Ангел-хранитель / Guardian Angel

Это уже не была семейная война. И даже не городская. Это стало чем-то, что выходило за пределы фамилии. За пределы страны. За пределы контроля. Джордан Диас больше не скрывался. Он не прятал свои решения за дипломатией, сделками или тенью Виктора Морено. Теперь он действовал открыто. Слишком открыто. И именно это делало его опаснее. Первые уведомления пришли почти одновременно в трёх странах. Замороженные счета. Блокировки активов. Неофициальные запросы на задержание лиц, связанных с именами Риччи. И одно общее сообщение, которое повторялось в разных формулировках: “Приоритет: устранение угрозы семье Диас.” Хелен прочитала новость молча. Дилан стоял рядом. — Он вышел за рамки, — тихо сказала она. — Он всегда был за рамками, — ответил Дилан. Пауза. И впервые в этом не было удивления. Только понимание масштаба. — Теперь он не просто ищет нас, — добавила Хелен. Дилан кивнул. — Он делает нас международной проблемой. Тем временем в особняке Риччи Райан смотрел на отчёты, и его лицо становилось всё более жёстким. — Он объявил охоту, — сказал Дезмонд. — Это не охота, — ответил Райан. — Это зачистка. — И мы — цель. Но самым тяжёлым ударом это стало не для Риччи. А для тех, кто всё ещё был внутри системы Диаса. Кармен Диас стояла у окна своего крыла. Дом стал другим. Тише. Холоднее. И опаснее. Шестеро детей. Две дочери. Четыре сына. И человек, который ещё недавно назывался их отцом. Теперь — командир войны. Она закрыла глаза. И впервые за долгие годы поняла: если она ничего не сделает, её семья исчезнет не от врагов. А от самого себя. — Ты собираешься вмешаться? — голос прозвучал за её спиной. Кармен не обернулась сразу. Алистер Грейс. Её брат. Человек, который никогда не принадлежал к клану Диасов, но всегда знал, как он устроен изнутри. — У меня нет выбора, — тихо сказала она. Алистер усмехнулся. — Выбор есть всегда. — Тогда я выбираю сохранить детей. Пауза. И впервые в его голосе исчезла лёгкость. — Ты понимаешь, что это значит? Кармен повернулась к нему. — Я понимаю, что он перешёл черту. Тем временем в другом крыле особняка. Диана Диас. Сестра Джордана. Женщина, которая долгое время оставалась вне всех конфликтов. Но теперь всё изменилось. — Он объявил войну, — сказала Кармен по телефону. Тишина на линии была слишком долгой. — Диана… он не остановится сам. Наконец голос ответил: — Я знаю. Пауза. — И ты хочешь, чтобы я его остановила? — Я хочу, чтобы ты выбрала. Две линии. Два звонка. Две двери, которые могут изменить ход войны. И ни одна из них ещё не открылась. В это же время Джордан Диас стоял перед экраном глобальной сети наблюдения. На карте мигали точки. Холодные. Чёткие. Живые. — Мы расширили зону поиска, — сказал Виктор. — Это уже не поиск, — спокойно ответил Джордан. Пауза. — Это порядок. Ричард вошёл в кабинет без стука. — Ты объявил войну всему миру, — сказал он. Джордан даже не обернулся. — Нет. Пауза. — Я объявил конец хаосу. — Ты не видишь разницы, — тихо сказал Ричард. И впервые в комнате повисло напряжение не между врагами. А между отцом и сыном. Где-то далеко Давина стояла рядом с Хелен и Диланом. Телефон снова загорелся сообщениями о международных ордерах. Она медленно выдохнула. — Он больше не остановится, — сказала она. Дилан посмотрел на неё. — Тогда кто-то должен. И впервые стало ясно: война перестала быть семейной историей. Теперь это была система, которая пожирала всё — включая тех, кто её создал.