощущением и даже каким-то приятным. Ребёнок не мог понять, нравится ему это или нет. Этот чудак был странным. Его поведение и слова были непривычными. Голос и руки чужака такие тёплые, от непривычки кожу слегка щипало, словно на свежий порез перекись брызнули. Ему, привыкшему к вечному холоду, что помещения, что окружающих его людей, или скорее нелюдей, такое чувство озадачивало. Приносило странное смущение и покалывание в груди. Так они и сидели в тишине, неотрывно смотря на свои сцепленные руки. Не назвать эту ситуацию неприятной, но медленно появлялось ощущение единения. Словно у них обоих был свой секрет на двоих. В дверях заскребли ключи и на пороге появились люди в белых халатах. Двое заговорщиков вздрогнули и с сомнением посмотрели на пришедших. Всего их было четверо. Все отличались невыразительными лицами, высоким ростом и пустым взглядом. На халатах двух из них были заметны подозрительные бурые пятна. Их было немного, но вот само их расположение невольно наводило на мысль, что это кровь. Савада вскочил, рывком поднимая ребёнка на ноги и лихорадочно пряча его себе за спину. Он всем своим существом чуял, что пришли за его новым знакомым. Было дико страшно. Новая обстановка и незнакомцы пугали. В нос ударил сильный запах медикаментов, которым несло от пришедших. Всего этого было достаточно, чтобы Тсунаеши рухнул от страха, так как ноги держали его с трудом. Но позади него был слабый беззащитный комочек жизни, который он захотел защитить, потому упрямо стоял, смотря в глаза новым врагам. Маленький ребенок с невыразительным взглядом посмотрел на подростка перед ним. Тот дрожал от страха и с неприкрытым ужасом пялился на людей в белых халатах, но все равно заталкивал брюнета себе за спину. Мальчик нахмурился. Он абсолютно не понимал действий этого чужака. Раз он сам так боится, то что ему стоит отойти в сторону? Он только пострадать может. Тут давно уже никто никого не защищает. Все равно врачи-мучители пришли за ним и их совершенно не интересует сей нервный подросток. Тсуна нервно прятал маленького паренька за собой, тщетно пытаясь своим тощим телом скрыть его присутствие. Выходило слабо. У Савады от страха тряслись коленки и дрожали руки, мучительно сжималось горло и мелко стучали зубы, но одно он знал точно, этим извергам он мальчонку добровольно не отдаст никогда. Неизвестный направился в сторону Савады, заставив его вздрогнуть. Тсунаеши нервно отступив, лихорадочно шаря по сторонам, где бы спрятаться или куда бежать. Выхода не было. Один из людей в белых халатах схватил Саваду и со всей силы отбросил в сторону. Тсунаеши врезался в стену, теряя сознание. Последней мыслью перед тем, как картинка потемнела полностью, так это нереальная сила этих людей, словно они монстры, а не люди, и ужасная досада на себя, что защитить паренька не смог. - Нет, нет, опустите меня. Я больше не хочу. Это больно. Не хочу. Нет. Не надо. Пожалуйста. Нет. Не надо. Не хочу. Не надо больше, пожалуйста, - бешено извиваясь в чужих руках, кричал ребёнок. В его голосе слышались отчаянный страх и безнадёжность. Острый крик ребёнка резал сердце на куски. Тсунаеши из последних сил пытался остаться в сознании, слыша жалобный плач паренька, просящего оставить его в покое, потому что он больше не хочет так мучиться. Савада тянул к ребенку руку из последних сил, а потом наступила темнота.