Неправильно... или? Стать андроидом (вне цикла)

10 ноября 2038 года, 7:52

Алан

Хватка за горло, рывок наверх — и вот меня уже прибивает к стене под потолком каюты. И нет больше никакой каюты, нет рядом Саймона и Маркуса — только серый коридор с металлическими стенами и лужами крови на потолке. Только я — и Амелия напротив меня. — А тебя все так же не напугать? — раздается тихий смешок. — А тебе все еще не надоело? — уточняю я, осматриваясь. Конечно, видок вокруг графонистый. Не хватает еще тех тварей, которых я видел в Ахероне, вот уж от кого мороз по коже продирает даже меня. Да только мы не в Ахероне, а, по сути, в смеси подсознания моего и сестренки. Послал же Айон родственничков… — Че как? Как жизнь, то есть, тьфу ты, смерть молодая? А, хотя да, ты теперь и есть Смерть Молодая. Или ты и. о. Смерти? Как там у вас иерархия-то на том свете работает? — Так же, как и на этом, — отфыркивается Амелия, убирая за спину косу. Судя по всему, инструмент этот она полюбила. Впрочем, сестренка всегда была достаточно кровожадной. Особенно по отношению к тем, кто переходил ей дорогу. Не то что бы я близко с ней общался, но все же на основании рассказов портрет составить успел. — Уже разобрался, куда вляпался? — Нет, но ты же мне все расскажешь? — Смотреть, как ты мучаешься, куда интересней. — А я способен мучаться? Не знал, не знал… Пикировка наша продолжалась бы и дольше. Но в этот момент Амелию по спине шарахнули арматурой. Та, конечно, только погнулась, а вот коса упала на пол. Видимо, ножны сделаны в посмертном аналоге Китая. — Брось! — кричу я Маркусу, но поздно — он уже схватил сестренкину косу в обе руки и сейчас явно ловит ошибку за ошибкой, пытаясь справиться с силой, которую просто так не удержишь. Миг — и ему помогает удержать оружие еще одна пара рук. И уже Саймон хрипло, едва слышно, но требует у Амелии. — Отпусти его! Хватка на моей шее разжимается. Кулем рухнув на пол, на этот раз — уже на пол каюты, вижу, как Амелия одной рукой выхватывает свое оружие из рук рухнувших на колени девиантов. Те застыли, явно не будучи способными пошевелиться. Но смотрят на Амелию все с той же решительностью, с которой кинулись на нее несколько мгновений назад. — Готовы на все ради него? Мне нравится такая преданность. Пожалуй, она достойна поощрения, — с этими словами Амелия прикасается губами ко лбу Маркуса, а потом — делает шаг назад и исчезает, словно растворяясь во вмиг нахлынувшем, а потом — отступившем мраке. Прокашлявшись, кое-как встаю на ноги и делаю шаг к застывшим соляными столбами роботам. — Эй, парни, вы как? Маркус выходит из своеобразного транса первым. Вздрагивает, хлопает разными глазами, а потом, видимо, проводит диагностику. — Все системы работают стабильно, — ошарашенно произносит он. — Мне… тепло, — Саймон мерцает желтым диодом, растерянно глядя сначала на меня, потом — на Маркуса, а следом — на свои руки. Словно пытается с них что-то стряхнуть, а потом хмурится, видимо, когда не получается это сделать. — Еще бы тебе холодно было, после такого представления. Вы вообще понимаете, куда влезли, долбоебы?! — я собирался разразиться еще более длинной матерной тирадой, но горло перехватило и в следующий момент пришлось сипло раскашляться. Саймон подсунул стаканчик с водичкой. Кивком головы его поблагодарив, я уже было собрался вернуться к пропесочиванию этих двух… Млять, вот хорошо, что Амелия в хорошем настроении была. И хорошо, что у нее с давних пор так и остался фетиш на тех, кто ведет себя по принципу нашей матушки а-ля «всех спасу, никого не обижу, на свою жизнь в процессе наплюю». А вот если бы она разозлилась за то, что ей тут воспитание младшего братишки прервали и вмешались в процесс наказания за косяк, что тогда?! — А, ладно, похер. Живые остались, уже хорошо. На будущее — вот в такое вот дерьмо чтобы не лезли. Мне-то она ничего бы не сделала, родственники как-никак. А вот от вас могла рожки и ножки оставить. Хер ее разберешь, как там у нее мозги после смерти работают. — Родственники? — изумленно пискнул Саймон. — Сестричка это моя, старшая, — буркнул я. Диод на виске Саймона от таких откровений окрасился желтым, а лицо Маркуса приобрело задумчивое выражение. — Так вот о каком блате на той стороне ты говорил, — вспомнил Саймон наш недавний разговор. — Ага, о нем самом. Ладно, вы заканчивайте на полу валяться, его хер знает когда мыли в последний раз. Если уж хотим поговорить более подробно о моей семейке, то можем это сделать сидя на крова-а-а-а-а… Речь моя прервалась зевком. Что вызвало у девиантов усмешки, в которых сквозила доля умиления. — Давай ты сначала поспишь, — предложил Маркус. — Порой забываю, что тебе это, в отличие от нас, физически необходимо. — Ну, можно и поспать, — согласился я без базара. Потому что на ногах уже сутки и даже чуть больше. А учитывая скорость развития событий и то факт, что аж сестренка из своего отстойничка лично сюда сунулась — в ближайшее время светит мне куча бурной деятельности и вот вообще не факт, что время на сон найдется. Уже засыпая, чувствую, как Саймон укутывает меня одеялом. И вспоминаю, что из-за этой всей вакханалии так и не успел с ним поговорить по поводу его неожиданно обнаруженной способности. Сон как рукой стряхнуло, на самом деле. — Стой, — перехватив руку девианта, широко раскрываю глаза и сажусь. Спать хочется пиздец как. — Надо поговорить кое о чем. — Мы можем поговорить потом, когда… — Нет, Саймон. Сейчас. Это пиздец как важно. Что у тебя с уровнем стресса? — В пределах нормы, — заверяет меня девиант. — Тогда слушай. Телекинез мой видел? — тот кивает. — Что, если я скажу, что у тебя тоже есть определенная паранормальная способность? — У меня? Алан, я обычный домашний помощник. Если бы я мог двигать предметы силой мысли или… — Помнишь пацана сегодня в промзоне? — уточнил я. — Конечно, я помню. Мы ничего не забываем. — А теперь вспомни, была ли у него тень. И вспомни, у кого только что не было тени. Судя по тому, как забился красным диод на виске девианта, нужные данные он сопоставил мгновенно. Вот что значит — суперкомпьютер в голове. — Хочешь сказать, что я вижу тех, кто уже умер? — Да. — А ты? — Я не вижу мертвецов. Чувствую их присутствие, как холод рядом, но не более. — Но ведь твою сестру видел не только я, но и Маркус. — Она не самый обычный жмур, как ты понял. Так что может и показаться на глаза в физическом мире, и сотворить много всякой херни. Обычные — слабей. Но не все. Я это к чему… Осторожней будь. Пока лучше вообще не показывай им, что их видишь. Ну там в диалог не вступай, на слова не реагируй и все в таком духе. Саймон? На лице девианта застыл шок. Диод на виске забился пульсирующим красным. И я уже собирался мягко спросить, что случилось, но напарник быстро покачал головой и произнес. — Мне надо побыть одному. Я понял, что ты имел в виду и твои слова принял к сведению. Но сейчас я… Прости, мне нужно уйти. — Ладно. Только глупостей не делай, хорошо? — уточнил я просто на всякий случай. Потому что по Саймону было видно — глупостей он делать не будет. Дверь за девиантом закрылась, ну а я провалился в сон. Сейчас немного передохну, а дальше уже по ситуации будем действовать…

***

10 ноября 2038 года, 8:31

«Вспомни, у кого еще не было тени» — слова бились в мозгу приговором. Потому что тени не было… Тени не было… — Саймон? — Маркус нашел его за ящиками в трюме. — Ты не отзывался и очень быстро убежал после разговора с Аланом. Я подумал, что стоит тебя найти. Все в порядке? — Я… — девиант выдохнул. — Я присяду рядом? — от мягкого голоса Маркуса Саймона в который раз уже пробрала дрожь. Вот почему он такой… добрый? Отзывчивый, пытающийся помочь, старающийся поговорить, если вдруг какие-то проблемы прилетают… — Да, конечно, я… — Саймон сдвинулся в сторону, освобождая Маркусу немного места. — Полагаю, тебя тоже выбило из колеи произошедшее в каюте Алана. Я не предполагал у него наличие таких родственных связей. Амелия произвела пугающее первое впечатление, впрочем, подозреваю, что это было ее целью. — Дело не в этом. То есть да, это пугает, но после пережитого в Ахероне воспринимается не так уж и… — Саймон крутанул рукой. Маркус склонил голову к левому плечу и принялся внимательно смотреть на Саймона. Мол, я тебя слушаю. — Тогда что тебя беспокоит? Он и не собирался скрывать. Хотя и непонятно, зачем именно Маркусу знать об этом. Зачем вообще он бегает за каждым встречным, чуть ли не круглосуточно готовый выслушивать, подбадривать и утешать? — Я увидел ее до того, как она показалась на глаза тебе, ты ведь это понял? И Алан сказал, что я вижу тех, кто… — Призраков? — моментально понял Маркус. — Бред, да? — Телекинез тоже бред. Вроде бы как. И то, как вы попали на Иерихон с противоположного конца города. Можно промолчать о том, что мы оба видели в каюте Алана. А ведь я и арматурой по ней попал, и косу ее в руках держал. Ощущения слишком… Материальные для бреда. И в свете открывающихся с каждым днем обстоятельств ставить какие-то ярлыки неразумно. Но есть неплохой способ проверить, правда ли это на самом деле. — И как ты это собираешься сделать? — Пойдем со мной. Не бойся, здесь недалеко. «Я с тобой готов пойти куда угодно», — вздохнул мысленно Саймон. Вслух этого озвучивать не стал. Просто отправился следом за Маркусом к выходу из Иерихона, а потом — к коммуникационному тоннелю, который вывел их… — Зачем мы сюда пришли? — кладбища Саймону не нравились. Мало кому они нравятся, особенно если учесть, что ему как раз надо бы подальше от таких мест держаться. — Проверить, правда ты что-то видишь, или у тебя программные глюки. Есть один хороший способ… — Постой, — Саймон схватил Маркуса за рукав. — Алан же сказал, мне нельзя с ними говорить. И нельзя показывать им, что я их вижу. Что они могут… — Саймон. Саймон, тише, — обе ладони Маркуса оказались у него на плечах. А потом — крепкие руки сжали его в объятиях, позволяя на мгновение прижаться лбом к чужому плечу и забыть весь тот ужас, который свалился сначала в потусторонней реке, а потом — при встрече с тем существом, которое Алан называл своей старшей сестрой. — Неужели ты думаешь, что я бы подверг тебя опасности ради такого пустяка? Тебе не придется ни говорить с ними, ни подходить к ним. Просто иди со мной, хорошо? Он кивнул, как загипнотизированный. Больше всего хотелось постоять вот так еще минут пять, пока не перестанет в горле колотиться тириумный насос. Пока не перестанут всплывать в голове картинки увиденных в Ахероне черных безногих тел с провалами на месте глазниц и носов (и зачем только глаза сразу не закрыл?). Но Маркус уже взял его за руку и уверенно повел за собой. Что удивило Саймона — маршрут их отдалялся от кладбища и вел к небольшому холму, где возвышался недостроенный дом. Его никто не охранял, так что двое девиантов беспрепятственно зашли внутрь и поднялись на площадку, которая должна была стать крышей. — Теперь посмотри на кладбище. И передай мне то, что увидел. Саймон понял задумку Маркуса. Посмотрел несколько секунд перед собой, а потом — передал при подключении местоположение всех восемнадцати фигур, которые стояли то тут, то там. — А теперь жди здесь, я сейчас вернусь. — Что ты… — Саймон, просто жди здесь, хорошо? Я все объясню потом. Следующие пятнадцать минут Саймон мог наблюдать, как лидер Иерихона чуть ли не ползает между могилами, что-то там рассматривая на покрытых патиной надгробиях. Вернувшись, Маркус поделился узнанными сведениями с Саймоном. — Они стоят рядом со своими могилами. Я почти всех нашел, кроме одной, ну да там вокруг памятников с фотографиями не было почти, наверняка один из них, просто не идентифицировать. Ничего страшного, видишь? И мы получаем подтверждение тому, что ты действительно можешь видеть всяких там жмуриков. Даже странно, что ты этого раньше не заметил. — Потому что они на вид никак не отличаются от людей. Единственное, что… — Саймон осекся. И почувствовал, как от ужаса сдавило внутри биокомпоненты, а вместо речи из горла вырвался невнятный, полузадушенный стон. Потому что на стене слева от них с Маркусом сейчас отражалась только одна тень. Его, Саймона. Но ведь этого не может быть. Ведь не может! Ведь еще считанные минуты назад, когда Маркус покидал каюту Алана… Тень у него была, в этом Саймон был точно уверен. В трюме… Кто его знает, в темноте не видно, кто обладает тенью, а кто ее лишен. — Саймон, что тебя так напугало? — Маркус уже протянул было руку, чтобы прикоснуться к плечу. Но Саймон отшатнулся, охваченный ужасом и одним единственным желанием. Сбежать. Сбежать прочь, пока Маркус или тот, кто себя за него выдавал, не добрался до него и не сделал… Всего того, о чем предупреждал Алан, когда говорил держаться от призраков подальше. Миг — и под ногами пустота, а Саймон падает вниз спиной вперед. Прямо на торчащие вверх штыри, которые наверняка от его биокомпонентов ничего не оставят… — Саймон! Руки Маркуса хватают, не давая упасть. Затаскивают снова на обрушенное перекрытие, прижимают крепче к теплому телу, в котором отчетливо слышно сейчас Саймону, бьется тириумный насос. — Саймон, пожалуйста, посмотри на меня. Что тебя так напугало? Скажи мне, ну, — он уговаривает его прямо как ребенка, не желающего есть манную кашу. Сравнение смешит и бесит одновременно, поэтому, издав нервный смешок, Саймон показывает на тень. Маркус оборачивается и тут же замирает. — Да не может этого быть. Во-первых, мертвяки друг друга видят. Меня что-то ни один из тех восемнадцати не заметил. Во-вторых, я все так же чувствую работу своей системы и тириумного насоса. В-третьих, уж если бы я умер, я бы заме… Блять. Бранных словечек Маркус явно нахватался у Алана. И сейчас очень похоже на мальчишку замер, по-прежнему чуть приобнимая Саймона одной рукой и чуть расфокусированно глядя перед собой. — Саймон, а свяжись-ка с Норт, или Джошем и попроси меня позвать. Глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы хоть немного успокоиться, Саймон выполняет то ли просьбу, то ли приказ лидера девиантов. Первой отзывается Норт (ну кто бы сомневался). На вопрос, видела ли она Маркуса, девушка тут же сообщает, что тот рядом, но в спящем режиме. И что он просил его не дергать пару часов без совсем уж крайней необходимости. — У меня все не настолько срочно, отбой, просто хотел кое-что обсудить, но подождет, — заверил Норт Саймон. После чего поднял глаза на Маркуса. Стало феерически стыдно за свою дурацкую истерику минуту назад и вдвойне — за то, что едва не сорвался, ломанувшись непонятно куда. — Ты в порядке? — уточнил тут же Маркус. Как будто это не он только что понял, что мотается в виде бестелесного призрака по окрестностям, пока собственное тело, видите ли, в спящем режиме! — Да, да, все… Прости за это. Я тут устроил… — Не нужно, ты не виноват. После всего, что пришлось пережить сегодня… Вернемся на корабль, хорошо? А то будет одинаково паршиво, если меня не смогут разбудить, потому что шляюсь здесь, или если меня отсюда выдернет и ты останешься совсем один в своем состоянии. — Я в порядке, — поспешил заверить командира Саймон. — И все же давай вернемся на Иерихон. Саймону оставалось лишь согласно кивнуть, поскольку причин возражать не было. Уже перед входом в технический тоннель выяснилось, что Маркус не может сдвигать предметы. В прошлый раз это прошло мимо их внимания, потому что выглядело все так, будто крышка была слишком тугой и не поддалась одному Маркусу, а вот с помощью Саймона ее сдвинуть получилось. Сейчас же стало понятно, что Саймон ее спокойно поднимает и опускает, а Маркус не способен даже дотронуться. — Словно какая-то прослойка между пальцами и предметом, — хмыкает он после нескольких неудачных попыток поднять всякий мусор. — Но до меня ты дотронуться мог. — До тебя и призрак дотронуться мог, — пожал плечами Маркус. Саймон тихо вздохнул в ответ на это. Отмечая про себя, что лидер девиантов слишком спокоен для того, кто переживает… кхм… вообще непонятно, что. — Саймон, было ведь что-то еще? — А? Ты о чем? — они уже спустились в туннель и сейчас шли, сопровождаемые звуками капающей повсюду воды. — Видеть призраков, полагаю, то еще удовольствие. Как и поплавать по реке, разделяющей живых и мертвых. Но расстроило ведь тебя не это? В трюме у тебя был совершенно потерянный вид. — Да, верно. Алан просто сказал вспомнить, у кого не было тени и… Ее не было у Джейсона. — Мальчика, с которым ты дружил до того, как сбежал от своей семьи? — Да. Сначала она была, потом ее не стало. И между этими промежутками у меня не хватает значительного отрезка памяти примерно в пару дней. Как будто данные… потерялись. Или их намеренно удалили. И я ничего не замечал, Маркус. Не понимаю, как это вообще произошло и… Все странно, понимаешь? Она ведь говорила с ним. Он отвечал. Неужели это программная ошибка? И люди вокруг никогда не показывали, будто с ней или со мной что-то не так. — Могу предположить два варианта развития событий. Первый — она действительно видела рядом призрак своего сына. Ну а второй… Знаешь, одним из первых правил безопасности для людей будет соглашаться с сумасшедшими. А насчет тебя люди могли решить, что у тебя приказ подыгрывать, чтобы не провоцировать женщину на агрессию. Знаешь, Карл мне показывал старый фильм «Шестое чувство». Тебе стоит его посмотреть. — Может быть и посмотрю, когда выдастся свободная минутка, — улыбнулся Саймон. — Составишь компанию? — Только после того, как вытрясу из одного ребенка подробные инструкции о том, как мне жить с новообретенными навыками, — чуть улыбнулся Маркус. — А то мне интуиция подсказывает, что с подарочками Амелии надо быть очень осторожным. Ну, судя по тому, как она братишку приложила за прогулку по Ахерону. Но вообще навык полезный: зашел в спящий режим — и пошел невидимкой гулять по городу. И никто тебя не видит, никто ничего не сделает. Идеально для разведки. — Да, пожалуй, — согласился Саймон. Остаток пути до Иерихона они проделали в тишине. Уже на самом корабле они остановились напротив находящегося в спящем режиме Маркуса. Система Саймона то и дело сигнализировала о сбое, потому что двое Маркусов одновременно рядом — это было слишком ненормально и неестественно. — Знаешь, Алан мне рассказывал страшилки о людях, которые выходят из тела во время сна. Есть одно поверье, что если встать вот так вот напротив тела и оно в этот момент откроет глаза — то человек умрет. Надо будет спросить у него, работает ли это с роботами. — Почему он постоянно называет так нас, роботами? — эту реплику Саймон слышал не впервые. — Потому что «робот», очевидно, выговорить проще, чем «андроид». А еще — андроид тоже является роботом, — раздался за их спинами голос Алана. Обернувшись, Саймон увидел и самого мальчишку. Оставалось только удивляться тому, что он умудрился подойти абсолютно незаметно для его сенсоров, впрочем… Нет, этому точно можно не удивляться. — Привет, Саймон, привет, Маркус. — Ты меня видишь? — Нет, я тебя не вижу и не слышу. Но ощущаю твое присутствие в двух местах одновременно и, вдобавок, слышу, как Саймон с кем-то разговаривает вслух. Вдобавок, я примерно представляю, чем может одарить потенциального почитателя повелитель царства мертвых. Правда, сразу говорю, вот эта вот ваша хуйня перевернет мировосприятие не только здесь, но и на Базе. Кстати, Маркус, я бы на твоем месте не возвращался в свое тело, пока мы это тело не отведем куда-то, где минимум двадцать два градуса по Цельсию, то есть в мою каюту. И желательно — к источнику живого тепла и человеческому энергополю. Ко мне, то есть. Совет приходится кстати, потому что когда Саймон все-таки оттаскивает Маркуса в каюту Алана и этот самый Маркус возвращается в свое тело — трясет его не меньше, чем Саймона несколько часов назад. Его от ощущения холода спасло взаимодействие с Амелией. Маркуса же спасать некому. — Д-д-д-д-д… — Да ебал ты в рот? — уточняет Алан. Маркус, подумав, согласно кивает, и продолжает дрожать, стуча зубами. — Почему ему холодно? Почему мне было холодно? — Саймон тут же предпринимает попытку разобраться в причинах тех или иных странностей. — Потому что до настоящего времени бытовал такой закон, ну, знаете, блять, правило, основанное на рациональном подходе и здравом смысле, что у человека есть некий резерв, который можно пустить в дело, а у робота, сука, его нет. Поэтому робот за рамки возможностей выйти не может и что заложили в него при разработке, то и будет. — Т-т-ты же г-г-г-г-говорил, что на Б-б-б-б… — попытался произнести Маркус. — Да, на Базе есть роботы. Причем как человекоподобные, то есть не такие, как вы, а те, которых даже от человека не отличишь, пока углубленное лабораторное исследование не проведешь, так и те, кого с людьми не спутаешь даже по очень большой пьяни. Но это, как бы сказать… Роботы, блять, сами по себе по тем возможностям, что в них заложили, уже попадают под категорию «сверхлюдей». Ну, знаете, невосприимчивость к температурным перепадам, всякой токсичной бяке, умение быстро проводить множество операций, неубиваемость по сравнению с обычным человеком, опять же. Существуют варианты сборок, при которых роботы могут манипулировать телекинетическими полями, температурой окружающих объектов, да даже известна пара случаев телепатии у машин, собранных на основе органических соединений. Но, блять, ни разу не было и быть не могло такого, чтобы робот, сука, изначально не умел творить какую-то херню, а потом раз, блять — и научился. У вас же энергополя вообще не те, энергорезерва нет, про всякие запасы я вообще молчу! Держи, — рассказывая все это, Алан помогал Саймону замотать Маркуса парочкой одеял и сейчас подсунул под эти одеяла несколько грелок. — И не отключайся пока по-возможности. Маркус согласно кивнул. И уже собирался задать новый вопрос, но в этот момент к ним зашли Норт с Джошем, которые тут же принялись интересоваться, что именно происходит. — Программный сбой, — пояснил Саймон, мгновенно уловив по взгляду Маркуса нежелание делиться с кем-нибудь информацией о своей новой непонятной способности. Да и сам он не хотел снова рассказывать о случившемся в Ахероне и в доме рядом с кладбищем. Да, придется, хотя бы вкратце. Но вот не прямо сейчас, пожалуйста — и ему, и Маркусу, на сегодня проблем уже достаточно. — Если хочешь, я могу помочь, — неожиданно предлагает помощь Норт. Поясняет, когда на лицах Саймона и Маркуса отражается непонимание. — Я могу повысить температуру своего тела. Твоих сбоев это, конечно, не исправит, но переносить их будет легче, пока система себя не отремонтирует. Когда Маркус согласно кивнул и уже несколько секунд спустя оказался под одним одеялом с девушкой, Саймон почувствовал очередной приступ досады на себя. Он-то ничем помочь не мог. И даже больше — именно из-за него Маркус оказался в таком состоянии. Сославшись на необходимость помочь Джошу с новыми делами, которые валились на них, как из рога изобилия, он поспешил покинуть каюту Алана. Мальчик отправился вместе с ним. — Эх, вот она жизнь, — фыркнул он ехидно, когда они отказались вдали от посторонних. — Роботы, сука, паранормалы. Был бы здесь Бран — охуел бы и не выхуел. — Кто такой Бран? — это имя Саймон, кажется, уже слышал. — Мой младший брат-близнец. Он бы сюда лучше вписался, ну, знаешь, я-то из техники только вкл-выкл могу да комп из запчастей собрать, а он бы уже вас всех в одну моську и починил, и проапгрейдил, и… — Саймон, Алан! — окрикнул их Джош. — Бегом сюда, вы должны это видеть!!! Видеть они должны были репортаж о происшествии рядом с центральным отделением Департамента полиции Детройта. Больше всего Джоша взбудоражило не то, что какой-то пьяный водитель едва не сбил одну из сотрудниц департамента, вышедшую за кофе в обеденный перерыв. А то, что во время репортажа на заднем плане неподвижно стояли среди нескольких сотрудников полиции и случайных зевак два андроида в униформе «Киберлайф». Один из них был молодым мужчиной с карими глазами и темными волосами. Но внимание Джоша привлек не он, а мальчик с кругляшком диода на правом виске. — Ну все, теперь точно всем пизда. Амелия плюс Бран — это пиздец похлеще третьей мировой, — фыркнул себе под нос Алан. Саймон с трудом сдержал улыбку. Джош, убедившись, что информацию об андроиде-копии-Алана он до мальчика донес, ушел, оставляя их с Саймоном наедине. — Что он делает в ДПД? — рискнул спросить Саймон, когда они с Аланом снова ушли туда, где никто не смог бы их подслушать. — Что-что? Видишь, диод нацепил и работает под прикрытием. Полагаю, пытается что-то выяснить про «Киберлайф» или каким-то образом сыграть против них. Рано или поздно встретимся — поделится информацией. — Почему ты в этом так уверен? Может быть, он даже не знает о твоем присутствии здесь? — Явно не после случившегося в Башне Стрэдфорд, — хмыкнул мальчик. В ответ на непонимающий взгляд Саймона пояснил: — Помнишь, какие у меня руки были красивые, когда домой приперся? Кровь осталась на тросе, по которому я сбежал, да и полапал я этими руками много что в том районе. По базе данных меня, конечно, найти не смогли, но вот братец бы точно узнал, кому принадлежит кровушка. Да еще и Амелия могла сказать, раз уж она где-то рядом ошивается. Кстати, раз уж ты мне напомнил… Пошли-ка куда-нибудь от остальных подальше. — Зачем? — За хуем, большим и толстым. Буду тебя учить от агрессивных призраков защищаться, медиум ты наш с шестеренками. — А ты и это умеешь? — Было бы странно, если бы нет, учитывая, что различные виды агрессивных жмуров для нас вполне себе рядовой противник. — Но ты же их даже не видишь. — А для того, чтобы их отогнать или даже уничтожить, видеть совсем необязательно. Можно на слух и осязание бить. В некоторых случаях еще можно в пару взять кого-то типа тебя. Или специальные линзы на глаза нацепить. Короче, от ситуации зависит. Главное — иметь нужную выучку, а с этим у меня проблем нет. Скоро и у тебя не будет. — Мало мне было обычных тренировок под твоим началом, еще и на паранормальных мне покоя не дашь. — Ага. Погоди, еще до обычных дело дойдет — будешь штрафы отрабатывать за то, что позволил себя подстрелить. — Ага, то есть я, превозмогая весь пиздец, добрался все-таки домой, а меня еще и бить будут за это, так, что ли? — Естественно. Потому что, как говорят наши инструктора, если тебе, блять, пришлось что-то превозмогать — это значит, что ты либо недооценил противника, либо плохо тренировался. И за то и за другое надо дать пизды. — Да у вас вообще ее дают просто за сам факт существования, судя по всему. — Примерно так и есть. Но лучше получить пизды от своих, чем потом проебаться где-нибудь на задании. Или ты не согласен? — Моего согласия, кажется, вообще никто не спрашивал, — состроил Саймон самое удрученное выражение на своем лице. Алан, видя это, лишь усмехнулся. А потом принялся проводить первичный «ликбез по защите от призрачной угрозы». Интуиция Саймону подсказывала, что ему и это знание лишним не будет. А своей интуиции робот привык доверять. Потому что тот факт, что спокойная жизнь кончилась, он предчувствовал сразу после того, как Маркус с Аланом появились на корабле. А раз жизненные обстоятельства меняются каждый день — надо успевать подстроиться под эти перемены. Все-таки, запасные ноги на «Иерихоне» не бесконечные, а дожить до конца заварушки Саймону очень хотелось. Пару часов спустя он решил проведать Маркуса и убедиться, что тот в порядке. Можно было, конечно, воспользоваться связью, но Саймон почему-то хотел именно увидеться с другом. В каюте Алана лидера девиантов уже не оказалось. Вспомнив, что тот любил бывать в заброшенном доме неподалеку, Саймон отправился туда. И добравшись до полуразрушенной комнаты под самой крышей, увидел, как Маркус и Норт целуются, подсоединившись друг к другу. Программные ошибки посыпались одна за одной, выдавая крайнюю степень потрясения. Да и понятно, почему: уж с кем Саймон точно не смог представить Маркуса, так это с вечно спорящей и агрессивно настроенной ко всем вокруг Норт. «Чего только в жизни не бывает», — мелькнули в голове слова Алана, когда девиант бесшумно убрался подальше от застуканной парочки прежде, чем те смогли его обнаружить. Внутри почему-то поселилось чувство странной досады. Как будто тот факт, что Маркус так близко подпустил к себе Норт, очень сильно задел что-то внутри Саймона. Но в чем там было дело, девиант понять не смог. Да и не до этого было сейчас совершенно, так как на связь снова вышел Джош и попросил помощи с инструкциями для новой партии новичков. После произошедшего ночью на Иерихон пришло уже несколько десятков андроидов. И приходили они не с пустыми руками: с рабочих мест активно воровали все, что не приколочено и все, что могло пригодиться в будущей войне. То, что готовились они именно к войне, для Саймона было уже очевидным и вопросов не вызывало. Вот только против кого придется воевать? Алан уже намекал и не раз, что дело не в андроидах и власти, андроидах и армии или андроидах и полиции. Будто бы конфликт будет совершенно другим. И кто будет их противником и союзниками в будущих событиях, Саймон пока что предположить не мог. Эта неопределенность… пугала. Но также было и знание, что именно в грядущих событиях каждый покажет свое истинное лицо. Чего Саймон не ожидал — так это то, что даже его собственное истинное лицо будет отличаться от того, что он сам о себе знал и предполагал до этого дня. Напряжение висело в воздухе, вот-вот должен был грянуть гром. И его предвестниками стали появившиеся на судне девиант и ребенок. Определенно, в чем-то истории свойственно повторяться.