Отсвет бронзы

Алисанне и Бэйлору было два года, когда умерла их мать. Несчастный случай— Рею Рой задавил собственный конь. Очень трагичная и глупая смерть. Однако, ей повезло оставить после себя наследников. Мне было двадцать три, когда я попала в тельце маленькой Алисанны. Не повезло. Как думаете, какого заснуть в Шанхае, в одном из самых развитых городов мира и проснуться…здесь. Во времени средневековья, где даже туалетов нормальных нет! Я уж молчу о медицине, нравах и канализации… А все начиналось так красиво… Только устроилась переводчиком в строительную компанию с высокой зарплатой. На тот момент мне казалось, что вот еще немного и наконец заживу в свое удовольствие. Я проработала в компании всего неделю. Неделю. Шесть лет моей жизни проведенных за изучением китайского языка пошли в унитаз ради этой недели. Плюс три года учебы в колледже на медицинском! И вот она я. Сижу в детской с моим братом-пупсом, пока он играется с деревянными конями. До этого я проплакала два дня (меня можно понять) и няньки шептались будто я «почувствовала» смерть матери, оттого я и бьюсь в истерике. Да-да, конечно. Милый Бэйлор то и дело подсовывал мне свои игрушки, надеясь на игру. Я с тяжелым вздохом взяла рыцаря и начала бодать его с конем брата. Он сразу же заливисто рассмеялся, начав играть. Я же отстранено размышляла, что все же мне повезло не попасть в тело младенца. Вот тут пришлось бы еще туже. Сейчас за нами нянечки, молодые девушки в чепчиках, присматривали не сильно пристально, в горшок ходим уже сами да и в груди не нуждаемся. Ходим тоже самостоятельно, хоть и было несколько раз, что я падала на пустом месте чисто из-за дезориентации детского тела. А еще, тут особо не было зеркал, конечно, но я, кажется, альбинос. Потому что у меня определенно были серебряные волосы до плеч. А мой брат, несмотря на темно-каштановые волосы, имел, не побоюсь этих слов, фиолетовые глаза. И это было, как минимум странно? Ладно. Я не очень разбираюсь в генетике, но помню, что у альбиносов чаще всего плохое зрение. У меня с ним все отлично, как и у жизнерадостного Бэйлора, что прибавляет вопросов. Самый главный из которых—почему мы все еще живы? То есть, в средневековье такие как мы, иначе говоря любые люди с отличиями, долго не проживали. Их сразу сжигали, преследовали и топили, считая инаковость признаком поклонения дьяволу.А тут… Нас холят и лелеят, И мы явно живем в замке, няни эти и одежда. Несмотря на то, что нам по два года, на нас одежда из очень хорошей ткани, а мое платье еще и с жемчужной вышивкой. За его стоимость можно будет выкупить минимум дом с участком, я уверена. Позже, из разговоров я поняла, что наша матушка была главой нашего рода Ройс, до того как скончалась. Теперь у нас главой-консортом значится двоюродный брат матери— Гюнтор Ройс. —Ну, как тут мои племянники? — прогрохотало в коридоре. Дверь распахнулась, и в детскую ввалился он — Гюнтор. Если честно, в первый момент я подумала, что к нам зашёл медведь. Огромный, заросший темной бородой с проседью до самых глаз, в пропылённом дорожном плаще, от которого пахло лошадьми и железом. Няньки тут же вспорхнули, кланяясь, а Бэйлор радостно взвизгнул и потянул к нему руки. Гюнтор расхохотался, подхватил брата одной ручищей и подбросил к потолку. Я замерла, боясь, что ребенка сейчас стошнит прямо на него, но Бэйлор только заливался смехом. Затем дядя повернулся ко мне. Его глаза — единственное, что было видно из-за буйной растительности на лице, — оказались неожиданно умными и цепкими, цвета тёмного пива. Он присел на корточки, оказавшись со мной почти вровень, и внимательно осмотрел моё лицо. — А ты чего невесёлая, маленькая госпожа? — пробасил он, но в голосе слышалась странная нежность. — Всё мать оплакиваешь? Я промолчала, просто уставившись на него. Говорить я пока избегала — боялась, что ляпну что-то не то. Гюнтор вздохнул и огромной, на удивление чистой ладонью погладил меня по голове, едва не снеся меня с ног. — Ничего, девочка. В наших жилах течёт бронза, мы так просто не ломаемся. Он сказал это так буднично, что я сначала пропустила фразу мимо ушей. А потом замерла. В жилах течёт бронза? Стоп. Это просто фигура речи, да? Или… Чёрт. Кажется, это не средневековье, в которое я попала. Кажется, всё гораздо, гораздо хуже. *** 3 года спустя. Вот мне уже пять лет и я к этому времени поняла, что я действительно в заднице. Или по другому—застряла во вселенной Джона Мартина, из которого я знаю лишь основные события. Если бы это была Игра Престолов—еще ничего, но это были времена Танца Драконов, черт побери! Я никогда не жаловалась на память, а Игру я посмотрела раза три точно. А Дом я смотрела лишь с выходом нового сезона и он даже не был закончен, сериал я имею ввиду. Я ловила пару спойлеров к предстоящему сезону, по типу смерти Деймона и Рейниры, но на этом все. Я бы хотела записать, что помню, но мне пятилетке пергамент просто так никто не даст. А если и дадут, начнутся расспросы, что ничем хорошим не закончится. Несколько месяцев назад к нам с Бэйлором приставили мейстера, который будет нас учить наукам и истории. Звали его Норберт, что непременно заставляло меня улыбаться, вспоминая дракончика из Гарри Поттера, был примерно шестидесяти лет, если не больше, лысый и ростом чуть ниже среднего. Человеком он был терпеливым и начал нас учить сначала алфавиту и цифрам. Меня учить и так не надо было, но я тоже делала старательный вид, как и мой младший брат. Правда, Бэйлор то и дело отвлекался, рисуя каракули. К концу занятия нос и щека его были измазаны чернилами. —Ну зачем вы так, юный лорд, —приговаривал он вытирая его лицо. Тряпку в его руках он не намочил, забыл скорее всего, отчего пятна расползлись по всему лицу. Я рассмеялась во весь голос, не удержавшись, за мной и Бэйлор. Мейстер, наконец прекратив свои попытки, тоже улыбнулся и позвал нашу няню —Лиззи. Вскоре брата увели умываться с мыльным корнем. Я сделала кроткий книксен, прощаясь: —Спасибо за урок, мейстер Норберт… —Леди Алисанна, задержитесь, пожалуйста, —мягко попросил он. Я заинтересовано склонила голову, но подошла к старику. —Мне кажется, вы уже прекрасно знаете алфавит, верно? Замерев на секунду я решила не отнекиваться. Давно приняла решение, что если в чем-то проколюсь—буду притворяться скрытым гением. Самой смешно стало, но что поделаешь… —Верно, —я кивнула и пересказала алфавит и досчитала до ста, мейстер не перебивал, но я заметила огоньки заинтересованности в его глазах. —И давно вы так можете? Почему же не сказали? —А зачем говорить? Вы же не сказали ничего на этот счет, —невинно пожала плечами. Мы с полминуты глядели другу на друга—он удивленным взглядом, я с нетерпением. Хотелось поскорее поужинать, а еще дядя наверное вернулся уже с Гнезда. Неделю его не видели, соскучились безумно. Мейстер в спешке обернулся и взял со своего стола первую попавшуюся книгу и протянул мне. Я взяла тяжелую книгу у него из рук и прочла про себя «Сказ о Первых людях». —Вслух, леди, —восторженно проговорил он, заметив, как мои глаза пробежались по названию. —Сказ о Первых людях, —послушно сказала я, не понимая причины такого ярого восторга. В мое время и некоторые трехлетки могли читать по слогам. Сама я тоже вполне неплохо читала в шесть в той жизни. Вполне вероятно все из-за скудной системы образования в этом мире? —Обязательно нужно будет сообщить об этом вашему дяде! Добавим еще предметы для лучшего результата… —Может не надо? И так все хорошо идет, —вяло начала сопротивляться, но уже бестолку—меня вряд ли слышали. *** После моего глупого проступка, ко мне приставили еще одного мейстера и септу. Теперь мейстер Норберт занимался только Бэйлором, что было неимоверно грустно. Теперь брат полдня проводил в отдалении от меня, уча письмо и счет, пока я занимаюсь углубленным изучением истории и валирийского языка с мейстером Вейсом. Вот он вообще мне не нравился—едва сорок, сухой как ветка, жидкой бородой и неприятным взглядом. Он мне напоминал злодея из Горбуна из Нотр-Дама, ей-богу. Я буквально возненавидела звук удара его палки по моему столу. Стоило мне расслабиться при чтении или перевести на что то взгляд, как он тут же стучал этой палкой раза три минимум. И он еще что-то приговаривал про то, что не будь я леди, получила бы этой самой палкой по рукам. После его уроков единственное, что мне хотелось это вырвать ее из его рук и разломить ее в щепки (это было маловероятно в силу моего возраста, но все же). Но одно я не могу отрицать—учиться я стала намного усерднее. Спросите меня, к примеру, когда сел на трон Мейгор Жестокий, я в полусне отвечу—42 год от Завоевания. Из истории я так же узнала, что названа в честь прабабушки, а брат в честь деда.Есть плюсы, да. Тоже самое и с валирийским, с которым у меня все было очень даже неплохо. Он напоминал мне латынь, смешанный с китайской фонетикой, исключая, конечно, что в валирийском произносится буква «р». А так, фонетика похожа, а все остальное, по типу построения языка и грамматики, едва ли отличается от латыни. Так как я когда-то изучала оба этих языка, продвигалась я очень быстро, почти без остановок (только на восьми падежах запнулась и то, всего на полурока). Хоть бы «мяу» сказал этот мейстер Вейс, Пекло побери. Ни разу не похвалил или не сказал «хорошо», лишь кивал с надменно поднятыми бровями. Но и он отходил на второй план, когда после него я шла к септе Мариле. Вот тут я получала по рукам сполна! Ну не давались мне эти псалмы… Пересказать что-то? —раз плюнуть.Наизусть—точно нет! А суть учений Семерых в этом и состояла—учи наизусть молитвы, вставай на колени и молись, чтоб от зубов только не отскакивало, и (главное!) бойся попасть Пекло за свои грехи. После ее уроков ручки у меня сильно опухали и становились красными, за исключением тех мест, в которые она била совсем недавно, те были отмечены белыми полосками. Бедный Бэйлор, в первый раз увидев это, дул на мои руки со слезами на глазах. Пару раз порывался рассказать дяде, но я неизменно его отговаривала. Подумаешь, потерплю пару лет. Ничего не станется. Год спустя, осознав, что я безнадежна, септа Марила прекратила мучать и меня, и себя требованием выучить святую книгу наизусть (и слава Матери!). Небось рука устала веткой бить за каждый отступ в писании. И от религии мы перешли к (барабанная дробь)… урокам нравственности. Напомню, что мне тогда было шесть лет. Спасибо за то, что Марила объясняла все более менее завуалировано. Напимер, « девочке не пристало сидеть близко с мальчиком», «мальчик и девочка могут соприкасаются руками, когда здороваются, если они родственниками, а с другими—богохульство!». Ко всему прочему добавились и уроки вышивки, от которой мне было трудно оторваться. Я могла провести за ней несколько часов, серьезно. Это теперь было сопоставимо тетрису. Правильно вышиваешь—красивый стежок и под конец работы тебе будет ждать нехилое удовлетворение от результата. Совершил пару ошибок, но продолжил вышивать дальше? При окончании работы это будет видно и это будет нервировать тебя, пока не начнешь переделывать. В любом случае мне нравилось. И септа Марила меня за это хвалила! Бэйлор же начал учиться фехтовать с деревянным мечом. Милое зрелище. Я старалась присутствовать на его уроках как можно чаще, чтобы поддержать его. А еще посидеть с дядей Гюнтором, который к нам относился как к родным. У него, к сожалению, не было своих детей. Говорят, что когда то у него был сын, но умер в возрасте восьми лет после купания осенью в реке, проболев с неделю, а через несколько лет умерла жена на родильном ложе. С тех пор прошло десять лет и он ни разу не женился. Я любила сидеть под боком у дяди и вышивать цветы, пока Бэйлор валялся в грязи, пытаясь встать в нужную стойку. Мне вообще нравились букетные композиции и каждый раз, после их окончания, я показываю результат дяде. Сегодня не стало исключением, конечно. —Дядя, —я подергала его за край рукава и прильнула к руке, протягивая пяльцы. —Ох, какая это красота! Какие это интересные цветочки… ирисы? —с озадаченным лицом пригляделся он. —Нет же, это горечавка! —я рассмеялась и обняла его.—Как ты мог не догадаться? Он растрепал мне волосы и озорно прищурился: —Зато я догадался, что у тебя выпал новый зуб, —хохотнул он и щелкнул меня по носу. —Ну! —я потерла пострадавшее место. —Ничего-ничего, год-два и все зубки отрастут. Бэйлор же не жалуется, —он подмигнул, поглаживая бороду. У Бэйлора отпали клыки и передний зуб, отчего это выглядело очень смешно. У меня отпали передние резцы и три нижних зуба. Короче, дыра у меня была, прям ровнехонькая. Прожевать еду и не подавиться это настоящий квест, особенно если это суп с картошкой и фрикадельками. В силу нашего возраста, супа в нашем рационе было много. С площадки раздался победный вопль Бэйлора. —Видела? Видела, Лиса, как я его?! —он снова встал в стойку и гордо ткнул древком соломенное чучело. —Молодец, скоро станешь, как дядя или сэр Уиллум, —она кивнула молодому учителю брата, считавшимся одним из лучших воинов Камня, несмотря на возраст. —…или как его отец, —едва слышно произнес дядя. Я оглянулась на него, но он улыбнулся как ни в чем не бывало.Поерзав на стуле, отложила пяльце и сказала то, что вертелось на уме уже давно. —Он в один день спросит, где его отец и почему он не здесь. Ты говоришь ему каждый раз, что он на войне, но она давно закончилась, дядя. —Ты очень умная девочка, Лиса, —от тяжело вздохнул.—Давно ты знаешь? Я закусила губу. Да всегда знала—могла бы я ответить. Нужно быть совсем невнимательным, чтобы не услышать жалостливые перешептывания нянек и служанок. Или ребенком, который только и ждет, когда прилетит отец на своем огромном драконе и обязательно скажет, как любит его и очень скучал. Мой милый Бэйлор всегда представлял этот момент перед сном. «И он обязательно покатает нас на своем драконе, Лис. Только представь, ты, я и папа на огромном драконе в небесах!». Я лишь кивала не в силах сказать ребенку, что нашему отцу на нас глубоко наплевать, если не чего похуже. —Год, —ответила вместо всего.—У него наверное уже и новые дети есть, да? Я знала ответ, но отчего-то сне все равно было обидно. Больше за брата, но частично и за себя. Убил ли он действительно Рею, чтобы жениться на Лейне? Не знаю, но знаю точно, что до нас ему дела не было. Даже до брата, его единственного сына. Или мы для него недостаточно «Таргариен»? Брат был темноволос, как мать, но копия отца внешне—многие так говорили. У меня же не было этих отличительных фиолетовых глаз, они были миндалевидные, как у мамы, и такого же цвета—хвойного леса на закате. Гюнтор не отвечал, глядя на меня с жалостью. —Он нас вообще видел когда-то? —голос дрогнул. —Видел. Месяц спустя после рождения. После этого ваша матушка запретила ему появляться на Рунном Камне. Это значило лишь одно—ему не понравилось то, что предстало перед ним. Губы предательски задрожали и я отвернулась, чтобы дядя этого не видел. Как назло, отвернулась я по направлению к брату, который с улыбкой отрабатывал удары, под руководством Уиллума. От этого стало еще горше, по лицу прокатилась предательская слеза. Меня похлопали по плечу и притянули к себе для объятий. Уже в них расплакалась, действительно, как шестилетка. Я не сдерживая себя, пока дядя успокаивающе гладил меня по спине. —Вы с Бэйлором Ройс, запомни это, Лиса. Чтобы кто не говорил, тем более этот змей. Я не дам вас в обиду, пока я жив, слышишь? Я судорожно закивала, вцепившись в отстрочку его плаща. Затем быстро стерла руками следы слабости и села обратно. —…И я должен еще кое-что сказать, —начал дядя.—Незадолго до вашего рождения, ваша кузина Рейнира, подарила вам драконье яйцо. Я не знаю, живое ли оно еще… —Отдай его брату, —вырвалось из меня быстрее, чем я обдумала ответ. —Ты уверена, Лиса? —он ласково погладил меня по голове своей огромной мозолистой рукой. —Да. Ему нужно это больше, чем мне, —кивнула я. —Только скажи ему про отца помягче, хорошо? —Хорошо, цветочек. *** Драконье яйцо отданное в тот же день, после памятного разговора, вылупилось спустя месяц еженощного горения в камине и ношение с собой Бэйлором. Ну и небольшой подсказки с моей стороны капнуть на яйцо своей кровью. На это брата я уговаривала недолго—просто сказала, что это общеизвестный факт и стыдно это не знать. Надо что-то делать с его доверчивостью, да. Дракончик был ярким в прямом и переносном смысле этого слова. Бордового цвета с золотистыми перепонками, холкой и едва заметно на кончиках рог. Он был чрезвычайно красивым и активным. Несмотря на то, что он практически не отлипал от Бэйлора, умудрялся шалить и так. Эта ящерка очень любила неожиданно шипеть и скалиться на людей, пугая их. Особенно бедных служанок, которым многого для этого не надо. Как-то дракончик попытался зашипеть на дядю, но получив в ответ угрозу кулака с него размером, спрятался под рубашкой брата, под всеобщий смех. —Как его назовешь? Может, Балерион? Это было бы грозно. Мы лежали в покоях Бэйлора, я вышивала, пока он сосредоточено читал книгу сказок на низком валирийском. Выходило у него не ахти, но он честно старался повторяя про себя непонятное, чтобы потом спросить у меня. —А я уже назвал, —отвлекся он.—Смотри. Kēli, dracarys. Отвлекшийся дракончик от мотка ниток попытался его поджечь, но получился лишь небольшой дымок. —Погоди, —я прикрыл глаза на секунду и не веря услышанному, уточнила: —Ты назвал дракона Кот?! —Ну не собакой ее называть же? —пожал плечами он.—Я знаю только простые слова. И девочке дракону было бы это неприятно… Поэтому, ее зовут Кошка. Люблю кошек, они милые, как Kēly. —С чего ты взял, что это девочка, Бэйлор? —страдальчески вопросила, пропуская мимо ушей все остальное. —Я знаю, —просто ответил он и продолжил читать. Я же перевела взгляд на Кошку, пытавшуюся съесть моток с ее голову, поворачивая ее так и этак. Поняв тщетность, она пнула его шипастым хвостом и направилась к Бэйлору. Вскарабкалась ему на голову, поерзала, удобнее устраиваясь, и легла спать. Действительно, кошка. После этого брату увеличили количество уроков валирийского языка, несмотря на все его стенания. *** Примерно через полгода состоялся разговор и насчет Деймона Таргариена. Меня на нем не было, только Гюнтор и Бэйлор. Я стояла под дверью кабинета дяди с два часа не меньше, измеряя шагами коридор. Когда вышел брат с красными глазами, у меня будто сердце упало вниз. Он казался таким маленьким и беззащитным в тот момент, до боли сжимавший полы выбившейся нательной рубахи, что я в тот же миг сжала его в объятиях. Дядя, вышедший следом, в свою очередь обнял нас двоих.Не знаю, сколько мы так простояли, но я бы простояла так весь день, если бы Бэйлору стало от этого чуточку легче. Через неделю все пошло своим чередом, как ни в чем не бывало. Только после этого он не упомянул отца ни разу. А спустя два года, на наше девятилетие, нам подарили молодых жеребят. Восторгу было —не передать. До этого мы катались на пони, но это не сравнится с настоящим конем, путь простят нас Сахарок и Яблочко. К этому времени, я закончила обучение у мейстера Вейса, а с септой Марилой мы лишь вышивали, в процессе обсуждая «Семиконечную звезду». Теперь у меня были лишь уроки музицирования на арфе, так что я была рада занять чем то свободное время. А Бэйлор давно хотел сходить на охоту с дядей. Он уже довольно неплохо стрелял из лука и неимоверно гордился этим, чуть меньше, чем Кейли разве что, которая вымахала размером с коня, кстати говоря. С драконицей отдельная история. Как мне кажется, Бэйлор ее чересчур избаловал. Нет, не кажется, я уверена! Эта кошка ест по несколько овец в день м не планирует оставаться. И мало того, что она есть в Руном Камне, она еще и летает на охоту за горными козлами. Она уже выглядит упитанной, что не раз говорили брату и я, и дядя. Но мой брат, твердо настроен, что если мы урежем ее меню, она расстроится, а потом и вовсе перестанет есть, обидевшись. То, что она обидчивая, знал весь замок без исключения.У Кейли с дядей были счеты с ее отрочества, теперь стоит ему подойти или пройти мимо она делает вид, что вот-вот надкусит его или имитирует щелчки пастью, показывая «подожди немного и я съем тебя вкусный человек!». Вся эта бравада заканчивается на моменте, пока дядя не погрозит ей кулаком со славами: «Как дам по жирной морде!». На просьбу ее отвести в пристроенное рядом с замком логово, Бэйлор отвечал индифферентно—«Обидится же». На людей она не набрасывается и не считает их за еду и на том спасибо. Пока что. Мне нравилась драконица, правда. Она давала себя гладить и млела, когда ее чесали за рожками. И все же это был дракон. Пройдет год-два и она станет по-настоящему опасной, размером со слона, как минимум, судя по скорости ее роста. И к этому моменту нужно будет сделать ей седло. *** Прошло еще два года, нам исполнилось целых одиннадцать лет. И я стала выше брата, к его возмущению. Дело было на тренировочной площадке. Что я там делала? Метала братские кинжалы, подаренные Уиллумом ему в прошлом году. Время их тренировки давно прошло, теперь я могла со спокойной душой метать кинжалы. Не каждый раз я попадала в яблочко (очень редко, честно говоря), но вот в мишень—всегда. Это был большой прогресс за месяц так-то. —Это из-за того, что я родилась раньше. Природу не обманешь, Бэйли, —дразнила его я. —Врешь, я сейчас же спрошу мейстера Норберта, —скрестил он руки на груди. —Ах, вот как, —я постучала по нижней губе в задумчивости.—Тогда тебе нужно обращаться к мейтеру Вейсу, если на то пошло. Ведь мейстер Норберт, сегодня отправился в Старомест… Валирийским с братом занимался Вейс, поэтому он был вполне в курсе, что он из себя представлял. А так как, учил валирийский не так быстро, как я, бедняге успело достаться в полной мере.Бэйлор сглотнул, но стоял на своем до последнего: —А мне будто страшно, ха! —Ммм, мне вот интересно, как мейстер Вейс, оценит такой глупый вопрос? Как думаешь, сколько ударов указкой за него он даст? Он опустил до этого скрещенные руки, по его лицу было видно, как он представляет сей момент. Мне его стало немного жаль, с него ведь станется такое спрашивать просто из упрямства. —Я пошутила, дурачок, —тяжело вздыхая призналась.—Год пройдет, и ты станешь меня выше. —Сама дурочка, —покраснел он, надувшись.—И вообще, я так и знал! Где это видано, чтобы девчонка выше была? Да много где, подумала я про себя, вспомнила Бриенну Тарт и мечтательно улыбнулась. Вот была или будет прекрасная женщина, еще со времен сериала она вызывала во мне восхищение. —Эх, что ты знаешь о девчонках, Бэйли? —схватив его за шею растрепала ему волосы, под его недовольное пыхтение. Со стороны входа в замок раздались торопливые грузные шаги. «Дядя»—подумали мы одновременно, пересекаясь взглядом. —Дети! —позвал он, не успев открыть ворота. —Мы здесь, —ответил брат, все еще в кольцах моих рук. Когда перед нами оказался дядя он выглядел очень растерянным и даже…напуганным? Впервые я вижу подобное выражение лица у него и я очень надеюсь, что я ошибаюсь. Очень. Это же не то, что я думаю, да? —Жена Деймона Таргариена скончалась и нас зовут на ее похороны. Нет. Нет-нет. Еще же слишком рано… —Зачем? —озвучил повисший вопрос Бэйлор, освобождаясь от моих окоченевших от шока рук. —Это указ короля, дети. Вас пригласили, как членов королевской семьи, —устало помассировал переносицу он.—Нужно собираться немедленно. Идите в комнаты и соберите свои сундуки в дорогу, у слуг и так полно забот сейчас… —Последнее, что он захочет видеть на похоронах своей жены, так это нас, —вырвалось у меня. —Алисанна, —предупреждающее. Я не стала спорить и пошла за братом. Собираться.